В Святейший Правительствующий Синод
Преподавателя Севского духовного училища Петра Маккавеева

Прошение

Помня, что ещё ап. Павел писал ученику своему Тимофею: “Никто да не пренебрегает юностью твоею”, зная, затем, что древняя Церковь брачную жизнь никогда не ставила условием для получения священства, как было прежде и в Русской Церкви, я осмеливаюсь просить Св. Синод разрешить мне принять священство, хотя я имею всего 27 лет от роду и притом желаю остаться навсегда безбрачным. Основанием для разрешения мне просимаго пусть послужит и то обстоятельство, что принявшие монашество получают в академиях священство даже с лет 22-х,
а ведь, все равно монахи-академисты принуждены теперь жить и работать в мире, где должен служить и безбрачный священник.

Следовательно, препятствием к получению священства может явиться только форма. Мне хотелось бы быть безбрачным священником, как это было и в древней Церкви, стоять ближе к людям – быть “на приходе”, чтобы иметь возможность лучше влиять на людей. Я не ищу богатого прихода, не должность, и, того, чтобы меня скоро сделали священником (не отказываюсь от диаконства, хотя по голосовым способностям и мало пригоден доля него). Я ищу только таинства священства и соответственно служения, да просил бы назначить меня куда-нибудь поближе к родине (у меня дома измученная горем мать, брат и сестра, нуждающиеся в моей непосредственной помощи). Должность преподавателя, на которой я теперь состою, должность , обставленная различными формальностями, сухую и безжизненную во многих отношениях, я считаю совершенно не по себе. Душа ищет живой работы; не хочется отдавать все свои силы на служение буквам “Е (ять)” и “е” (я на рус.языке, где главная работа – письменные упражнения); душу влечет в церковь, и думается, я все равно оставлю настоящее служение.
Справки обо мне могут быть наведены – хотя бы в Казанской Духовной Академии, которую я оставил только в 1904 году и где я в бытность студентом почти четыре года исполнял при академической церкви обязанности “пономаря”.
Как великой милости ожидаю скорейшаго решения моей участи: измучался я за это время.

Неужели за безбрачие я буду удален от служения Церкви.

1905 года 13 сентября
Г. Севск, Орловской губернии.
Преподаватель Севского духовного училища
Кандидат Богословия Пётр Маккавеев.

А все эти генералы
Забыли б свои мундиры,
Читали бы внукам книжки,
Семейством окружены,
И плюшевые игрушки
В согретых лучами детских
Раскачивались бы на стульях,
Совсем не боясь войны.

Сон снился мне –
Мир, в котором не было места войне.
И в этом сне
Мы все поселились на одной стороне.

Молитва святителя Афанасия (Сахарова) о прекращении войн и мире всего мира

Владыко Вседержителю, Святый Царю!

Призри с небесе и виждь, како враждуют народы и замышляют друг на друга суетное и злобное, како содрогаются все от воспоминания о бывших ужасах военных и трепещут от ожидания уготовляемых новых, еще более страшных.

О Многомилостиве! Умилосердись о созданиях Твоих. Прости грехи и беззакония наши, ихже ради многия скорби, беды и устрашения приидоша на нас. Благодатию Пресвятаго Духа ороси изсохшия любовию сердца людския, тернием самолюбия, ненависти и зависти, злобы, вражды и лукавства и иных беззаконий поросшия, да возрастят они горящую к Тебе и братиям любовь, и ею да будут истреблены все распри, раздоры, разделения, междоусобия и войны, да все народы не устами едиными глаголют о мире, но всем сердцем возлюбивше его, непритворно раскуют мечи свои и копья на орудия мирнаго делания и к мирному токмо труду обратятся.

Человеколюбивый и Милостивый! Усердно молим Тя : мир миру Твоему даруй, Церквам Твоим, людям православным и всем творениям Твоим. Ты бо еси Царь мира, и мира Твоего несть предела, и Тебе слава и благодарение и поклонение от всех да возсылается, и ныне и присно и до скончания века веков. Аминь.

Утром в субботу мой респондент приехал на совещание к епископу, которое проходило буквально на одном этаже с моей кельей [в городском монастыре]. Епархиальное управление в К. вообще очень “домашнее”. Идет послушник из кельи в душ и никак не может миновать белую дверь с бумажкой формата А4 “Епархиальное управление”.

[Уральский город] L. ужасен своей противоположностью Армавиру. Если в Армавире днем с огнем не найдешь пивную, но на каждом углу стоит кофейня, пекарня или кофе-автомат, но тут все ровно наоборот. Кофеен почти нет, а пивные - везде. И на улицах всегда в поле зрения пара человек с банками/бутылками пива. Парочки ходят с пивом, родители прогуливаются с детьми и пьют пиво, молодежь сидит в скверике и пьет пиво, пенсионеры сидят на лавочках и пьют пиво. Ну и количество алкоголиков на улицах города объяснимым образом зашкаливает. То и дело видишь, как кто-то роется в помойках. Это все гораздо страшнее пыли на улицах, которая летит в глаза и превращает любой сильный ветер в песчанную бурю.

Когда приходит епископ, после наступления вечера, диакон пусть вносит светильник и, став посреди всех присутствующих верных, возносит благодарение.
Сначала будет он приветствовать, говоря: «Господь с вами». И народ пусть говорит: «И со духом твоим», «Возблагодарим Господа». И скажут: «Достойно и праведно есть: Ему подобает величие и хвала со славой». Не говорится «Горе имеем сердца», ибо это приносится при приношении [Евхаристии]. И он будет молиться, говоря так: «Благодарим Тебя, Господи, через Сына Твоего Иисуса Христа, Господа нашего, через Которого Ты просветил нас, являя нам свет нерушимый. И так как мы провели день и пришли к началу ночи, насыщались дневным светом, который Ты сотворил для нашего удовлетворения, и так как мы ныне по Твоей милости не имеем недостатка в вечернем свете, то мы восхваляем и славим Тебя через Сына Твоего Иисуса Христа, Господа нашего, через Которого Тебе слава и сила и честь со Святым Духом и ныне и присно и во веки веков. Аминь». И все говорят: «Аминь». И так они пусть встают после вечери, молясь; а отроки говорят псалмы; то же [делают] и девы.

Далее - Евангельская группа в оранжерее и потом ужин и песни дома у (...).
Все, что мы видели – не укладывается у меня в голове. Почему они такие прекрасные?
Кажется, дело в абсолютной открытости, которая не позиция, не «подвиг», а некая, как Таня сказала, ХАРИЗМА.

Это «новый» или «маленький храм», построенный недавно, пока восстанавливали большой — в честь Крестовоздвижения. Внутри все очень «обжито», хотя и скромно. Сплошной бело-зототой иконостас с большими иконами, маленькое распятие справа, иконы с напечатанными рядом на листочках молитвами. При входе церковная лавка (за стенкой) — там как всегда какая-то жизнь. Напротив лавки — стенд с какими-то «душеполезностями».

В их числе листок с написанным сплошным текстом стихотворением и фотографией старушки, лежащей в кровати: «На краю деревни, где озера гладь / ……. умирает мать….». Эта тема брошенных стариков, дети которых далеко в больших городах и которым «некому стакан воды подать» здесь, по-видимому, очень актуальна.