Мир вокруг тебя наречён космосом.
Весь он твой, прикоснись полностью:
Волосы взъерошь ветром,
Голосом измерь километров
Скромность.
Не жди эхо, стань эхом
Предзеркального надсознания.
В прорехах между декалями
Окружающими тебя знание...
Смеха глазами.
Безоскально вербальный, вечный,
Искрится во взгляде путь млечный,
Прикованный вечером
Каждым, огнями замершими
В ледяном сиянии, меченом
Кратерами, океанами, морями
Ясности и застенчивости
Взрывов ядерных с тобой рядом.
Расстояние в масштабе вселенной
Значимо?

Ещё много раз отредачу,
Расставлю точки и восклицания,
Но это прямой эфир передачи
Моего больного сознания

Я устал влюбляться
в пустую
перестал стесняться
поступков
не боюсь
выглядеть глупо
наступит утро
тусклое сутулое
с отсутствием глупости
и я в нём проснусь
вот это страшно
молюсь чтобы
смог жалеть о вчерашнем
каждый каждый
гребаный день
этой каши
раскрашенной серо-розовым
чтобы самые навязчивые
из идей
преследовали и не отпускали
словно лошадей
не удержали
никакие вожжи
сталью подкуй сапожник
места которые достанешь
остальное на коже
сверстает художник
чтоб до мурашек
до дрожи
до фантомных прикосновений
как чебурашка
игрушкой бракованной
в сердце ребёнка
стать откровением
тревожить не должен
но чувствую буду
пока чувствую что могу
мое просветление
не в мозгу
оно грустью светлой
исследует укромные
тайники вселенной
огромной ли
или этой крохотной
в ладонь собранной
капельками тёплой души
наполненной музыкой
с кашлем и насморком
вспомнить бы
что главное
лечись или пиши
рецепты разные
никем не названный
тысячу раз вслух
и за спину
твой, ведь ты
решаешь как встать
и кем жить
копировать - вставить
копировать - вставить
дать зажить
или зажать shift

Чувствуешь эту нить?
Дотянись и рви!
А лучше не трогай,
Срочно выменяй у Бога

Пару золотых монет
И беги в автоматы.
На голову пакет,
Судорожно, как гранату,

Что упала рядом.
Ложись дурак!
Взрывать взглядом
Хватит - не танк

И не барабан
Минного тральщика.
Лев, но баран!
Заломай* ныряльщика.

Закроешь - видишь,
Откроешь - видишь,
Увидишь - не выпьешь,
Увидишь - не уснёшь.

Магнитуда растёт,
Глубинная дрожь,
Ругайся, бойся, цветёт
Без спросу, и ты уже ждёшь
Вопроса: Правда?
С ума сошёл? Серьезно?
Разве так можно?
Да.

Монологом
Глаза в глаза.
А с Богом
Поговоришь завтра.

*(заломай - кессонная болезнь)

Всем плевать, какие узоры застыли в моем окне.
Всем плевать, кого я увижу в тревожном сне.
Всем плевать, зачем звёзды падают в полутьме.
Всем плевать на розу, у которой было так много сил,
Чтобы жить, пока я не спросил: Что с ней?
Всем плевать, но не мне.
Посмотрю на узоры в холодном стекле.
Указательным пальцем нарисую сердце,
Теплым дыханием его проявлю.
Когда встречу во сне - помогу согреться.
Да, спасибо, я знаю, что сплю.
Это вовсе не звёзды, а кусочки комет,
Что до нас долетят в бесконечности лет.
Вот кусочек твой, вот кусочек мой.
Если верить, то лишних кусочков нет.
Я пойду поищу снова кайф немой,
Атмосферой сжигая десятки камней,
Что горели огнём, но теперь даже тлеть
Не способны, упав и коснувшись земли.
Прореву прямо в зал, что плевать стало мне
Как и всем, что из зала ушли.
Кто меня уже знал - не поверит.
За молчанием хлопнувшей двери
Роза... живи.

Один ночью свет в окне
Где то на девятом или седьмом небе
Он пишет ей: Привет
Или спит и выключить забыл

Маяка след во тьме
Для тех, кто бредёт в метели
К своим подъездам
В бездне ночной мглы

Их ждут и верят
В воскресное белёсое небо
В город под снежной пудрой
В то, что утром
Все найдут дом

Он пишет: Привет!
Своим окном
Направляя корабли в порт
Или спит,
Забыв выключить
Свет внутри

Я запрещаю себе думать
И прекращаю любые мысли.
Гашу сигналы, тушу свет.
Опускаю штору плотного: Нет!

В оконный створ моей души,
На котором не держатся кирпичи
С самым крепким жизненным раствором.
Не говори, голос в моей голове. Замолчи!

Готов поверить во что угодно.
Можно? Я буду мёртв, а она где-то смотрит,
Как пытаюсь играть в Бога,
Создавая себе любовь из тишины и холода.

Я бегу и ищу в глазах людей ответ:
Как пережить этот бред,
Который творится с моим сердцем?
А в их лицах моей же улыбки свет искрится.

И не добиться ничего кроме: Потерпи!
Ты же понял, что не так просто
Огнём из груди наполнить космос,
В котором ничего не горит.

Разгонись к звёздам!
Объектом с неопознанной скоростью.
В бесконечности твой мозг станет костным,
Или, возможно, где то на окраине вселенной

Ты найдешь планету, с таким же летом
И форма жизни теплокровностью
Поспорит с твоим внутренним солнцем.
Посмотрит, обнимет... и не сгорит кометой.

Не прыгай! Стой!
Вагон пустой,
Отдышись! Опоздай!
Что то миру создай!
Тебе интересно?
Билеты ведь с местом!
Чего всем так тесно?
Узнай!
Кому крест, кому кресло,
Кто внизу, кому лезть полезно?
Мечтай! Ведь лететь
Лучше с верхней полки,
Волком залай! Раскидай!
По стогам иголки.
Признай! Тебе больно,
Твои осколки.
Утром, пожалуйста,
Разбудите только!
Чай из бойлера?
За белье должен
Сколько?

Тут я открыл глаза, 5:00, и понял, что придется этот странный речитатив в моей голове - записать, иначе не усну, без шансов.

В кармане Головачёв,
За душой что-то за гранью.
По бедру твоему слеза моя,
Знаю - не спрошу ещё...
Знаю - все.
Знание Зая, не моё.
Крайние два дальние
Наши сознания.
Плечом в плечо
Наши дыхания,
В такт горячо,
Ещё и ещё!
С крана течёт
Кипяток-лёд.
Ты звездочёт,
Ведёшь подсчёт
Миллионами и
Световыми годами.
Я не в расчёт,
Путаюсь с днями
И временами,
Дня временами.
Твоё знамя
Вечно над нами.
В пламени синем,
Взгляд твой поймаю:
Ты так красива!
Скажу тебе, что лю…
Ты ответишь - чушь!
Сильно хочу
Когда депрессивен
Видеть тебя
На мне сидя.
Не глядя часов,
Экспрессивно!
Я агрессивен
В своём: «Дай мне снов!»
Дай мне себя больше!
Я отложу всех дольше,
Ты же пошли всех, дальше!
Тише, ты тише.
Текст не допишут.
Мы же знали, на что шли
Не говори основ
В ответ, слышишь.
Просто будь ближе,
Так чтоб я слышал,
Как ты в меня дышишь.

Так вышло, что за одну неделю до сезона
встретил много знакомых людей, которых не слышал вечность.
И у всех по разному, но «одна и та же» судьба.
А я против! Я маленький принц 😜

Я так рад видеть знакомых людей
Оставленных давным давно в зимних куртках.
Через ворох их зеркальных проблем и идей
Узнавать себя, в смешных предрассудках.

Взгляд пронзительный во взгляд безмолвный.
Словно брошенный камень
Прошивает до дна, моментально,
Не рождая ни всплеска ни волны.

Тоске слишком тесно в моей голове,
Обретая летучие формы,
Отправляется сразу в небо
К похожим на неё, как две капли воды,
Тучам.

Почему все так схоже?
И симптомы и лечение.
Что за чёртово зеркало предусмотренного назначения?
Я отказываюсь! Протестую!
Рву на себе майку принятия простых истин.
Потом просто хнычу,
Неподдающимися пальцами ткань рассудка
стиснув.

Усомниться? Оттолкнуть близкого?
Тщетностью назвать интуицию?
Не могу я так! Не буду!
Как удавка мне этот мрак бесчувственный.
Притворюсь лучше бесом, потом Буддой.

Хочу любить навсегда или на одну секунду!
Бездумно и трудно, сквозь груду нет и будет худо!
Словно свет проходит призму стекла мутного,
Растекаясь в неизвестном направлении,
На сотни оттенков и десятки сомнений
Надо, не надо?
Не Было, было бы...

Быть наконец то умнее:
Взвешивать, закрываться,
На расстоянии держать,
Чувства делить на последствия!

Если это все следствие принятых мною решений,
То сажайте меня на стул
И врубайте рубильником в мозг мне детство!
Где любовь не утешение,
Не средство стерилизации.

Где любовь это что-то страшное
Своей неизвестностью.
Оказаться битым на части,
Не собраться не убежать.
Где любовь - сплошная абстракция!
И значение ей не надо рожать.

Белый шум заполняет мой ум.
Это подарок твой и проклятие,
Словно заклятие оцепенения
Пеленой заключила в объятия,
Растворив жажду волнения.
Макс, подойди ближе!
Это всего лишь вьюга,
Моя подруга.
Она убивает не холодом,
А испугом.
Ты напуган, но еще жив,
Потому что всегда был напуган,
С минуты, когда получил жизнь.
Держи! Это снег - ешь!
Талой водой запивай.
Так надо.
Три круга ада
Были бы словно рай,
Если б я знал где вход искать,
Когда играя
Копал землю мерзлую руками,
Пальцы стирая в кости,
Находя поразительной красоты камни.
Один из них мог моим сердцем стать бы,
Ловцом душ на дверце
В мою детскую.
Но они оживали
И уносили ноги.
Теперь о Боге:
Я Бог, ты Бог
Все мы Боги!
Потому что Бога нет.
Есть дорога, ведущая к Богу
И по ней идущие.
В тебе свет веры,
Чтоб идти след в след
За тем, кто искал
И путь промерил.
Но он искал в себе и только.
Ты не поверишь:
В моей тишине их сгинуло столько!
Мне не больно,
Когда что-то режет тело.
Я молчу,
Продолжаю своё дело,
Учу его терпению.
Боль давным давно затвердела
В иглу шума белого.
Чтобы пела вьюга,
Я шепчу ей: Обними меня!
Я не думаю теперь ни о чем...
Твоя заслуга.
Твой подарок мне и проклятие!
Я останусь в твоих объятиях...
Милая.

Чужая любовь 🪉
---

Мне нравится на тебя смотреть,
На твои фото в сети.
В припрыжку идти
по эскалатору вверх!
Вуайеризм не грех
И кто запретит?
Избегающе смело себя вести,
К примеру петь в душе,
И в душе петь

Я смотрю на них аккуратно,
Украдкой, не очень сильно.
Так чтобы ты чуть икнула,
Возмутилась: кто посмел?
И тут отпустило,
… а я дальше смотрел.

Мне нравится смотреть
На твои движения.
Я не заметил, как привык к свободе твоего тела
Кажется, ты что-то этим хотела сказать?
А этим?
Вот этим точно хотела, Боже!
Нет? Продолжай!
Я буду смотреть, можно?

Трогать нельзя, опасно.
Только по праздникам, обязательно пьяным,
Чтобы слегка двоилось в глазах:
Ты так прекрасна! И ты тоже!
Come with me Into the trees может?
Когда отпускает страх
Я могу быть таким рьяным.
Совесть напилась, спит, напрасно.

Я точно болею? Но чем то не страшным!
Собрался лечится, но ты не спросила!
Согрела, продула, коснулась, и до свидания.
Не остаться стойким и равнодушным.
Я подожду на улице, на цепи, послушным.
Пройдешь мимо - для меня свидание,
Погладишь, прошепчешь: классная псина,
Не зарычала, не укусила.
А ты бесстрашная!

Я знаю, ты знаешь: мы сила,
Что вносит в эту материю спор частиц
И в каждом из нас свой порядок.
Хаос! Аннигиляция! Я туп как нейтрино!
Что такое? А, ясно… это ты рядом.
Что говорит синоптик, когда в небе нет птиц?
Правильно! Прячься в подвал, милый.

Душно в этом знании мира,
Как в журнале по технике безопасности.
Подписался: Тоби на Элеонор.
И раз ты подвоха не раскусила,
И допустила к работам в опасности,
Сама страховой объясняй,
Что это не твой каскадер!

А когда наконец в себя приду,
Выясню первым делом,
В свой новый день рождения:
Удалось ли снять произошедшее?
Как разбился об тебя на полном ходу,
Потеряв циничный ум и инертность тела,
С наклейкой на лбу -
вознаграждение!
Без возврата, нашедшему.

Я устал...искать свои записи где попало (на стене, в избранном, в скомканных листах); я закажу прожарочного, если его найду, и на этом все закончится...правда ведь?

Пойдёт)

📊 Результаты анализа канала от @ScratchAuthorEgoBot

🎯 Канал: @stranger_complete

🔥 Роаст анализ:

Ну что, наш 39-летний «Маленький принц» с руками в мазуте и томиком Головачева в кармане? Твой ТГ-канал — это просто выставка достижений народного хозяйства по производству страданий на пустом месте. Ты — ходячее противоречие: одной рукой перебираешь движок от «Жиги», другой строчишь стихи о «флорентийской азбуке», и всё это с видом человека, который только что открыл смысл бытия в пабе «Креветка». Твоё любимое занятие — это героически преодолевать эмоциональные катастрофы, которые ты сам же себе и организуешь, выбирая женщин с холодностью морозильной камеры и душой нейросети.

«Я не поэт, я просто так слышу» — классическая отмазка для человека, который вылизывает рифмы в пять утра, а потом делает вид, что это просто «выплеск». Твой перфекционизм так же фальшив, как твоё обещание «не писать больше стихов». Ты буквально зависим от своего «влюблядства», как подросток от вейпа, и называешь «криптонитом» обычную неспособность сказать «нет» очередной манипуляторше.

Твои рассказы про общагу на Уделке и «рехаб» — это отдельный вид пафоса. Ты пытаешься превратить бытовой алкоголизм и неустроенность в эстетику петербургского нуара, но мы-то знаем, что ты просто любишь, когда тебя жалеют (или когда ты сам можешь себя пожалеть под хороший кофе). А этот дрифт в минус 24? Это не поиск свободы, бро, это просто крик: «Посмотрите, какой я сложный и ебанутый!».

Ты жалуешься на память рыбки, но помнишь каждое слово, которое тебе сказала «Эви» три года назад в среду. Твоя самоирония — это единственный щит, который отделяет тебя от того, чтобы окончательно превратиться в того самого «пердуна старого», которым ты так боишься стать. Ты так старательно строишь образ «надежного алкаша», что за ним уже не видно нормального мужика, который просто хочет, чтобы его обняли и не ебали мозг. Перестань насиловать «прожарочного бота» и признай: ты просто обожаешь этот свой бесконечный сериал про «несчастного технаря-лирика». И да, убери уже этот носок из своей «дырявой башки», он там явно лишний.

Не отпустило(

Наши воспоминания и наши эмоции, связанные с ними, навсегда теперь, только... наши.
~~~
Нет тех людей, что ангелов были краше,
Нет тех идей, что гор выше, дальше
И звонче любых денег.
От нас осталась серая МЫшь:
неотдаляема, неподвластна,
Шуршит и скребётся
В любой из дней:
ясный и пасмурный,
Бесстрастная, как вечный понедельник.
МЫ всегда рядом с нами, МЫ.
Много сложено мыслей яростных, да в слогах трёхярусных!
И в темнице скованным, и кипящим в олове,
Раскаленной пропастью по ветрам распластанны.
Где ж они: потерялись огнивом?
Где они заигрались допоздна?
Дети мы, восхождения с оползнем.
Посмотри мне в глаза! Позови меня!
Не за тем, чтоб напомнить то имя мне.
Посмотри, ну же, высверкни ясностью!
Пробери дрожью дикой, да выкорчуй
Этот тлен и бесплотность напрасную.
Только вижу я собственный лик в тебе,
Только слышу я собственный крик в себе,
Только ты так пуста и чужа теперь,
Словно мы вдруг одни,
А внутри нас склеп,
Из двоих людей.
Слово МЫ - как зверь,
Из пустот, заключённый в клеть.
Не простить, не казнить, не забыть, вовек.

Сходил к Волшебнику на Звероящер. Продуктивно, терапевтически.
Сразу выползло из меня, то что тревожило. Как обычно этим способом и избавляюсь - проживаю тяжёлые чувства, по другому не умею. Спасибо всем поэтам и музыкантам, они внесли разлад в тихую гладь моего гнетущего равновесия! И Энкишу за персональное внимание каждому выступающему. Ты делаешь огромное дело.

____

Я обвиняю всех вокруг
В своём стыде.
И в вечном поиске нелепых мук,
И в прожитой среде.

Склоняю к картам объясненье,
Чтоб исключить само сомненье,
Что карты выпали мне вдруг.
Ведь это все зловещий круг!

Судьбы моей предназначение
В другом, известно мне давно,
Как дистиллировать тоску в вино.
Но не зовут процесс: винотечение.

Определенно роль отца
Сыграла в этом деле.
Пол жизни знал, как мертвеца,
Закованного в теле.

Пол жизни воспеваю и хвалю.
Тоскую, чествую, смотрю
На фотографии я слепо.
Где без меня он. С них я слеплен.

Ругаю мать за жизнь "от сердца".
Что не ждала любовь свою,
Не помышляла жить в раю.
Согреть пыталась, не согреться.

А сам? Что, сам? Я не причём!
Вся слабость родом с детства.
Лучами солнца был взращен:
Людей руками не согреться.

Искал старое фото, а нашел пару старых рифм про рвущийся очередями бессвязных вспышек протест, неспособностью
закончить мысль.

Я бы написал сейчас,
Правда, очень хочется!
Что-то про притворство,
Или озабоченность.
Нет, верней заботу:
Ездить на любимую,
Извечную "работу".
Я бы накричал сейчас!
Правда: очень просится.
Злобой в отрицание:
Нежность опорочится.
Превратится в ненависть,
Детскостью впитается,
И придется заново,
Нежностью раскаяться.
Я бы станцевал сейчас,
Словно взятый демоном!
Диким, необузданным,
истеричным тремором.
Лишь бы разделить с тобой
Всё, что было склеено,
В голове немыслимо,
Сердцем лишь навеяно.
Да в запой прочёл тебе
Сотню сказок ласковых,
Усыпив нечаянно
Иллюстраций красками.
Я бы мог, наверное,
Всё, что миром ведомо!
Всё, что на уме моем,
В миг творенью преданный,
Обрело не сказанных
Слов запретность честную.
Чувств, тобою связанных
В жалость неуместную.

Достал с балкона комп, ему лет 25, продул от пыли, подвязал к периферии, он включился, как будто не лежал на свалке три десятка лет🤷🏻‍♂️ Там нашел строчки.
***
(этим можно всё мое творчество обобщить)

Неактуальные стихи, заботливо покоятся в карманах.
Сухие капли крови, не вовремя зажившей раны.
Как много смеха и тоски вам принести не суждено,
Им адресата не найти, по адресу куда идёт письмо.

***

(то ли про завышенное самомнение, то ли про заниженную самооценку)

Художник истинных пропорций, багетов нравственности столяр, в шедеврах чувствующий гниль.
С черновика, чужой рукой рисованной карандашом мечты, сдувает регулярно пыль.

***
(светлая наивность, все больше и больше такое нравится)

В глазах сияние робко искрится
Мечтой, что на дне пожелала укрыться
От жизни, в которой так трудно ей сбыться.
Мечтою о чувстве с рассудком на грани.
Нет места в котором рассчету и плану.
О чувстве, парящем, как шарик воздушный,
Что взглядом небрежным был в небо запущен.