Так, пока моя рукопись три дня будет в обработке , не стоит сидеть сложа руки. Приступим к написании следующих глав! А то время пройдет и не успею оглянуться, меня будут пушить со словами "Где следующая глава?". Там уже идет дело к завязке, а во мне включается прокрастинация... Кыш-кыш-кыш! Мы только начали! У меня еще два сюжета в голове есть. Пока не допишу эту книгу, следующую даже пальцем не трону. Если только заметки написать, коль идея придет😃

Глава 13. Тайны кураторской комнаты
 
Пока полицейские проводили тщательный обыск, Ария стояла в стороне, наблюдая за хаосом, разворачивающимся перед её глазами. Разве это была её мечта? Отчаяние тяжёлой волной накатывало, принося с собой болезненное чувство пустоты. Её тело и разум, перенасыщенные переживаниями в чужой стране, больше не находили выхода. Она начинала сдаваться.
Внезапно почувствовав острую потребность в поддержке, Ария машинально потянулась к телефону. Она открыла сообщения, молча уставилась в синий экран, но через секунду с тяжёлым выдохом снова заблокировала устройство.  
«Это бессмысленно…» — пронеслось у неё в голове.  
Окружающая реальность словно перешла в замедленный режим. Полицейские разбились на группы, детективы оживлённо что-то обсуждали. Прибыли криминалисты и тут же оцепили помещение, стараясь не повредить возможные улики — если они вообще остались.  
Со стороны за Арией наблюдала Дали. Тревога в её глазах не могла скрыть страх за ситуацию, в которой оказалась галерея. Но она понимала, что Арию сейчас раздирают куда более глубокие чувства. Её начальница выглядела сломленной, и от осознания собственного бессилия у Дали сжималось сердце. Вина за то, что она не проявила должного внимания в момент работы, сжигала её изнутри.  
К Арии подошли несколько полицейских. Один из них что-то сказал, но она не услышала. Вакуум, который окутал её сознание, отрезал её от реальности. Все звуки стали глухими, движения вокруг — размытыми.  
— Ария, — тихо позвала Дали.  
Её голос вывел начальницу из транса, но всё ещё не до конца. Видя её состояние, Дали шагнула ближе и осторожно коснулась её плеча. Ария вздрогнула, будто возвращаясь в настоящий момент.  
— Что? — спросила она, слегка заторможенно. Затем осознала своё состояние и, попыткой вернуть контроль, быстро добавила: — Простите, я отключилась.  
— Здравствуйте, — обратился к ней один из полицейских. — Можете указать, где находится пункт централизованного наблюдения? Нам нужно проверить камеры и технические устройства.  
— Да, конечно… — пробормотала Ария, переводя дыхание. Она на мгновение задумалась, а затем посмотрела на Дали. — Дали, проводи их, пожалуйста. Мне нужно в кабинет.  
Не дожидаясь ответа, она развернулась и быстрым шагом покинула место событий.
Её гордость и чувство долга не позволяли показать слабость перед другими. Лишь оказавшись в кабинете, вдали от чужих взглядов, она позволила себе расслабиться, опустившись на кресло. Веки тяжело сомкнулись, но перед глазами всё ещё стояла картина того, как её галерея превращается в место преступления.  
Её мечта рушилась. И, несмотря на все усилия, она чувствовала, что медленно теряет контроль над собственной жизнью.
 
Тем временем Дали, проводив служителей закона, возвращалась по коридору обратно к Арии. Её мысли были полны хаоса — она пыталась найти решение проблемы, которая, как ей казалось, возникла из-за её невнимательности.  
Но её размышления прервал невольно подслушанный разговор.  
Со Юн, миниатюрная девушка с круглыми глазами, стояла, сгорбившись, перед куратором Чон Янсоном. Её угольные волосы, доходившие ниже талии, мягко колыхались при каждом её нервном движении. Со Юн выглядела совсем юной и наивной. Она казалась растерянной, словно нашкодивший ребёнок, её попытка объясниться выглядела одновременно глуповатой и отчаянно старательной.  
 
Чон Янсон, худощавый мужчина около сорока лет, возвышался над ней, словно угроза. Достаточно высокий, с негустыми, зачёсанными назад волосами, тонкими губами и длинными пальцами, он больше напоминал строгого учителя, нежели человека, способного потерять контроль. Однако его перекошенное от злости лицо сейчас говорило об обратном.  
— Ты хоть понимаешь, что наделала? — прошипел он, указывая в сторону помещения, где раньше находилась статуя. Его тонкие губы скривились, как у человека, сдерживающего гнев. — Полиция! Здесь! Ты оставила столько улик, что они могут выйти на нас!  
— Я... я не знала... — дрожащим голосом пробормотала Со Юн, испуганно опустив голову.  
— Не знала?! — рявкнул Янсон, шагнув ближе.

Его угловатая фигура подавляюще нависла над девушкой. — Твоя задача была следить за чистотой! За порядком! Это несложно!
Со Юн замерла, едва удерживаясь, чтобы не разрыдаться. Её большие круглые глаза заблестели от слёз, но она стойко молчала, сжимая кулачки, словно пытаясь не показать слабость.  
— Если они что-то найдут, последствия будут катастрофическими, — продолжал Янсон, сжав свои тонкие пальцы в кулаки. — Ты хоть понимаешь, что поставлено на карту?  
Скрываясь в тени у колонны, Сон Дали наблюдала за этой сценой. Её лицо оставалось спокойным, но взгляд становился всё более острым, особенно когда она заметила, как Янсон поднял руку. Он явно был на грани, будто собирался ударить Со Юн.  
— Чон Янсон! — раздался её твёрдый голос, прерывая нарастающее напряжение.  
Мужчина замер, его рука остановилась в воздухе. Он медленно обернулся к Дали, взгляд его всё ещё пылал яростью.  
— В мой кабинет. Немедленно, — сказала она твёрдо, её тон не оставлял места для возражений.  
— Сон Дали-ши, вы не понимаете... — попытался оправдаться Янсон, опуская руку.  
— Нет, это вы не понимаете, — холодно перебила она. — Своим поведением вы только привлекаете лишнее внимание. Это последнее, что нам сейчас нужно. Или вы хотите устроить сцену на глазах у полиции?  
Янсон сжал зубы, но промолчал. Его раздражённый выдох был слышен даже с расстояния.
— В кабинет. Сейчас же, — повторила Дали.  
Он бросил холодный взгляд на Со Юн и, не сказав больше ни слова, отправился в указанное место.  
Когда он исчез за углом, Дали повернулась к стажёрке.  
— Ты в порядке? — спросила она уже мягче, её взгляд стал теплее.  
Со Юн, всё ещё подавленная, едва кивнула. Её большие глаза были полны слёз.  
— Спасибо, Сон Дали-ши, — прошептала она, с трудом сдерживая слёзы.  
— Всё в порядке, — успокоила её Дали, ободряюще улыбнувшись. — Это не твоя вина. Но, пожалуйста, запомни: никогда не позволяй никому так с тобой обращаться, — добавила она, мягко сжав плечо девушки.  
Со Юн всхлипнула и кивнула.  
Дали бросила взгляд на удаляющуюся фигуру Янсона. Что-то в его агрессии и панике показалось ей слишком подозрительным.  
«Он явно что-то скрывает. Но что?» — подумала она.  
С этими мыслями она направилась в свой кабинет, где её ждал Янсон. Дали была готова выяснить правду, несмотря на его попытки запутать ситуацию.  
Дали вошла в свой кабинет, плотно закрыв дверь за собой. Чон Янсон стоял у окна, напряжённо смотря на улицу. Его фигура оставалась статичной, но по едва заметному движению плеч было видно, что он пытается успокоиться после недавнего инцидента.
— Садитесь, — холодно сказала Дали, не теряя контроля над голосом.
Янсон обернулся, встретив её взгляд, и неохотно сел в кресло напротив.
— Вы хотели что-то обсудить? — начал он с деланным спокойствием, скрестив руки на груди.
Дали обошла стол, села напротив него и сложила ладони на столешнице.
— Давайте начнём с вашего поведения, — начала она. — Ваш тон и действия в разговоре с Со Юн были недопустимы.
— Сон Дали-ши, вы понимаете, в какой ситуации мы оказались? Полиция здесь! Если что-то пойдёт не так... — попытался он оправдаться.
— Я прекрасно понимаю ситуацию, — перебила она твёрдо. — Но это не даёт вам права запугивать стажёра. Со Юн всего лишь учится, и ваш гнев только подрывает её уверенность. Если вы не можете справляться со своими эмоциями, мне придётся задуматься о вашей компетенции.
Янсон нахмурился, но промолчал. Его пальцы нервно подёргивались на подлокотниках кресла.
— Теперь к более важному, — продолжила Дали, её голос стал холоднее. — Что вы пытались скрыть?
— Не понимаю, о чём вы, — ответил он, его тон был уклончивым.
— Я слышала ваш разговор с Со Юн. Вы упомянули улики и полицию, — её глаза сузились, как у хищника. — Вы явно нервничаете из-за следов, оставленных на месте, где была статуя.
— Конечно, я нервничаю, — резко ответил Янсон. — Нас могут обвинить в халатности!
— Не надо меня обманывать, — отрезала Дали. — Вы знаете, что речь не о халатности. Кто оставил эти следы? И почему они вас так беспокоят?
Янсон откинулся на спинку кресла, изобразив усталость.

— У вас есть доказательства того, что я что-то скрыл? — произнёс он с едва заметной насмешкой. — Потому что мне нечего вам сказать.
— Может быть, тогда вам стоит это объяснить полиции? — парировала Дали, наклонившись вперёд.
На его лице мелькнуло замешательство, но он быстро взял себя в руки.
— Конечно, объясню, если потребуется, — он изобразил спокойствие. — Мне нечего скрывать, Сон Дали-ши. Я дам правдивые показания.
Дали испытующе смотрела на него. Его уверенность и показное спокойствие только укрепили её подозрения.
— Замечательно, — ответила она, холодно улыбнувшись. — Надеюсь, полиция оценит вашу готовность сотрудничать.
Янсон поднялся, словно подводя итог разговору.
— Если больше вам ничего не нужно, я вернусь к своим обязанностям, — произнёс он, направляясь к двери.
— Конечно, — спокойно сказала Дали, склонив голову набок. — Но имейте в виду: я не потерплю повторения вашей выходки с Со Юн. И если я узнаю, что вы замешаны в чём-то противозаконном...
— Вы узнаете только правду, Сон Дали-ши, — бросил он через плечо, уходя.
Дверь захлопнулась, и Дали осталась одна. Она откинулась на спинку кресла, раздумывая над разговором. Янсон уходил с чувством победы, уверенный, что у неё нет на него никаких улик.
Но для Дали это был не проигрыш, а подтверждение её подозрений. Его манера говорить, уклончивость, резкие перепады эмоций — всё это говорило ей о том, что он что-то скрывает.
«Ты знаешь больше, чем говоришь, Янсон», — подумала она, её взгляд затвердел.
Интуиция никогда её не подводила. И теперь она знала: нужно копать глубже.

Глава 14. Свидетели и секреты

Прошло немало времени, пока полиция методично переворачивала галерею с ног на голову. Возле входа были выставлены ограждения, а внутри — царила деловитая суматоха. Полицейские, детективы и криминалисты продолжали работу, задавая вопросы персоналу и тщательно осматривая каждый уголок.
Ария, сидя в своём кабинете, чувствовала, как уходит напряжение первых часов шока. Её лицо, хотя и оставалось бледным, обрело немного твёрдости. Она вытащила стопку документов из шкафа, положила на стол и начала их просматривать, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы дать подсказку.
Дверь кабинета слегка приоткрылась, и на пороге появилась Дали. Она осторожно вошла, не прерывая размышлений начальницы.
— Как ты? — тихо спросила она, усаживаясь напротив.
Ария подняла на неё глаза, улыбнувшись едва заметной улыбкой:
— Лучше. Но всё ещё... сложно.
Дали кивнула, решив пока не упоминать о своих подозрениях насчёт Янсона. Она понимала, что сейчас это не время, особенно когда Ария старалась удержать себя в руках.
Ария снова обратилась к документам, перебирая страницы и старые фотографии. На одном из изображений была статуя, ещё целая и невредимая, стоящая в центре выставочного зала.
— Эти документы... Их наверняка заберёт полиция, — задумчиво произнесла она.
— У нас есть копии, не волнуйся, — быстро ответила Дали. Её голос звучал уверенно, как всегда, когда дело касалось её обязанностей.
Ария оторвала взгляд от бумаги, встретив взгляд Дали.
— Спасибо, что всегда так ответственно подходишь к делу.
— Это моя работа, Ария-ши, — отозвалась помощница с лёгкой улыбкой. — Но что ты ищешь?
Ария замялась, взгляд её упал обратно на стол, где лежали фотографии и описание статуи.
— Не знаю, Дали. Просто... что-то. Что-то, что поможет мне понять, где я упустила этот момент. Как это могло произойти.
Дали посмотрела на неё с мягкой настойчивостью.
— Мы разберёмся. Ты не одна, Ария.
Эти слова прозвучали как напоминание о том, что в хаосе и страхе есть место для поддержки. Ария глубоко вдохнула и кивнула.
— Спасибо, Дали.
Ария подняла взгляд от документов, задумчиво разглядывая фотографию статуи, лежащую перед ней. На ней был запечатлён человек, сидящий на коленях. Вместо груди — зияющая пустота, а в руках — алое стеклянное сердце, в центре которого находилась миниатюрная фигурка девушки. Лицо статуи было покрыто сетью глубоких трещин, словно рассказывая о долгих годах страданий.
— Почему именно её? — почти шёпотом произнесла Ария, больше спрашивая себя, чем Дали. — Что в этой статуе такого важного, чтобы идти на преступление?
Дали, наблюдая за начальницей, подошла ближе, но не вмешивалась, предоставляя ей время для размышлений.
Ария достала из папки описание работы. Художник, создавший её, Григорий Ратманов, был русским мастером, чьи работы уже много лет высоко ценились в мире искусства. Он был в преклонном возрасте и серьёзно болел. Но даже зная об этом, Ария всегда восхищалась его уникальным стилем.
— Ратманов был не только художником, но и инженером, — заговорила Ария, обращаясь скорее к самой себе, но Дали слушала с вниманием. — Он любил создавать вещи с секретом. Каждый его объект словно хранил внутри что-то скрытое.
Она провела пальцами по изображению статуи, как будто пытаясь разгадать её загадку.
— Гипс был его любимым материалом, — продолжила она. — Когда его жена умерла, он пережил глубокую депрессию. Так и не смог больше никого полюбить. Всё своё горе он вложил в эту работу.
Ария вздохнула, её голос потеплел, когда она продолжила:
— Этот человек, сидящий на коленях с сердцем и пустотой в груди... Это он. Это его боль, его утрата.
Дали слегка нахмурилась, вникая в слова.
— А фигурка девушки внутри сердца?
— Его жена, — тихо ответила Ария, опуская взгляд. — Он говорил, что, даже потеряв её, она навсегда осталась в его сердце.
Некоторое время в кабинете стояла тишина, нарушаемая лишь приглушёнными звуками из коридора.
— Если Ратманов добавил в неё какой-то секрет, — задумчиво произнесла Дали, — возможно, это и стало причиной кражи.
Ария кивнула, её мысли были озадачены.

— Ты права. Кто-то узнал о тайне статуи... Но что именно они искали?
Этот вопрос завис в воздухе, как нерешённая загадка, оставляя обеих женщин в раздумьях о том, что ещё скрывалось за треснувшим лицом и стеклянным сердцем статуи.

Когда в дверь постучали, Ария подняла взгляд от документов и, не раздумывая, пригласила войти. Дверь медленно открылась, и в кабинет вошёл детектив Ким Джунхо. Его лицо не выдавало никаких эмоций, и не было видно выражения, которое могло бы намекнуть на его внутреннее состояние.
— Как дела? — спросила Ария, пытаясь понять, не приведет ли этот визит к дополнительному напряжению.
— Мы продолжаем расследование, — ответил Джунхо, его голос был спокойным, но в нем чувствовалась усталость от бесконечных поисков улик. — Процесс может затянуться надолго, особенно если мы будем искать следы, которых, возможно, и не существует. В ближайшее время мы вызовем всех сотрудников галереи на допрос.
Ария кивнула, в её глазах не было страха — только решимость.
— Понимаю, — сказала она, не теряя самообладания. — Я готова помочь, чем могу. Всё это для меня тяжело, но теперь я хочу разобраться, что произошло, и помочь вам раскрыть это преступление.
Она сделала паузу, потом продолжила:
— Статуя, которая была украдена, принадлежала Григорию Ратманову, художнику из России. Он был известен своими необычными произведениями искусства, в которых сочетались инженерные навыки и глубокие эмоциональные переживания. Его работы всегда скрывают в себе некие тайны, механизмы или секреты, которые трудно заметить на первый взгляд.
Джунхо внимательно выслушал её, кивая, как будто осознавая, что эта информация может сыграть важную роль.
— Это действительно ценная информация, — сказал он, задумавшись. — Если в статуе есть скрытые элементы, это может помочь нам понять её истинное значение и мотивы преступников.
Ария продолжила:
— Я надеюсь, что мои знания о художнике и его творчестве смогут быть полезными в расследовании. Знаю, как сложно понять искусство, особенно когда оно содержит глубокий и скрытый смысл.
Джунхо слегка усмехнулся, глядя на неё.
— Искусство — это для меня, честно говоря, нечто далёкое, — признал он, явно не пытаясь скрыть свою неспособность оценить все тонкости произведений. — Но, если вы можете быть полезны, будем рады вашему участию. Это точно ускорит расследование.
Ария кивнула, её глаза наполнились решимостью. Она не сомневалась, что поступает правильно.
— Конечно, я буду консультировать, насколько смогу, — сказала она. — Главное, чтобы мы как можно быстрее выяснили правду.
— Отлично, — ответил Джунхо, поворачиваясь к двери. — Тогда, пожалуй, я пойду. Время уже позднее. Советую вам тоже поехать домой и немного отдохнуть.
Ария согласно кивнула.
Она и Дали провожали детективов к выходу. Когда они проходили через коридор, Дали тихо спросила Арии:
— Ты действительно готова брать на себя такую роль, консультировать их?
Ария улыбнулась, её глаза полнились решимостью.
— Если это поможет, я сделаю всё возможное. Я должна узнать, что случилось с этой статуей, и кто стоит за её похищением.

Вечерний Сеул переливался золотистыми и неоновыми огнями, словно город не знал ничего, кроме радости и бесконечной суеты. Тёплый летний воздух мягко обнимал улицы, где звуки смеха, шагов и мелодий из уличных кафе сливались в спокойный ритм жизни. Но в душе Арии, что стояла посреди этой безмятежности, накатывал водоворот тяжелых чувств — контраст к лёгкости ночи, каждая улыбка и каждый огонёк казались насмешкой над ее болью.
На мгновение Ария ощутила странное беспокойство, кто-то смотрит на нее. Когда она, вместе с Дали, провожала детективов Хвана и Джунхо, её взгляд случайно зацепил фигуру, прячущуюся в тени рекламного щита на противоположной стороне улицы. Человек держал в руках камеру, а его внимание явно было приковано к галерее. Её интуиция сразу подсказала, что незнакомец был здесь не просто так.
— Кто это? — спросила она, указав на фигуру, прячущуюся в тени рекламного щита.
Хван Сонгук, стоявший рядом с Джунхо, проследил за её взглядом. Увидев мужчину, он тут же раздражённо выдохнул.
— Ну, вот ещё чего не хватало, — пробормотал он себе под нос, потянувшись к плащу, словно собирался что-то достать.
— Кто это? — повторила Ария, насторожённо глядя на детектива.
Джунхо, более сдержанный, коротко объяснил:
— Это Сон Ян Синг, папарацци. Очень известный, если можно так сказать. Его имя часто мелькает в скандальных новостях. Он любит выискивать сенсации, подслушивать, снимать скрытую камеру. Чаще всего он буквально высасывает скандалы из пальца, но иногда... — он замолчал, не договорив.
— Иногда? — переспросила Ария.
— Иногда он действительно что-то знает, — ответил Джунхо, заметив, как его напарник уже решительно направился через дорогу к мужчине.
Хван, несмотря на свой небрежный вид, двигался с энергией, словно собирался поставить папарацци на место. Сон Ян Синг не отреагировал на приближение детектива, пока тот не остановился прямо перед ним.
— Ах, господин Хван, какой приятный сюрприз, — сказал Сон Ян, убирая камеру и смотря на него с лёгкой усмешкой. — Решили узнать, чем я тут занимаюсь?
— Ага, решил, — отозвался Хван, хватая Сон Яна за руку. — Ты тут что вынюхиваешь? Решил сенсацию раздувать?
— Просто делаю свою работу, — спокойно ответил Сон Ян, чуть поклонившись, будто издеваясь. — Полиция, огни, галерея... Думаю, это заинтересует публику. Особенно если учитывать, что это не просто галерея. Не так ли?
Ария, стоявшая у входа, почувствовала, как напряглась. Его намёк был очевиден. Но что именно он имел ввиду?
Хван Сонгук свел брови, пытаясь обработать последние слова этого журналюги. Но решив не поддаваться его провокация сказал:
— Ложная тревога, понял? — рявкнул Хван, чуть сильнее сжав руку папарацци. — Мимо проезжали. Полиция Сеула всегда на страже.
— Мимо? — переспросил Сон Ян, ухмыляясь. — Тогда почему у вас здесь столько машин, люди, и даже детективы из отдела расследований?
Джунхо подошёл ближе, пытаясь сгладить напряжение.
— Господин Сон, это действительно ложная тревога. И советую вам не терять время здесь. Вряд ли вы найдёте что-то достойное публикации.
Но Сон Ян не унимался. Он указал камерой на галерею:
— Возможно, нет. А возможно, я уже нашёл. Но, как говорится, посмотрим.
Он выдернул руку из хватки Хвана, бросил короткий взгляд на Арию, словно изучая её, а затем сделал шаг назад.
— Публика любит такие места, знаете ли. Галерея, полиция... детективы. Просто магнит для слухов, — добавил он, собираясь удалиться.
Хван, глядя ему вслед, в сердцах выругался:
— Крыса, недоделанная. Если что-то знаешь, говори сейчас, пока тебя за это не взяли!
Джунхо, видя, что Сон Ян Синг явно наслаждается своим преимуществом, сделал шаг вперёд, подняв руку, чтобы остановить детектива Хвана от очередного выпада.
— Господин Сон, — спокойно, но с явной угрозой в голосе сказал он, глядя репортёру прямо в глаза. — Я советую вам быть крайне осторожным с тем, что вы собираетесь публиковать. Даже намёк на эту ситуацию может обернуться для вас... большими проблемами.
Сон Ян слегка прищурился, его улыбка стала ещё более язвительной.
— Это угроза? — спросил он, наклонив голову. — Или, может, предупреждение?

— Называйте это как хотите, — ответил Джунхо, скрестив руки на груди. — Но поверьте, если хоть слово из того, что вы видели или придумали, попадёт в ваши статьи, я лично сделаю так, чтобы руководство вашего издания узнало, как легко вы нарушаете границы допустимого. А ещё, — он сделал паузу, — я уверен, что у вас есть лицензия на вашу деятельность. Мы, в полиции, очень любим проверять, всё ли в порядке с документами.
Репортёр нахмурился, его цепкий взгляд метнулся к галерее, а затем снова к Джунхо. Казалось, он размышляет, стоит ли ему рискнуть.
— Ну что ж, — наконец сказал он с деланным равнодушием, убирая камеру в сумку. — Я просто выполнял свою работу, но если вы хотите создать препятствия для свободы прессы...
— Нет, мы хотим создать препятствия для безответственности, — резко перебил его Джунхо. — Вы слышали. Это ложная тревога. Никаких статей. Иначе вы будете иметь дело не только с нами, но и с вашими работодателями. Надеюсь, мы поняли друг друга.
Сон Ян на мгновение задержал взгляд на Джунхо, затем слегка поклонился, словно соглашаясь, хотя в его движениях читался вызов.
— Конечно, детектив, — ответил он с лёгкой ухмылкой. — Я просто наблюдатель.
Его взгляд скользнул по Арии, которая старалась выглядеть спокойной, хотя её сердце сжалось от напряжения. Сон Ян улыбнулся, словно в последний раз хотел её припугнуть, а затем развернулся и неспешно ушёл, растворившись в толпе.
Хван проворчал, глядя ему вслед:
— Сыкун. Убежал, как только запахло жареным.
Джунхо кивнул, но его взгляд оставался сосредоточенным.
— Не стоит недооценивать таких, как он. Уверен, он всё равно попробует что-то нарыть. Нам нужно быть готовыми.

Глава 15. Нити за занавесом

Мелодичный голос раздавался из больших колонок, а звукорежиссёр старательно оттачивал чистоту звука, пока шесть молодых парней и розоволосая девушка, Робин, качали головами, слушая, как поёт Дживон. Они записывали новый трек. Все так долго и усердно работали, что режиссёр предложил сделать небольшой перерыв.
Пак Чонгмин, поправляя манжеты своей рубашки, оживился первым:
— Я хочу сходить за кофе.
— Я с тобой, — добавил Дживон, потягиваясь после долгого времени у микрофона.
Пак Чонгмин, похожий на живую картинку из модного журнала, выделялся своей утончённой красотой: большие тёплые глаза, мягкая улыбка и безупречно уложенные светлые волосы делали его центром внимания в любой компании. Его харизма была столь же яркой, как и его голос, а лёгкость, с которой он двигался, выдавала в нём прирождённого артиста. Но за его обаянием скрывалась глубокая целеустремлённость, благодаря которой он был готов работать до изнеможения.
Перед уходом Дживон обратился к остальным:
— Принести кому-нибудь что-то?
Ответы посыпались сразу, каждый перечислял свои любимые напитки. Дживон с улыбкой закатил глаза:
— Лучше бы не спрашивал.
— Давайте я помогу, — предложила Робин, вставая. — Всё равно надо проветриться, сменить обстановку.
Пока Дживон, Чонгмин и Робин шли в кафетерий, они болтали о музыке, её звучании и о том, что можно улучшить. Лёгкий вечерний бриз делал прогулку приятной, пока Чонгмин, задумавшись, не наступил на развязавшийся шнурок. Его падение выглядело настолько комично, что Робин и Дживон не удержались от смеха, весело помогая ему подняться.
В этот момент их внимание привлёк громкий разговор за дверью неподалёку. Любопытство взяло верх: замерев, как будто всё ещё поддерживали Чонгмина, они аккуратно приоткрыли дверь.
За дверью стояли менеджер Кан Джун Сок, высокий и крепкий мужчина с круглым лицом и презрительным взглядом, и директор по маркетингу Stars Up Пак Мин Хи. Несмотря на её невысокий рост и милое лицо с пухлыми щеками и аккуратным носом, её облик внушал трепет. Чёрные волосы, собранные в строгий пучок, чёрная дизайнерская блузка и джинсы подчёркивали элегантность её стиля, но в глазах сверкала стальная острота характера. В её взгляде мелькала искра безумия, тщательно скрытая за безупречным фасадом.
— Как ОНА могла случайно оказаться у дверей нашей компании? — резко спросила Мин Хи, её голос был полон раздражения. — Я надеюсь, ты позаботился о том, чтобы не осталось никаких следов, которые могли бы вывести на нас?
Кан Джун Сок, как всегда соблюдающий иерархию, ответил, склонив голову:
— Я не уверен, госпожа Пак. Мы много лет работали через эту галерею. Я думал, что директором станет наш человек, но сейчас там новый руководитель. Не уверен, что мы успели всё зачистить.
— Какого чёрта это должно быть моей головной болью? — Мин Хи со всей силы шлёпнула менеджера скрученной стопкой бумаг.
— Простите, госпожа.
— И как сейчас обстоят дела?
— Наши люди привлекли слишком много внимания.
— Идиоты, — с раздражением повторила она, снова ударив его бумагами. — Почему я должна всё за вас доделывать? Вы вообще понимаете, как это может закончиться?
Ребята с круглыми глазами наблюдали за этим, стараясь не дышать. Они понимали, что услышали то, чего им точно знать не следовало. Тихо прикрыв дверь, они поспешили уйти, направляясь к кафетерию.
До лифта никто не произнёс ни слова. Лишь когда двери закрылись, Чонгмин эмоционально воскликнул:
— Что это было?!
— Понятия не имею, — растерянно ответил Дживон. — Кажется, в компании снова проблемы.
— Мне показалось, это что-то личное, — сказала Робин, её голос звучал обеспокоенно. — Предлагаю забыть об этом, если вы не собираетесь в это вмешиваться.
— Да, ты права, — кивнул Чонгмин.
Дживон согласился, но ощущение, что эта история обернётся чем-то большим, не покидало его.

Звон лифта возвестил, что они достигли первого этажа. Когда двери открылись, перед ребятами предстал высокий молодой человек с худощавым лицом и уверенной осанкой. Его густые волосы были аккуратно зачесаны назад, подчёркивая изящные черты: небольшой прямой нос, тонкие губы и узкие глаза, излучавшие сдержанность и деловитость. Этот человек выглядел совершенно иначе, чем прошлым вечером, когда он совершил ограбление. Сейчас его идеально сидящий костюм и уверенная манера держаться создавали образ, который трудно было бы связать с преступлением.
Он зашёл в лифт, из которого выходила компания. На мгновение его взгляд пересёкся с Дживоном. Молодой человек в костюме остался безразличным, лишь слегка кивнув, а затем спокойно нажал кнопку самого верхнего этажа. Дживон задержал на нём взгляд, будто что-то в этом человеке показалось ему знакомым, но ничего не сказал. Робин, заметив это, спросила, кто он.
— Понятия не имею, — пробормотал Дживон, отводя взгляд и направляясь за друзьями. — Впервые вижу.
Тем временем молодой человек вышел из лифта и уверенно подошёл к столу секретаря.
— Со Юн Соль, — представился он, его голос был глубоким и уверенным. — У меня встреча с господином Ян Джу Хеном.
Секретарь, молодая девушка с безупречным макияжем, кивнула и скрылась за массивной дверью с табличкой: «Генеральный директор Ян Джу Хен». Через минуту она вернулась, улыбаясь:
— Господин Ян готов вас принять.
Юн Соль слегка кивнул и спокойно направился в кабинет, дверь которого за ним мягко закрылась.
— Ты пришёл, — голос мужчины прозвучал ровно и безразлично, словно присутствие молодого парня ничего не значило. Он сидел за массивным дубовым столом, не удостаивая гостя даже взглядом, внимательно изучая документы.
Ян Джу Хен, харизматичный мужчина средних лет, был воплощением сдержанности и интеллекта. Его стройное телосложение и аккуратные черты лица идеально сочетались с уложенными волосами, чуть прикрывающими высокий лоб. Темные глаза за прямоугольными очками будто пронизывали собеседника насквозь, открывая невидимые тайны.
— Можешь сесть, — бросил он коротко, делая едва заметный жест рукой.
— Благодарю, — ответил Юн Соль, стараясь сохранить вежливую интонацию, и сел на кожаное кресло напротив.
— Принёс то, что я просил?
— Да, господин. Оно со мной, — ответил молодой человек с подчёркнутой сдержанностью.
Наконец, директор поднял взгляд. Его глаза, внимательные и хищные, будто сканировали Юн Соля, считывая каждую эмоцию, каждую слабость. Молчание повисло в воздухе, на мгновение превращая время в вязкую субстанцию. Для Юн Соля эти секунды были настоящим испытанием, хотя внешне он старался казаться спокойным.
— Возникли проблемы? — вопрос прозвучал мягко, но в этой мягкости чувствовалась угроза.
Юн Соль невольно вздрогнул. Его мысли метались, как птица в клетке.
«Он как всегда проницателен», — мелькнуло в голове.
— Я бы не назвал это проблемой...
— Это не тебе решать, — резко оборвал его Ян Джу Хен, поднявшись со стула. Он взял в руки антистрессовый шар, словно подчеркивая свою видимую невозмутимость, и медленно обошёл стол.
Его шаги звучали глухо, но каждый шаг был, как удар молота. Ян Джу Хен встал прямо перед Юн Солем, нависая над ним, как хищник перед жертвой.
— Что произошло? — холодно спросил он, сверля взглядом собеседника.
Юн Соля бросило в холодный пот. Стараясь не показать страха, он опустил глаза и тихо заговорил:
— Девушка оказалась слишком бойкой. Она погналась за мной, когда я забрал у неё документ. Но я... я сумел оторваться.
Ян Джу Хен долго молчал, не спуская с него взгляда. Атмосфера в комнате становилась всё тяжелее.
— Надеюсь, это действительно так, — произнёс он, и холод его голоса заставил молодого человека сжаться. — Покажи мне документ.
Руки Юн Соля задрожали, когда он достал аккуратно сложенный листок из внутреннего кармана пиджака. Он двумя руками передал его директору, стараясь не выдать своего напряжения.
Ян Джу Хен развернул бумагу, пробежал по ней взглядом и кивнул, довольный. Однако его лицо внезапно озарила странная улыбка.
— А где второй документ? — его слова прозвучали спокойно, но с ноткой издевательства.

Юн Соль растерялся.
— Какой второй документ? Госпожа Пак Мин Хи сообщила мне только об одной бумаге, которую нужно было выкрасть.
Улыбка на лице директора исчезла, сменившись холодной яростью. Он молниеносно сжал шар в руке и с размаху ударил Юн Соля по лицу. Молодой человек едва не упал с кресла, но тут же выпрямился, подавляя боль и эмоции.
— Ты должен слушать меня, а не эту девку, — прошипел Ян Джу Хен, нависая над ним. — Ты служишь мне. Исправь свою ошибку! Этот новый директор галереи наверняка спрятал второй документ. Ты знаешь, что делать. Любые способы.
Юн Соль, всё ещё ощущая пульсирующую боль, поднял взгляд на директора. В его глазах читалась смесь страха и решимости. Он кивнул.
— Да, господин.
Ян Джу Хен выпрямился, вновь надев маску невозмутимости.
— Тогда иди. И не возвращайся без результата, — бросил он, возвращаясь за свой стол.
Юн Соль поднялся и вышел из кабинета, оставляя за собой атмосферу гнетущего напряжения. В его голове гудело от смеси эмоций, но одно было ясно: ошибка не повторится.

Мной написано 63 страницы! Это просто ВАУ!!!! Какие-то 37 страниц и будет первая 100! Я так рада!!!! ✨📚🎉
Дело движется к закрытию арки завязки , если вы смогли заметить читая историю внимательно. Впереди еще очень многое предстоит, но мне лишь хочется засучить рукава повыше и иметь как можно больше времени. Сегодня мне потребовалось 7 часов, чтобы написать 7 страниц. Хочется научиться писать быстрее. Хочу, чтобы книга получила большую известность и популярность. Хочу, чтобы она нашла отклик у читателей. Это мое искреннее желание.❤️‍🔥❤️‍🔥❤️‍🔥

Глава 16. Тишина между строк

Тишина наполняла квартиру Арии, нарушаемая лишь тихим, едва слышным звуком её пальцев, скользящих по экрану телефона. За окном город жил своей привычной, шумной жизнью — звуки машин, разговоры прохожих, шорохи вечернего ветра. Но внутри этих стен воцарилось гнетущее одиночество, которое словно поглощало весь воздух.
На журнальном столике рядом стояла чашка чая, его поверхность давно остыла, покрывшись тонкой плёнкой. Рядом лежал блокнот, когда-то полный идей и эскизов, но сегодня даже он не мог отвлечь её. Листья оставались нетронутыми, а карандаш валялся сбоку, бессильно.
Ария сидела на диване, пристально глядя на экран телефона, где светилась строка диалога с Эдом. Она видела длинный список сообщений, которые становились всё длиннее с каждым днём. Уже неделю она писала ему: рассказывала о работе, о событиях в галерее, о своих страхах и сомнениях. Она даже упомянула о том, как полиция приехала расследовать исчезновение статуи, и как ей пришлось держаться, объясняя следователям, что никто, кроме неё, не знает, что делать дальше.
Она долго смотрела на очередное сообщение, которое только что набрала.
"Эд, они считают, что это кто-то из сотрудников, но я не могу никого обвинить. Нападение на меня связано с этой статуей, но у меня нет доказательств. Просто скажи, что мне делать..."
Её палец нерешительно завис над кнопкой "отправить". В груди стянуло, словно от ожидания ответа зависела вся её жизнь. Ария знала, что не должна этого делать. Знала, что не получит ничего, кроме очередного разочарования. Но всё же нажала.
Сообщение ушло, и её сердце болезненно дрогнуло. Она смотрела на экран, как будто в ожидании, что он загорится, сообщив о его ответе. Но время шло, и экран оставался пустым.
Её мысли медленно возвращались к тому, каким был Эд раньше. Он отвечал быстро, с неподдельным интересом к её жизни, находил слова поддержки даже в самые трудные моменты. Теперь всё иначе. Его молчание казалось громким, почти болезненным. Маленькая серая галочка рядом с её сообщениями стала отражением её собственного состояния — тревожного, одинокого и пустого.
Она выдохнула и откинулась на спинку дивана. Внутри всё сжалось от горечи. Ария понимала, что эта связь держится лишь на её усилиях, но что-то внутри неё продолжало цепляться за иллюзию: как будто ответ Эда мог всё исправить.
"Почему ты молчишь?" — написала она снова, но на этот раз не отправила. Пальцы зависли над экраном, дрожащие от подавленного гнева и боли. Она стерла текст, закрыла чат и положила телефон на стол.
Квартира вновь погрузилась в тишину. Город за окнами продолжал жить, но Ария оставалась внутри своей безмолвной клетки, наполненной вопросами, на которые некому было ответить.
Она медленно поднялась с дивана, выключила свет в гостиной и направилась в спальню. Мягкий лунный свет пробивался сквозь тонкие шторы, освещая кровать, но она почти не обращала на это внимания. Усталость тяжёлым грузом давила на её плечи, затуманивая сознание, но она знала: даже сон не избавит её от навязчивых мыслей.
Лёжа в темноте, она в который раз взяла телефон в руки. Экран вспыхнул холодным светом. Никаких уведомлений. Ни звонков, ни сообщений. Тишина, которая почему-то звучала громче любых слов.
— Может, так и должно быть, — прошептала она себе, словно пытаясь найти утешение. Она натянула одеяло до подбородка и закрыла глаза, но внутренний голос всё равно шептал, пронзая тишину:
— Почему он просто не может ответить?
Резкий звук заставил её вздрогнуть. Вибрация телефона нарушила напряжённую тишину. Сообщение от Эда. Она застыла, глядя на экран, где вспыхнули его имя и короткая фраза. Сердце дрогнуло.
Но в следующую секунду сообщение исчезло. Удалено отправителем.
Её рука опустилась с телефоном на кровать. Ощущение пустоты заполнило её грудь, оставляя за собой лишь отголосок надежды, которая снова обернулась разочарованием.
Она закрыла глаза, но знала: ночь обещала быть долгой, как и все предыдущие.

Глава 17. Ветер подозрений

Ария и Сон Дали вышли из массивных дверей здания, словно сбрасывая с плеч тяжесть недавнего визита. Перед ними простирались широкие ступени, которые вели вниз, разделяя ухоженную лужайку пополам. Палящее солнце Сеула, как ни старалось, не могло пробиться сквозь густую тень их мыслей. Высокие деревья лениво шевелили листвой, будто наблюдали за их мрачным настроением.
Они молчали, но их взгляды говорили больше, чем слова. Весь визит в посольство прошёл так, как они и боялись: формальные улыбки, уклончивые ответы и ощущение, что они тратят своё время впустую.
Ария резко остановилась на середине ступеней, внезапно сорвавшись:
– Вот же уроды! – её голос прозвучал громко и звонко, нарушив летнюю тишину. – Почему они обвиняют нас в том, чего мы не делали? Не мы украли эту чёртову статую! Они должны помогать, сотрудничать с нами, а не показывать свою власть! Чертова бюрократическая система… Грр…
Её слова срывались с губ с такой интенсивностью, что казалось, воздух вокруг раскалялся ещё сильнее. Она бросила взгляд назад на здание, словно надеясь, что её гнев долетит до тех, кто был внутри.
Сон Дали шла чуть позади, наблюдая за начальницей. Она молчала, но её взгляд был внимательным и мягким, как у человека, который понимал, что слова сейчас не помогут.
– И, чтобы всё стало ещё «веселее», они теперь требуют, чтобы мы ежедневно отправляли им отчёт о нашей работе, – продолжила Ария с сарказмом в голосе. – Как будто у нас нет других дел, кроме как писать эти чёртовы бумажки!
Дали чуть нахмурилась, обдумывая услышанное:
– Это действительно будет непросто… Особенно с нашим графиком. Но, может, мы найдём способ справиться быстрее?
Ария остановилась и обернулась к Дали, её взгляд всё ещё пылал негодованием.
– Это не просто «непросто». Это бессмысленно! Вместо того чтобы помогать, они только усложняют нам жизнь. Мы же здесь ради дела, а не ради их бюрократических игр!
Дали догнала её, слегка положив руку на плечо:
– Я понимаю, – тихо сказала она, её голос был почти шёпотом, но прозвучал успокаивающе. – Но сейчас это бесполезно. Мы здесь, чтобы сделать своё дело, а не полагаться на людей, которые лишь притворяются, что хотят помочь.
Ария остановилась, вдохнула и выдохнула, словно стараясь сдержать новый поток эмоций. Она взглянула на Дали, в её глазах читалась благодарность за попытку успокоить.
– Ты права, – сказала она чуть мягче, хотя её голос всё ещё дрожал от напряжения. – Но знаешь, иногда мне кажется, что мы сражаемся против целого мира.
Дали улыбнулась уголками губ.
– Иногда кажется. Но это не значит, что мы не можем победить.
Они продолжили спускаться по ступеням, оставляя за спиной посольство, которое теперь казалось монументом холодной безразличности. Солнечные лучи, наконец, дотянулись до их лиц, но тепло погоды не могло развеять холодное чувство несправедливости, которое они унесли с собой.

После утомительной встречи в Посольстве Ария и Дали вернулись в галерею. Они вошли в длинный коридор, где их встретила стажёр Со Юн. Девушка слегка смущённо наклонила голову в знак приветствия, держа в руках планшет с записями.
— Госпожа Ария, — начала она, торопливо подбирая слова. — Детектив Джунхо прибыл. Он ждёт вас в вашем кабинете.
Ария коротко кивнула, её взгляд был строгим и сосредоточенным.
— Спасибо, Со Юн. Хорошо, что вы передали сообщение, — ответила она, стараясь сохранить профессиональный тон, хотя усталость всё больше давала о себе знать.
Со Юн отошла в сторону, пропуская начальницу и Сон Дали. Ария и её ассистентка проследовали дальше по коридору, минуя офисное пространство галереи, где собрались сотрудники.
Взгляды присутствующих молчаливо провожали их. У двери офиса стояли четверо сотрудников, явно взволнованных ситуацией:
Пак Чон Хи, куратор, как обычно одетый с иголочки стоял в своем костюме, с строгим выражением лица, державший руки за спиной.
О До Ён, экспозиционер, молодая и элегантная девушка с прямыми короткими волосами, одетая в стильный брючный костюм. Её добрые узкие глаза выдавали заботу, но в них промелькнул и лёгкий страх.
Ро Ду Хван, пресс-секретарь, высокий молодой человек с кудрявыми волосами и интеллигентной внешностью. Его круглые очки слегка сползли на нос, а пальцы нервно теребили ручку.
Со Юн, стажёр, скромная девушка, которая осталась у стены, стараясь не привлекать к себе внимания.
Когда двери кабинета за Арией и Дали закрылись, напряжение в офисе достигло предела.
— Что, думаете, он скажет? — шёпотом спросила О До Ён, переглядываясь с остальными.
— Тише! — шикнул Пак Чон Хи, строго посмотрев на неё. — Не думаю, что сейчас уместно это обсуждать.
Но едва он замолчал, сотрудники словно по сигналу начали медленно приближаться к двери кабинета, стараясь как можно тише встать поближе. Остановившись в нерешительности, они пытались уловить хоть слово из происходящего внутри.
Из кабинета доносились лишь глухие голоса, ничего конкретного. Это только усиливало тревожное ожидание. Каждый из сотрудников знал: обсуждение внутри касалось их всех. Подозрения витали в воздухе, а атмосфера становилась всё более напряжённой.
Со Юн нервно поглядывала на остальных, чувствуя, как напряжение буквально давит на плечи.
— Нам правда стоит быть здесь? — прошептала она, но ответа не последовало.
В этот момент даже самый тихий звук, доносящийся из-за закрытой двери, мог стать ключом к пониманию, что ждёт галерею дальше.

— Здравствуйте, госпожа Ария и госпожа Дали. Рад, что вы так быстро тут оказались, — сказал Джунхо, поднимаясь с дивана и поправляя воротник своего пиджака. Его тон был вежливым, но жёстким, что сразу привлекло внимание.
— Здравствуйте, — поздоровалась Ария, пристально глядя на детектива. — Что вас сюда привело? Есть какие-то проблемы?
— У нас серьёзные проблемы, — начал детектив Джунхо, тяжело вздохнув и сделав шаг вперёд.
Ария напряглась, но старалась сохранять спокойствие:
— Что случилось?
Джунхо достал планшет и включил видео, указав на экран. Вместо привычной записи с камер наблюдения было видно лишь статичное изображение.
— Это запись с ваших камер. Камеры наблюдения были отключены изнутри. Кто-то явно знал, что делает. А система безопасности… — Он бросил на Арию внимательный взгляд. — Она была взломана. Мы обнаружили цифровые следы вмешательства, и это не работа случайного хакера.
Ария почувствовала, как её ноги будто приросли к полу. Каждое слово Джунхо било в цель, разрушая последние остатки её уверенности.
— Это значит, что кто-то из нас… — её голос дрогнул, и она замолчала.
— Верно, — подтвердил Джунхо, медленно убирая планшет в сумку. — Мы начинаем подозревать, что в краже замешан кто-то из сотрудников.
Ария судорожно вздохнула, её руки невольно сжались в кулаки.
— Что вам нужно? — наконец спросила она, стараясь держать голос ровным.
— Полный доступ к внутренней документации галереи, — без колебаний ответил детектив. — Записи о предыдущих экспозициях, контракты с иностранными организациями, списки сотрудников, что работают сейчас и что работали раньше — всё. Нам нужно понять, кто имел доступ и что могло подтолкнуть этого человека к преступлению.
Сон Дали, заметив, как напряжение нарастает, сделала шаг вперёд и чуть опередила Арию в ответе:
— Мы готовы предоставить всё необходимое, детектив. И, поверьте, мы заинтересованы в том, чтобы найти виновного не меньше вашего.
Джунхо окинул Дали изучающим взглядом, будто оценивая её искренность, и кивнул:
— Надеюсь, так и будет. Я свяжусь с вами для дальнейших шагов.
Он коротко попрощался и вышел из кабинета, оставив за собой гнетущую тишину.
Ария медленно опустилась на кресло и закрыла лицо руками. Её плечи чуть дрожали от напряжения, которое наконец прорвалось наружу.
— Это просто катастрофа, — выдохнула Ария, не убирая ладоней от лица. — Они думают, что это кто-то из нас, Дали, — пробормотала она, её голос был наполнен смесью разочарования и отчаяния.
Сон Дали, всегда спокойная и собранная, подошла ближе и положила руку ей на плечо. Её прикосновение было едва ощутимым, но оно передавало уверенность, которой так не хватало Арии.
— Мы докажем, что это не так, — сказала Дали твёрдо, её голос звучал как тихий, но непреклонный якорь в буре эмоций. — Я поработаю над отчётом для Посольства. Я напишу, что ты активно содействуешь расследованию, подчеркну, что ты сделала всё возможное, чтобы предотвратить дальнейшие потери. Это поможет восстановить их доверие.
Ария подняла голову. Её глаза блестели от сдерживаемых эмоций, но в них всё ещё читалась сила. Они встретились с глазами Дали. На губах директора появилась слабая, но искренняя улыбка, словно в ней оживала благодарность.
— Спасибо, Дали. Я не знаю, что бы я без тебя делала, — произнесла она, её голос стал чуть теплее, как если бы её ледяное отчаяние начало таять под мягкостью слов ассистентки.
Дали ответила едва заметной улыбкой, но в ней было больше утешения, чем могли бы передать самые красноречивые речи.
— Держись. Мы справимся.
Внезапно Ария резко встала, её взгляд вспыхнул решимостью, а её движения наполнились энергией.
— Верно! — воскликнула она, голосом, который зазвучал громче и тверже. — Нам нужно усердно поработать и найти того, кто всё это провернул. Я хочу очистить своё имя и имя этой галереи от позора, который обрушился на нас в этой стране. Мы должны провести выставку, организовать мероприятие в Пусане — мы не можем позволить, чтобы всё рухнуло. Мы должны идти до конца!
Дали взглянула на неё с лёгким удивлением, а затем мягко улыбнулась, её взгляд светился теплом и восхищением.

— Кажется, в вас проснулась сила юности, — заметила она с лёгкой ноткой шутки, но в её голосе чувствовалось уважение.
Ария остановилась, осознав, что её вспышка эмоций привлекла внимание. Она улыбнулась в ответ, впервые за долгое время чувствуя себя сильной.
— Возможно, — ответила она уже спокойнее, но её глаза продолжали гореть решимостью. — А может, это просто желание не сдаваться.

Несколько часов спустя…
Время тянулось медленно, словно само пространство вокруг галереи наполнилось тревожным ожиданием. Дали действительно взяла на себя составление отчёта. Её руки легко скользили по клавишам ноутбука, но её ум работал на пределе, стараясь найти идеальные слова, которые могли бы вернуть галерее хоть тень доверия.
Она описала все действия Арии с педантичной точностью: создание условий для работы следственной группы, предоставление полной информации о сотрудниках, даже меры по улучшению безопасности, которые уже начали внедрять. Каждое предложение было пропитано стремлением показать, что Ария не только невиновна, но и сделала всё возможное, чтобы исправить ситуацию.
Когда отчёт был готов, Дали внимательно перечитала его, а затем ещё раз, чтобы убедиться, что каждое слово звучит убедительно. Она отправила документ с пометкой "срочно" и облегчённо откинулась на спинку кресла.
— Готово, — сказала она вслух, хотя в комнате, кроме неё, никого не было.