Противопоставляя (плохому) «коллективному Западу» (хорошее) «мировое большинство», следует помнить, что русские в том «большинстве» – абсолютное меньшинство.

Размышляя над категорией (хорошего) «мирового большинства», невольно вспоминаешь залихватски-самоироничное сербское «нас с русскими – 300 миллионов, а без русских – полгрузовика». Здесь, правда, картинка обратная.

Кстати, к вопросу о ненужных военных интервенциях США. В марте же исполнилось ровно 20 лет с момента американского вторжения в Ирак. Это мероприятие в официальном дискурсе там так и называется: вторжение (invasion), война (war) – без всяких экивоков. Более того, сегодня более-менее консенсусным мнением в политических, академических и медийных кругах США является то, что вся операция была огромной ошибкой, приведшей, помимо прочего, к расцвету в регионе и его окрестностях всяческих малоприятных религиозно-экстремистских группировок. А ведь можно представить себе, что там бы под шумок борьбы с терроризмом ввели – и не отменили – фактическую цензуру по иракскому вопросу – и до сих пор все американские спикеры на серьёзных щах рассказывали бы, что в 2003 г. всё правильно сделали.

🏥 Кто-то скажет, что невозможно одновременно быть категорически против массовой трудовой миграции в Россию и категорически за – и даже требовать усилить! – те политические решения, которые в конечном итоге делают эту миграцию неизбежной. Можно, всё можно. Ибо человек слаб и противоречив.

На вопрос о том, возможна ли поэзия после Освенцима, давно был дан положительный ответ. Такой же ответ, разумеется, получает и вопрос о том, можно ли сегодня размышлять о будущем обустройстве России. Можно и нужно. Эмоциональные возражения вполне понятны, но, понимая, вовсе не обязательно их принимать.

Маргарет Тэтчер отмечала, что общества-как-такового не существует, есть отдельные мужчины, женщины и семьи. Исследователи ценностей Инглхарт и Вельцель уточнили бы, что все эти отдельные мужчины и женщины принадлежат к определённым возрастным когортам, внутри которых доминирующие представления о хорошей жизни обычно более гомогенны, чем между разными когортами, формально принадлежащими к одному и тому же обществу.

Взять вот Турцию, где на носу – президентские выборы. Главная интрига: поддержат ли турки Реджепа Эрдогана, с его консервативным курсом? И здесь важно задать уточняющий вопрос: какие турки? Согласно социологии (Optimar), среди респондентов-зумеров (18-24 года) за действующего президента готовы проголосовать всего 13,6%, за основного оппозиционного кандидата Кемаля Кылычдароглу – 15,2%, за Мухаррема Индже, пришедшего вторым на прошлых президентских выборах, – 19,5%, а за Синана Огана – 15,3%. Fun fact: последний – азербайджанец, защитивший кандидатскую диссертацию по политологии в МГИМО (по другим данным, в МГУ).

Побывал умным парнем при Евгении Волгиной на радио «Говорит Москва». Обсуждали всякое: от призывов отказаться от английского языка до функции ООН, от военно-трудового пути Николая Пескова до концепции национальных интересов, от мягкой силы России до психологии международных отношений и проч. и проч. Начало эфира в 1:05:40.

Запад всё вмешивается и вмешивается в российские выборы, а они всё проходят и проходят строго в соответствии с планом (KPI). Год за годом, декада за декадой. Здесь, казалось бы, Штирлиц должен насторожиться: а был ли мальчик? А то неловко как-то за англосаксонских кукловодов. Но нет, вот опять и Дмитрий Песков, и Элла Памфилова заявляют, что Запад усилит вмешательство в этом году. Неугомонных каких партнёров нам б-г послал, право слово…

Это так, сарказм. А суровая реальность заключается в том, что в истории России и мира кот наплакал примеров внешнего вмешательства в избирательный процесс, а примеров успешного вмешательства нет совсем. Кто-то возразит: а как же наши президентские выборы в 1996 г.? История известная, обросшая легендами. А что в банальной действительности? Команда Ельцина наняла пару американских политтехнологов, которые, согласно книге Зыгаря «Все свободны», никакого участия в избирательной кампании не принимали, поскольку, во-первых, мало понимали политическую ситуацию в стране, а, во-вторых, никак не вписывались в уже сложившийся большой пул собственно российских политтехнологов, которым не нужны были конкуренты. Иными словами, американцев наняли для красоты. Впрочем, если бы оплаченные избирательным штабом кандидата иностранные spin doctors действительно поучаствовали в кампании, могло бы это считаться вмешательством?

Из всего вышеизложенного не следует, что невозможно внутреннее (!) вмешательство в избирательный процесс. Может, правда, это никакое не вмешательство, а наоборот - укрепление суверенитета страны. А то мало ли шастает всяких…

Хотя нет, погодите! Я тут шутки юмора всякие выдаю, а заокеанские кукловоды, может, и правда хотят вмешаться в наши выборы, чтобы сделать президентом России – Зюганова (одного из)?

Есть мнение, что тех, кто публично оправдывает сталинские репрессии, нужно профилактически… того… этого… А после сразу реабилитировать.

Был культ, но было и карго!

В контексте обсуждения нового учебника отечественной истории, который, видимо, должен быть лучше, чем старые, звучит максима о «непрерывности и преемственности» истории. Утверждается также, что о деятелях прошлого, о том же Иване Грозном, нельзя судить с морально-этических позиций современности. Действительно, исторические события следуют строго друг за другом, а не выскакивают вдруг из ниоткуда. Очевидно также, что ценности общества существенно меняются с течением времени (поэтому, кстати, идея возвращения к традиционным ценностям весьма сомнительна). Вместе с тем сама практическая ценность истории состоит в сравнении исторических событий с нынешним временем – и в возможности проследить, как те или иные проблемы можно было решить иначе, в т.ч. ближе к тем стандартам нормальности, которые у нас есть сейчас. Более того, постулируя непрерывность и преемственность истории, вы в определённой мере нормализуете всё, что с вами происходило. Если из одного события непрерывно и преемственно следует другое, из другого – третье, из третьего – четвёртое и т.д., то в целом получается, всё идёт как надо. Выходит, что в каждый данный момент исторического времени ваше государство всё правильно делало и не могло поступить иначе. Само слово «преемственность» в русском языке имеет положительные коннотации. А русская история, как и любая другая, вовсе не такова.

"Моя идентичность полностью строится на противопоставлении себя своему научному руководителю". Это я невольно подслушал фрагмент разговора двух студенток в 1-м гуманитарном корпусе МГУ. Задумался.

К теориям заговора можно подходить с разных сторон, например с формально-технической. Если существует убеждение о вредоносности (сознательной!) влияния на Россию «западных идей», то у меня лично возникает вопрос: а как буржуины англосаксонские, которые столетиями направляли на нас этот морок, контролировали, чтобы именно мы получали вредные идеи, а западным людям доставались нормальные, адекватные идеи, дающие корректное понимание того, как на самом деле устроен мир? Ведь все фильмы, сериалы, песни, книги, а также учебные программы ведущих западных вузов – они открытые и общие, они предназначены для всех вообще, включая – и прежне всего! – именно западных людей, в т.ч. (будущие) элиты. Или для элит существуют какие-то особые программы, особые учебники, особые издания гоббсовского «Левиафана» или фукидидовской «Пелопонесской войны», не говоря уже о всяких фон Хайеках, Попперах и прочих Милтонах Фридманах? И как это всё контролируется ещё более элитными элитами? Сложновато приходится рептилоидам-то…

С интересом и симпатией слежу за деятельностью отца Андрея Кураева, свободного христианского мыслителя. Буду следить и дальше.

У патриотической оппозиции в постсоветской России был принципиальный враг в лице коллективных либералов, которые, как считалось, находились у власти и продавали страну Западу. Поскольку последнее обстоятельство на данный момент отсутствует, сложно себе представить врага (гипотетической) новой патриотической оппозиции, о которой сейчас часто говорят. Впрочем, если пораскинуть мозгами, можно в качестве объекта яростной атаки выдвинуть недостаточно патриотичную часть общества, в т.ч. релоцировавшихся сограждан. Понятно, что это всё довольно стыдно и совсем не про борьбу за власть (т.е. не про политику в настоящем смысле слова), но тут уж…