​​Историю пишут проигравшие

Существует распространённое мнение, будто «историю пишут победители». На самом деле зачастую историю, наоборот, пишут проигравшие. Миф о «чистом Вермахте» – яркий пример такого рода.

С 1946 г. американцы стали набирать бывших высокопоставленных офицеров Вермахта для работы в немецкой секции Исторического отдела армии США, чтобы те подробно описали ход Второй мировой войны с немецкой точки зрения. В условиях разгоравшейся «Холодной войны» особый интерес представляло описание войны против СССР. Главой секции стал бывший начальник Генерального штаба Сухопутных войск (ОКХ) Франц Гальдер.

Секция работала с 1946 по 1961 гг. и за это время сформировала историографическую традицию, в которой Вермахт изображался как «обычная» аполитичная армия. Гитлер выставлялся как некомпетентный дилетант, без вмешательства которого доблестные генералы выиграли бы войну. Естественно, все они описывались как оппозиционеры по отношению к нацистской диктатуре, которые были связаны присягой по защите Родины, особенно от диких азиатских орд большевиков. Работники секции на протяжении 15 лет имели приоритетный допуск к архивным документам, консультировали прочих западных историков, а также выступали с докладами и лекциями перед американскими военными.

Одновременно с 1950-х гг. на западный книжный рынок хлынул поток генеральских мемуаров об «утерянных победах» героического Вермахта, которые тоже внесли лепту в популярный миф.

Американские историки Рональд Смелзер и Эдвард Дэвис в своей книге 2008 г. «The Myth of the Eastern Front: The Nazi–Soviet War in American Popular Culture» сравнили восприятие советско-германской войны с Гражданской войной в США. Миф о «чистом Вермахте» оказался похож на конфедеративный «Lost Cause». И там, и там была героическая армия, которая доблестно сражалась и существовала как бы в отрыве от сомнительного политического контекста. Её военачальники не разделяли радикализма государственных деятелей, а всего лишь защищали свою родную землю. И там, и там были «верные слуги» белых людей – послушные негры и «благодарные» за освобождение от большевиков народы Советского Союза. В конце концов, даже «сомнительный политический контекст» всегда можно было оправдать – любители Вермахта рассказывали про упреждающий удар по агрессивному Сталину, а любители КША про то, что конфедераты воевали за что угодно, только не за сохранение рабства.

В условиях «Холодной войны» на Западе не публиковались советские мемуары и научные исследования о Восточном фронте, а потому на протяжении долгих десятилетий о советско-германской войне здесь знали исключительно в пересказе с немецких слов.

Впрочем, уже с начала 1960-х гг. начался постепенный пересмотр этих популярных представлений о «чистом Вермахте». Значительная часть немецких архивов были возвращены из США в Западную Германию, и команда Гальдера потеряла монополию на их изучение и трактовку. Новое поколение гражданских историков стали вскрывать и показывать, насколько сильно Вермахт был интегрирован в нацистскую систему власти, пропитан расистским мировоззрением и вовлечён в чудовищные преступления.

С 1990-х гг. с падением «Железного занавеса» открылся доступ к новым архивам, а также к «советскому взгляду» на войну на Восточном фронте. По итогу западная историография в массе своей признала решающий вклад СССР в победу над Германией, а также ещё сильнее отошла от мифа о «чистом Вермахте». Постепенно в силу смены поколений представления о Второй мировой стали меняться и в общественном сознании западных стран, включая Германию. Но это тема для отдельного разговора.

При этом падение «Железного занавеса» привело к тому, что затухавший на Западе миф о «чистом Вермахте» парадоксально обрёл второе дыхание на постсоветском пространстве. Бывшие граждане СССР были перекормлены казённой советской пропагандой, а потому «свежие» нарративы, которые переворачивали её на 180 градусов, зашли на «ура». К сожалению, в условиях душного государственного официоза подобная трактовка истории по-прежнему воспринимается некоторыми в качестве достойной альтернативы.

​​Восстание обиженных

В годы Наполеоновских войн испанский король Фердинанд VII стал символом национального сопротивления иноземному французскому игу. В 1812 г. его либеральные сторонники провозгласили в Кадисе прогрессивную Конституцию, которая ограничила власть монарха избираемым парламентом, а право голоса получили все взрослые мужчины. Однако когда Фердинанд триумфально вернулся в страну в 1814 г., он тут же отменил Конституцию и вернулся к абсолютистскому «Старому порядку».

В 1820 г. либеральные офицеры взяли короля в заложники и заставили восстановить Конституцию. Однако не все испанцы приняли революцию, и в стране фактически началась Гражданская война («Guerra Realista»). «Либеральное Трёхлетие» закончилось в 1823 г., когда в Испанию вторглась армия французских Бурбонов. «100 тыс. сыновей Святого Людовика» разгромили либералов и вернули Фердинанду всю полноту абсолютной власти.

Следующие десять лет вошли в историю как «Зловещее десятилетие» («Decada Ominosa»). Либералов казнили и изгоняли со службы, многие бежали в эмиграцию. Разгул террора и цензуры осудили даже французские интервенты, которые пытались защищать побеждённых от необузданной мести со стороны победителей.

Под давлением из-за границы Фердинанд назначил «умеренное» консервативное правительство, которое не стало восстанавливать инквизицию (вместо неё создали централизованную светскую полицию) и объявило о частичной амнистии. Более того, финансы обанкротившегося государства оказались под контролем «технократов», многие из которых в прошлом были коллаборационистами на службе Жозефа Бонапарта. Из абсолютистского лагеря выделилась фракция ультрароялистов, которые стали с негодованием чихвостить действующий кабинет как «изменников» и «криптолибералов».

Социальной базой ультрароялистов являлись провинциальное дворянство и духовенство, которых бюрократы вытесняли из сферы управления, а также разорившиеся из-за Промышленного переворота крестьяне и ремесленники, которые видели в либерализме корень всех своих бед. Ещё со времён Гражданской войны по всей стране остались многочисленные децентрализованные монархические добровольческие корпуса («Voluntarios Realistas») – фактически ЧВК ультрароялистов. Их неформальным лидером стал младший брат короля дон Карлос, который считался наследником престола.

Весной 1827 г. ультрароялисты объявили, что масоны в правительстве похитили короля, и его нужно спасать, а по ходу дела также восстановить инквизицию и истребить всех оставшихся либералов. Центром мятежа стала Каталония, а восставших прозвали «обиженными» («Guerra de los Agraviados»). В сентябре Фердинанду пришлось лично ехать в Каталонию и доказывать, что никто его не похищал, и он продолжает оставаться абсолютным монархом. Король дал гарантии безопасности мятежникам, и к октябрю восстание сошло на нет. Стоит ли говорить, что все обещания были тут же аннулированы – зачинщиков либо казнили, либо отправили в ссылку.

Подавление «Восстания обиженных» деморализовало ультрароялистов, и некоторые из них стали склоняться к мысли, что Фердинанд является негодным королём, которого традиционалисты должны свергнуть в пользу более идейного дона Карлоса.

В 1830 г. Фердинанд издал Прагматическую санкцию, согласно которой наследницей престола в обход младшего брата становилась королевская дочь Изабелла. В 1833 г. Фердинанд умер, и Испания на 40 лет погрузилась в пучину «Карлистских войн» за престолонаследие. Ультрароялисты поддержали претензии дона Карлоса и его потомков, а сторонники Изабеллы были вынуждены пойти на союз с либералами, которые подчинили себе государственный аппарат и в итоге победили в Карлистских войнах.

Тем не менее проигравшие карлисты никуда не исчезли. Они сохранились как влиятельное традиционалистское движение на северо-востоке Испании, а их «рекете» внесли важный вклад в победу Франсиско Франко в Гражданской войне 1936 – 1939 гг. Окончательно с исторической сцены карлисты сошли лишь с завершением франкистской диктатуры.

Карта Испанской империи, согласно Конституции Кадиса 1812 г. За 10 лет до этого Испании также принадлежала Луизиана в Северной Америке.

Смотреть в большом разрешении тут.

Хорошее повтори и ещё раз повтори

https://telegra.ph/Versalskij-mir--likbez-06-28

​​Сегодня ровно 90 лет как один деятель наглядно показал, что «политик должен держаться середины»

По случаю юбилея скидываю западногерманский документально-игровой фильм 1967 г. (с английскими субтитрами) о тех событиях:

https://youtu.be/KW70gKf_wjI?si=1VuU8RgH7E-Z1l09

​​Петерлоо

Сегодня подданные Соединённого Королевства реализуют своё законное избирательное право на выборах в Палату общин. Однако это право было у них не всегда и по историческим меркам стало доступно лишь совсем недавно.

С момента создания Палаты общин в XIV в. и до первой трети XIX в. выборы в неё проходили в соответствии со средневековыми цензами, равно как и распределение мест по округам. К началу XIX в. большинство новых индустриальных центров не имели вообще никакого представительства, тогда как в Парламент могли избираться депутаты от давно опустевших холмов и болот – «гнилых местечек». Из 21 млн. человек правом голоса обладали лишь около 500 тыс.

После окончания Наполеоновских войн Великобритания погрузилась в пучину экономической депрессии – упали цены на текстиль (армии больше не требовалось столько униформы), а протекционистские «Хлебные законы», которые ввели с целью защитить «продовольственную безопасность», привели к росту цен на еду. Ситуация усугубилась после аномально холодного 1816 – «Года без лета».

В условиях экономического кризиса широкую популярность приобрели радикальные для того времени идеи о расширении избирательного права. Начались массовые демонстрации и сборы подписей под петициями в Парламент, которые неизменно отклонялись.

В августе 1819 г. радикалы вознамерились собрать самый большой митинг в Манчестере – индустриальном центре на севере Англии, который сильнее прочих пострадал от депрессии и не имел никакого парламентского представительства. Демонстрация была заявлена как мирная, трезвая и безоружная. Организаторы даже предусмотрительно увезли с места собрания все камни. Тем не менее городской магистрат расценил митинг как предвестник бунта.

В солнечный день 16 августа на поле Святого Петра в центре города собралась толпа в 60 тыс. человек. Многие пришли целыми семьями и были одеты в лучшую воскресную одежду. Журналисты отмечали большое число женских активисток.

Лидером радикалов считался Генри Хант, которого пригласили выступить на митинге. Перепугавшиеся власти города отдали приказ задержать оратора за подстрекательство к мятежу. В толпу влетели пьяные конные ополченцы (йоменри), которые арестовали Ханта и стали рубить всех подряд, пытаясь вырвать плакаты и транспаранты. Тогда же появилась первая жертва – всадник сбил с ног мать с двухлетним сыном, который погиб.

Однако йоменри быстро завязли. Тогда на помощь ополченцам была послана регулярная армия – 15-й гусарский и 88-й пехотный полки, которые за несколько минут саблями и штыками разогнали толпу. Число погибших оценивается в 18 человек, а раненных – от 400 до 700. Гусары за четыре года до этого участвовали в Ватерлоо, что дало повод журналистам окрестить резню в Манчестере как Петерлоо.

Общественное мнение было возмущено кровавой расправой над мирным митингом, однако правительство и лично регент (будущий Георг IV) поддержали действия магистратов и армии. Газеты, писавшие о резне, стали штрафовать и закрывать, а их редакторов – отправлять в тюрьмы за подстрекательство к мятежу. Та же участь постигла и лидеров радикального движения, включая Ханта. В следующие годы Великобританию трясло от беспорядков, но к 1821 г. тори задавили протесты репрессивными законами, цензурой и силой оружия.

Политический курс изменился лишь после смерти Георга IV в 1830 г. Тори раскололись по вопросу об эмансипации католиков, и самая реакционная их часть неожиданно присоединилась к вигам, чтобы за счёт расширения избирательного права среди англичан сохранить протестантское господство.

Первый закон о парламентской реформе был принят в 1832 г. Он упразднил многие «гнилые местечки» и даровал представительство индустриальным центрам, включая Манчестер. Были снижены цензы для участия в выборах, а число избирателей увеличилось с 500 тыс. до 800 тыс.

Последующие парламентские реформы состоялись в 1867 и 1884 гг., однако всеобщее избирательное право для мужчин было окончательно введено лишь в 1918 г. одновременно с избирательным правом для женщин-собственниц старше 30. Что же до всеобщего женского избирательного права, то его пришлось ждать до 1928 г.

​​Великий разгром тори

В Соединённом Королевстве подсчитаны результаты по 648 из 650 округов, где вчера прошли выборы в Палату общин. Победителем с большим отрывом стала Лейбористская партия, которая получила 412 мест, тогда как правившая в течение предыдущих 14 лет Консервативная партия отстояла лишь 121 кресло (разница в 291). Либеральные демократы показали свой лучший результат в истории, получив 71 мандат. Остальные политические силы – шотландские и валлийские националисты, различные североирландские партии, «реформисты» Найджела Фаража, зелёные и независимые кандидаты – довольствуются несколькими выигранными округами (от 9 до 1).

Подробнее о современной британской политике и результатах выборов можно прочесть на канале @fields_of_wheat

Что же касается истории, то она уже знала два примера разгромных побед лейбористов над консерваторами.

Новейшую историю Великобритании часто отсчитывают с 1945 г., причём не с победы во Второй мировой, а с парламентских выборов того года. В годы войны страной управляла коалиция консерваторов, лейбористов и либералов во главе с Уинстоном Черчиллем. С 1942 г. опросы общественного мнения показывали перевес в пользу лейбористов, которые обещали увеличить роль государства в социально-экономической сфере – национализировать Банк Англии, железные дороги и тяжёлую промышленность, создать систему всеобщего бесплатного здравоохранения, расширить системы социального страхования и государственного образования, строить больше дешёвого социального жилья. Консерваторы же предпочитали рассуждать о послевоенном будущем в самых общих чертах. С одной стороны, Черчилль оставался сторонником патернализма, но с другой – считал программу лейбористов чересчур социалистической.

После победы над Германией лейбористы разорвали военную коалицию. Новые выборы должны были состояться 5 июля 1945 г. Консерваторы сделали упор на геополитике и послевоенном переустройстве мира в пользу Британской империи. Избирателя призывали помочь Черчиллю закончить ЕГО работу. Кроме того, глава правительства обрушился на своих недавних коллег по военному кабинету и публично заявил, будто для установления социализма в Британии лейбористам потребуется какая-то форма гестапо.

Лейбористы же апеллировали к надеждам на социально-экономическое переустройство общества. Избирателя убеждали помочь ветеранам доделать ИХ работу – то есть дать им дома и профессию уже в гражданской жизни. Британцы помнили обещания предыдущих либеральных и консервативных правительств «дать землю, достойную героев» для ветеранов Первой мировой, которые, по общему мнению, так и не были реализованы.

Эта ставка полностью оправдала себя. Лейбористы получили 393 мандата, тогда как консерваторы – всего 197 (разница в 196). Либералы же были расколоты на две враждующие партии, которые набрали на двоих всего 23 мандата. Именно тогда этот политический лагерь, который до 1922 г. являлся одной из несущих конструкций двухпартийной системы, был окончательно сметён с политического ландшафта Великобритании, и вновь заявил о себе лишь с подъёмом либеральных демократов в 1980-х гг.

С 1945 по 1951 гг. победившие лейбористы во главе Клементом Эттли создали в Великобритании систему welfare-state со всеми её достоинствами и недостатками. 77-летний Черчилль ещё успел вернуться в кресло премьер-министра по итогу выборов 1951 г., но его второе правление выдалось довольно жалким. Большую часть времени старый глава кабинета болел, но упорно отказывался уходить. В конце концов, после нескольких инсультов Черчилль сдался и добровольно покинул пост в 1955 г.

Второй разгром тори в Новейшей истории случился в 1997 г., когда лейбористы во главе с умеренным реформистом и сторонником обновлённого «Третьего пути» Тони Блэром разгромили консерваторов со счётом 418 к 165 (разница в 253). После этого лейбористы правили вплоть до 2010 г., когда их победила коалиция консерваторов и либеральных демократов во главе с Дэвидом Кэмероном. И вот, эта 14-летняя эпоха заканчивается третьим в Новейшей истории разгромом тори…

… разгромом, который консерваторы, судя по всему, в очередной раз переживут.

​​توجه!

Сегодня ровно полгода, как «Стальной шлем» и «Берсальеры» стали выпускать совместные исторические подкасты. По этому случаю у нас выходит особый подкаст с приглашённым гостем. Мы поговорили со специалистом по Ирану с канала @politiran. Илья Васькин – младший научный сотрудник Центра изучения Ближнего Востока, Кавказа и Центральной Азии НИУ ВШЭ, рассказал нам много интересного об истории Ирана первой половины XX в.

Кризис династии Каджаров, Конституционная революция 1905/1911 гг., Первая мировая на территории Персии, диктатура развития Резы-шаха Пехлеви в 1925/1941 гг. и участие Ирана во Второй мировой – обо всём этом слушайте очередной выпуск нашего подкаста на всех доступных для вас платформах.

stahlhelmdelbersagliere.co.uk

Яндекс.Музыка

​​По просьбе уважаемого @politiran выкладываем список дополнительной литературы к нашему подкасту☝🏻

Amirahmadi Hooshang. The Political Economy of Iran Under the Qajars. I.B. Tauris, 2012.

Bayat Mangol. Iran's First Revolution - Shi'ism and the Constitutional Revolution of 1905-1909. New York, Oxford: Oxford University Press, 1991.

Bayat Mangol. Iran's Experiment with Parliamentary Governance The Second Majles, 1909-1911. Syracuse University Press, 2020.

Martin Vanessa A. Islam and modernism: the Iranian revolution of 1906. London: I.B. Tauris, 1989.

Cronin Stephanie. Soldiers, Shahs and Subalterns in Iran: Opposition, Protest and Revolt, 1921-1941. Palgrave MacMillan, 2010.

Cronin Stephanie. The army and the creation of the Pahlavi state in Iran, 1910-1926. London, New York: Tauris Academic Studios, 1997.

Cronin Stephanie. Tribal Politics in Iran: Rural Conflict and the New State, 1921-1941. London and New York: Routledge, 2007.

Banani Amin. The Modernization of Iran, 1921-1941. Stanford, CA: Stanford University Press, 1961.

Арабаджян З. А. Неизвестные страницы Конституционной революции 1905 – 1911 гг. в Иране. М.: Университет Дмитрия Пожарского, 2021.

Арабаджян З. А. Иран в годы Первой мировой войны. М.: ЛЕНАНД, 2021.

Арабаджян З. А. От Реза-хана до Реза-шаха: истоки иранской модернизации 1921–1925 гг. М.: ИВ РАН, 2022.

Арабаджян З. А. Иранская модернизация 1926 –1941 гг. М.: ИВ РАН, 2022.

Арабаджян З.А. Иран в годы Второй мировой войны. М.: Товарищество научных изданий КМК, 2023.

Я очень люблю инфографику. Особенно такую наглядную.

Распределение офицеров Генерального штаба между красными и белыми (и национальными армиями)

Ганин А.В. Раскол Генерального штаба // Дилетант. 2012. №5. С. 15

​​«Лося так просто не убьёшь»

Республиканец Теодор Рузвельт был избран вице-президентом США в 1900 г. в связке с Уильямом Мак-Кинли. Уже в следующем году Мак-Кинли был убит, и Рузвельт сам стал президентом. Его дочь так описывала публичный образ отца: «Покойник на каждых похоронах, невеста на каждой свадьбе и младенец на каждых крестинах». Один из чиновников указывал, что у него возникает чувство, будто «президенту 6 лет» – настолько тот обожал находиться в центре всеобщего внимания.

Правление Рузвельта стало апофеозом «Прогрессивной эры» – периода, когда федеральное правительство впервые после Гражданской войны и Реконструкции активно расширяло свои полномочия. «Справедливый курс» («Square Deal») Рузвельта покоился на трёх китах – борьбе против монополий, защите прав потребителей и охране природных ресурсов.

До принятия 22-й поправки в 1951 г. в США не существовало конституционного запрета на третий и последующие президентские сроки. Тем не менее Джордж Вашингтон заложил традицию находиться в должности лишь два срока, нарушать которую считалось моветоном. В 1908 г. Рузвельт добровольно уступил республиканскую номинацию своему военному министру Уильяму Тафту, который и был избран новым хозяином Белого дома.

Вскоре бывший и действующий президенты разругались – Тафт оказался сторонником более консервативного курса, тогда как Рузвельт требовал ещё большего расширения федеральных полномочий. В 1912 г. он создал собственную Прогрессивную партию и баллотировался на третий срок. Рузвельт не стеснялся оскорблять Тафта как «болвана» и «жирдяя», а его сторонники провозгласили себя «воинством Христовым», которые идут на выборы как на «Армагеддон» и «битву Господню».

14 октября во время митинга в Милуоки, штат Висконсин владелец местной пивнухи по имени Джон Шранк выстрелил в Рузвельта. Пуля пробила футляр от очков, сложенный в несколько слоёв лист с текстом речи и застряла в груди. Рузвельт был опытным охотником и понял, что раз он не кашляет кровью, то лёгкие не задеты и опасности для жизни нет. «Чтобы убить лося нужно что-то побольше», – заявил кандидат перед восторженной толпой, после чего произнёс запланированную речь «Прогрессивное дело больше любого отдельного человека», в то время как кровавое пятно расплывалось по его рубашке, и лишь после этого отправился в больницу. Врачи пришли к выводу, что удалять пулю было бы опаснее, чем оставлять в теле, и Рузвельт проходил с ней до конца жизни.

Схваченный Шранк заявил, будто ему во сне явился призрак Мак-Кинли, который обвинил Рузвельта в своём убийстве и потребовал отомстить. Суд признал стрелка психически невменяемым и отправил в психушку, где он и пробыл до своей смерти в 1943 г.

Президент Тафт и кандидат от демократов Вудро Вильсон приостановили свои кампании в ожидании, когда Рузвельт возобновит свою. Последний быстро пришёл в норму и ещё бахвалился, что «здоров как лось». Это животное стало символом новой партии, подобно тому как слон ассоциируется с республиканцами, а осёл – с демократами.

Харизмы Рузвельта хватило, чтобы потопить Тафта, но оказалось недостаточно, чтобы выиграть выборы. Действующий президент набрал 23% голосов и получил лишь 8 выборщиков, тогда как за бывшего главу Белого дома проголосовали 27%, что обеспечило ему 88 выборщиков. Бенефициарами раскола республиканцев стали демократы – их кандидат Вудро Вильсон набрал 42% голосов и заручился поддержкой 435 выборщиков.

Хотя Вильсон следовал в фарватере Прогрессивной эры, Рузвельт считал его непоследовательным и активно критиковал. В 1916 г. бывший президент помирился с республиканцами, и его «лоси» вернулись в «материнскую» партию. Считалось, что Рузвельт станет главным республиканским кандидатом на выборах 1920 г., но в начале 1919 г. он скоропостижно скончался в возрасте 60 лет.

Бывший президент Тафт ещё успел с 1921 по 1930 гг. побыть председателем Верховного суда, а его консервативная линия внутри Республиканской партии одолела прогрессистскую линию Рузвельта – в течение следующих десятилетий республиканцы окончательно разместились на «правом» фланге политических координат.