Ещё один замечательный плакат эпохи расцвета печатной агитпродукции.
Призыв голосовать за праволиберальную Немецкую народную партию (Deutsche Volkspartei - DVP) Густава Штреземана на выборах 1924 года. Лозунг "Weg die Fessel!" - "Долой оковы!" - отсылает к требованию пересмотра Версальского договора, навязанного Францией. Не зря лапы орла перевязаны ленточкой цветов французского триколора.
Призыв голосовать за праволиберальную Немецкую народную партию (Deutsche Volkspartei - DVP) Густава Штреземана на выборах 1924 года. Лозунг "Weg die Fessel!" - "Долой оковы!" - отсылает к требованию пересмотра Версальского договора, навязанного Францией. Не зря лапы орла перевязаны ленточкой цветов французского триколора.
О судьбе нескольких танков
В ходе Великой войны Германии не удалось создать адекватной танковой промышленности. В отличие от Британии и Франции, наштамповавших несколько тысяч боевых машин, Рейх разродился лишь двадцатью (!) танками А7V, использовавшихся на фронте в 1918 году. Также за годы войны немцам удалось захватить около 170 вражеских танков, из которых, однако, в боеспособном состоянии находились лишь около 35.
Вместе с тем, несмотря на свою малочисленность, танковые войска Германской империи, сумели принять участие не только в Великой войне, но и в гражданской войне в Германии. При подавлении коммунистического восстания в Берлине в январе 1919 года использовался А7V под номером 54 и кодовым названием "Hedi". Боевой образ "Hedi" дополнялся адамовой головой и надписью "Panzer-Kampfwagen-Abteilung Regierungs-Treue-Truppen" ("Бронетанковый отряд верных правительству войск"). Примечательно, что данный танк не участвовал в Великой войне и до уличных боёв, вероятно, использовался либо как учебная машина, либо как танк с радиостанцией. Впоследствии боевая машина в составе Ландъегерского корпуса генерал-майора Георга Меркера участвовала в освобождении Брауншвейга в апреле и Лейпцига в мае. Помимо этого при подавлении мартовского восстания коммунистов в Берлине использовались два трофейных британских Mark IV. История имперских бронетанковых войск окончательно завершилась с ратификацией Версальского мирного договора, согласно которому вся бронетехника Рейха подлежала сдаче союзникам и дальнейшей утилизации.
Единственным аутентичным немецким танком Великой войны, сохранившимся до наших дней, является "Мефистофель" под номером 506. Боевая машина была оставлена экипажем 24 апреля 1918 года в ходе сражения при Виллер-Бретоннё на нейтральной полосе в пределах видимости австралийских солдат 26-го батальона 7-й бригады. В июле австралийцы предприняли успешную вылазку, отбив брошенный танк. После окончания войны австралийцы не пожелали утилизировать танк, предпочтя отвезти его к себе на материк в качестве трофея. С тех пор "Мефистофель" демонстрируется в музее Квинсленда города Брисбен - именно из штата Квинсленд происходило большинство солдат 7-й бригады, захватившей танк.
В Европе существуют две реплики A7V. В 1987 году для немецкого танкового музея в Мюнстере создана статичная копия "Мефистофеля", названная, однако, в честь утилизированного после Версаля "Вотана". В Великобритании в 2009 году создана подвижная копия, купленная в 2012 году танковым музеем Бовингтона. Британская реплика не претендует на доскональное воспроизведение оригинала, хотя и носит номер 504 и кодовое имя "Schnuck" ("Золотко") реально существовавшего танка, утилизированного в 1922 году.
В ходе Великой войны Германии не удалось создать адекватной танковой промышленности. В отличие от Британии и Франции, наштамповавших несколько тысяч боевых машин, Рейх разродился лишь двадцатью (!) танками А7V, использовавшихся на фронте в 1918 году. Также за годы войны немцам удалось захватить около 170 вражеских танков, из которых, однако, в боеспособном состоянии находились лишь около 35.
Вместе с тем, несмотря на свою малочисленность, танковые войска Германской империи, сумели принять участие не только в Великой войне, но и в гражданской войне в Германии. При подавлении коммунистического восстания в Берлине в январе 1919 года использовался А7V под номером 54 и кодовым названием "Hedi". Боевой образ "Hedi" дополнялся адамовой головой и надписью "Panzer-Kampfwagen-Abteilung Regierungs-Treue-Truppen" ("Бронетанковый отряд верных правительству войск"). Примечательно, что данный танк не участвовал в Великой войне и до уличных боёв, вероятно, использовался либо как учебная машина, либо как танк с радиостанцией. Впоследствии боевая машина в составе Ландъегерского корпуса генерал-майора Георга Меркера участвовала в освобождении Брауншвейга в апреле и Лейпцига в мае. Помимо этого при подавлении мартовского восстания коммунистов в Берлине использовались два трофейных британских Mark IV. История имперских бронетанковых войск окончательно завершилась с ратификацией Версальского мирного договора, согласно которому вся бронетехника Рейха подлежала сдаче союзникам и дальнейшей утилизации.
Единственным аутентичным немецким танком Великой войны, сохранившимся до наших дней, является "Мефистофель" под номером 506. Боевая машина была оставлена экипажем 24 апреля 1918 года в ходе сражения при Виллер-Бретоннё на нейтральной полосе в пределах видимости австралийских солдат 26-го батальона 7-й бригады. В июле австралийцы предприняли успешную вылазку, отбив брошенный танк. После окончания войны австралийцы не пожелали утилизировать танк, предпочтя отвезти его к себе на материк в качестве трофея. С тех пор "Мефистофель" демонстрируется в музее Квинсленда города Брисбен - именно из штата Квинсленд происходило большинство солдат 7-й бригады, захватившей танк.
В Европе существуют две реплики A7V. В 1987 году для немецкого танкового музея в Мюнстере создана статичная копия "Мефистофеля", названная, однако, в честь утилизированного после Версаля "Вотана". В Великобритании в 2009 году создана подвижная копия, купленная в 2012 году танковым музеем Бовингтона. Британская реплика не претендует на доскональное воспроизведение оригинала, хотя и носит номер 504 и кодовое имя "Schnuck" ("Золотко") реально существовавшего танка, утилизированного в 1922 году.
Существует, кстати, байка, что до пяти захваченных французами A7V были в конце концов переданы Польше, и сыграли определённую роль в отражении советского наступления на Варшаву летом 1920 года.
Миф, однако, разбивается о несколько логичных возражений.
1) Откуда в Польше нашлись обученные экипажи и технический персонал для обслуживания столь специфичных машин?
2) Почему не существует ни одной фотографии польских A7V, ни одного свидетельства очевидцев?
3) Все изготовленные A7V известны буквально поимённо, судьба всех боевых машин изучена, ни один из них Польше не передавался.
Красивая легенда остаётся легендой
Миф, однако, разбивается о несколько логичных возражений.
1) Откуда в Польше нашлись обученные экипажи и технический персонал для обслуживания столь специфичных машин?
2) Почему не существует ни одной фотографии польских A7V, ни одного свидетельства очевидцев?
3) Все изготовленные A7V известны буквально поимённо, судьба всех боевых машин изучена, ни один из них Польше не передавался.
Красивая легенда остаётся легендой
Буры очень интересно манипулировали исторической памятью. Ополченец 1899 года, выступивший против Британии и пользовавшийся не только дипломатической, но и экономической поддержкой Германии, встаёт в один ассоциативный ряд с южноафриканским солдатом, призванным Британской империей в 1941 году на войну против Германии.
Об уровнях политических систем (первый пост в канале за почти три месяца, вау)
Вероятно физический труд действительно способствует приходу в голову умных мыслей. В общем, недавно при выполнении физических работ размышлял над устойчивостью политико-общественных систем. В голове сложилась следующая схема.
Внутри каждого государства можно выделить как минимум три уровня политических систем и институтов. Уровни первого порядка - это фундаментальные устои, которые возможно изменить лишь ввергая общество в революционный кризис со всеми вытекающими рисками. Британия - конституционная монархия, где "монарх царствует, но правит Парламент", Франция - президентская унитарная республика, а РФ - сверхпрезидентская псевдофедеральная республика. В целом, лишь маргиналы оппонируют первому уровню. Те, кто хочет что-то значить в реальной, а не в абстрактной политике, играют по правилам первого уровня. Данные правила способны держаться веками, как в UK или USA.
Второй уровень - уровень, я бы сказал, "эпох". Это принципы и институты, держащиеся десятилетями. Например, Тэтчер в 1980-х открыла эру неолиберализма в UK, которая в целом продолжается до сих пор. Лейбористы могут побеждать на выборах и формировать кабинеты, но какие-то общие принципы тэтчеровской политики они не трогают. Россия с 2000 года живёт в эпохе Путина. Смена кабинетов, повесток дня и президентских сроков всё равно оставляют неизменными ряд принципов, характерных для данной эпохи с самого её начала. Соответственно сменить системы второго уровня в разы легче, чем первого, но это всё равно ввергнет общество на какой-то срок в кризис, пусть и не столь жестокий, как в первом случае.
Наконец, третий уровень - уровень актуальной повестки. В демократических гос-вах Запада третий уровень обновляется в ходе выборов. В РФ он обновляется формально тоже после выборов, если же говорить точнее - с каждым новым сроком Путина, т.е первый срок это одно, третий - другое, а срок Медведева - нечто совсем иное. Хотя как бы они не различались между собой, они всё равно объединены общей логикой системы второго уровня, созданной в 2000 году. Которая, в свою очередь, совместна с ельцинской системой 1990-х, образуя с ней систему первого уровня, сложившуюся в 1993 году.
Вот такие размышления
Вероятно физический труд действительно способствует приходу в голову умных мыслей. В общем, недавно при выполнении физических работ размышлял над устойчивостью политико-общественных систем. В голове сложилась следующая схема.
Внутри каждого государства можно выделить как минимум три уровня политических систем и институтов. Уровни первого порядка - это фундаментальные устои, которые возможно изменить лишь ввергая общество в революционный кризис со всеми вытекающими рисками. Британия - конституционная монархия, где "монарх царствует, но правит Парламент", Франция - президентская унитарная республика, а РФ - сверхпрезидентская псевдофедеральная республика. В целом, лишь маргиналы оппонируют первому уровню. Те, кто хочет что-то значить в реальной, а не в абстрактной политике, играют по правилам первого уровня. Данные правила способны держаться веками, как в UK или USA.
Второй уровень - уровень, я бы сказал, "эпох". Это принципы и институты, держащиеся десятилетями. Например, Тэтчер в 1980-х открыла эру неолиберализма в UK, которая в целом продолжается до сих пор. Лейбористы могут побеждать на выборах и формировать кабинеты, но какие-то общие принципы тэтчеровской политики они не трогают. Россия с 2000 года живёт в эпохе Путина. Смена кабинетов, повесток дня и президентских сроков всё равно оставляют неизменными ряд принципов, характерных для данной эпохи с самого её начала. Соответственно сменить системы второго уровня в разы легче, чем первого, но это всё равно ввергнет общество на какой-то срок в кризис, пусть и не столь жестокий, как в первом случае.
Наконец, третий уровень - уровень актуальной повестки. В демократических гос-вах Запада третий уровень обновляется в ходе выборов. В РФ он обновляется формально тоже после выборов, если же говорить точнее - с каждым новым сроком Путина, т.е первый срок это одно, третий - другое, а срок Медведева - нечто совсем иное. Хотя как бы они не различались между собой, они всё равно объединены общей логикой системы второго уровня, созданной в 2000 году. Которая, в свою очередь, совместна с ельцинской системой 1990-х, образуя с ней систему первого уровня, сложившуюся в 1993 году.
Вот такие размышления
Про то, как русский народ "поддержал" большевиков
"В Иркутске же в январе 1918 года начинает формироваться антибольшевистское подполье. Уже в марте этого года большевики столкнулись и с крестьянским недовольством. Первая яркая вспышка произошла в селе Троицкий Завод, примерно на 50 км южнее Заларей. Здесь, как образно описывают сами большевики, местные рабочие, по большей части воры-рецидивисты, создали Троицкий совет, который обязал крестьян поставлять продукты бесплатно. Когда они отказались, начались реквизиции, и в конечном счёте толпа местных жителей ворвалась и перебила совет. Председатель совета был убит поленом. А губернские власти были вынуждены заплатить крестьянам компенсации за прежнее безобразное поведение красногвардейцев, когда восстание закончилось".
"В Иркутске же в январе 1918 года начинает формироваться антибольшевистское подполье. Уже в марте этого года большевики столкнулись и с крестьянским недовольством. Первая яркая вспышка произошла в селе Троицкий Завод, примерно на 50 км южнее Заларей. Здесь, как образно описывают сами большевики, местные рабочие, по большей части воры-рецидивисты, создали Троицкий совет, который обязал крестьян поставлять продукты бесплатно. Когда они отказались, начались реквизиции, и в конечном счёте толпа местных жителей ворвалась и перебила совет. Председатель совета был убит поленом. А губернские власти были вынуждены заплатить крестьянам компенсации за прежнее безобразное поведение красногвардейцев, когда восстание закончилось".
Как "русский" народ на революцию "поднялся"
"В это переходное время, без преувеличения можно утверждать, что интернационалистская Красная гвардия, состоявшая в большинстве своем из мадьяр и значительного числа румын, немцев, чехов и других национальностей бывшей Австро-Венгерской монархии, была единственной обученной в военном отношении и надежной вооруженной силой Томского Совета" (с) Ференц Мюнних премьер-министр советской Венгрии в 1958 - 1961 г.г., бывший воин-интернационалист
"В это переходное время, без преувеличения можно утверждать, что интернационалистская Красная гвардия, состоявшая в большинстве своем из мадьяр и значительного числа румын, немцев, чехов и других национальностей бывшей Австро-Венгерской монархии, была единственной обученной в военном отношении и надежной вооруженной силой Томского Совета" (с) Ференц Мюнних премьер-министр советской Венгрии в 1958 - 1961 г.г., бывший воин-интернационалист