1.5 x 1.5

счастье в маленьком кулечке, полтора на полтора,
тихо ждет тебя в кирпичиках московского двора.
от угла налево к сутке, сквозь панельные дома,
я читаю проституткам, раскрыв душу до гола.

до утра кручу пластинку
этой грустной вечеринки.
обещаю-обещаю,
точно всё, последний раз.
предпоследний, блядь, ну ладно.
и по телу пот прохладный,
а по шее нежно-нежно простекается петля.

у тебя всё хорошо, ты не болен и доволен,
это просто аксиома человеческой основы,
просто так сложилась жизнь, просто не такой, как все,
просто мчишься, наплевав на всё, по белой полосе,
а куда она ведёт? да тебя и не ебёт,
в клипах этих обрыганов льётся, кокич и моёт,
у тебя уже девятка
балтика и соли пятка
может помощи, дружок?
не, не надо, все в порядке!

радость взвесишь на весах,
будешь жрать ее горстями.
и смотри, не подавись,
поделись ее с гостями.
ведь они твои друзья,
и на всех одна ноздря.
ни за что тебя не бросят,
как отпустят чудеса.

заебал уже нудеть! заебал читать нотации!
не хочу ниче менять, хочу просто объебаться!
чтоб не видеть этих лиц, продавцов и желтых акций,
гнусных грязных работяг, их унылых резерваций.

ящик будет пустовать.
не видать счастливых писем.
я бы так не параноил,
если б все не сговорились.
ведь все это не болезнь.
я ни капли не зависим.
просто нюхаю чутка,
просто с самого утра.
просто восемь дней в неделю.
надоели, надоели.
лето красное пропели,
обернуться не успели.
как зима катит в глаза,
отказали тормоза.
и ты снова ищешь крошки
на притоне спохмела

радость взвесишь на весах,
будешь жрать ее горстями.
и смотри, не подавись,
поделись ее с гостями.
ведь они твои друзья,
и на всех одна ноздря.
ни за что тебя не бросят,
как отпустят чудеса.

тысячи раз встречались взглядами
ладаном, шмалью и рождеством
омут твой веет сиреневой аурой
вечерней балтийской лиловой волной
покой или кто-то укрыл одеялом
лаская словом
кривя душой
на посошок не выпивая
не прислоняться
над головой
словно как нимб
круг веток и станций
я так скучаю
не зная тебя
в груди пустота
параллельна пространству
поезд несется
смеется москва
я тоже смеюсь
бывает и плачу
оплата за счастье
хоть и прошла
абсурд и рассудок
переплетая
так ищу нечто
что не рассчитать

бедные-несчастные

бедные-несчастные
искали только счастья
искали всеми силами
во сне и наяву

подсматривать загадку
украдкой аккуратно
что б только не сломать
что б только не спугнуть

бедные-несчастные
скромные-тщеславные
и от противоречий
рвется-рвется грудь

любим наши странности
с крайности на крайности
не найдем мы рая
но найдем уют

бедные-несчастные
нежные-прекрасные
так хватали счастье
не хотели отпускать

в этом вся проблема
мой синдром отмены
укутаюсь клубочком
завалюсь в кровать

funky spider-man

кто судьи? не хочу быть даже понятым
последнего плохого на кишке хорошего
я перемерил все костюмы, как и ты
сдирая, как чулок
очередную кожу

ведь каждого из вас можно понять и отменить
любить, простить, убить, пустить
где в магазине тепло греться
самый естетсвенный
естественный отбор
свобода воли
борется
и сердце
совесть в нас
внутри
закрой околицу
лисица прекрати
я никого в свою
темницу не пущу
лишь для себя
я самый страшный ебырь
насилую свой мозг
хуй входит в темноту
и пропадает
проходит время
звезды сперма
звезды просто пыль
я полюбил секунды
когда мне не больно
и если в вечности
есть счастье
это значит
растянуть мгновение
и порвать
струны вселенной
кончить на кровать
не вытирать
уснуть в конче
понять, что рай - утопия
и больше не проснуться

хихихи и хехехе (MACAN)

30 год все топчет человечек
мать сыра земля
бежит по шару
как по беговой дорожке
рисунки осени, зимы
ночей и дней петля
я говорю макан
вы говорите хуесос
на сцену просим
любого дурака
что слово стыд вертел
на моноколесе сансары
разгоняя
врастающая слизь
чернеющая тень
нам не мешает
анестетик майнить

чтоб
хихихи
и хехехе
в груди
мурашки
ниже к животу
не прекращаясь
пизже не будет
хочется кусаться
ай
везде
сильнее
малую

то нарастающее чувство
словно миг
не во грехе
увядший

навзрыд украденная
дрожь
и вкус акации

рожь пропасти
пред первым поцелуем

сбитое дыхание

все обрывается
и каждый раз слабей
душа фригидна
передоз плацебо
ладно

быть может, сдаться?
незачем писать
кругами по воде
мой лейтмотив -
неуловимость счастья

и пусть катарсис не приходит
я переживу
монеточка поет крутые песни
вот хаски пидорас
но я его люблю
почти как маму
безусловно
местный пес, юрец каплан и гуф
во мне смешались
две трехсотки
уличная школа
соевый саспенс
америка, которой нет
девятый смайк
и добрый кола

фрактал

а вся жизнь как фрактал
ветви рождают веточки
таблеточки на руках
юные годы беспечные
бесконечность ослепит глаза
будут звезды взрываться под веками
тянись на тепло, наугад
человек к человеку

а вся жизнь как фрактал
до талого мы похожи
я буду ждать тебя там
даже если покину кожу
где место всем дуракам
как в песне нашей любви
сердце мое забирай
и в тепле под ребром храни

а вся жизнь как фрактал
куда бы мы не летали
бог будет безумно смеяться
услышав о твоих планах
и словно как дети малые
под небом алого цвета
найдем дорогу домой
по пути стрельнув сигарету

а вся жизнь как фрактал
в этом и весь секрет
родимся, умрем
потом снова по-новой
как миг пролетят
сотни-тысячи лет
наш уютный обед
на балтийском заливе
повторится снова и снова
во всех вариациях нашей вселенной
слово «привет» на всех языках
и любви не страшна
ни сингулярность
ни черные дыры
любовь это нечто
дольше, чем вечность
больше любой бесконечности
любовь всеобъемлюща
ни конца ни начала
не бойся и прыгай за мной
в цвета родного фрактала

зима 2024

рок-песня

трагикомедия жизни
инди-ситком
откровениями снов
под уебской заставкой
и представь
мою зависть
возможности вашей
съемки сорвать
своевольной отставкой
гугл-строка
который час точка ком
я тут в павильоне
не потерялся
не сокуров, не сахаров
не зебра бобо
нелепый
глупый
мальчик

да похуй
гойда!
бомбу взрывай
только лучше во время сон-часа
так мы все просто проснемся
дома
не заметив, новый язык приказа
раз-раз
да хоть задрочись этой кнопкой
мне нахуй нашивки, наручники
гайки,
болты, капитал
справедливость и вата
соя и мясо
пластмассовый разум

а точно
уже мужчина почти
с щетиной
кредитной историей
годом
чистых скитаний
пузом пивным
не спеши
рок-звездой уже был ненароком
проверка на вшивость
ноты не знал
просыпался в притонах
а утро ни с кофе
не просри
еще год
на красивый финал
не шути
а то вдруг
ненароком

да похуй
гойда!
бомбу взрывай
только лучше во время сон-часа
так мы все просто проснемся
дома
не заметив, новый язык приказа
раз-раз
да хоть задрочись этой кнопкой
мне назуй нашивки, наручники
гайки,
болты, капитал
справедливость и вата
соя и мясо
пластмассовый разум

каким еще роком?
мою пастораль
клоповым матрасом
бриллианты на шило
а шило на мыло
я че блять говнарь?
ну честно признаюсь
было и было
как в школе мечтал
рвать трибуны
пинк флойд
даже купил телекастер
полажал
побримчал
и продал
сходил в аптеку
купил лекарства

да похуй
гойда!
бомбу взрывай
только лучше во время сон-часа
так мы все просто проснемся
дома
не заметив, новый язык приказа
раз-раз
да хоть задрочись этой кнопкой
мне назуй нашивки, наручники
гайки,
болты, капитал
справедливость и вата
соя и мясо
пластмассовый разум

поезда

быть может
забыть
любимые песни эти
и нам не найти ответы
куда нас везут
поезда-поезда
закрывая глаза
затянувши хамут
я падаю беспросветно
в обрывки последнего лета
ведь где-то июнь
что хранит наш секрет
и лучи через тюль
нежно шепчут
«привет»

нежно шепчут «постой»
просят-просят, останься
мой любимый со мной
ведь я так заебался
ветер времени зол
как цветы эти красные
а на сгибе узор
что напомнит о счастье

быть может
любить
я никогда не умела
это пустое тело
что весит над землей
что не весит ни грамма
мама-мама, прости
не дави эти раны
не входи в эту дверь
просто-просто, поверь
знаю это моя ошибка
жаль, не помню твоей улыбки
жар по телу опять
твою кофту обнять
и упасть на кровать
словно просто пропасть

словно это все сон
и вагоны на небе
оставляют узор
нелинейное время
и путь злобно играют
на стене эти тени
подойду и растаю
словно так и хотели
словно-словно за словом
в карман не лезли
словно просто прикол
подавление агрессии
мы боялись уколов
но без них было весело
так пускай эта боль
превращается в песню

лети, как птица
оставляя под собою море
и горе ты мое
сошедшее с булгаковских страниц
мы сладко спим
средь маковых цветов
в бескрайнем поле
на волю небесам
и светописи северных столиц

собака-поводырь

отведи меня просто
туда, где не больно
я слепо поверить могу
только этим глазам лабрадоровым
здорово просто
что люди в московском метро
иногда улыбаются
а ты безусловно любишь
друга-слепца
и это прикольно