#обозревая_происходящее

⚡️Путин на встрече с молодыми учёными в Новосибирске спросил у участницы, когда она начала публиковаться и в каких журналах.

Девушка ответила - в основном в зарубежных, Q1 и Q2, на что Президент благосклонно кивнул.

Где-то в РЦНИ заплакали создатели ЕГПНИ

Ставь лойс, если тоже вместо атласа анатомии Синельникова рассматривал видосы с Liveleak

— «Что на кепке написано? А на микрофоне?»

В Москве во время рейда в хостеле журналисты решили проверить знание русского языка у иностранных специалистов

Каким-то чудесным образом мигрант, который живет в России и сдал экзамен на знание русского языка и истории, не смог узнать российский герб на своей кепке, а также не осилил прочитать «Россия» с микрофона

Бладсикер. Подписаться

Более 800 бюджетных мест в ординатуре остались пустыми в этом году. Люди НЕ ИДУТ НА БЮДЖЕТ.

Врачи уходят в частные клиники, госбольницы пустеют....что делать? Может, будем думать, как улучшить условия труда и увеличить ЗП?

НЕТ! Мы заставим людей пахать за копейки и подписывать кабальные целевые договоры.

Для наглядности, сколько пустующих мест мы имеем:

РНИМУ имени Пирогова – 289
Первый МГМУ имени Сеченова – 198
Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования – 189
ФМБЦ имени Бурназяна – 123

Год назад недобор был в региональных вузах, уже тогда выпускников отпугивала перспектива отрабатывать в небольших городах и селах с низкими зарплатами. Сейчас это коснулось буквально столицы...

Сами знаете какие итоги и что результат за окном.

О, теперь буду вместо набившего оскомину ДЭП говорить cerebral small vessel disease (CSVD).

https://www.biorxiv.org/content/10.64898/2026.03.18.712572v1

Очень важная новость: учёные завершили картирование всех нервных клеток клитора
Сохрани, чтоб не ошибиться и найти нужные!

Понимаете, все наши правила и процедуры были составлены в ту эпоху, когда считалось, что главное и самое страшное, что может произойти – то, что деньги украдут или распилят. Поэтому была выстроена многоэтажная система обеспечения «прозрачности», «конкурентности» и перекрёстного контроля.

Сказать, что из-за этого воровать стали меньше, нельзя – наоборот, в этих условиях единственный способ сделать дело – это что-то нарушить. А сие значит, что на такие позиции идут люди с чётким осознанием, что в некотором смысле они в любом случае уже потенциально зэки (если не успеют сбежать куда-то, где надо заранее иметь запасной аэродром). Ну и дальше вы понимаете, дело техники: «наполнить бассейн» и организовать этот самый аэродром вместе с путями экстренного отхода.

Отсюда повторю свой старый тезис: коррупция в России в основном есть порождение многолетних усилий системы по борьбе с коррупцией. Кто понял этот парадокс, тот вообще многое понял про нашу жизнь.

В 2025 году представители компании Specifica провели первый в истории слепой проспективный конкурс по компьютерному дизайну антител — AIntibody, который был вдохновлён знаменитым соревнованием по предсказанию структуры белков CASP. Главным зачинщиклм выступил ветеран индустрии, ученик нобелевского лауреата Сесара Мильштейна, Эндрю Брэдбери. В различных интервью он неоднократно говорил, что его мучает вопрос: «Поможет ли ИИ делать то, чего мы еще не умеем, или это очередной хайп-цикл?»

Наконец, он решил проверить это экспериментально. Организаторы предоставили 29 командам (от академических групп до Big Pharma и AI-стартапов) реальные данные секвенирования антител к RBD SARS-CoV-2 и поставили три задачи.

Первое задание (аффинное созревание) заключалось в улучшении родительского антитела. Здесь ИИ показал свою силищу: 13% присланных конструкций превзошли исходную аффинность в 20 раз, а лучший результат оказался сопоставим с лучшими экспериментальными данными. Однако третье место занял простой консенсусный анализ, вообще не использующий машинное обучение.

Второе задание (ранжирование аффинности в кластерах по HCDR3) провалилось: ИИ показал результаты хуже случайного выбора.

Третье, самое творческое задание (дизайн антител «вне библиотеки»), выявило другую проблему: формальный победитель оказался клинически непригоден. Антитело, которое стало победителем по правилам соревнования, никогда не станет лекарством, потому что его физико-химические свойства делают его непригодным для производства, хранения и введения человеку. В одном из тестов разрабатываемости (с использованием гидрофобной хроматографии) оно не элюировалось — то есть банально прилипло к колонке.

После слепого тестирования всех 511 присланных антител по единому протоколу (SPR, KinExA, пять панелей разрабатываемости) организаторы сделали вывод: при наличии глубоких данных лучшие алгоритмы ИИ уже полезны для оптимизации аффинности, но они плохо переносятся между задачами, и для ранжирования и дизайна пока уступают случайности или простой статистике. Примечательно, что из победителей лишь одна компания позиционировала себя как AI-фирму (Aureka); остальные — академические группы (Scripps, UCSD, WashU) и средняя биотех-фирма Xencor, которая выиграла два задания без заявленной AI-экспертизы. Организаторы опубликовали все данные и результаты в открытом доступе, подчеркнув, что поле остается открытым, и для успеха не нужны бездонные кошельки. Следующий конкурс AIntibody запланирован на 2026 год — он проверит, смогут ли модели перейти от оптимизации к настоящему открытию, работая в условиях нехватки данных.