Речь идет о ... социальном тревожном расстройстве. ... «чрезмерный страх быть оцененным негативно в социальных ситуациях, где на человека обращено внимание других». По-русски эту черту часто называют застенчивостью, но это не совсем точно: имеется в виду именно глубокий страх плохой оценки со стороны окружающих. При общении с другими такие люди чаще всего используют так называемое безопасное поведение - стараются как можно меньше говорить, выполнять просьбы окружающих, даже если они противоречат их собственным интересам. Они заранее репетируют свои реплики, избегают зрительного контакта, даже выбирают одежду, которая делает их как можно менее заметными. ...
по большей части склонность к той или иной программе — скромности или наглости — если не врожденная, то как минимум формируется в детстве. «И просто так взять и поменять программу, перестать быть скромным человеку не удастся» ... Во многом эта черта характера формируется в детстве: родители и воспитатели приучали ребенка к максиме «я — последняя буква алфавита».
Стремясь обеспечить ему благосклонность других взрослых благодаря его скромности или просто желая иметь удобного - неконфликтного и послушного — отпрыска, родители перегнули палку. «Если в детстве ребенок постоянно слышит «ну что ты тут удумал», «не занимайся ерундой», «все дети как дети, а ты...», ребенок делает вывод:
«Нужно соответствовать чужим желаниям, и тогда я буду достаточно хорошим»

Результат был однозначным - на эту роль участники групп выдвигали тех, кто больше всех говорил. Причем это не зависело ни от интеллектуальных способностей человека, ни от того, знал ли он что-то об этих играх раньше, ни от исходной роли участника - «оператор» вовсе не обязательно становился лидером. Впрочем, интеллект участников, особенности их характера и роль оператора, которую они играли в эксперименте, конечно, влияли на то, как долго они говорили.
...
современная западная культура просто не понимает и недооценивает интровертов. Они превратились в своего рода людей второго сорта, таланты и способности которых не используются. ... институты современного общества, в том числе школы и рабочие места, подстраиваются под экстравертов, а это приводит к большой потере талантов и энергии интровертов. В американских школах, согласно опросам, подавляющее большинство учителей считают, что идеальные ученики - это экстраверты.
Герои телешоу — те же экстраверты с чрезвычайно раздутым представлением о собственной значимости. ... Многие из нас трудятся в организациях, которые настаивают, что мы работаем в командах, ... От нас ожидается, что для развития своей карьеры мы будем себя беззастенчиво продвигать. Ученые, чьи исследования получают финансирование, часто самоуверенны, возможно, слишком самоуверенны
...
переход к доминирующей культуре экстравертов произошел в США на рубеже ХХ века, когда экономический бум породил множество настойчивых продавцов и предпринимателей.
В 1913 году ... Дейл Карнеги ... написал, что способность выступать на людях теперь нужна всем, поскольку это «необходимое оружие тех, кто будет настойчиво продвигаться вперед в острой деловой конкуренции».
...
Тем не менее Макларен и другие исследователи сомневаются, что лидерами становятся наиболее компетентные люди, уже хотя бы потому, что знание игр, в которые должны были играть участники их эксперимента, стать лидером не помогало.

В публикации 2017 года американские экономисты <...> подсчитали, как соотносятся расходы на ту или иную профессию и польза для общества, которую она приносит, выраженная в деньгах. <...> Вот полученное учеными распределение по профессиям. Исследователи создают $9 общественной пользы на каждый полученный доллар, школьные учителя — $1, а инженеры — $0,2. Консультанты и IT-специалисты работают «в ноль»: создают ровно столько же ценности для людей, сколько расходуется на их зарплаты. Дальше начинаются «общественные убытки»: адвокаты вычитают из пользы для общества $0,2, <...> специалисты финансового сектора — $1,5.

Эти цифры подтверждают подозрения многих людей об общей ценности таких профессий. Подтвердили их и другие исследования. Аналитики британского Фонда новой экономики <...> «Банкир: годовая зарплата около £5 млн, уничтожает приблизительно £7 общественной ценности на каждый заработанный фунт; директор по рекламе в год получает £500 тыс., уничтожает около £11,5; скромный бухгалтер имеет годовую зарплату около £125 тыс., а уничтожает приблизительно £11,2. Сравните с рабочими лошадками: больничный санитар: годовая зарплата — около £13 тыс. (£6,26 в час), приносит приблизительно £10 общественной ценности на каждый заработанный фунт; рабочий в сфере утилизации: получает в год около £12,5 тыс. (£6,1 в час), приносит приблизительно £12; воспитатель в детском саду: зарплата около £11,5 тыс., приносит примерно £7»

Среди причин, по которым бесполезные сотрудники часто получают больше полезных, видное место занимают психологические. Распространенная ситуация — специалист, который давно работает в компании, получает меньше нового коллеги — часто складывается потому, что «старый» держится за стабильность и условия труда его устраивают. Новый же коллега приходит с высокими зарплатными ожиданиями. «Часто в эту воронку попадает неэффективный сотрудник, так как в потоке быстрого найма работодатель не успел оценить навыки. Новичок соглашается со всем, что говорит руководство, создает видимость работы и оттягивает сроки. А в случае ошибки не признает своих просчетов и перекладывает ответственность <...> Трудолюбивый же коллега берет на себя вину за результат работы. Получается, неэффективный сотрудник успешен, а эффективный — нет». Еще одна причина связана с так называемым эффектом Даннинга — Крюгера: умный и талантливый человек относится к себе критически, понимает, что его работа несовершенна, и реже просит повышение. Бездарь же всегда доволен собой и уверен, что приносит пользу.