Продолжаю серию постов о ПТСР и кПТСР по Питу Уокеру. Сегодня хочется написать о таком феномене, как меланж отверженности.
❤4👍1🔥1
Знаете ли вы, что многие люди предпочитают умирать в одиночестве? В работе я часто сталкиваюсь с одной и той же тяжелой темой:
▫️ Может быть - это последний акт заботы, чтобы избавить близких от тяжелого зрелища последнего вздоха.
▫️ Может быть - это необходимость отпустить контроль, т.к.присутствие любящих людей создает мощную эмоциональную связь, которая «держит» человека.
▫️ Может быть - это личное пространство перехода. Как бы нам ни хотелось разделить этот путь до конца, финал всегда индивидуален. Возможно человеку требуется предельная внутренняя тишина, чтобы завершить свою земную историю.
Если вы столкнулись с такой ситуацией, и корите себя за то, что не держали своего близкого человека за руку в ту самую секунду, попробуйте посмотреть на это иначе. Ваша временная отлучка могла стать для близкого самым важным и последним подарком - свободой уйти легко, не оглядываясь на вашу боль.
невыносимым чувством вины из-за того, что человек отлучился всего на минуту и именно в этот момент «всё случилось».
Очень часто бывает, что человек совершает переход именно в те моменты, когда родные вышли за чаем, отвлеклись на телефонный разговор или просто заснули в кресле рядом.Если вы столкнулись с такой ситуацией, и корите себя за то, что не держали своего близкого человека за руку в ту самую секунду, попробуйте посмотреть на это иначе. Ваша временная отлучка могла стать для близкого самым важным и последним подарком - свободой уйти легко, не оглядываясь на вашу боль.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤9
«Существует ли более достойное определение любви, чем милосердие?»
Читаю книгу «Стать Гуаньинь», она о женщине, которая слышит плач мира, бодхисаттве сострадания, первой женщине, которую провозгласили Буддой.
Зацепился взгляд на строчку, которую я выделила в начале. Размышляю о милосердии к себе, и мне думается, что - это, возможно, самая трудная форма любви. Труднее, чем любить и сострадать Другому. Потому что себя мы знаем изнутри, со всеми черновиками и со всеми моментами, которых стыдимся, и которые нам неугодны.
И, может быть, именно такая форма сострадания и есть самая чистая форма любви, когда ты остаешься с собой так же бережно, как осталась бы с тем, кто плачет у тебя на руках…
Читаю книгу «Стать Гуаньинь», она о женщине, которая слышит плач мира, бодхисаттве сострадания, первой женщине, которую провозгласили Буддой.
Зацепился взгляд на строчку, которую я выделила в начале. Размышляю о милосердии к себе, и мне думается, что - это, возможно, самая трудная форма любви. Труднее, чем любить и сострадать Другому. Потому что себя мы знаем изнутри, со всеми черновиками и со всеми моментами, которых стыдимся, и которые нам неугодны.
И, может быть, именно такая форма сострадания и есть самая чистая форма любви, когда ты остаешься с собой так же бережно, как осталась бы с тем, кто плачет у тебя на руках…
❤4
Мне нравилось, как я раньше писала свои тексты - вдумчиво, не торопясь к выводу, позволяя мысли разворачиваться туда, куда она сама хотела идти. В них было много личного: размышления о переходных состояниях, о кризисах, о том, как человек движется сквозь то, что невозможно ни ускорить, ни обойти.
И я замечаю, как сильно изменился этот способ говорить, как постепенно на место живого размышления пришёл язык более концептуальный и академический.
В какой-то момент мне стало важнее быть понятной и профессиональной, чем честной, и я чуть отодвинулась от собственного переживания и начала говорить о нём, а не из него.
В этом есть смысл, правда.
Когда долго находишься рядом с чужой болью, с неопределённостью, с процессами, у которых нет чёткого начала и конца, возникает естественное желание опереться на что-то устойчивое - на концепции, на язык, который уже кем-то продуман и выверен, который даёт ощущение, что ты стоишь на твёрдом.
Но я замечаю, что в этом языке мне становится тесно - он точный, но в нём меньше воздуха, меньше той неопределённости, в которой, по сути, и разворачивается живая жизнь.
Раньше я писала, не зная до конца, куда приду. Текст был продолжением внутреннего движения, а сейчас я как будто заранее знаю, что хочу сказать, текст превращается в упаковку уже готовой мысли и в этом гораздо меньше открытия, меньше того момента, когда следующая фраза удивляет тебя саму.
Ведь писать о переходных состояниях - это всегда немного находиться в них самой, не до конца опираться, не до конца что-то понимать.
В этом моменте у меня родился вопрос, который я адресую себе: готова ли я снова войти в эту уязвимость?
И я замечаю, как сильно изменился этот способ говорить, как постепенно на место живого размышления пришёл язык более концептуальный и академический.
В какой-то момент мне стало важнее быть понятной и профессиональной, чем честной, и я чуть отодвинулась от собственного переживания и начала говорить о нём, а не из него.
В этом есть смысл, правда.
Когда долго находишься рядом с чужой болью, с неопределённостью, с процессами, у которых нет чёткого начала и конца, возникает естественное желание опереться на что-то устойчивое - на концепции, на язык, который уже кем-то продуман и выверен, который даёт ощущение, что ты стоишь на твёрдом.
Но я замечаю, что в этом языке мне становится тесно - он точный, но в нём меньше воздуха, меньше той неопределённости, в которой, по сути, и разворачивается живая жизнь.
Раньше я писала, не зная до конца, куда приду. Текст был продолжением внутреннего движения, а сейчас я как будто заранее знаю, что хочу сказать, текст превращается в упаковку уже готовой мысли и в этом гораздо меньше открытия, меньше того момента, когда следующая фраза удивляет тебя саму.
Ведь писать о переходных состояниях - это всегда немного находиться в них самой, не до конца опираться, не до конца что-то понимать.
В этом моменте у меня родился вопрос, который я адресую себе: готова ли я снова войти в эту уязвимость?
❤4🔥1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Когда мы смотрим на Бена из нового фильма «Вершина», мы видим классический пример ТЕМНОЙ ТРИАДЫ в действии.
Еще ее называют дьявольской комбинацией черт личности, включающую три личностные черты: нарциссизм, макиавеллизм и психопатию.
1️⃣ Нарциссизм несёт в себе грандиозность и хрупкость одновременно - раздутое Я, которое нуждается во внешнем зеркале, потому что внутреннего источника самоценности нет.
2️⃣ Макиавеллизм - это хладнокровная стратегичность, способность строить долгосрочные манипулятивные схемы без аффективных помех.
3️⃣ Психопатия привносит низкий аффективный отклик, т.е. отсутствие тревоги, вины и эмпатии как регуляторов поведения.
Темную триаду делает концепцией то, что каждая черта усиливает другую: нарциссизм даёт мотив, макиавеллизм - метод, психопатия устраняет внутренние тормоза.
Такое сочетание превращает человека в «идеального хищника» в социальной среде. Когда эти черты сходятся в одной точке, личность перестает рассматривать окружающих как живых людей с их чувствами и правами, превращая их в ресурс или декорации для реализации своих планов.
Главная защита от людей такого типа - это знание. Как только вы перестаете ждать от них сочувствия или логики «нормального» человека, их манипуляции перестают работать. В горах или в офисе правила выживания одни - не пытайтесь их исправить, пытайтесь сразу же дистанцироваться.
Еще ее называют дьявольской комбинацией черт личности, включающую три личностные черты: нарциссизм, макиавеллизм и психопатию.
Темную триаду делает концепцией то, что каждая черта усиливает другую: нарциссизм даёт мотив, макиавеллизм - метод, психопатия устраняет внутренние тормоза.
Такое сочетание превращает человека в «идеального хищника» в социальной среде. Когда эти черты сходятся в одной точке, личность перестает рассматривать окружающих как живых людей с их чувствами и правами, превращая их в ресурс или декорации для реализации своих планов.
Главная защита от людей такого типа - это знание. Как только вы перестаете ждать от них сочувствия или логики «нормального» человека, их манипуляции перестают работать. В горах или в офисе правила выживания одни - не пытайтесь их исправить, пытайтесь сразу же дистанцироваться.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤4🔥1
Продолжаю серию постов о кПТСР по Питу Уокеру.
Сегодня о внутреннем критике - точнее, о том, что Уокер описывает не как один голос, а как несколько.
Каждый из них работает по-своему и атакует в разных ситуациях. В карточках разобрала каждый из них отдельно.
Сегодня о внутреннем критике - точнее, о том, что Уокер описывает не как один голос, а как несколько.
Каждый из них работает по-своему и атакует в разных ситуациях. В карточках разобрала каждый из них отдельно.
🔥2
Недавно я закончила читать книгу Гессе «Демиан», сожалею, что не прочитала ее раньше.
Потому что это потрясающая книга о пути индивидуации человека.
Гессе в «Демиан» описал то, как психика порождает внутренних проводников и воплощает их в реальных людях, как каждый из этих людей несёт в себе определённое психическое содержание и исчезает из жизни человека, когда это содержание освоено.
Поэтому сейчас, закрыв последнюю страницу, я чувствую не просто грусть от расставания с книгой, а глубокое, звенящее умиротворение.
Я вспоминаю людей, которые приходили в мою жизнь. Тех, кто ранил меня, тех, кто восхищал, и тех, кто казался непонятным, пугающим откровением.
.
Каждый из них бережно (или через боль) нес в руках осколок моего собственного «я», который я сама еще не была готова принять.
И если история каждого из нас божественна, то мое сожаление о том, что я не прочитала эту книгу раньше, тает само собой.
☯️ Ведь всему свое время
Птица пробивает скорлупу именно тогда, когда готова взлететь. Возможно, до этого момента я сама еще не до конца освоила то психическое содержание, которое позволило бы мне услышать Гессе так остро, так подкожно, как сейчас.
Потому что это потрясающая книга о пути индивидуации человека.
Гессе в «Демиан» описал то, как психика порождает внутренних проводников и воплощает их в реальных людях, как каждый из этих людей несёт в себе определённое психическое содержание и исчезает из жизни человека, когда это содержание освоено.
«каждый человек – это не только он сам, это еще и та единственная в своем роде, совершенно особенная, в каждом случае важная и замечательная точка, где явления мира скрещиваются именно так, только однажды и никогда больше. Поэтому история каждого человека важна, вечна, божественна, поэтому каждый человек, пока он жив и исполняет волю природы, чудесен и достоин всяческого внимания. В каждом приобрел образ дух, в каждом страдает живая тварь, в каждом распинают Спасителя.»
Поэтому сейчас, закрыв последнюю страницу, я чувствую не просто грусть от расставания с книгой, а глубокое, звенящее умиротворение.
Я вспоминаю людей, которые приходили в мою жизнь. Тех, кто ранил меня, тех, кто восхищал, и тех, кто казался непонятным, пугающим откровением.
Каждый из них бережно (или через боль) нес в руках осколок моего собственного «я», который я сама еще не была готова принять.
И если история каждого из нас божественна, то мое сожаление о том, что я не прочитала эту книгу раньше, тает само собой.
Птица пробивает скорлупу именно тогда, когда готова взлететь. Возможно, до этого момента я сама еще не до конца освоила то психическое содержание, которое позволило бы мне услышать Гессе так остро, так подкожно, как сейчас.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤4