Пока пишу про living apart together, поговорили с @prostpolika о перчатках и масках с умными людьми https://vk.com/wall-185492603_781

... Я все ещё не написала обещанный пост, потому что разваливаюсь от аллергии на кота. Но сейчас больше о том, что с ним: я не могу с ним контактировать, так что ему остаётся только жалобно мяукать в одиночестве и цепляться за меня каждый раз, когда я прохожу мимо.
Получается, что мы не можем быть вместе. Так что это пост поиска хороших хозяев.

Его зовут Рекс (нет, я не перепутала его с пёселем - полное имя Рекситин в честь антидепрессантов)). Я не знаю, сколько он весит, сколько см он в длину и сколько мм его шерстка. Знаю только, что он очень ласковый, активный и умный мальчик. Поначалу пугается чужих людей, но быстро привыкает и - вот - он уже ласкается и к вам. Ему 8 месяцев, он похож на сибирскую голубую, но всё-таки он дворняжка. Кастрирован, все прививки сделаны.

Я впервые пристраиваю животное, поэтому не очень умею это делать по канонам, так что если я забыла о чём-то упомянуть, спрашивайте @ilyinat. Чмок за репосты

Почему друзья прогуливают вашу zoom-вечеринку и почему во время очередного рабочего созвона полезнее погуглить в соседнем окне «zoom fatigue», чем делать вид, что тебя не тошнит.

Знаете, как сложно родить подводку, когда Медиазона уже все сказала заголовком?

https://zona.media/article/2020/05/06/zoom-fatigue

Хочу поделиться статьей Сноба о том, как черт возьми встать с кровати в депрессию.

Нет никакой панацеи: автор просто пытается структурировать самые частые причины нежелания просыпаться и рассуждает за вас, как при каждой из них можно сделать процесс легче.

Но меня зацепили не столько попытки советов, сколько полухудожественное описание психоэмоционального состояния человека с депрессией. Если вас тоже она беспокоит – в самом начале материала вы почувствуете, что вас понимают.

А если вы везунчик и никогда с ней не сталкивались, вам этот один абзац очень поможет понять близкого с депрессией и ответить для себя на вопрос «ну что же с ними всеми происходит?!»


https://snob.ru/entry/191871/

Да ладно, признавайтесь, никто не читает телеграм-каналы друзей!

Мало вам, что ли, наших раскрывшихся на 5х глаз посреди разговора о том, что поесть, с криком: «я все понял(а)!»...А вот именно такие мысли в телеграм-каналы и попадают. Готовлю сегодняшний обед на внутренней кухне, так сказать 🤡

Я ее люблю

Валерий Дьяченко

Скучно

встречать на улицах
толпы полезных,
но ненужных,
покупающих то же самое.

Завтра, что ли,
встать пораньше,
сделать с тщанием
что-нибудь
совершенно бесполезное,
ненужное.
Совершенное.

1972

💋🧠💅🏻 доброй но4и

А давайте я просто буду накидывать статьи о том, что меня сейчас беспокоит. Может быть, и вам жить легче станет 🥺👉🏻👈🏻


https://style.rbc.ru/health/5c35cac09a794705b3f2f768?utm_source=amp_style_full-link

Как известно, Москва – главный очаг ковидной заразы, но с каждым днём всё очевиднее, что главная проблема – совсем не ковид. Непоследовательность городских властей, в конце весны закрутившей гайки до пропусков и прогулок по графику, а через месяц приказавшей всем радоваться параду и поправкам, обернулась одним сплошным двоемыслием.

Казалось бы, только нащупалась обратная связь, только городские чиновники поняли, чем и кем они на самом деле управляют, как «снова здравствуйте» – удаленка, 65 лет, детские каникулы. Сегодняшний указ о 30% и последовавшие за ним угрозы – это, что называется, полное нарушение конвенций и «режима прекращения огня». А фанатичная вера правительства Москвы в Святого Удалёния как единственного избавителя от пандемии давно заслуживает быть рассмотренной врачами, правда, совсем иного профиля. Власти города прямым текстом шантажируют работодателей совершить расправу над хронически больными и работающими пенсионерами старше 65 – если работа не может быть выполнена удалённо, «лишних людей» придётся отправить в неоплачиваемый отпуск или попросту «убедить» уйти «по собственному», ведь ни о каких дополнительных фондах оплаты за неработу или карантинных больничных не выделено. Да и нет денег, только-только на ремонт дорог осталось и строительство.

Всего вам доброго, дорогие наши москвичи. Сидите дома.

Ну привет

❗️В России массово блокируют интернет-ресурсы

Блокировке уже подверглись Meduza, Deutsche Welle, Радио Свобода, Википедия и даже магазины мобильных приложений Google Play и App Store.

О том, как обойти блокировки, читайте в карточках «Первого отдела» — мы сделали их именно на этот случай.

Я хочу верить в то, что Instagram и Facebook максимум удалят из магазинов приложений. При этом я очень люблю хранить всякий хлам: свои фотографии, в том числе. У меня до сих пор висит в профиле первая фотография, сделанная в грязное зеркало на розовый эдак в 2012 году. Не то чтобы я смотрю эти фотографии каждый день. Ценен тот факт, что они всегда под рукой и что в любой момент я могу их открыть.

Так что, если понимаете, о чем я, держите.

Мне стыдно, но мне хорошо. Наконец-то стало хорошо в эпоху страданий, зверств и боли. Большую часть времени хорошо. По-настоящему хорошо: не внутренняя мобилизация и режим робота от стресса. Не попытки эгоистично успокоить собственную совесть и отвлечься нескончаемой работой во благо. Все это было, но глаза сами раскрылись, и я снова стала жить и смотреть. И больше не стыдно. Иначе и не справиться. Я есть у себя, а тем самым есть и у других (вас).

Пугает привыкание. Как за 10+ лет привыкали к постепенным репрессиям, переставали чувствовать и содрогались только от моментов эскалации жестокости. Так и сейчас пугает привыкание к бессмысленной и беспощадной бойне, к цензуре, полицейскому государству, уничтожающему дубинками и вытаптывая подошвами остатки правового и правого.

А что о правде и неоднозначности, сейчас мне до нее нет дела. Я знаю, где настоящее, а правду достаточно чувствовать. А думать я больше не хочу — и так слишком много передумала, до паралича передумала. Сейчас время демшизеть, а если ещё нет, брать пример с тех, кто уже да. К этому я достаточно подготовилась заранее, достаточно сделала, чтобы дойти до этой сути и не остаться в стороне. К этому экзамену невозможно быть готовым, но я не спала ночами и пила элеутерококк. Такие дела с правдой, а все факты и преступления мы исследуем, отберём и запишем после. И обязательно зафиксируем в новых учебниках истории.

А сейчас я хочу, чтобы мы заботились. О стране, о людях, о дорогих и близких. О себе, а если совсем не выходит — друг о друге. Поддерживали во всех безумствах, но в тайне переживали и подкладывали бутерброды в рюкзак. Это самый приятный сорт эгоизма, когда усиленно продуцируешь эндорфины об других людей, а потом делишься и делишься и делишься. Чтобы встречались с друзьями и родными, много обнимали друг друга, целовали и заваривали чай. Говорили и мечтали бесконечно, и чтобы пределом было только желание осмысленно помолчать. Чувствовали, рефлексировали про себя и вслух, а потом преобразовывали переживания в действия. Так, чтобы запомнить, выхолостить и больше не допустить. Не так, как наши и чужие старшие, а действительно не допустить.

Давали себе замедлиться, поплакать и поглядеть в стену. Но только для того, чтобы осознать все заново и воспрять. Это нормально — невозможно и болезненно всегда улыбаться и делать, делать, делать. Сломаешься. Поэтому приходится делать себе прививку болью, прожить, перестрадать и идти дальше.

Вы чувствуете это ощущение жизни, которая будто в любой момент может ускользнуть? Хочу, чтобы ощущали, жили и ценили. Бродили по своим городам — родным и новым. Любили свои дома и оставляли их, чтобы вернуться. Делились и делили. Снимали кино глазами. Кино, в котором много лиц и разных таких красивых глаз. Не теряли, а временно оставляли, чтобы соскучиться, вернуться и испытать большое счастье. Все, что у меня есть, я никогда никому не отдам. За то, что отбирают, никогда не прощу. А чего нет, не потеряю, а после найду и положу в шкатулку.

Здесь могли бы быть карточки с подборкой ресурсов психологической поддержки, могло быть несколько идеологических высказываний и программ, могли быть колебания между стыдно/не стыдно не быть героем. Выношенное, записанное обрывками в заметки, которые я даже не перечитывала. Но получилось это. Простое, эмоционально-невыверенное, случайное и весенне-юное, выпущенное за стенками завода по производству карточек. Хоть некрасивое делать и больно, иначе остаётся угроза не сделать ничего — особенно для себя. А за меня никто не скажет. Остальное я перескажу детям, а пока буду жить так, чтобы не стыдно было ответить на их вопрос о том, что делала мама в 2022-м. Каждый шажок важен, даже если сперва держишься об стену. Но держишься ведь.

— Будет апрель, вы уверены? — Да, я уверен.

Теперь я точно уверена. Вот он самый, если проглядели. Распахивайте окна, выходите на улицы и ищите друг друга! Меня вот по 20 сигаретам в день и дурацкой улыбке узнать можно. Продолжение этой истории расскажу вам при встрече и спрошу о вашей.

Вот такое вот первое за два с половиной года словоизвержение.

Я писала это в час ночи. Просто потому что захотела зафиксировать ощущения. Получился классический эффект — перечитала утром и захотела доводить до идеала. Значит, точно нужно выкладывать. Значит, точно искренне.

Давным-давно мне говорили, что мои посты «бьют» эмоционально своей искренностью и импульсивностью. А сейчас я и не против, чтобы это оказалось так. Потому что это я и потому что это те импульсы, которыми я хочу делиться.

Это мое сердечко, и оно снова бьется

Буду рада вас видеть очень, и вы, поверьте, рады будете присутствовать!

​«Смотрим на чужие страдания», Сьюзен Зонтаг | ПолитREAD

📋Регистрация: https://prostranstvo-politika.ru/pr-spb-sontag

В это воскресенье обсуждаем эссе писательницы и философа Сьюзен Зонтаг «Смотрим на чужие страдания». В нём Зонтаг обращается к феномену фотографии как к слепку войны и насилия. Какое воздействие оказывают на нас репортажные фотографии из горячих точек? И в чем цель демонстрации ужасов войны?

Сейчас наше информационное пространство оказалось перенасыщено образами жестокости, а ужасающая военная хроника вплелась в повседневность многих из нас. Даже отворачиваясь от изображений страдания как нестерпимого зрелища, мы все равно вынуждены так или иначе его осмыслять.

В своем эссе Зонтаг ищет ответ на вопрос: «Что значит – смотреть на эти фотографии?» Задавшись этой же проблемой, мы попробуем поговорить о той реальности, с которой столкнулись сегодня.

▫️Какое влияние оказывает на нас созерцание чужого страдания на телевидении или в СМИ?
▫️Какую роль играет военная фотография играет в формировании коллективной памяти?
▫️В чем роль и ответственность фотографа, который запечатлевает сцену страдания или насилия?
▫️Как меняется эффект, производимый фотографией, с приходом интернета?

Об этом и не только будем говорить на ридинге в это воскресенье. Пожалуйста, не забывайте регистрироваться — вход на ивент по регистрации, мы вынуждены ограничить количество участников.

Из соображений безопасности место мероприятия лично сообщим зарегистрировавшимся — не забудьте оставить в анкете контакт для связи.

📅 Когда: 17 апреля, 17.00
📋Регистрация: https://prostranstvo-politika.ru/pr-spb-sontag