Недавно один человек мне сказал, когда я в очередной раз удивилась: ну как же так, отказать в помощи паллиативному ребенку? Вставлять палки в колеса семье?

"Ты пойми! Люди делятся на две категории. Одни с самого зачатия и выставление диагноза на этапе беременности - за убийство. Убить, пока не родился, убить - пока "цепляется за жизнь", убить, пока живет, чтобы не мучился сам и не мучились его родители... Они искреннее считают, что благо и для неизлечимо больного ребенка и для его семьи - скорейшая смерть.

А другие - за любовь. Любовь с самого первого биения сердца, с самого первого дня жизни. За все дни жизни... Они молятся, чтобы их ребенок жил и делают все, чтобы его жизнь была счастливой, без боли, мук и одиночества.

Потому что невозможно молиться за ребенка и одновременно желать ему смерти"

И вот тогда я поняла, почему есть те, с кем невозможно говорить о паллиативных детях, поняла их искреннее недоумение на мои просьбы спасти, помочь, поддержать, поговорить с семьей... Те, другие искреннее считают, что они правы... И именно они вправе решать, кому жить а кому нет..

И вспомнила, как однажды мне врач сказала "Я желаю, чтобы ваш ребенок скорее умер". Искренне так пожелала, глядя мне в глаза, полная уверенности, что желает мне счастья...

С тех пор прошло 6 лет... А мнение многих так и не изменилось... И они по-прежнему убеждают избавляться от ребенка: аборт, отказ и сдача государству... И не понимают нас - тех, кто за жизнь и за любовь...

А вот как изменить отношение к нашим детям? Или хотя бы убедить не говорить вслух таких ужасных вещей мамам? А если уж говорить, то не категорично, а объективно...?

Тогда другой вопрос: как же можно не любить вот этого человечка? Который так усердно и увлеченно рисует одуванчики? Голубое небо и зеленую травку?
Спасибо игротерапевту Нина Грязева за эмоции #Юрикскнопочкой и паллиативных подопечных БФ ЕВИТА

И да, мы ищем помощника Нине - много ребят, кому хочется играть, Нина готова обучить... .

Я вот думаю: почему я нигде не улыбаюсь? Не важно, разговор серьезный, или дружеская встреча, или торжественная церемония награждения "Женщины лидеры XXI века"?

Вот все рядом улыбаются, а я- нет…

На прошлой неделе в составе Делегацией из Самарской области приняла участе в Ассамблее женщин- руководителей.

Среди участников - представители всех 85 субъектов.

Руководителем делегации и представителем от Самарской области в Общероссийской Общественной Организации "АССАМБЛЕЯ РУКОВОДИТЕЛЕЙ" является депутат Самарской Губернской Думы, председатель Комитета Самарской Губернской Думы по здравоохранению, демографии и социальной политике СИДУХИНА МАРИНА ГЕННАДЬЕВНА

Работа Общероссийской Общественной Организации "АССАМБЛЕЯ РУКОВОДИТЕЛЕЙ» ведётся под патронажем Совета Федерации и Государственной Думы ФС РФ:

🔺Председатель Конкурсной Комиссии ВК АССАМБЛЕИ – Николай Иванович Рыжков - экс Премьер- министр страны, Сенатор Российской Федерации.

🔺Председатель Орг.Комитета ВК АССАМБЛЕИ — Людмила Заумовна Талабаева — Сенатор Российской Федерации.

🔺 Члены Конкурсной Комиссии и Орг. Комитета: Депутаты Гос. Думы и Сенаторы СФ ФС РФ. Сенаторы — Писарева Е.В, Хохлова О.Н, депутат ГД Никонов В.А.

ВСЕРОССИЙСКОЕ ПРИЗНАНИЕ
"Женщины лидеры XXI века" получили:

ТЮМИНА ОЛЬГА ВЛАДИМИРОВНА - директор ГБУЗ «Самарский областной медицинский центр Династия», доктор медицинских наук, профессор.

ВОЛКОВА ТАИСИЯ АЛЕКСЕЕВНА – председатель Коллегии адвокатов Самарской области «БИЗНЕС-ПАРТНЕР», кандидат юридических наук.

КОСМИРОВА НАДЕЖДА ГЕННАДЬЕВНА – директор по развитию ООО «Частная клиника «Косма», кандидат экономических наук.

КАРТАВЫХ НАТАЛЬЯ ПЕТРОВНА – директор ООО «Институт развития повышения квалификации», организатор женского международного форума «Woman Evolution».

МАКУШЕВА СВЕТЛАНА ВАСИЛЬЕВНА – проректор ООО «Институт развития повышения квалификации».

РЕПКИНА АНЖЕЛИКА ВЛАДИМИРОВНА – директор ООО «Клиника Гармрония» сеть центров здоровья и салонов красоты «Angelica».

БЕЛОУСОВА ДИАНА ЮРЬЕВНА
Руководитель общественных проектов для женщин "Квартирник PRO ЖЕНСКОЕ", ООО "ППСО-Инвест"

Мы, конечно, приехали сильной командой и за два дея очень сдружились, более того- сгенерировали совместные проекты. Еще я познакомилась с Зулай Сайдумовой- потрясающи человеком, заслуженным работником культуры Российской Федерации и Чеченской Республики, главным редактором детского журнала «Бералла», детский писатель, а сейчас создателем первой детской интернет- библиотеки http://www.dbiblioteka.ru/beralla.

Мы договорились дружить и тоже придумали совместный проект! И договорились приехать друг к другу в гости.

Но вот почему я все- равно не улыбаюсь?

В одной из палат две пожилые женщины, далеко за 80, завтракают у окна.
-Здравствуйте, девочки,- заглядываю я.- Приятного аппетита, можно к вам?

Бабушки заулыбались и приветливо замахали руками:

- Идем, дочка, идем.

Рассказываю им, что вот приехала комиссия от областного Минздрава и ОНФ, узнать- как тут им живется, как лечат, какие замечания, предложения.

- Ой, да какие замечания! Все хорошо! А доктор какой у нас внимательный ( кокетливо смотрят в сторону того самого доктора), каждый день по несколько раз заходит, интересуется самочувствием. А медсестрички- ласковые, добрые. А вот еще ведь и лор приходил осматривал, и пульмонолог, и хирург. Да всех врачей за 5 дней прошла, пока лежу. Эт не то что в поликлинике по талонам- с воодушевлением рассказывает баба Тоня.

-Не скучно вам тут? Может телевизор посмотреть хочется? Или книжки почитать?

-Да телевизор хорошо было бы, но нам не скучно, да ведь?- обращается баба Тоня к своей соседке.- Мы целыми днями разговариваем.

Соседка бабы Тони говорит:

-Есть пожелание. Помогите инвалидность оформить, а то мне уже 86 лет, не могу я в поликлинику ходить за талончиками. А вот давеча к лору пришла без талончика, так она не приняла меня. А я еле хожу, тяжело мне.

Представитель минздрава Элла Малютина тут же берет на карандаш ситуацию и дает поручение в паллиативном отделении подготовить все документы для МСЭ.

А я стою и не понимаю: как же так? Бабушка с ХОБЛ, на кислороде, статус паллиативный уже несколько лет, а инвалидности нет… К сожалению, главврач мне не смог об’яснить, как так получилось.

Идем в другую палату: там с ампутированными ногами жизнерадостный пожилой мужчина. Спрашиваем: как вам тут?

Он сразу оживает и говорит: да просто отлично! Цивилизация! Не то, что в Яблоневом Овраге: как в деревне и ни одного врача. И медсестру не дозовешься. А тут- все врачи прям по записи ходят, вот обезболивающие назначили, теперь не болит ( показывает на бок). Поживем еще!- на прощание говорит он нам.

А вот здесь, в следующей палате…Мне грустно смотреть на розовые пустые стены, на скудную мебель ( кровать, тумба, стул), на этих обездвиженных болезнью людей, которые многие недели проводят здесь. Они не то что повернуться не могут, их тела скованы спастикой, а заболевание отняло речь. Свое согласие один мужчина выражает глазами, другой- пожимает руку, если ты вложишь свою руку в его.

Прошу медсестру поднять изголовье, поудобнее положить голову. Вижу как меняется лицо мужчины- стало легче, удобнее. Но его взгляд снова блуждает по голым стенам, и ему не на чем остановиться… О чем он думает эти длинные дни без движения, без общения, полностью замурованный в своем немощном теле?

Но при этом- свежий ремонт в отделении, новые кровати. Грустные шкафы и тумбочки. И я предлагаю их покрасить и стилизовать. А еще повесить на стенах картины, яркие и жизнеутверждающие, на окна- шторы. В каждую комнату телевизор и маленькую библиотеку. И волонтеров- клоунов, артистов, да просто тех, кто поговорит и почитает книжку, вывезет на улицу. И на улице- да, посадить цветы и поставить лавочки.

Главврач больницы смотрит на меня как на сумасшедшую.
И тогда я беру его под руку и говорю:

-Владимир Михайлович, представьте просто, что это вы лежите здесь. Вот в такой звенящей пустоте и тишине, и не можете ни слова сказать, ни пошевелиться? И это ваши последние дни?

- Нет, лучше я сразу умру,- отвечает он мне.
«Ну вот не умерли они сразу, вот так их жизнь распорядилась. Может они тоже хотят сразу? Но они здесь и они живы»- подумала я, а вслух сказала:

- Поэтому, вешаем картины и шторы, и ставим телевизоры. А еще учимся правильному позиционированию, да?, - говорю я.

Это то, что я увидела сегодня в паллиативном отделении Жигулевской Центральной городской больницы. Год назад я была в этом отделении, но базировалось оно тогда за 10 км от самой больницы, в поселке Яблоневый Овраг. Я писала об этом вот здесь: https://vk.com/shell_shell_63?w=wall305549950_140…

Тогда, год назад ко мне обратились медсестры этого отделения, с просьбой сохранить его в Яблоневом Овраге…И сейчас идет война. Между администрацией больницы и этими медсестрами, которые хотят вернуть все назад.. в прошлое…

Среди новых жалоб везде и всюду, они пишут, что в Жигулевской больнице нет горячей воды, пациенты в пролежнях, нет медикаментов и обезболивания, еда не вкусная, мебель старая, условия работы невыносимые, мизерная заработная плата. Так считают 4 медсестры паллиативного отделения Жигулевской Центральной городской больницы.

Ничего из перечисленного в жалобе, мы не увидели: пациенты довольны, состояние их гораздо лучше, чем было в Яблоневом Овраге, еда вкусная, уход неплохой! Не идеальный, но точно лучше, чем год назад. И самое главное: есть все необходимые лекарства, обезболивание и круглосуточно врачи. Ведь раньше, в случае чего, приходилось вызывать скорую и везти неизлечимо больного человека в Жигулевск…

Но медсестер понять можно: они живут в Яблоневом Овраге и конечно им так удобнее: не надо тратить время на дорогу ( в среднем 20 минут на автобусе), перешел через дорогу и уже на работе, сделал процедуры и побежал домой- решать домашние вопросы. И таких самовольных уходов было много, но так как руководство далеко- контролировать это было сложно.

Решение перенести паллиативное отделение из Яблоневого в Жигулевск было принято не сразу: понадобилось два года. Два года проверок, обучения, предписаний, снова проверок. Ничего не менялось, а паллиативным пациентам помощь нужна была здесь и сейчас. Именно поэтому в 2021 году региональный минздрав перевел паллиативное отделение в в Жигулевск, во вновь отремонтированный корпус на 1 этаж.

Сегодня здесь благодарные пациенты, от которых не было ни одной жалобы ни на персонал, ни на качество еды, ни на лечение. Наоборот, я впервые слышала столько слов благодарности заведующему отделением Ефимову Антону Евгеньевичу, врачам из других отделений, медицинским сестрам. Тех, кто получает там помощь, сейчас все устраивает.

А вот 4 отдельно взятых медсестер- нет. И они жалуются и судятся с больницей. Правда из 6 исков выиграли только один. Тот, где медсестра была уволена за самовольный уход без предупреждения с работы.

Про мизерную заработную плату тоже не совсем правда: есть официальные ставки. И у медсестры ставка и правда 12 тысяч рублей. Но! Это ставка за 7 суток в месяц. Такой график: сутки через трое. Справедливости ради скажу, что в расчетном листе стояла сумма в 17000 рублей все- таки, а не 12000. Повторюсь- за 7 рабочих суток в месяц. И трудовая инспекция, которая тоже выезжала ни один раз для проверки жалоб, нарушений не нашла. Что движет этими женщинами- мне неведомо. Ведь другие сотрудники работают, получают благодарности своих пациентов и их все устраивает…

Идеально ли сейчас в паллиативном отделении? Нет, конечно! Но точно там значительно лучше тяжелобольным людям, ради которых это отделение и создано.

Ну и конечно, лично мне не хватило хозяйственности главврача! Много вопросов по территории больницы. С коляской тут проехать по буеракам невозможно. Дыры на стенах ( это в других отделениях) заклеены бумагой и скотчем. О функциональных кроватях, которые из неврологии передали в ковидное отделение, забыли! И люди продолжают лежать на допотопных кроватях советских времен. И поступают жалобы аж на Прямую линию Президенту. Вот тут слов нет. На ровном месте создать проблему, потому что «забыть» и сетовать на недостаток финансирования…Когда все есть, надо просто вернуть на место.

А в паллиативном отделении мы создадим уют, обучим сотрудников позиционированию и языку «неговорящих и замурованных», и будет….почти идеально.