🤩🥹 🔠ы, ʙᴏɜʍᴏжнᴏ, ɜнᴀᴇᴛᴇ ʍᴇня ᴋᴀᴋ ᴄᴛудᴇнᴛᴀ Сᴧиɜᴇᴩинᴀ 🤩

🥹 new post . . .

🤩🤩 :: 🔠о сих пор не могу понять, какая именно затуманенность рассудка заставила меня поддаться столь абсурдной идее и создать этот канал. Очевидно, глупость окружающих заразительна, раз она укоренилась в моей голове настолько, что я действительно это сделал. Хочу предупредить, что вы можете даже не ждать здесь слезливых откровений и рассказов о моей личной жизни. Ищите подобный мусор у Поттера и его преданной свиты. У них как раз наблюдается фатальный избыток свободного времени и столь же фатальный дефицит серого вещества.

🐍 🥹🥹interact w @LMalfoy_BZ

🔠олодный заброшенный класс на третьем этаже тонул в вечерних сумерках. Северус сидел на подоконнике, уткнувшись лбом в ледяное стекло, и пытался заставить свои руки перестать дрожать. После очередной «весёлой» шутки Поттера и Блэка школьная мантия была испачкана засохшей грязью, левое плечо ныло от сильного удара о стену, а во рту всё ещё стоял отчётливый привкус крови из разбитой губы. Но физическая боль не шла ни в какое сравнение с той яростью, которая выжигала всё изнутри. Снейп ненавидел собственное бессилие, из-за которого ему снова пришлось унизительно отбиваться от четверых.

🔠ихий скрип дверных петель заставил его мгновенно подобраться. Северус резко повернул голову, готовый выхватить палочку и до последнего защищаться от возможных преследователей, но замер. На пороге стоял Люциус Малфой. Как всегда образцовый, с идеально уложенными волосами, в мантии из дорогой ткани, на которой не было ни единой пылинки. Снейп почувствовал, как к горлу подступил новый прилив стыда. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы Малфой, его единственный покровитель и человек, чьим уважением он так дорожил, видел его в таком ничтожном состоянии.

🐍 🥹🥹interact w @LMalfoy_BZ

🔠риказной тон Малфоя заставил Северуса внутренне сжаться, словно от удара. В полумраке заброшенного класса его силуэт казался совсем изломанным. Палочка, наставленная на старосту, слегка качнулась, но Снейп упрямо продолжал удерживать её, хотя запястье затекло и нещадно ныло после недавней стычки. Идея явиться в Больничное крыло вызывала у него тошноту. Снейп слишком хорошо знал, чем это закончится.

🔠тарая колдунья начнёт охать, допрашивать его, а потом обязательно доложит директору. И Дамблдор снова сделает вид, что это «просто невинные шалости» его любимых гриффиндорцев. Поттер и Блэк получат лишь формальное устное замечание, зато завтра за завтраком весь Большой зал будет смаковать детали того, как Снейпа в очередной раз прижали к стенке. А жалость.. жалость, которую он неизбежно увидит на лице Лили, была бы для него хуже любого непростительного заклинания.
— Ты не понимаешь, — Северус судорожно сглотнул, пытаясь унять предательскую дрожь в коленях и выпрямиться.
— Стоит мне там показаться, и завтра об этом будет трубить весь Хогвартс

🔠ожу на лице обожгло внезапным теплом, резкая боль от разбитой губы сменилась покалыванием, а затем и вовсе утихла. Кровь перестала сочиться, стягиваясь сухой корочкой. Снейп медленно опустил палочку, хотя пальцы по-прежнему судорожно сжимали древесину. Он ошеломленно коснулся пальцами затянувшейся раны, не веря, что Малфой действительно снизошел до того, чтобы помочь ему.

🔠лова Люциуса о ранах под мантией и его неловкое покашливание заставили Северуса густо покраснеть, благо в полумраке класса этого не было видно. Слизеринец привык к пинкам, привык к проклятиям в спину, но совершенно не умел справляться с чужой заботой. Она обезоруживала его, ломала всю ту стену злости, которую он так старательно выстраивал, чтобы защититься.
— Спасибо, — едва слышно прошептал тот. Северус осторожно, стараясь не шипеть от боли, повел плечами. Под мантией скрывались куда более неприятные вещи. Ободранные до мяса локти после падения на каменный пол и жгучий след от какого-то гриффиндорского сглаза на бедре, из-за которого штанина неприятно липла к коже.
— Под мантией не нужно, я.. я сам, — но тут же, словно испугавшись, что его отказ покажется Люциусу грубостью, поспешно добавил.
— Но если... если у тебя есть с собой восстанавливающее или обезболивающее... я бы не отказался.

🔠лова Люциуса о том, что он «торчит здесь не из особого желания», и его саркастичный тон заставили Снейпа внутренне сжаться. Юношеская гордость болезненно уколола изнутри. Ему казалось, что он обуза. Что его слабость сейчас задерживает этого безупречного аристократа, вынуждая его тратить драгоценное время патруля на оборванного полукровку. Северус резко отвёл взгляд в сторону, упрямо уставившись на бледное лунное пятно на полу.
— Я не просил тебя жертвовать своим временем, Малфой, – пробормотал он, хотя в голосе уже не было прежней злости. скорее защитная реакция.
— И я не.. я не неблагодарный. Просто не привык, что кому-то.. – Он осекся, так и не договорив «что кому-то есть до меня дело».

🔠еверус прекрасно понимал, что звучит сейчас как эгоистичный мальчишка, но ничего не мог с собой поделать. Малфой попал по больному. Люциусу легко рассуждать о смелости и статусе «отверженного». Его никто не подвешивал в воздухе на глазах у всей школы.

— Если тебе от этого станет легче. По крайней мере, твоя магия эффективнее, чем пустые разговоры. – так же тихо отозвался он, смиряясь со своим уязвимым положением.

🔠ёлк зелёного шарфа скользнул по шее, обнажая потемневшие следы прошлых стычек. Северус почувствовал, как к горлу подкатил горячий комок стыда. Он ненавидел эти отметины своей слабости, которые теперь были выставлены на всеобщее обозрение перед самым безупречным студентом Хогвартса. Чтобы скрыть неловкость, Снейп упрямо уставился в пространство перед собой, стараясь дышать через раз.

🔠лова Люциуса о границах заставили его внутренне содрогнуться. Они никак не ранили Снейпа, наоборот, принесли мрачное удовлетворение. Это было чистой правдой. Люциусу нужен был сильный союзник, а не вечно избитый, затравленный полукровка.

— Поставить на место.. — глухо отозвался Северус, когда Малфой отступил назад. Подросток поспешно потянул к себе сложенную мантию, набрасывая её на плечи.
— Я пытаюсь. Но их четверо. И директор всегда на их стороне, что бы они ни выкинули.

🔠н поднялся со стула, чувствуя, как благодаря магии Малфоя к ногам возвращается былая уверенность. Снейп поправил воротник рубашки, скрывая шею, и посмотрел на блондина.

— Я приму твою помощь. Спасибо, — чеканно произнёс он.
— И в чём-то ты определённо прав..

🔠рикосновение ладони Люциуса к спине заставило Северуса судорожно вдохнуть. Позвоночник словно прошибло электрическим разрядом. Он замер, на мгновение перестав дышать, а его тело задрожало с совершенно неконтролируемой силой. Это было пугающее потрясение от чужой, слишком близкой заботы. Северус привык, что его трогают только ради того, чтобы причинить боль. Но эти тёплые пальцы, мягко направляющие его вперёд, ломали всю его привычную оборону, оставляя абсолютно беззащитным. Он шёл за Малфоем как под гипнозом, не смея отвести взгляд от его безупречных плеч. Переступив порог спальни, Снейп почувствовал, как по коже пробежали мурашки. От непривычного тепла, аромата дорогого парфюма Люциуса и понимания, что они здесь совершенно одни.

🔠рямой вопрос о дрожи заставил Северуса вспыхнуть так сильно, что жар, казалось, опалил даже кончики ушей. Он низко опустил голову, прячась за завесой чёрных волос, и судорожно сжал края мантии, пытаясь унять предательское дрожание рук.

– Я не..

🔠огда блондин повернулся к нему с флаконом в руке, Северус заставил себя сделать шаг навстречу. Он протянул свою бледную руку, но вместо того, чтобы просто забрать стекло, его пальцы случайно коснулись прохладной кожи Люциуса. Чёрные, лихорадочно блестящие глаза подростка встретились с серыми глазами аристократа. Забыв на секунду о зелье, Северус так и замер с колбочкой в руке, чувствуя, как бешено колотится сердце в грудной клетке. Близость Малфоя и этот уединённый полумрак спальни кружили голову сильнее любого дурманящего снадобья.

🔠н открыл флакон, сделал быстрый глоток, едва заметив горький вкус, и осторожно вернул пустую стекляшку на тумбочку. Обезболивающее начало действовать, разливая по венам приятные ощущения. Северус сделал ещё один неловкий шаг вперёд, сокращая расстояние между ними до непозволительного.

– Ты сказал.. если понадобится что-то ещё, только сказать.

– Мне больше не нужны лекарства, Люциус. Но я... я не хочу возвращаться в свою спальню сегодня. Позволь мне остаться здесь.