5762 отклика на вакансии — и ни одного нормального оффера 🫠

Это не страшилка из LinkedIn, а история выпускника, о которой в августе писали в The New York Times.

Порог входа в карьеру резко поднялся: более чем для 80% стартовых позиций требуется два с лишним года опыта (речь о Сан-Франциско с его Кремниевой долиной, но плюс-минус это общемировой тренд).

Cамих таких вакансий стало на 35% меньше с января 2023-го — разумеется, непропорционально сильно пострадали должности, которые легко автоматизировать. 

⏪На горизонте — еще более жесткая математика: по прогнозу WEF, к 2030 году 41% работодателей планируют сокращать людей там, где ИИ эффективнее⏩

Да, это глобальный кризис старта карьеры, и ИИ тут — один из главных катализаторов. И что делать? 5 навыков, которые спасут карьеру в 2026-м, называет карьерный и продуктовый консультант Анастасия Прокопенко.

⏪Коллективый обморок фешн-сообщества⏩Джон Гальяно — back on track!

Великий дизайнер, признанный гений, фигура почти сакральная, возвращается — и не в собственный бренд, и даже не в очередной культовый Дом, как можно было подумать. Двухлетний контракт подписан с боссом масс-маркета — брендом Zara. Там Гальяно будет курировать переиздание архивных вещей 🙃

⏪И это, коллеги, именно то, о чем мы недавно писали: мода, включая дизайнеров и их творения, теперь часть массовой культуры⏩

Каждый новый приступ ужаса по поводу «не тех людей», «не тех брендов» и «не тех союзов» понятен. Но они говорят не о гибели моды, а о затянувшемся кризисе фэшн-снобизма, который не может смириться с простой мыслью: культ недоступности больше не работает так, как раньше.

Гальяно в Zara шокирует, потому что нам по-прежнему хочется верить в старую сказку, где большой дизайнер должен быть мистической фигурой, рисовать сумасшедшие эскизы при свечах и раз в полгода спускать их с башни, охраняемой драконами. В общем, существовать на безопасном расстоянии от массового потребителя — подробнее о том, как XXI век эту дистанцию съел, и почему всем, кто работае в моде, от этого «так больно сильно», читайте по ссылке.

💅 — увидимся у входа в Зарочку

Исследования показывают, что самой читающей демографической группой сейчас являются молодые люди до 25 лет.

Есть разные теории на этот счет:
➡️ и что это реакция на цифровизацию, попытка заземлиться, заякориться в реальности;
➡️ и что это наследие предыдущего читающего поколения — бабушек и дедушек нынешних молодых людей;
➡️ и что это производная от постоянного существования в текстовом мире интернета, привычка читать и писать в большем количестве, нежели у предыдущих поколений;
➡️ это объясняется и модой на чтение в соцсетях, развивающейся благодаря им.

Вне зависимости от того, какие из этих причин являются истинными, ясно, что зумеры уже оказали огромное влияние на развитие жанровой литературы, которая как раз чаще всего попадает в тренды (ее легче всего приметить среди быстрой смены постов или видео — хотя бы по очень характерным обложкам).

Кажется, что это поколение требует более четких сигналов от издателей и авторов, большей определенности, а также требует большего уважения к себе как к читателям и эмансипации от авторитетов — и это точно поменяет индустрию, уже меняет, судя по российским издательствам типа Soda Press или «Полынь»,

— говорит книжный критик Максим Мамлыга.

Мы попросили Максима порассуждать, что ждет книжную индустрию в будущем. Почему читатели начинают скучать по объективности, какими будут последствия влияния ИИ на книги и что будет с книжной индустрией в России, читайте в колонке.