Безделье — новый люкс 🥰
Почему мы решили, что лучший досуг — это сидеть дома

⏪Предсказываем будущее поп-культуры в рамках цикла «Безответственные прогнозы»⏩

Первый прогноз про запрос на эмпатию давали здесь, сегодня рассказываем про домашние развлечения.

Каждый уважающий себя зумер теперь сидит дома — не потому, что хранит очаг, а потому что рациональнен. Такси и ужин вне дома стоят как пилатес, а события последних лет показали, что инвестиция в себя — самая разумная вещь.

➡️ Вторая причина домоседства циничнее.

⏪Ленты спродюсированы безупречно, на экране происходит много приятного, необременительного, обволакивающего дыма: создается иллюзия получения какого-то знания, включенности в тренды и мировую повестку — и даже присутствия⏩

Поэтому, несмотря на запреты регуляторов, нас ждет еще больше контента для соцсетей — и это уже наша работа: ограничить себя в изучении обзоров нарядов с Met Gala, которыми занята каждая вторая телеграм-админка России.

Так что, наша цель на этот год — заменить TikTok на «полезный YouTube»? Перейти с рилсов на подкасты?

Нет, коллеги, первой и главной целью станет разрешить себе реально ничего не делать.

Хан Бён-Чхоль давно описал «общество усталости», где каждый превращает себя в проект и обязан бесконечно расти, оптимизироваться, прокачиваться.

Культура лайфхаков, тайм-менеджмента и бесконечной оптимизации не исчезла, но начала отдавать симптомами хронического истощения.

Рассудительный Substack-блогер Юджин Хили предлагает задать себе проверочные вопросы примерно такого рода: вы бы действительно пошли на Cosmoscow, если бы не страх быть «не в лиге»? Вы правда хотите готовить мороженое в снегу — или боитесь упустить тренд?

И если честно ответить «нет», появляется шанс понять, что вам действительно интересно. Так мы начнем читать длинные тексты, разговаривать на кухне, разбирать темы для собственного удовольствия, а не потому, что «это все обсуждают».

То, что сегодня называют wisdom flex, — не показное умничанье, а удовольствие от глубины. Это может выглядеть так: скипаем очередной бомбовый рилс «Искусства для интровертов» и идем читать Кайла Чайку про то, почему все искусство какое-то одинаковое.

Что еще определит поп-культуру 2026 года? Прогнозы от журналистки и знатока поп-культуры Екатерины Дементьевой по ссылке.

А пока не ушли читать, замеряем общую температуру по палате!
❤️ — обожаю обволакивающий контент без глубоких смыслов, не вижу в нем ничего плохого
🕊 — стараюсь фильтровать, но с переменным успехом
🤝 — как читали длинные тексты, так и читаем.. минимально сижу в соцсетях, wisdom flex — тема!

Harvard Business School: «Талантливые женщины реже подаются на более продвинутые и высокооплачиваемые вакансии — из опасений, что они недостаточно квалифицированы»

Ситуации, в которых сотрудницы, даже опытные, занимают выжидательную позицию и будто боятся реакции начальства на собственные просьбы и предложения, случаются повсеместно. За этим поведением стоит глубокий социальный контекст: стереотипы в воспитании («хорошие девочки не выпрашивают»), опасение прослыть карьеристкой или получить негатив в ответ на напористость, которая для мужчины считается нормой и даже поощряется. 

Однако в рабочей среде, особенно когда речь о повышении и новых суммах, поверхностные намеки не работают. Да и топ-менеджеры с каждым годом все загруженнее — им некогда гадать. Наоборот, когда работники выстраивают открытую коммуникацию, четко и обоснованно транслируют, куда идут и чего ждут, это сильно упрощает жизнь руководству — и в итоге получит повышение, скорее всего, тот, кто придет за ним первым.

⏪Заниженные ожидания подкрепляются и зарплатным разрывом: на 2023 год Росстат фиксировал 30% разницы между мужской и женской оплатами труда. На 2026-й hh.ru в том же отчете уточняет: эти 30% все еще реальны для ИТ-специалистов 19–30 лет, для 31–40 лет — уже 55%, а в некоторых направлениях цифра подскакивает до драматических 70%. Для управленческого уровня разброс дохода такой: 15–40%⏩

Здесь опять-таки можно долго говорить о перекошенных социальных ролях, заложенных паттернах поведения и прочем, но вывод един: женщинам придется избавиться от лишней скромности. Что сейчас особенно ценится в IT-индустрии, как женщинам правильно презентовать себя, получить работу в IT и к чему стоит готовиться, рассказывает CEO и управляющий партнер веб-интегратора ITECH Евгения Круглова.

Полицейские штурмы кинозалов, охота на «видео-гадости» и флешки в пирогах

В последние годы в России ужесточились регуляторные практики в отношении кино и онлайн-кинотеатров: от запрета на выдачу прокатного удостоверения за «дискредитацию традиционных ценностей» до проверки фильмов Минкультом на соответствие тем же «ценностям» по запросу

Разумеется, отечественная практика здесь не единственная в мире. Мы изучили историю вопроса и рассказываем, как кино и ТВ цензурируются и цензурировались в разное время еще в пятнадцати странах.

Например, Южная Корея.
История страны — это, пожалуй, самый вдохновляющий пример того, как киноиндустрия может не просто выжить под давлением, но и стать мировым трендсеттером.

Долгое время страна жила в условиях жесткой военной диктатуры, где цензура была тотальной.

➡️ В период президентства Ли Мён-бака и Пак Кын-хе (2008–2017) в стране существовал секретный список из почти 10 тысяч деятелей культуры, лишенных государственной поддержки за критику власти или симпатии к оппозиции. Об этом писали СМИ, а в 2017 году это офицально признала министр культуры страны Чо Юн‑сун.

➡️ Более того, впоследствии так же выяснилось, что списков было целых девять и они постоянно «дополнялись». В этот список попали будущие триумфаторы «Оскара» и Канн: режиссеры Пон Чжун-хо и Пак Чхан-ук, актеры Сон Кан-хо и Чон До-ён, драматург Пак Кын-хён и другие.

Пон Чжун-хо позже вспоминал, что эти годы были «кошмаром», когда спецслужбы следили за творчеством, а финансирование проектов перекрывалось по звонку сверху. Режиссеров обвиняли в «левых взглядах» даже за такие фильмы, как «Вторжение динозавра», где власти усмотрели критику правительства.

➡️ Перелом наступил после «Свечной революции» и импичмента президента Пак Кын-хе в 2017 году. Новое правительство официально извинилось перед художниками, а цензурные барьеры окончательно рухнули.

Именно эта свобода позволила Пон Чжун-хо снять «Паразитов» — беспощадное высказывание о социальном неравенстве, которое в прежние годы могло бы закончиться для него не «Золотой пальмовой ветвью», а очередным запретом на профессию.

⏪Сегодня корейское кино — это огромная индустрия, поддерживаемая государственным советом KOFIC, который теперь выступает не как цензор, а как инвестор и защитник авторского видения⏩

Южнокорейский опыт уникален тем, что цензура здесь стала топливом для режиссеров. Годы борьбы научили их виртуозно упаковывать острые социальные смыслы в жанровую оболочку триллеров, драм и хорроров. Именно поэтому такие хиты, как «Игра в кальмара», находят отклик во всем мире: за ними стоит десятилетиями копившееся желание говорить о несправедливости открыто.

Как регулируют производство кино и сериалов в других странах — среди примеров есть как «ожидаемые» позиции вроде Китая и Афганистана, так и весьма неожиданные, например развитые европейские демократии — читайте по ссылке.