По правде говоря, Маркус не отличил бы хлыстохвоста клейменого от лошадиного навоза – до тех пор, пока тварь не впилась бы ему в лодыжку; но это не означало, что он не обошел бы на почтительном расстоянии и то и другое

Тысяча имён — Джанго Векслер

– Мудрые следуют за человеком, который рожден вести за собой. Для глупости нет награды, если таковой не считать виселицу или топор палача.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

Но дело можно поправить, если последуете моим советам, а они таковы. Старайтесь почаще бывать в компании молодых. Сторонитесь стариков, больных и калек. Носите одежду ярких цветов. Вам отлично подойдут соколиная охота, танцы и пиры, и почаще спите с юными девицами. Если вам по карману, заведите шута. Научитесь смеяться и улыбаться, поскольку призраки никогда не являются тому, кто смеется. Если в голову лезут глубокие серьезные мысли, тряхните головой и отгоните их подальше, а затем берите гончих и отправляйтесь на верховую прогулку. Держитесь подальше от руин, церквей, часовен, процессий плакальщиц и кладбищ. Ибо сказано в Евангелии от Матфея: «Бог не есть Бог мертвых, но живых».

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

– Верховая езда и соколиная охота жизненно необходимы для будущего королевства, и еще нужны рыцарские турниры. Мрачное время правления Генриха – годы молитв, пения гимнов, скорби и чтения бесполезных книг – закончилось. Надо вернуться к истокам. Реестры – переделать, парки – заполнить оленями, ибо настоящее благородство познается на свежем воздухе и в седле. И при дворе всегда должен слышаться смех, – постановляет Эдуард.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

Затем, меняя тему разговора, Триптофт расспрашивает Энтони о семье, и тот к слову упоминает, что поместьями Элизабет в Лестершире завладели люди леди Феррерс.
– Не знал, что у вашей жены есть поместья в Лестершире.
– Я говорю о сестре, ее тоже зовут Элизабет. Внезапно Триптофт приходит в бешенство:
– Клянусь пятью ранами Христа! Это проклятие английской аристократии. Мы, лорды и леди, настолько безмозглые, что не можем придумать своим детям других имен, кроме Элизабет, Анны, Кэтрин, Генри, Ричарда, Эдварда и Джона. А потом снова Генри, Элизабет, Джон, Кэтрин, Ричард, Эдвард и Анна. Поэтому мы постоянно путаемся, кто есть кто. У простолюдинов больше разума и воображения, поскольку у них встречаются и другие имена: Ходж, Пойнс, Гарт, Алфред, Мэриголд и Беверли. Клянусь Богом, я так устал от собственного имени Джон, что уже готов назваться Актеоном, Зороастром или каким-нибудь Фабрисом.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

– Граф Вустер отрицал бы и существование Иисуса, если бы не боялся адского пламени. Но как этот умник докажет, что короля Артура никогда не было? Какие тут вообще могут быть доказательства? Граф Вустер сумеет указать место, где Артур никогда не бывал, назвать людей, которых он никогда не встречал, и продемонстрировать обувь, которую он никогда не носил? Его сомнение сродни безумию.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

Мы сидим здесь, пьем, ни о чем не думая, болтаем о древнем рыцарстве, а речь должна идти о боеприпасах, иностранных союзах, наемниках и дотациях. Вся эта показуха – чудовищное сумасбродство.
– Разумеется, сумасбродство, – отвечает улыбчивый Гастингс, – но нельзя же сутки напролет радеть о пополнении армии, бомбардах, правах наследования и разделе земель. В жизни должны быть пиры, танцы и зрелища, иначе какой смысл жить?

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

Вернувшись в Лондон, Энтони возобновляет свои упражнения на ристалище, однако придиркам Рейкера, местами переходящим в оскорбления, нет конца.
– Ты на коне точно монашка, что отправилась верхом на базар. Учись разжигать в себе ярость и управлять ею! – орет он Энтони. – Только ярость дает энергию, нужную для победы в бою. Ощущение должно быть такое, будто извергаешь черную блевотину. Воин не воин, если сражается не для того, чтобы убивать. Ты не боец, пока не мечтаешь убить человека. Бросай копье, слезай со своего черного чудища и сразись со мной. Посмотрим, сумею ли я разжечь хоть какой-нибудь пламень у тебя в брюхе. Идем учиться, как убивать в свое удовольствие.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

– Некоторые из этих историй правдивы, – наконец говорит Энтони.
Мэлори стоит на своем:
– Они могут начаться как правда, а закончиться ложью. И именно ложь вас одолеет, превратит в призрак, предмет и жертву мрачной фантазии. Бывают такие истории-бесы. И знайте: часть историй, которые сейчас рассказывают о вас, принадлежит другим людям, давно умершим. Кража их историй – своего рода разорение могил, и она должна быть наказана. Истории-бесы придут за вами и будут преследовать. Они будут ползать по вам, как вши. Кстати, вы на самом деле носите власяницу?
Энтони качает головой.
– Я так и думал. Истории-бесы – слуги дьявола. Безумные твари не дадут вам спать ночью, перешептываясь по углам спальни. И там же они будут спариваться и размножаться. Борясь за ваше внимание, одна история начнет убивать другую. В этой битве некоторые истории покалечатся и потеряют жизненно важные части. Другие лишатся головы и примутся слепо блуждать вокруг. Третьи начнут хлопать крыльями, но им не хватит сил взлететь, и крылья для них станут лишь обузой. Но увечные истории по-прежнему будут ковылять или ползти в вашу сторону, умоляя выслушать их и соблазняя безумными посланиями, искусами и россказнями об ужасах прошлого.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

Вся земля, навеки пропитанная кровью, есть не что иное, как огромный алтарь, на котором все живое приносится в жертву – без предела, без меры, без продыху, до самого конца мира сего, пока зло не угаснет и смерть не умрет. – Раскрасневшийся, он смотрит в небо, будто подзуживая Бога возразить ему.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

Феи и волшебники не предрекают смерть свинопасов, пастухов, разносчиков пирогов и грузчиков. Стать жертвой пророчества – один из признаков героя.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

– Милорд, честь мужчины не может зависеть от какого-то сна. Сны – «золото дураков». Они представляют мир, в котором мы живем, через кривое зеркало. Сны стремятся развлечь спящего человека историями, но рассказывают они эти истории очень плохо, ибо сон развивается как попало и может свернуть в любую сторону, поскольку предназначается человеку, который спит, но не знает, что спит и является пленником сна. Придающий значение снам сродни тому, кого задерживает в таверне нежелательный знакомый, настаивающий на том, чтобы рассказать ему историю, и при этом знакомый настолько пьян и несведущ, что не может передать ни логику, ни подробности. Сон не знает, как построить сюжет, и не в состоянии заполнить фон, что весьма существенно. Сон не знает, как закончить историю, ибо его повествование может привести к какому-то великому судьбоносному событию – к битве, коронации или волшебному перевоплощению, а затем продолжаться так, будто ничего знаменательного и не произошло. Чтобы продлить свое существование, сон несет всякую чушь, перемешивая случайных людей и случайные предметы, чтобы подпитывать эту чушь. Сон может управлять всего лишь краткими отрывками разговора. Он чересчур нагнетает тревогу и смущение. Милорд, наша жизнь никоим образом не является сном, и слава Богу за это!

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

– Сны – это тонкое состояние духа, и, по-моему, иногда они могут влиять на будущее. Я вспоминаю, что случилось всего несколько лет назад. Уличному торговцу по имени Джон Чепмен из Сваффема в Норфолке приснилось, что на Лондонском мосту он встретит человека, который научит его, как разбогатеть. Поэтому он поехал в Лондон и часами стоял на мосту, но ничего не происходило, и никто не заговаривал с ним, и он чувствовал себя дураком. В конце концов Чепмен зашел в одну из лавок на мосту купить кусок пирога и, кажется, рассказал лавочнику о своем глупом сне. Лавочник согласился, что сны и впрямь глупая штука. И, в свою очередь, рассказал, что прошлой ночью ему приснилось, будто он видел сокровища, зарытые в саду некоего Джона Чепмена в Норфолке. Не ехать же теперь в Норфолк по такому дурацкому поводу! И он сказал Чепмену: «Отправляйся домой и займись делом». Вот Чепмен и отправился домой, и принялся перекапывать землю в саду, и, конечно же, нашел два горшка золота, зарытых под корнями дерева. Я был в Сваффеме и видел, какой дом он построил на эти деньги. Также он оплатил возведение северного придела и колокольни сваффемской церкви.

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

– Я слышал об отшельнике, который жил на острове Патмос, где посвятил себя молитве, посту и всем формам благочестивой аскезы, и со временем Бог отметил преданность этого человека и решил, что тот должен быть вознагражден. Поэтому Он послал к нему ангела, и ангел обратился к отшельнику и сказал: «Вот, Господь Бог постановил вознаградить тебя за твое благочестие, и мне велено предложить тебе выбор между даром красоты и даром глупости». Отшельник долго думал, а потом говорит: «Я выбираю глупость». Ангел удивился его выбору и спросил, почему так. «Видишь ли, – сказал отшельник, – красота проходит».

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

На обратном пути в Лондон он размышляет, что правильно наказывать смертью за убийство, измену или изготовление фальшивых денег. Но правильно ли считать смерть наказанием, если в конечном счете она ждет каждого из нас?

Чудесам нет конца — Роберт Г. Ирвин

Поскольку преподобный Джо Майк как раз мысленно бичевал себя за то, что позволил внешним приличиям возобладать над истинным милосердием, он заколебался. Помыслил бы он хоть на две секунды о приличиях, если бы хозяйка попросила станцевать с нею? Если бы сейчас перед ним на корточках сидела не сестра Беверли Китинг, а она сама, если бы это ее широко расставленные синие глаза были устремлены в его глаза, и ее платье взбилось так высоко, что открылось нижнее белье… — тут он остановил разбег воображения и даже незаметно потряс головой. Нехорошие мысли. Он попытался вновь обратить свой разум к пяти хлебам и двум рыбам, а когда убедился, что — вотще, поднял указательный палец и сказал:
— Один раз.
Лицо Бонни Неизвестной озарила улыбка, преисполненная такой благодарности, что преподобный Майк задумался — а случалось ли ему раньше сделать столь счастливым хоть одно живое существо?

Энн Пэтчетт — Свои-чужие

– Вы знаете о том, что сильная солнечная вспышка, как например, супершторм Кэррингтона в 1859 году, может вызвать магнитную бурю, которая одним ударом способна уничтожить нашу спутниковую и электросеть? Такие бури происходят на земле в среднем каждые пятьсот лет. Интересно, да?
– Да, – отвечает Петер. – Я не знаю. Возможно.
– Я считаю, что солнечная вспышка – это действительно редко использовавшийся апокалиптический сценарий. В отличие, например, от эпидемии зомби.
– Почему это должно сразу носить апокалиптический характер, только потому что прекратилась подача электропитания? – спрашивает Петер.
– Речь идет не просто о прекращении электропитания. Сгорает вся сеть. И, благодетель, не желая вас обидеть: вы завязываете шнурки с помощью шнуровальной машины. Как вы намереваетесь питаться, если не будут больше летать доставляющие пиццу дроны? Возможно, вы знаете старую поговорку: любую цивилизацию отделяют от тотального хаоса всего три приема пищи.
– Ну, хорошо, возможно, у меня бы возникли проблемы. Но некоторые люди наверняка бы с этим справились.
– Может быть. И об этом могла бы быть моя новая книга. Самое интересное, что в этом будущем повседневными техническими предметами, которыми мы пользуемся сегодня, были бы мощные магические артефакты. Вещи, о принципе функционирования которых никому не известно. Это подобно тому, что написал Артур Ч. Кларк: «Любая достаточно прогрессивная технология не отличается от магии». Например, может существовать боевой робот с «севшими» батарейками, но которые всегда, когда светит солнце, заряжаются через свои коллекторы солнечного излучения. Правда, ночью они замирают. В этом смысле они являются троллями-перевертышами. Каждая еще функционирующая гидроэлектростанция представляет собой вид храма. Если магические артефакты принести к храму, они вернутся к жизни.

Марк-Уве Клинг — Страна качества

– Быстро! – говорит айпад качества. – Передвинь два нижних черных камня на линию выше.
– Но, но… – говорит Каллиопа растерянно, – вы ведь мошенничаете!
– Могла бы и помолчать, – говорит Ромео.
– Но мошенничество – это бесчестно! – продолжает Каллиопа. – Машины не мухлюют. Нам это совсем не нужно. Почему вы просто не просчитываете лучшие ходы?
– Послушай, ты, «убитая» пишущая машинка, – говорит Пинк. – На шашечной доске 19×19 возможны 4,63×10170 различных позиций. Число всех атомов во всей доступной наблюдению вселенной – это скромная часть вселенной, которая настолько близко расположена от нас, что ее свет достигнет нас через 13,8 миллиарда лет, что составляет возраст вселенной. Так что число атомов в этой всей доступной наблюдению вселенной составляет примерно 1080. Это означает, что если бы у создателя появилась безумная идея из каждого атома этой вселенной создать собственную вселенную, у которой было бы столько же атомов, как и у первозданной вселенной, то в азиатских шашках было бы больше позиций, чем атомов во всех вместе взятых вселенных. Это вызывает у меня головную боль. Я не хочу заниматься расчетами.

Марк-Уве Клинг — Страна качества

Каждый сложный алгоритм представляет для нас «черный ящик». Это означает, что мы видим вход и выход, но не имеем представления, что происходит внутри «черного ящика» и почему.

Марк-Уве Клинг — Страна качества

– Я защищаю свою ДНК от несанкционированного доступа.
– Что это значит?
– Ничто не должно проникнуть наружу. Каждый волос, каждый волосок от щетины позволит моим врагам секвенировать мою ДНК. И тогда будет возможно не только создать вирус, который целенаправленно воздействует на целые группы населения или даже на всех людей, но также и вирус, который будет направлен на поражение одной-единственной ДНК. Например, моей. Но для этого этим подонкам необходимо сначала получить от меня образец моей ДНК. Но они его не получат!
– У вас паранойя! – восклицает Петер.
– Нет. Я просто лучше информирован, чем ты.
– У вас разве есть враги?
– Не имею понятия.

Марк-Уве Клинг — Страна качества

– Я сразу и прежде всего объясню тебе самое важное. В сети ничего не бывает даром. Если ты за какую-нибудь услугу ничего не платишь, тогда за нее платит кто-то другой. И этот другой платит не из-за гуманности. Он хочет что-то за это получить. Твое время, твое внимание, твои данные.
– Вау! – восклицает Петер. – Просто вау! Я буквально чувствую, как эти действительно новые знания разливаются во мне и расширяют мой горизонт.
– Хорошо, хорошо, – говорит Старик. – Заносчивость – привилегия молодежи. Если ты это знаешь, почему ты тогда не поступаешь в соответствии с этим?

Марк-Уве Клинг — Страна качества