Будучи бездетной женщиной детородного возраста, я прямо-таки живая мишень для кривотолков. Никто не скажет, глядя на неженатого мужчину, выгуливающего лабрадора: «Видишь, как он кидает теннисный мячик своей собаке? Парень определенно хочет сына». Пес, раз уж на то пошло, лучший друг мужчины, товарищ, собрат. Но стоит женщине завести собаку, про нее тут же скажут, что она сублимирует. Если же она честно признается, что не хочет детей, в ответ ей лишь понимающе покивают головой и ответят: «Просто подожди». Для протокола: я не сюсюкаю с моей собакой, а когда зову ее, не говорю «Иди к мамочке».
— Из всех моих друзей ты всегда была самой психически здоровой, — сказала моя подруга Элизабет. — Пока не появилась эта собака.
Хотя я уверена, что была бы рада и какой-нибудь другой собаке, полагаю, глубина моих чувств к Роуз проистекает из того факта, что по части ума, верности и любви ей нет равных. По вечерам мы с Карлом везем ее через весь город на большое открытое поле, где люди спускают своих питомцев с поводков, чтобы дать им наиграться. Когда она скачет по траве с немецкими догами и бернскими зенненхундами, мне кажется, что свет еще не видел собаки более компанейской и популярной (при этом я осознаю, что окончательно поехала головой).
Энн Пэтчетт — Её собачья жизнь
— Из всех моих друзей ты всегда была самой психически здоровой, — сказала моя подруга Элизабет. — Пока не появилась эта собака.
Хотя я уверена, что была бы рада и какой-нибудь другой собаке, полагаю, глубина моих чувств к Роуз проистекает из того факта, что по части ума, верности и любви ей нет равных. По вечерам мы с Карлом везем ее через весь город на большое открытое поле, где люди спускают своих питомцев с поводков, чтобы дать им наиграться. Когда она скачет по траве с немецкими догами и бернскими зенненхундами, мне кажется, что свет еще не видел собаки более компанейской и популярной (при этом я осознаю, что окончательно поехала головой).
Энн Пэтчетт — Её собачья жизнь
Это была встреча не столько родственников, сколько однофамильцев, живущих в Миссисипи, многие из них до этого не были знакомы.
Исходя из моего личного опыта, я считаю, что в юности мозг мягок и податлив, как хлебное тесто. Я благодарна за каждую поездку в филармоню с классом. И меня передергивает при одной мысли о вечерах, когда мне разрешали смотреть Семейку Брэди, потому что я помню каждую серию. Теперь напротив, забываю целые романы, и на меня совсем не влияют книги, которые мне ужасно нравятся. А я убила бы за возможность поддаться их влиянию. Подумайте об этом, прежде чем покупать своему ребенку айпад.
Однажды вечером, незадолго до того, как рукопись была закончена, мы разговаривали по телефону с мамой, и она попросила повторить, как называется роман. Что я и сделала. «Как-как? – вновь переспросила она сквозь помехи в трубке. – Дача с дураками?» Когда слышишь такое от собственной матери, волей-неволей приходишь к выводу, что название никуда не годится.
Энн Пэтчетт — Машина за углом. Прикладной мемуар о писательстве и жизни
Исходя из моего личного опыта, я считаю, что в юности мозг мягок и податлив, как хлебное тесто. Я благодарна за каждую поездку в филармоню с классом. И меня передергивает при одной мысли о вечерах, когда мне разрешали смотреть Семейку Брэди, потому что я помню каждую серию. Теперь напротив, забываю целые романы, и на меня совсем не влияют книги, которые мне ужасно нравятся. А я убила бы за возможность поддаться их влиянию. Подумайте об этом, прежде чем покупать своему ребенку айпад.
Однажды вечером, незадолго до того, как рукопись была закончена, мы разговаривали по телефону с мамой, и она попросила повторить, как называется роман. Что я и сделала. «Как-как? – вновь переспросила она сквозь помехи в трубке. – Дача с дураками?» Когда слышишь такое от собственной матери, волей-неволей приходишь к выводу, что название никуда не годится.
Энн Пэтчетт — Машина за углом. Прикладной мемуар о писательстве и жизни
Я стараюсь всматриваться в наше счастье, чтобы помнить его в будущем на случай, если что-то произойдет и мы окажемся в беде. Эти моменты — фундамент, на котором мы строим дом, что защитит нас в будущем; чтобы, когда любовь призовет: «Насколько далеко ты готов зайти ради меня?» — ты смог бы посмотреть ей в глаза и честно сказать: «Дальше, чем можно было вообразить»
Энн Пэтчетт — Непрерывная любовь
Энн Пэтчетт — Непрерывная любовь
Хотя мне было страшно и я не чувствовала себя достаточно квалифицированной, чтобы писать для «Таймс», я поняла, что журналистика дала мне еще один навык (также необходимый и в худлите): умение имитировать осведомленность. Первым моим заданием стала заметка о нутрицевтиках. Знала ли я, что это такое? Нет. Сказала ли я об этом Илене Сильверман? И снова нет. Никогда не забуду свой звонок руководителю компании «Монсанто», чтобы поговорить о высоком содержании бета-каротина в растительном масле, которое они производили. «Это Энн Пэтчетт из «Нью-Йорк Тай-мс», – сказала я секретарше. Еще никогда в жизни меня не соединяли так быстро.
Энн Пэтчетт — Нон-фикшн. Предисловие
Энн Пэтчетт — Нон-фикшн. Предисловие
Вы намерены распахнуть ваши умы. Высшее образование — в приятии многообразия. Суть в том, чтобы научиться различать другие голоса, уважать другие точки зрения. Вы обнаружите, что чем больше учишься, тем сложнее становится жизнь, потому что ваш ум оказывается способен рассматривать один и тот же вопрос под множеством углов. Вы научитесь использовать свой ум так же, как атлет использует свое тело. Вы будете тянуться, крепнуть и расти. Именно поэтому столь многие боятся высшего образования; делить мир на черное и белое куда проще. На все у них есть четкий ответ, которого они и придерживаются.
Энн Пэтчетт — Право на чтение
Энн Пэтчетт — Право на чтение
"Меня не интересуют ваши грин-карты, — говорит она, размахивая пачкой грин-карт, — вам они не нужны, не надо мне их показывать. Вам нужно удостоверение личности с фотографией. Только не говорите мне, что у вас нет прав. Вы же сюда приехали на машинах, так что лучше иметь при себе права".
Интересно, я здесь единственная, кого привез папа?
Позади меня группа морпехов, которые уже прошли проверку личных данных. Они даже не пытаются понизить голос. "Офицер спросил меня: сколько раз ты водил в нетрезвом виде? И я такой: "Офицер, мне очень не повезло. Оба раза из тех, что я садился за руль пьяным, меня ловили". Еще один подает голос: "Хотите знать, сколько раз я ездил пьяным? Я морской пехотинец, сэр, поэтому уточните, что Вас интересует, сколько раз я ездил пьяным на своей машине или на военном транспортном средстве".
Энн Пэтчетт — Стена
Интересно, я здесь единственная, кого привез папа?
Позади меня группа морпехов, которые уже прошли проверку личных данных. Они даже не пытаются понизить голос. "Офицер спросил меня: сколько раз ты водил в нетрезвом виде? И я такой: "Офицер, мне очень не повезло. Оба раза из тех, что я садился за руль пьяным, меня ловили". Еще один подает голос: "Хотите знать, сколько раз я ездил пьяным? Я морской пехотинец, сэр, поэтому уточните, что Вас интересует, сколько раз я ездил пьяным на своей машине или на военном транспортном средстве".
Энн Пэтчетт — Стена
За день до того, как папа и Джерри поженились — это произошло во время нашего ежегодного визита, — я застала Джерри сидящей в гостиной за швейной машинкой. Она шила платье. Насколько я могла судить по картинке с образцом, платье было чудесное.
— Это для чего? — спросила я.
— Для свадьбы, — ответила Джерри.
— Чьей?
Джерри не смотрела на меня, она проводила тонкой как паутинка тканью над швейной иглой.
— Моей, — сказала она.
Тут я разрыдалась, умоляя ее не выходить замуж, подождать, пожалуйста, пожалуйста, потому что моей отец непременно сделает ей предложение. Что он и сделал. Только нам забыл сказать.
"Он помогает тебе стать лучше?", спросила она меня. Мне хочется ответить ей — да, со всей силой, на какую он способен, своим примером доброты и внимательности, своим здравомыслием и невозмутимостью он помогает мне стать лучше, и это то, к чему стремлюсь я сама - быть лучше.
Энн Пэтчетт — Это история счастливого брака
— Это для чего? — спросила я.
— Для свадьбы, — ответила Джерри.
— Чьей?
Джерри не смотрела на меня, она проводила тонкой как паутинка тканью над швейной иглой.
— Моей, — сказала она.
Тут я разрыдалась, умоляя ее не выходить замуж, подождать, пожалуйста, пожалуйста, потому что моей отец непременно сделает ей предложение. Что он и сделал. Только нам забыл сказать.
"Он помогает тебе стать лучше?", спросила она меня. Мне хочется ответить ей — да, со всей силой, на какую он способен, своим примером доброты и внимательности, своим здравомыслием и невозмутимостью он помогает мне стать лучше, и это то, к чему стремлюсь я сама - быть лучше.
Энн Пэтчетт — Это история счастливого брака
- Почему вечно надо все объяснять? Ваше поколение ищет объяснение всему! Что с вами, ребята, не так?
Удивительные истории, 3 серия.
Удивительные истории, 3 серия.
— Мамуля говорит, что никакое это не лекарство, говорит, что он просто надирается. Но дедушка говорит, что ему так гораздо лучше, а значит это лекарство, и пошли все в задницу.
Патрик Ротфусс — Грозовое дерево
Патрик Ротфусс — Грозовое дерево
Через секунду я уже слышал жуткое топтание этих демонических крыс, которые опять тянули меня туда, где в центре Земли Ньярлатотеп, безумный безликий бог, слепо воет во тьме под звуки флейты в руках двух флейтистов, бесформенных и безмозглых.
Говард Филлипс Лавкрафт — Крысы в стенах
Говард Филлипс Лавкрафт — Крысы в стенах
Ибо безумие и дикое отмщение бездны — вот единственные дары Ньярлатхотепа самонадеянным смертным
Говард Филлипс Лавкрафт — Сомнамбулический поиск неведомого Кадата
Говард Филлипс Лавкрафт — Сомнамбулический поиск неведомого Кадата
Мне никогда не удавалось верно определить возраст людей, потому что мне в сущности на него плевать.
Марта Уэллс — Икусственное состояние
Марта Уэллс — Икусственное состояние
Молодежь такая импульсивная, нужно стараться удерживать их от порывов, чтобы они успели состариться.
Марта Уэллс — Искусственное состояние
Марта Уэллс — Искусственное состояние
Заметив мою реакцию ГИК спросил:
"Чего он хочет?"
"Убить всех людей", — отозвался я.
И почувствовал, как ГИК весь сжался, если можно так выразиться - если не будет людей не будет и экипажа, который нужно оберегать, не будет смысла заниматься исследованиями, и наполнять базу данных.
"Это иррационально", — сказал он.
"Знаю", — ответил я.
Кто будет создавать развлекательные программы, если все люди погибнут? Просто немыслимо, такое могло прийти в голову только человеку.
Марта Уэллс — Искусственное состояние
"Чего он хочет?"
"Убить всех людей", — отозвался я.
И почувствовал, как ГИК весь сжался, если можно так выразиться - если не будет людей не будет и экипажа, который нужно оберегать, не будет смысла заниматься исследованиями, и наполнять базу данных.
"Это иррационально", — сказал он.
"Знаю", — ответил я.
Кто будет создавать развлекательные программы, если все люди погибнут? Просто немыслимо, такое могло прийти в голову только человеку.
Марта Уэллс — Искусственное состояние
Я установил кучный режим стрельбы, и заряды проделали глубокие обугленные раны, которые быстро вывели людей из строя из-за паники и боли, ну и, как вы сами понимаете, из-за горящих дыр в грудной клетке.
Марта Уэллс — Искусственное состояние
Марта Уэллс — Искусственное состояние
Я посмотрел еще семь серий «Лунного заповедника», пока бот шарил вокруг да около. Потом он пинганул меня, как будто я не знаю, что он все время был рядом, и попросил вернуться к новому приключенческому сериалу, который я начал смотреть, когда бот меня прервал.
В сериале «Первооткрыватели» рассказывалось о независимых исследователях, устроивших кротовую нору и систему колец в необитаемой звездной системе. Крайне малореалистичный и неточный, именно такие я и люблю.
– Я же дал тебе копии всех моих файлов, когда взошел на корабль, – сказал я. По сети, как с клиентом, я с ним общаться не собирался. – Ты хоть просмотрел их?
«Просмотрел на предмет вирусов и других проблем».
«Да пошел ты», – подумал я и вернулся к «Лунному заповеднику».
Через две минуты он снова послал запрос.
– Смотри его сам, – ответил я.
«Я пытался. Но через твой фильтр мне проще».
Я молчал, не понимая, в чем проблема.
«Когда мой экипаж проигрывает медиафайлы, – объяснил он, – я не понимаю, в чем там дело. Человеческие взаимодействия и мир за пределами моего корпуса мне не знакомы».
Вот теперь я понял. Он должен видеть мою реакцию на сериал, чтобы понимать происходящее. Люди используют сеть не так, как боты и конструкты, и потому, когда сериалы смотрел экипаж, их реакция не включалась в поток данных.
Мне показалось странным, что «Лунный заповедник» вызвал меньший интерес у корабля, ведь там дело происходит в колонии, а «Первооткрыватели» – сериал о большом исследовательском корабле и его экипаже. Это слишком похоже на работу, сам я обычно избегал сериалов о геологах-разведчиках. Хотя ему, возможно, проще воспринимать привычное.
Мне хотелось ответить «нет». Но если я нужен ему для просмотра сериала, он не разрушит от злости мой мозг. А кроме того, мне и самому интересно было его посмотреть.
– Сериал нереалистичный, – сказал я. – Но так и должно быть. Это выдуманная история, а не документальный фильм. Если начнешь возмущаться по этому поводу, я прекращу смотреть.
«Я не буду возмущаться», – сказал он. Представьте самый саркастичный тон, и вы поймете, как это звучало.
Итак, мы стали смотреть «Первооткрывателей». Он не жаловался на нехватку реалистичности. Через три серии он разволновался по поводу убийства второстепенного персонажа. Когда в двадцатой серии погиб один из главных, пришлось поставить сериал на паузу на семь минут, пока бот, если можно так выразиться, тупо пялился в стену, притворяясь, что делает диагностику. Еще через четыре серии герой вернулся к жизни, и бот так обрадовался, что пришлось пересмотреть эту серию трижды, прежде чем он был готов продолжить.
Во время кульминации одной из главных линий, когда по сюжету корабль получил катастрофические повреждения, а члены экипажа либо погибли, либо были серьезно ранены, бот испугался смотреть дальше. Конечно, он не сказал этого, но испугался. К тому времени он вызывал у меня уже гораздо больше сочувствия, и я решил облегчить ему задачу, просматривая серию двухминутными отрывками.
В финале он даже не стал притворяться, что занимается диагностикой. Он застыл на десять минут, а это куча времени для такого сложного бота. А потом попросил:
«Посмотри еще раз, пожалуйста».
И я начал с первой серии.
Марта Уэллс — Искусственное состояние
В сериале «Первооткрыватели» рассказывалось о независимых исследователях, устроивших кротовую нору и систему колец в необитаемой звездной системе. Крайне малореалистичный и неточный, именно такие я и люблю.
– Я же дал тебе копии всех моих файлов, когда взошел на корабль, – сказал я. По сети, как с клиентом, я с ним общаться не собирался. – Ты хоть просмотрел их?
«Просмотрел на предмет вирусов и других проблем».
«Да пошел ты», – подумал я и вернулся к «Лунному заповеднику».
Через две минуты он снова послал запрос.
– Смотри его сам, – ответил я.
«Я пытался. Но через твой фильтр мне проще».
Я молчал, не понимая, в чем проблема.
«Когда мой экипаж проигрывает медиафайлы, – объяснил он, – я не понимаю, в чем там дело. Человеческие взаимодействия и мир за пределами моего корпуса мне не знакомы».
Вот теперь я понял. Он должен видеть мою реакцию на сериал, чтобы понимать происходящее. Люди используют сеть не так, как боты и конструкты, и потому, когда сериалы смотрел экипаж, их реакция не включалась в поток данных.
Мне показалось странным, что «Лунный заповедник» вызвал меньший интерес у корабля, ведь там дело происходит в колонии, а «Первооткрыватели» – сериал о большом исследовательском корабле и его экипаже. Это слишком похоже на работу, сам я обычно избегал сериалов о геологах-разведчиках. Хотя ему, возможно, проще воспринимать привычное.
Мне хотелось ответить «нет». Но если я нужен ему для просмотра сериала, он не разрушит от злости мой мозг. А кроме того, мне и самому интересно было его посмотреть.
– Сериал нереалистичный, – сказал я. – Но так и должно быть. Это выдуманная история, а не документальный фильм. Если начнешь возмущаться по этому поводу, я прекращу смотреть.
«Я не буду возмущаться», – сказал он. Представьте самый саркастичный тон, и вы поймете, как это звучало.
Итак, мы стали смотреть «Первооткрывателей». Он не жаловался на нехватку реалистичности. Через три серии он разволновался по поводу убийства второстепенного персонажа. Когда в двадцатой серии погиб один из главных, пришлось поставить сериал на паузу на семь минут, пока бот, если можно так выразиться, тупо пялился в стену, притворяясь, что делает диагностику. Еще через четыре серии герой вернулся к жизни, и бот так обрадовался, что пришлось пересмотреть эту серию трижды, прежде чем он был готов продолжить.
Во время кульминации одной из главных линий, когда по сюжету корабль получил катастрофические повреждения, а члены экипажа либо погибли, либо были серьезно ранены, бот испугался смотреть дальше. Конечно, он не сказал этого, но испугался. К тому времени он вызывал у меня уже гораздо больше сочувствия, и я решил облегчить ему задачу, просматривая серию двухминутными отрывками.
В финале он даже не стал притворяться, что занимается диагностикой. Он застыл на десять минут, а это куча времени для такого сложного бота. А потом попросил:
«Посмотри еще раз, пожалуйста».
И я начал с первой серии.
Марта Уэллс — Искусственное состояние
Джейсон постарался, чтобы в его голосе не прозвучала тревога. Он был достаточно опытен, чтобы не дать ей это почувствовать. В спорах с женщинами обе стороны блефуют на 90%. Важно не то, что ты говоришь, а как ты говоришь.
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
— Они как последняя стая ухающих журавлей, — сказал клерк и тронулся с места, дождавшись, когда старик добрался до противоположной стороны улицы. — Защищены тысячью законов. На них нельзя кричать, с ними нельзя драться — схлопочешь десять лет тюрьмы. При этом все делается для того, чтобы они поскорее вымерли.
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
— Ответственность, — сказал Джейсон, —это осознание последствий своих поступков для других людей. У вас нет четкой моральной и этической позиции. Вы все время ведете себя так, словно вообще ничего не произошло. И постоянно пытаетесь переложить ответственность на чьи-то плечи.
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
— Был период, когда я пила. Постоянно, начиная с девяти утра. И знаете, к чему это привело? Я постарела. Я выглядела на пятьдесят лет. Проклятие. Все, чего вы боитесь, обязательно случится, если вы пьёте. Я считаю, что выпивка — самый серьёзный враг жизни. Вы согласны?
— Не знаю, — покачал головой Джейсон. — Думаю, в жизни есть более страшные вещи, чем алкоголь.
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
— Не знаю, — покачал головой Джейсон. — Думаю, в жизни есть более страшные вещи, чем алкоголь.
Филип Дик — Пролейтесь, слёзы...
Если кто-то описывает вам мир середины двадцать первого века, и это описание похоже на научную фантастику, то оно, скорее всего, неверное. Но если это описание не похоже на научную фантастику - оно точно неверное. Мы не в состоянии предвидеть конкретные детали, но единственное, что не вызывает сомнений, это перемены.
Юваль Ной Харари - 21 урок для 21 века
Юваль Ной Харари - 21 урок для 21 века