#сюжет : история вдовы Брэма Стокера, Флоренс Бэлкомб. Как к ней в молодости сватался Оскар Уайльд, как она сама вышла замуж за человека, который, как считается, зашифровал в "Дракуле" свой гомосексуальный роман - и всё это через историю борьбы с "Носферату", когда в образе Носферату к ней приходит... некто.

Если человеку всё время говорить: "Плохо, плохо!", он постепенно теряет уверенность в себе и делает неумело, а если хвалить, говоря: "Хорошо, хорошо!", то он потихоньку обретает уверенность и у него начинает получаться лучше. © Акира Куросава, "Жабий жир", пер. Е. Ванеян и А. Помеловой.

#путьюногоавтора

Вам может показаться, что нарратив используется только в собственно искусстве, а, например, в выставочном деле он не нужен... ха, наивные.
Каждая выставка это история. Собственно, выставки - это не просто собрать картину на определённую тематику и поставить их в зал: это буквально режиссура. Просто ты работаешь не с персонажами, а с объектами материальной культуры... но вот в чём прикол: это не просто предметы, это предметы с сюжетами. Ты режиссируешь историями, чтобы рассказать свою, вот в чём крутость выставок.

"Адепты красного" в этом отношении устроены просто: у нас есть совместный зал Малявина и Архипова, отдельный Малявину, отдельный Архипову. Но сама навигация немного дурацкая: мы-то с Лемом шли "неправильно", через совместное к частному, а правильно было бы начать с Малявина, посмотреть на совместное, посмотреть на Архипова на втором этаже. Глупость какая-то, если честно.
Но тот случай, когда качество работ это абсолютно компенсирует.

Я снимала только Малявина для себя, поэтому пост получится совсем не репрезентативным. Получилась ещё своя история в истории: мне было чудовищно плохо в этот день, и странные демонические огромные женщины Малявина со сверхчёткими лицами на фоне красноватого смазанного всего остального давало особенное ощущение безумия. Самое то для состояния дереализации.

Способности человека заложены у него с рождения, но в то же время немало зависит и от внешних влияний на его жизненном пути. © Акира Куросава, "Жабий жир", пер. Е. Ванеян и А. Помеловой.

#бытиехудожника

Как сценаристка я впервые работала на студии "100 киловатт". Это вообще было наглое, дерзкое предприятие: я закончила курсы Михаила Сафронова, тут вижу объявление, что ищут аниматоров в новый проект "Мой друг с Тау-Кита", и пошла с полпорога: "Я не аниматор, я только выпустилась с онлайн-курсов, буду работать за еду". Наглость - хорошая ценность, если её не перегибать: не стесняйтесь быть наглыми, но не будьте борзыми.

В общем, меня взяли...

...И КАК ЖЕ МНЕ НАЧИСТИЛИ ЗАДНИЦУ

Курсы Сафронова, к сожалению, не давали никакого представления о том, как работать в индустрии. Помню момент: обсуждаем идеи, редакторка прекрасная говорит о темах... и тут я предлагаю в космическом мультике ввести тему средневековых маргиналий.
На меня посмотрели как на дуру? Да. А вы бы нет?

Я только здесь полноценно научилась писать синопсисы, даже сделала пробный драфт серии. Вообще-то неплохой: там хорошие шутки и забавные диалоги, но - и тут меня очень хорошо натаскал Наиль Мубинов, автор "Тау-Кита" - у меня была жопа жопная со структурой. Структура - это вообще моя боль: в идеале в сценаристы надо из математиков идти, но не из писателей - не верьте, кто говорит обратное. Литература - это такое свободное пространство, где ты можешь делать более-менее что угодно, а вот кино себе такую вольность позволить не может.

Кстати, тут я цитирую продюсера "100 киловатт". Единственный брейнсторм, на котором я сидела, был с другой девочкой, тоже начинающей (но у неё сценарий купили, у меня нет) и Настей Калединой; там был Наиль, редакторка Мира и продюсер, который говорил, что анимация - самое несвободное искусство; оно более скованное в средствах, чем кино, а театр и вовсе хороший - поставил стул, сказал, что это лес, и все тебе верят. Нифига не правда, но, полагаю, во мне говорит обида: со мной едва перемолвились словом и перестали вести разговор, узнав, что я читала только "Спасите котика!" (на самом деле, и его не читала, просто его я знала - а вот Макки и Филда нет). Зато много разговаривали с Настей Калединой, и я понимала, что хочу её убить, поэтому потом отписалась - после того, как она издала свою книгу, а я нет.
Ещё я задрачивала сценарии Иордана Кефалиди, восхищалась им, офигевала, что он сидит чуть ли не в каждом сериале, и тоже думала его убить.

Работа на "100 киловатт" закончилась после трёх месяцев безрезультатного общения, Кефалиди и Каледина продолжают создавать классные истории, я продала сильно меньше сценариев и только один из них реально хорош, зато начала учиться кидать ножи.
По крайней мере, у меня всё ещё есть варианты карьерного роста.

Да, надо бы закончить свою серию про постоянно используемые мифологические образы. Ну или хотя бы продвинуться в них дальше.

Я всегда считала себя хейтеркой вампиров. Ну, камон, они отстойные. Они люди, но как бы нет. Они просто кусают: ну потеряешь ты кровь, ужас какой, не умрёшь же, если не захочешь?
Да, в период полового созревание сердце слегка дрогнуло от "Интервью с вампиром" (а всё Том Круз, чертяка), но это было временно: моё сердце захватили феи и уже не отпустят, по всей видимости, никогда.

Но в последнее время вампирская тематика неожиданно кусила в бок. Хе-хе.
Возможно, дело в том, что сейчас доминирует скорее эрото-танатическое направление - и в случае с вампирами это ОЧЕНЬ важно, в современности почти невозможно сделать вампиров не про секс. У меня был неплохой, как мне кажется, рассказ, где вампиризм - это своеобразная панацея от инвалидности, но "Дракула" переделал современную культуру, и теперь любовники-вампиры скорее норма. В любом случае, даже эрото-танатическая тема очень широкая: это и стремление к смерти, и любовь к чудовищу, и изнасилование (вот этот мотив я использую чаще всего в отношении вампиров; типа, камон, на тебя нападают, тебя засасывают, в тебя проникают - к бабке не ходи, как это трактовать), это вечная мёртвая красота... Тут просто спектр сюжетов, от "Смерть и Дева" до "Красавицы и Чудовище" через "Дева и мертвец".

Есть, конечно, ещё экшн, но лично я экшн обычно не пишу. Да и вампиры в них трактуются не как люди, а прикольные магические НПС. Это тоже интересно, но не совсем в моей сфере интересов.

Тем не менее, я не очень люблю тему живых мертвецов. Они неинтересные. В некоторых трактовках феи тоже мёртвые, но лично у меня деление как у японцев: есть условные ёкай (инаковые существа), есть условные юрэй (призраки). Первые прикольные, не похожи на людей и имеют самые причудливые линии поведения, вторые - люди, но со спецэффектами.

Интересно, что даже ангелов я трактую не как мёртвых людей. И вообще, как правило, не людей. Это интересно.

Отложила пока на потом рассказ, который я не буду выкладывать по ряду причин; но вот эта сцена, мне кажется, получилась даже сейчас. Даже особо переписывать не надо.

Warning: РЕАЛЬНО много мата. Тут им не ругаются, а разговаривают. Особенность среды, увы.

Внезапно раздался мат-перемат, и машина резко остановилась. Резкая остановка в городе-то плохо, на бездорожье – полный атас; Эллен не смяла Аманду в гармошку просто потому, что не была такой тяжёлой. Свам вообще впечаталась виском в стенку; чуткий нюх Эллен почуял кровь.
- Да какого хуя?! – завопила на своём языке Свам, открывая окошко в сетке. И сразу же душевно выругалась словом, обозначающим секс самцов гиен.
- Что там? – Эллен не стала высовываться уж совсем нагло, но её голос давал понять, что она, как учёная, должна… не участвовать, конечно, но знать.
Свам посмотрела на неё тяжёлым взглядом брутальной самки гиены. Но, сразу видно, не альфа. Хотя, наверное, в будущем станет стремиться. Эллен подавила её без проблем.
- Гляди, – Свам держала откидную сетку, и Эллен нырнула в проём.
Широкий бампер машины мог бы закрывать видимость, но, к счастью, всё было как на ладони, даром что из левого окна высовывалась Хари и орала на наречии пятнистых гиен «Пошла нахер отсюда» и далее по протоколу.
На пыльной дороге, виляющей между тамарисков, акаций и жёстких вечнозелёных кустов стояла женщина. Очень высокая, очень худая. Газель Томсона. Причём она даже не скрывалась за человеческим обликом: она оставила рога в своём облике. Очень похожа на представительницу народа маба, но с куда более длинным и узким черепом, непропорциональном длинными и худыми конечностями. Она одета в смехотворно национальный наряд; смехотворный в том плане, что он исторически конкретный – это костюм позднего XVIII века. Сейчас такое воспроизводят, на праздниках, для туристов, но не носят. Белое платье с песочного цвета полосами по бокам, вышивка, не имитирующая, но воспроизводящая сюжет охоты. Сандалии. Но по крою одежда явно современная, хотя и пытающаяся точь-в-точь имитировать исторический костюм. А при виде украшений девушки (сколько ей, семнадцать? Пятнадцать?) Эллен и вовсе присвистнула: вот они да, скорее всего трёхвековой давности.
- Съебала отсюда, блядина! – Хари яростно жала на руль, но девушка стояла… как газель. Не шелохнувшись.
- Кто это? – спросила Эллен, переходя на нусрэ, язык, на котором говорили пятнистые гиены Судана.
- Бума, – сказала – или выругалась – Свам на английском. Эллен сначала не поняла, что она имеет в виду, и наклонила голову, как собачка. – Нет, их реально так зовут. Это с их языка.
- Бума, бума… А, боумат?
- Ну, типа. Так якобы раньше говорили газели.
- Можно? – Эллен подпустила Аманду к окошечку. Мужчина сидел в углу в телефоне. Эллен посочувствовала ему: положение самцов в традиционном гиеньем обществе чудовищное.
Боумат с языка газелей Томсона в Судане означало одновременно несколько вещей. Это и новорождённый, и газель (конкретно в дельте Нила), и жертва. Первое и последнее перекликалось, потому что детёныши часто становились жертвами хищников в Судане. Жизнь животных-аборигенов никогда не была лёгкой…
Но сейчас это слово в основном использовалось как самоназвание газелей, да и то свелось к минимуму. То, что у него была такая странная форма, Эллен не знала вовсе. Впрочем, непарнокопытные никогда не были её коньком…
- Что она хочет?
- Чтобы её сожрали.

Помните новеллу в "Сэндмене", где писатель насиловал музу, чтобы благодаря ей создавать великолепные феминистические произведения?

Хорошая была история.

Никогда не стремилась к драматургии: это своя история, ей специально надо учиться, а ещё читать больше пьес, чем это делаю я. Вон, у меня томик Лилиан Хеллман великой стоит нераспечатанный до сих пор...

Но вот что реально бы хотелось попробовать, это написать пьесу для балета.
Странное желание, но после того, как я сходила на "Пергилей" и "Сотворение мира", возник странный вопрос - а как вообще работают с нарративом балетные постановки. Окей, эти две авангард, но классический балет сюжетный. У него же должна быть какая-то пьеса! Не строится же всё ТОЛЬКО на определённой последовательности танцевальных сюжетов! Как это выглядит?

Вот это прям вызов-вызов. Жутко интересный.

Ладно, сколько можно держать этот рассказ.
Написала к концу ноября; потом редактировала, потом... Пока никуда не пристроила, ещё в поисках, но, думаю, найдётся.

Нуар на старую идею. Мужчина встречает женщину; он непростой, она ещё опаснее. Но, что бы они ни думали друг о друге, они всё равно, дураки, хотят строить отношения.

Warning: довольно фактурные убийства; отсылки на любимые нуарные штуки.
https://docs.google.com/document/d/1oQzVqgLSKqdD6U-e41wnLHmAPVR7QYjJ/edit?usp=sharing&ouid=115593257568533878075&rtpof=true&sd=true

Мой любимый маркетинговый приём любого писателя - отсутствие маркетингового приёма.

Ну то есть совсем без него нельзя, увы, но - не когда ты подстраиваешь свою персональность под жанр книг, в которых пишешь, а наоборот. Я вот так стараюсь, получается... *смотрит на количество подписчиков* очень так себе.

Но, по-моему, это может быть уникальной, сильной, мощной вещью. Ух.

Сейчас я учусь на сценарных курсах "Ёмко", и пока это самое крутое, самое располагающее к себе, самое захватывающее, самое располагающее к себе обучение...

...самое циничное, самое сложное, самое болезненное, но - всё нормально, так и должно быть, мечта - это очень, очень сложно.

Вообще наш непосредственный ментор - прекрасный сценарист из "Союзмультфильма". Когда я услышала, что он из "Нового Простоквашино", я схватилась за сердце, потому что хуже "Нового Простоквашино" как бренда только "Ну, погоди!" (современные) и "Монсики". Но он офигенный, классный парень, живой, профессиональный, мягкий, тактичный - и как же он гоняет КАК ЖЕ ОН ГОНЯЕТ

Это здорово. Это правда очень заряжает на работу.
Я, правда, всё ещё ужасно боюсь, что из меня такой себе коммерческий сценарист, ничего у меня не получится, но я честно буду стараться. Во имя всех вырезанных шуток в шоу для маленьких детей.

За прошлый месяц написала ещё фанфик; не то, чем следует делиться в писательском блоге, но, блин, хочу и буду, что вы мне сделаете. Писать всегда хорошая тренировка, останавливаться не нужно.

"Энканто", джен, AU!современность, AU!мафия. Сёстры Мадригаль.
Именно сёстры.
https://docs.google.com/document/d/11BsiY8LkHyOUCLHoiCAPscDvpMuC-rI-eIpsZSYrjK8/edit?usp=sharing

Великолепная иллюстрация к рассказу, который я, к сожалению, по ряду причин не могу публиковать.
Но вот сама сцена.

"Ощущение от вампирского укуса сложно с чем-то сравнить: это слишком специфический опыт, чтобы подобрать к этому нужные слова. Укус шершня? Вхождение ножа в тело? Засос?
На самом деле ощущение оставалось одно. Дикий, ужасающий, невыносимый страх.
Веро спросонок не застыла, лёжа как бревно, она начала вырываться (верещать не получалось, язык в эти моменты, оказывается, отмирает напрочь — видимо, кровь не поступает в мышцы?), но ледяные руки, крепко державшие её за корпус, обхватили как клещи, как «железная дева». Дышать невозможно: кровь уходит, рука держит считай за рёбра, остатки воздуха теряются где-то в горле. Оставались ноги, и Веро ими яростно сучила, однако вампир, атаковавший её, находился в таком положении, что ноги вообще его не задевали. Разве что чуть-чуть мешали.
Силы оставляют тело тем больше, чем больше крови Веро теряла. Первые сто миллилитров — отвратительно, но терпимо; потом кружится голова; потом…
Нет, когда этот шизик отпустил Веро ненадолго, она ещё не умерла. Но голова уже вообще не здесь: Веро не знала значение слова «дереализация», но понимала, что, умри она прямо сейчас, она толким и не заметит.
Вампир успокаивающе зашипел; одна его рука находилась под футболкой, но не слишком глубоко, на животе, другую он сейчас отпустил и обхватил Веро под грудью. Нос зарылся в волосы и спустился по шее вниз; очень… сладострастный жест. Намного более чувственный, чем в любом кино; Веро их видела не слишком много, но обычно там вампиры изысканные эстеты, касаются пальчиками, держат как любовники из глупых романов… Здесь прикосновения ощущались куда более крепкими и грубыми. Вон, ледяные пальцы дотрагиваются самыми подушечками до щеки. Наверное, было бы лучше, если бы он был скелетом: кости не холодные.
Смешно: Веро держала труп за руки несколько часов назад, теперь труп держал её. Объятия смерти, ха?
— Зря ты стеснялась на танцах. Ты просто… замечательно выглядишь.
Поцелуй в шею. Не грубый, не мерзкий, но… Что-то было противоестественное в ласке ледяными губами.
Никогда ещё Веро не ощущала людей… такими мёртвыми.
— Ничто не заменит тепло человеческого тела."

Я перерабатываю один из старых сценариев; посмотрим, пойдёт-не пойдёт, а пока - один из синопсисов позднего сценария.
Толстожопенький, но это "Цыгане", поэма большая.
https://docs.google.com/document/d/1Zp4gIod71x_D595fdSWa5DRK6W5vEDXXGH1EMc5qKfw/edit?usp=sharing