5 марта 1942 года в городе Куйбышеве (ныне Самара) впервые прозвучала Седьмая симфония Дмитрия Шостаковича, получившая название Ленинградской. В то время в городе находилась в эвакуации труппа Большого театра. Седьмая симфония была впервые оркестром ГАБТ СССР под управлением дирижёра Самуила Самосуда. Премьера симфонии транслировалась радиостанциями на территорию как Советского Союза, так и за границу, а открывало трансляцию выступление Шостаковича.

Симфония № 7 «Ленинградская» до мажор соч.60 в 4 частях- одно из важнейших его произведений, созданное в 1941 году. Первые три части симфонии были закончены в сентябре 1941 года в блокадном Ленинграде. 1 октября композитор вместе с семьёй был вывезен через Москву в Куйбышев, где 27 декабря 1941 года и была закончена симфония.

В Ленинграде премьера Симфонии № 7 Д. Д. Шостаковича прошла 9 августа 1942 года. Оркестром Ленинградского радиокомитета дирижировал Карл Элиасберг. Исполнял симфонию Большой симфонический Оркестр Ленинградского радиокомитета. В дни блокады некоторые музыканты умерли от голода. Репетиции были свёрнуты в декабре. Когда в марте они возобновились, играть могли лишь 15 ослабевших музыкантов. Для восполнения численности оркестра пришлось отозвать музыкантов из военных частей.

В духоскрепной картине грядущего
Засияла последняя скрепина -
В фиолетовом шарфе идущего
Я увидел гвардейца Прилепина.
Меня паром обдало как в баньке,
Первый раз я как будто прозрел!
Что ж ты делал всю жизнь свою, Санькя?
Не за то своим сердцем горел!
Не про то ведь была эта проза!
Как теперь трезвым взглядом гляжу я!
Чтоб сияла твоя пролетарская роза
Пред испуганным взором буржуя.
Я то, дурень, всë мечу пакетом
В президента того или этого.
А ведь зиму сменило уж лето!
И пора обратиться в Безлетова.

В.И.

⬆️⬆️⬆️ Текст распространявшейся листовки:

Свободу Пабло Аселю!

Власти Испании бросили в тюрьму поэта и рэп-исполнителя Пабло Аселя. Он кого-то убил, ограбил, изувечил? Ничего подобного. Асель брошен в тюрьму за песни и высказывания в соцсетях, то есть за свои убеждения. Он говорил о коммунизме, необходимости борьбы с правительством, сверхбогатыми, а также мировым гегемоном США. И это сочтено смертельно опасным для Испанского королевства.

Асель — друг нашей страны и русского народа. Он выступал в поддержку Донецкой и Луганской народных республик, так же как независимости его родной Каталонии. Его мировоззрение сформировалось под воздействием таких личностей, как Владимир Маяковский, Иосиф Сталин и Че Гевара. И это правильное мировоззрение!

Мы, национал-большевики, солидарны с молодыми испанцами и жителями других стран, выходящими на улицы в поддержку Пабло Аселя. Вслед за ним мы говорим: «СССР вернется, а эксплуататоры будут добывать руду в Сибири!»

Libertad para Pablo Hasel!

Партия «Другая Россия Э. В. Лимонова»

Видео с акции «Свободу Пабло Аселю!»

Задержанные на сегодняшней акции нацболы, вышли на свободу (и уже в компании камрадов). Обоим выписали протоколы по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ (Проведение публичного мероприятия без подачи уведомления).

150 лет назад родилась Роза Люксембург, одна из наиболее влиятельных революционных мыслителей Европы первой половины XX века, основательница антивоенного Союза Спартака и Коммунистической партии Германии. В отличие от многих социал-демократов, поддержавших "свое" правительство в империалистической войне 1914-1918 гг, Люксембург последовательно выступала против войны (за что неоднократно попадала в тюрьму) и за революционные преобразования в прогнившем порядке.

С днём рождения, Красная Роза ❤️

Тридцать "гэбистов" против одного школьника

Первое марта, десять часов утра. Я встаю с постели, проделываю утренние процедуры, надеваю синий костюм и галстук с белой рубашкой, чёрные туфли и пальто (прилагается шарф). Шик, одним словом. Выхожу с матерью на улицу. Направляемся на заседание Комиссии по делам несовершеннолетних в связи с задержанием на навальнинге.

Добраться решили на элегантном трамвае, путь которого лежал через Московский проспект, любимейшее моё место города. Сталинский ампир, окружавший меня повсюду, придавал мне боевого духа в грядущей схватке.

Итак, я на заседании. Передо мной огромный стол, за которым уселось тридцать статных охранников режима и моя матерь. Мне же места за столом не выделили - я не заслужил. Заставили унизительно стоять, как на ковре у директора за хулиганство.

Начали заваливать вопросами: "Что ты туда попёрся?", "Чего ты там делал?" и прочее. Я стал грамотно отвечать на вопросы, разъяснять, почему я невиновен.

После прокурор сказал, что я виляю как девочка, не хочу отвечать за свои поступки (решил надавить на достоинство). Вынесли наказание: четыре тысячи штрафа и полгода учёта (по словам соцпедагога, за меня возьмутся крепко: будут ходить домой дяди, пробивать мой телефон и соцсети). Польстило то, что все признали моё ораторское мастерство. Ну не любят в нашем государстве больно грамотных, что уж поделать!

Но нашлась женщина, заведующая молодёжным клубом по району, которая успокоила напуганную мать и высказала мне слова поддержки. Низкий поклон таким людям! А набросившиеся на меня с матерью "гэбисты" уже занесены нацболами в чёрный список.

В целом официоз мероприятия мне очень зашёл: почувствовал себя важной персоной. Да, Смерть!

Большаков

Когда он достает тебя своими подкатами, но ты помнишь, что идти в отдел нужно только по составленной в соответствии с законом повестке.

Баннер "Чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века. Аминь. Да, Смерть!"

ЛИМОНОВ В ПАНТЕОНЕ НАЦИОНАЛ-БОЛЬШЕВИЗМА

Курёхин не мог ошибаться насчёт грибницы Советской России, которая тонкими нитками сплела культ вечного Союза Мистических Республик, где Сталин и Ленин - часть великого мифа в самом созидательном смысле слова. И пока Понасенков с его адептами кричат о «преступниках» и «левацких фашистах», миф не останавливается и лишь подпитывается временем.

Платонов утверждал: «Если сравнить живых с умершими, то живые говно», а значит Лимонов со своей смертью попадает в пантеон великого мифа и, возможно, встаёт во главе его, держит в руках «Ф-1» там, наверху, создавая удивительную обстановку: либо там, на небесах, он её уронит (явно дёрнув кольцо) и разнесёт всё в клочья, чтобы было проще съесть богов, либо будет держать гранату на небесах до победной здесь, на земле.

«Ни эллина, ни иудея» в сердцах нацболов, а только бесконечный миф, кушающий смерти и рождающий жизнь, за то и вечная слава Лимонову!

#Лимонов #нацболы #другаяроссиялимонова

И гипнозу тоже научим...

Остывшее время

«Хочется жить как в индийском кино: что чувствую, то и живу»

Отгремели 60-ые, последний битник написал последнюю строчку, закурил и пошёл в местное кадровое агентство. Авангард всё ещё популярен, но уже не так и нужен – мы это уже видели, нам это знакомо, пошутили и хватит, уже не то время. Не те люди.

Сюдзи Тэраяма стягивает боксёрские перчатки, берёт в руки камеру и за 28 дней снимает самую честную вещь, на которую только способен артхаусный режиссёр. «Бросай читать, собираемся на улицах!» вообще вещь уникальная: вот главный герой обращается прямо к зрителю, говорит о местах, в которых он никогда не бывал, поэтому «на углу, где сушатся даром растраченные жизни… на стене дома, в котором живут старики… на доске в убогом институте, в который я так и не поступил… на стенах общественных туалетов… всюду на улицах…» он пишет своё алиби. Признаёт – его не было там, но он есть здесь, в мире лжи, в мире прожекторов, в мире объективов.

И вот он стоит перед зрителем второй раз, прощаясь, рассказывая о съёмках фильма, хоть он и не любит кино. Между этими двумя моментами вроде бы даже прослеживается сюжет, странный, замысловатый, но на самом деле это – детские рисунки, зарисовки той жизни, что когда-то кипела на улицах Токио, но пришёл февраль, и мечты о человеке-самолёте (о нём герой грезил весь фильм) так и остались мечтами, и ничего, кроме омерзения, он под конец съёмок не почувствовал.

Почему?

Потому что жизнь пульсирует не в мире прожекторов, не в мире объективов, а там, в переулках, где твой отец дрался в молодости, в классных комнатах, где любили и ненавидели, на улицах, где нет пыльных книг мёртвых классиков. Чтобы прийти к человеку-самолёту, нужно в первую очередь вспомнить, что настоящее кино происходит прямо сейчас, и более искренних актёров вы не встретите ни в Новом, ни в Старом Голливуде.

То, что снял Тэраяма, нельзя назвать фильмом. Это – потрошение, откровение под девизом «Мне похуй – я панк!», поэтому и снимать буду так, как захочу, а не так, как говорит твой профессор из киномастерской. И хотя фильм, как и эпоха 60-х в Японии, крайне хаотичен и способен вызвать приступ эпилепсии, весь этот бунт – не ради бунта. Сюдзи планомерно разрушает не только Великую Четвёртую Стену, но и концепцию кино в принципе, демонстрируя, что даже картина с закосом под традиционный японский театр может быть искренней, если постоянно рушить границы. В конце концов стена падает и перед героем, и он уходит, и больше не вернётся, больше мы его не увидим. Человек-самолёт так и остался мечтой, поэтому остаётся только одно – холодная февральская улица.

Победа заключается не в том, чтобы посмотреть в камеру и подмигнуть зрителю. Настоящая победа над неискренним, претенциозным, сопливым искусством – просунуть руку через сияющий экран, взять зрителя за шкирку и злостно громыхнуть: «Бросай читать, вали на улицу!»

Олег Семияздный

"РУССКИЕ ДЕВОЧКИ - ЛУЧШИЕ В МИРЕ, С ВАШИМ ДНЕМ ВАС, ДЕВОЧКИ!"

С праздником!

8 Марта: что могут женщины и что они не могут!

Мы упорно привыкли считать, что женщина на поле боя, всего лишь некий абсурд нашего времени, несуразный продукт эмансипации. Амазонки это из области мифологии, а Жанна д Арк редкое исключение, более распространённый образ - тётка со скалкой, в припадке ревности, может залепить, кому попало. А между тем во все времена, в самых разнообразных культурах существовали свои женщины воины: женщины-викинги, женщины-самураи, и даже женщины-гладиаторы.

Так, отправляясь в плавание, викинги зачастую брали с собой дочерей, сестёр, ну и конечно жён – не дня без любимой. То есть известное утверждение «женщина на корабле плохая примета» ни в коем разе не смущала северных морских воителей, а представительницы прекрасного пола чудесно вписывались в суровый быт на драккарах.

Не менее значительной отводилась роль женщинам в раздираемой на части феодальной Японии, дам из высшего света воспитывали, как и мужчин в духе кодекса «Бусидо» - «лучше смерть, чем бесчестье», уже в подростковом возрасте хрупкое существо в щёлоковом кимоно могло свободно владеть сразу несколькими видами холодного оружия и самой изощрённой техникой рукопашного боя. При этом существовали женщины-самураи, в нашем классическом представлении. Так история донесла нам имя Томоэ Гозен, женщины-самурае XII века. Здесь конечно невозможно не вспомнить о куноити – знаменитых женщинах-ниндзя. Впрочем, использование женщины в области шпионажа и диверсиях, практиковалось всегда и везде.

Теперь о женщинах-гладиаторах: схватка взбесившихся фурий всегда привлекает особое внимание, при этом общеизвестно «если две бабы дерутся, лучше не встревать». Но женщина-гладиатор это что-то особое, генезис этого явления теряется в глубине веков, а гладиатором далеко не всегда являлся безропотный невольник (или невольница) воле судьбы отправленный на арену мочить себе подобных. Как известно наибольший спрос на гладиаторские бои приходиться на период рассвета Римской Империи, при этом схватки между женщинами пользовались у римской знати не меньшим спросом, чем мужские. Самая известная из них Герардеска Манутиус, жизнь, которой овеяна целым ореолом легенд. Доподлинно известно, что это была женщина несравненной красоты, участница восстания Спартака, приговорённая вместе с другими пленёнными к распятию, но в последний момент помилованная самим Марком Люцинием Крассом. Видимо прекрасная Герардеска одинаково владела и мечом, и чарами. На арене она уложила более 200 соперников, причём обоего пола, её обожала публика, встречая всякий раз бурными овациями, но была смертельно ранена предательским ударом в спину крохотным пигмеем, а блистательный Рим тотчас повелел добить свою любимицу.

Как уже говорилось выше сказания о древних Амазонках, получивших из рук богов-демиургов целый багаж всевозможных знаний (здесь и искусство войны, и наскальная живопись, и магия, и прочая эзотерика), учёные строго отправляют в кладовку сказок и небылиц, отдавая на откуп художникам и поэтам. Но вот что интересно, феминизм, как общественно-политическое движение, никогда не объявлял себя духовным наследием древних амазонок. Казалось бы, кому как не им - феминисткам, суфражисткам и т.д. взять себе на вооружение предание о прекрасных наездницах. Увы! Увы! Не хотят! Или не могут! Может быть, арабские шахидки могут, как это цинично ни звучит.

Пилот