Либеральное мировоззрение предлагает человеку выстраивать отношения с несубъектными сущностями – «российским народом», «мировым сообществом», «человечеством». «Раз выражено существительным, значит, это субъект». Но у таких коллективов нет субъектности, эти существительные описывают абстрактную (логическую) общность, которая никакой агентности, то есть сплочённости, не создаёт.

А христианство предлагает в любой ситуации прежде всего строить отношения со Христом и с ближним. И даже устанавливает между ними частичную эквивалентность (Мф. XXV.40). Нет воображаемых отношений, только реально-личностные. Невозможно предать или презреть человека «ради концепции», «ради системы».

Со второй половины 1960-х гг. в отечественных гуманитарных науках марксистский метод начал стагнировать. Вот, например, Утченко в книге про Цицерона (1972) уже вяло и без энтузиазма жонглирует цитатами из классиков марксизма. Среди прочего находит у Энгельса весьма саморазоблачающую формулировку, намекающую на хищнический и корыстный мотив у деятелей революции.

А между тем отец Павел продолжает погружаться в бездны отечественного безумия, мне же не хочется оставлять его одного, поэтому тоже кое-чего скажу.

Кризис высшего образования как «контактного рельса цивилизации» на лицо. Не знаю насчёт Китая, но в постЕвропе дела приблизительно так же: технические науки обособляются в прикладные, что сказывается на их теоретической глубине (по сути они уже сейчас представляют собой эдакие «промышленные ремёсла»), а гуманитарные науки окончательно теряют связь с реальностью, поскольку в них постмодернистская методологическая аутоперверсия самоценнее доказательных и выверенных построений. То есть в науке ледокол: одна часть теряет связь с философией и культурой, а другая – связь с объективным миром. В каком-то смысле это результат нашего зашоренного мышления, уже не первое поколение стремящегося проложить непроходимую границу между субъектом и объектом.

Этот абстрактный нигилизм, раздор разума и чувств, уничтожение целостного мировосприятия и непосредственного жизнечувствия и есть главная трагедия современного человека. Человек – как виноградная кисть, у которой каждая ягода завёрнута в отдельный мешочек.

М-да, а ведь я говорил себе писать побольше конструктивных и обнадёживающих мыслей...

Не устаю удивляться, какая однообразная социологическая методичка на Западе, даже до смешного. Везде у них struggle, overcoming и ethnic differences. Для «бинго!» не хватило «identity». И ведь людям, которые всё это пишут, даже зарплату платят. Помнится, в первой половине прошлого века марксисты жаловались, дескать, в Средневековье всё было глупо и ограниченно, всё сводили на ангелов или бесов, доказательности никакой. Ну что ж, как видно, реальность иногда оказывается смешнее даже самого грубого стереотипа...

И это всё в копилку размышлений о качестве Britannica. К слову, в БРЭ я никогда подобного не видел, во всяком случае в статьях по странам.

Зачем вообще полез читать про Эритрею...

Зато теперь в голове на одно незнакомое слово меньше. Оказывается, Эритрея – это итальянский плацдарм, переросший в колонию со своей государственностью и непрозрачным будущим.

Замечу, впрочем, что при жизни, Андрей Анатольевич Зализняк не был удостоен НИ ОДНОЙ государственной награды.

Государственная премия была. И госпремия от Минобрнауки. Но ни одного ордена, ни одной медали для человека, вернувшего нам знания о языке наших предков, и однозначно доказавшего подлинность "Слова о полку...".

Для сравнения.
Алла Пугачева - два Ордена "За заслуги перед Отечеством".
Максим Галкин, Орден дружбы. Ну и так далее, я могу привести весьма длинный список, однако же, зачем? Кажется и так ясно.
Ну да, такие вот были приоритеты у нас. Или точнее, у ряда чиновников, принимавших решения.

Помнить об этом стоит, даже несмотря на то, что сейчас многое поменялось.

https://t.me/SonOfMonarchy/27261

Очень актуальное замечание Андрея Медведева.

Вспоминается, как НАСТОЯЩИЕ гуманитарии (люди, блестяще знающие по 3-4 языка не потому, что они переводчики или лингвисты, а потому, что так им удобнее было заниматься своей исторической наукой), когда слышали "Зализняк", чуть ли не по стойке смирно с восхищением вставали.

И у этого человека действительно не было государственных наград (у иноагента Макаревича, Галкина и Пугачевой они, например, были).

Но народная память, культурная память общества, конечно, важнее любой награды.

Будем помнить нашу НАСТОЯЩУЮ элиту.

Вообще сила нашей страны – в здоровом, умеренном коллективизме. У нас мало людей, склонных, как японцы, пересиживать на 20% от своего трудодня в офисе, и это хорошо. И в то же время у нас достаточно людей, склонных сотрудничать, не ставящих зарплату выше осмысленности труда, способных договариваться, рассуждать и уступать.

Эта логика совершенно не укладывается в индивидуалистическое мировоззрение и потому способна на то, на что мировоззрение индивидуалистических стран не способно.

Мой любимый символ этого здорового коллективизма – спаренные парты в школе. Очень простой, но очень существенный символ. Наше ключевое слово – не саморазвитие, а сотрудничество.

Кстати, «саморазвитие», строго говоря, слово совершенно идиотическое. Понятно, как взрослый может развивать ребёнка: один может говорить, другой – нет. Понятно, как тренер может развивать новичка: один умеет боксировать, другой – нет. А как развивать самого себя? Ты же даже не знаешь, как выбрать точку, в которую хочешь прийти, потому что смотришь снизу вверх и видишь картину совершенно иначе.

Воистину, как басня про Мюнхгаузена, который себя за косу из болота вытащил.

👇🏻 Тоже в тему предыдущих постов. Владыка глубоко смотрит.

Один из главных русских образов трудящегося человека — это Нестеровский, соответствующий житию, преподобный Сергий Радонежский или Васнецовский преподобный Нестор-Летописец.

Увы, тот и другой образ уступили как в глазах части современников, так и в дальнейшее время пропагандистскому «Чаепитию в Мытищах». Не то, чтобы примеров, подобно изображенному на этой картине не было, но популярность она получила по принципу, сформулированному уже в нынешнее время одним коллегой: «СМИ (соцсети) не заметят добросовестный ежедневный труд 24999 священников, но заметят, как 1 священник украл самокат».

Именно от физического труда преподобного Сергия и его сподвижников, сочетаемого с молитвой, от интеллектуального труда монахов-летописцев и просветителей идёт русское умение сочетать созидание с созерцанием, преображать окружающий сложный мир, не разрушая Божие творение, но возвращая ему достоинство, если не райское, то устремляющееся к нему. Умение творить в труде материальное, устремляясь при этом ввысь, к духовному.