Светлая седмица всегда – чудо в чуде, будто пасхальное яйцо внутри пасхального яйца. Она идёт неторопливо, как и Великий пост, и своим светом осеняет всё наше времяпрепровождение. Как будто мы выходим из Пасхи, а свет Гроба Господня светит нам над затылком, освещая путь впереди.

Сиюминутное наблюдение: у Нижегородского метро такой же логотип, как и у Московского.

God bless CIA. Если бы не деньги американского налогоплательщика, прокрученные через Музей современного искусства в Нью-Йорке и кабинеты Лэнгли, мы бы никогда так не полюбили Ротко и компанию. Страна без прошлого, без искусства, без литературы, заставила весь мир ценить плевки на холсте.

https://t.me/The_Osen/8940

Самое классное в любой поездке на конференцию – это возможность пожить в отеле, то есть возможность просто работать. Ты не готовишь, не стираешь, особо не убираешь, и это даёт свободу для ума. Домашние хлопоты на несколько дней исчезают из жизни. В этом магия гостиничного пребывания, пусть даже и в двухзвёздном отеле.

Апрельская весна способна наводить шум в голове. Сказываются и телесные немощи, и душевные тяготы – всё вместе создаёт сложное напряжение в душе, особенно сильное у тех, кто живёт согласно учебному году. Обилие весенних праздников не помогает, а только умножает суету. Хочется тут доработать, там спокойно досидеть – а выходит нечто среднее между фрагментарным отпуском и мозговым штурмом.

Это особенно продуктивное время для самонаблюдения – внутренние проблемы, присосавшиеся близко к ядру души, выплывают на поверхность, и их легче описать, сосчитать, составить план действий, начать принятие мер по его выполнению. Жаль только, что от этого устаёшь, но усталость эта настоящая и живая, учительница жизни и сердцеведения.

Весна – время пересмотреть своё отношение к себе и к миру. Пересмотреть взгляды, принципы, сделать наблюдения на будущее. Только не упусти эту возможность.

Либеральное мировоззрение предлагает человеку выстраивать отношения с несубъектными сущностями – «российским народом», «мировым сообществом», «человечеством». «Раз выражено существительным, значит, это субъект». Но у таких коллективов нет субъектности, эти существительные описывают абстрактную (логическую) общность, которая никакой агентности, то есть сплочённости, не создаёт.

А христианство предлагает в любой ситуации прежде всего строить отношения со Христом и с ближним. И даже устанавливает между ними частичную эквивалентность (Мф. XXV.40). Нет воображаемых отношений, только реально-личностные. Невозможно предать или презреть человека «ради концепции», «ради системы».

Со второй половины 1960-х гг. в отечественных гуманитарных науках марксистский метод начал стагнировать. Вот, например, Утченко в книге про Цицерона (1972) уже вяло и без энтузиазма жонглирует цитатами из классиков марксизма. Среди прочего находит у Энгельса весьма саморазоблачающую формулировку, намекающую на хищнический и корыстный мотив у деятелей революции.

А между тем отец Павел продолжает погружаться в бездны отечественного безумия, мне же не хочется оставлять его одного, поэтому тоже кое-чего скажу.

Кризис высшего образования как «контактного рельса цивилизации» на лицо. Не знаю насчёт Китая, но в постЕвропе дела приблизительно так же: технические науки обособляются в прикладные, что сказывается на их теоретической глубине (по сути они уже сейчас представляют собой эдакие «промышленные ремёсла»), а гуманитарные науки окончательно теряют связь с реальностью, поскольку в них постмодернистская методологическая аутоперверсия самоценнее доказательных и выверенных построений. То есть в науке ледокол: одна часть теряет связь с философией и культурой, а другая – связь с объективным миром. В каком-то смысле это результат нашего зашоренного мышления, уже не первое поколение стремящегося проложить непроходимую границу между субъектом и объектом.

Этот абстрактный нигилизм, раздор разума и чувств, уничтожение целостного мировосприятия и непосредственного жизнечувствия и есть главная трагедия современного человека. Человек – как виноградная кисть, у которой каждая ягода завёрнута в отдельный мешочек.

М-да, а ведь я говорил себе писать побольше конструктивных и обнадёживающих мыслей...

Не устаю удивляться, какая однообразная социологическая методичка на Западе, даже до смешного. Везде у них struggle, overcoming и ethnic differences. Для «бинго!» не хватило «identity». И ведь людям, которые всё это пишут, даже зарплату платят. Помнится, в первой половине прошлого века марксисты жаловались, дескать, в Средневековье всё было глупо и ограниченно, всё сводили на ангелов или бесов, доказательности никакой. Ну что ж, как видно, реальность иногда оказывается смешнее даже самого грубого стереотипа...

И это всё в копилку размышлений о качестве Britannica. К слову, в БРЭ я никогда подобного не видел, во всяком случае в статьях по странам.

Зачем вообще полез читать про Эритрею...

Зато теперь в голове на одно незнакомое слово меньше. Оказывается, Эритрея – это итальянский плацдарм, переросший в колонию со своей государственностью и непрозрачным будущим.