но я взрослый умный человек, поэтому я не творю дичи, не пускаюсь в саморазрушение, не виню себя ни в чем и вообще не позволяю даже такой экстраординарно хуевой ситуации разворошить мне голову.

вместо этого пишу терапевтке в 5 утра с просьбой вместо часовой сессии в субботу провести двухчасовую. вот там-то и дам себе разорваться на миллиард негодующих кусочков. а пока — да, соломку себе подкладываю, пока не рухнула лбом об пол.

и тут, конечно, хочется процитировать стародревний трек группы каста:
«а ведь не так сильно щас», — отвечаю шёпотом. —
«прошлый раз вы помните? всё приходит с опытом»

хотела запостить сюда скриншот из концерта Бо Бёрнема, на котором он поёт одну из моих любимых комедийных песен, вопрошая: «кому нужны тысячи метафор, чтобы понять, что просто не надо быть мудаком?». но потом поняла, что я уже кидала когда-то сюда эту картинку.

в целом это всё, что нужно знать о произошедшем и о моем отношении к человеку, вокруг которого крутились мои мысли последние три года.

ожидала, что меня размажет гораздо сильнее, но нет. даже не всплакнула. чувствую облегчение и освобождение, пространства для манёвра в этой жизни явно стало побольше. а неизвестных переменных, затруднявших составление формулы моего светлого будущего, больше нет.

другой вопрос — может быть, меня всё-таки хорошенько шарахнуло в какую-то область, и без того скрытую от моего сознательного восприятия, и мои радары не регистрируют боль. но не страшно, в таком случае заметим этот урон в терапии в ближайшую субботу и оперативно проработаем.

из того, что осознаю, только презрение, а на нем боль базируется плохо. всерьёз страдать по кому-то, кого больше даже не уважаешь, сложно. вот я и не страдаю.

и даже себя мне винить не в чем, я всю дорогу поступала как хороший человек. даже рада, что не вышла из этой ситуации раньше: тогда меня бы до конца жизни терзали вопросы в духе «а что, если бы всё сложилось?».

я всё сделала очень правильно: дала ситуации пожить, побыть, подышать, постоять на открытом воздухе, но она не продержалась и пяти секунд, моментально рассыпавшись в пепел и уплыв в бесконечность с первым же дуновением ветра.

три года растворились без следа.

ну, значит, вот такая это была ситуация.

как там говорят в тиктоке? «вот и всё. неплохая получилась история. интересная, весёлая, порой немного грустная. а главное — поучительная».

но под вечер, конечно, становится основательно хуево.

извините за частый постинг, но день сегодня такой, а я и так в последнее время молчала тут месяцами.

вечера, безусловно, в принципе так устроены, что если вдруг что-то не так, оно обострится. утром и днём у тебя куча дел, все что-то пишут, всем что-то от тебя нужно, жизнь кипит и затягивает тебя в свой водоворот, внутри которого забыть о глубинных тревогах очень легко.

это ведь и есть главная причина, почему последние пару лет я так плохо спала. вечером всё накатывает.

и я, конечно, знаю, что я это переживу, переживала вещи в разы хуже — взять хотя бы недавнее исчезновение из моей жизни одной из лучших подруг. я несколько недель терзалась ночными кошмарами, много плакала и пыталась придумать, где я налажала так, что человек после стольких лет дружбы меня просто вычеркнул из жизни. но я это пережила, ну или стараюсь переживать.

и вот эту иллюзорную историю я тоже переживу, тут никаких сомнений. но прямо сейчас мне так обидно и плохо. я хороший человек и не заслуживаю всего того, что со мной то и дело происходит.

я не хотела вовлекаться с самого начала. я держала дистанцию. но меня заманили сладким пиздежом, снова посадили на поводок, а потом — как всегда. «я могу только сказать прости, но ведь это вряд ли что-то изменит».

я этого не заслужила.

чувствую необходимость успокоить тех читателей, которых прошлые мои посты разволновали.

я в полном порядке. даже сказала бы, что мне супер.

всего один вечер интенсивно порыдала (и то больше от негодования из-за несправедливости сложившихся обстоятельств и невостребованности своих эмоций, чем от реальной боли), на следующий же день нашла выход всем эмоциям, закрыла гештальт и сделала человеку, который занимал мои мысли последние три года, ручкой. сожаления, негодования, обиды не осталось. только легкая (большей и не заслужили, ну давайте честно) благодарность и абсолютно спокойное осознание: «вот тут точно нет». собственно, это было неделю назад.

а дальше началось волшебство.

продуктивность подскочила, причём не только рабочая, но и бытовая, и даже социальная. резко поприбавилось желания и сил заботиться о себе, включаться в поддержание порядка дома, достигать карьерных высот, встречаться с подругами и друзьями, осваивать новые увлечения, да даже спортом заниматься.

и нет, это не гипа. я давно не была конструктивнее, контролируемее и более «в контакте» с собой. мне, конечно, ещё предстоит наладить режим сна, но уже сейчас по этой части наблюдается прогресс.

а в целом полное ощущение, что я, отбросив внешнее влияние этой истории, вернулась к себе настоящей — сильной, продуктивной, ресурсной, амбициозной. у меня куча вдохновляющих планов и, кажется, даже сил на их реализацию.

всё-таки не только действия в адрес других, но даже постоянные мысли о других отжирают немало энергии. не то чтоб я о чём-то жалею, но впредь мне нужно повнимательнее контролировать такие ментальные траты.

на втором часу попыток дописать по работе многострадальную статью на жалкие 1500 знаков, вчитываясь в собственный текст под отъехавший фри-джаз и испытывая необъяснимую ажитацию вкупе с умеренным, но абсолютно беспочвенным сексуальным возбуждением, начала подозревать, что еду в сторону гипы.

что ж, потепление никогда не давалось мне легко.

чувствую себя жертвой домашнего насилия, чей абьюзер стал проявлять агрессию вне семьи.

я кровавого деда не выбирала, никогда себя с ним не ассоциировала и не связывала, а потому и винить себя за его безрассудные действия в полной мере не могу. но в последние дни мне стыдно, а еще больше — страшно, тревожно, грустно, бессильно-зло.

всё происходящее кажется кошмарным сном. и я надеюсь, что мои подруги и друзья из Украины знают, что эту войну веду не я, не мы, а он. человек, который в считанные дни поверг в ужас весь мир.

впрочем, еще страшнее, тревожнее и грустнее мне от того, что я точно знаю: сейчас есть те, кому гораздо хуже, чем мне. и их очень, очень много. и я чувствую с ними родство, но совершенно не понимаю, что я могу сделать, чтобы прекратить это бессмысленное насилие государственных масштабов.

в первый день я задавалась вопросом: «неужели он действительно сильнее всех нас?».

но к шестому дню войны к тревоге, апатии и тоске прибавились надежда и вера в светлое будущее.

я знаю, что добро победит. я знаю, что зло будет наказано. я знаю, что диктаторы всегда кончают плохо.

особенно диктаторы, которых ненавидят все: попавшие под непростительный в своей абсурдной жестокости обстрел соседи, столкнувшийся с нищетой и грядущим голодом народ и, конечно, некогда близкие влиятельные друзья, стремительно теряющие свои богатства и привилегии.

даже самый длинный стол на свете не отдалит тебя от справедливого наказания.

Украина будет мирной, Россия будет свободной.

на фоне войны и того, что сейчас чувствуют люди, находящиеся под обстрелами, без еды и воды, теряющие или потерявшие близких, испытывающие вполне обоснованный страх за собственную жизнь, мои личные переживания — жалкий плевок, тут без вариантов.

даже на фоне экономического кризиса, который уже топчется на пороге, и его верных спутников — голода, информационной изоляции, угрозы гражданской войны — мои персональные драмы абсолютно ничтожны.

то, что меня гложет, имеет мало значения, если имеет какое-то значение вовсе, в масштабах судьбы моей страны и народа, с которым я так или иначе ощущаю связь.

но как же иногда, даже среди этих глобальных пиздецов, бывает плохо лично мне. просто как будто кусок стекла встаёт ребром в груди и мешает дышать, думать, чувствовать что-либо, кроме одиночества.

и хочется часами обнимать близких людей, чтобы заглушить эту боль и подарить себе ощущение, будто я не одна.

но я знаю — даже мои самые близкие живут своими жизнями. ни у кого со мной нет никакой совместности. мы рядом, мы помогаем друг другу, но ситуационно. нет никого, кто всегда неотрывно превозмогает со мной этот ад рука об руку и планирует и дальше превозмогать в долгосрочной перспективе.

и если в мирное время с этим неплохо можно жить, то перед лицом войны гигантская стекляшка в груди становится под таким неудобным углом, что я ежедневно зарабатываю об нее новые порезы.

я знаю, что это маловажное нынче нытьё. и я знаю, что это пройдёт, от такого никто пока не умирал, в отличие от. но выблевать это буквами в канал иногда помогает, хотя бы ненадолго.

класса с девятого и до конца школы я была невероятно увлечена творчеством Булгакова.

правда, в отличие от многих почитателей его таланта, фанатский трепет я испытывала не перед «Мастером и Маргаритой», не перед «Собачьим сердцем» и даже не перед «Белой гвардией». мне нравились рассказы, особенно — один из первых, «Необыкновенные приключения доктора».

помню, как в старшей школе меня направили в кабинет охраны зрения: нужно было несколько раз в неделю приезжать в поликлинику и читать принесенную с собой книгу в каких-то якобы лечебных очках. я то и дело брала что-то новенькое в библиотеке, и вот однажды мне в руки попал сборник рассказов Булгакова.

помню, как фраза «Меня мобилизовала пятая по счету власть» протащила в мой юный ум ужас, бессилие и осознание собственной ничтожности перед лицом политической нестабильности, взбесившейся государственной машины и народа как мощной, но весьма неконтролируемой единицы.

помню, как понимала: «вокруг меня за такими же столами сидят такие же дети в таких же лечебных очках, но они читают свои книжки и совершенно не понимают, что я сейчас чувствую — они не знают, что из-за нескольких слов, написанных человеком еще в прошлом веке, у меня внутри теперь живет образ беды, ставшей чьей-то повседневностью».

к сожалению, эти мои переживания вернулись в худшей из возможных форм. и сегодня мои чувства разделяют миллионы.

я всю жизнь с тех пор помнила эту фразу про пятую власть. в тяжелые минуты я даже иногда использовала ее для успокоения: «ну, сейчас ведь не вот так, а значит, не все потеряно». но за последний месяц с хвостиком я вспоминала эту жуткую фразу, нарочито обыденно поставленную в ряд других предложений, уже раз 30.

учитывая, что сам Михаил Афанасьевич родился в Киеве, я тем более во всем этом наблюдаю какую-то особенную жестокую рифму.

а еще вспоминаю последнюю — пожалуй, самую сильную — строчку этого рассказа и впадаю в отчаяние от того, что не могу даже процитировать ее без страха за собственную безопасность.

такие нынче времена.

бывают дни, когда надежда на светлое будущее крепка и огромна. а бывают дни и ночи — ну, вот как сейчас.

I. БЕЗ ЗАГЛАВИЯ — ПРОСТО ВОПЛЬ

За что ты гонишь меня, судьба?! Почему я не родился сто лет тому назад? Или еще лучше: через сто лет. А еще лучше, если б я совсем не родился. Сегодня один тип мне сказал: «Зато вам будет что порассказать вашим внукам!» Болван такой! Как будто единственная мечта у меня — это под старость рассказывать внукам всякий вздор о том, как я висел на заборе!..

И притом не только внуков, но даже и детей у меня не будет, потому что, если так будет продолжаться, меня, несомненно, убьют в самом ближайшем времени...

К черту внуков. Моя специальность — бактериология. Моя любовь — зеленая лампа и книги в моем кабинете. Я с детства ненавидел Фенимора Купера, Шерлока Холмса, тигров и ружейные выстрелы, Наполеона, войны и всякого рода молодецкие подвиги матроса Кошки.

У меня нет к этому склонности. У меня склонность к бактериологии.

А между тем...

Погасла зеленая лампа. «Химиотерапия спириллезных заболеваний» валяется на полу. Стреляют в переулке. Меня мобилизовала пятая по счету власть.

Михаил Булгаков, «Необыкновенные приключения доктора», 1922.

а знаете, к черту. этот рассказ Булгакова кончается фразой:

«Проклятие войнам отныне и вовеки!»

и если это не лозунг последних 34 дней, то я не знаю, что.

уезжаешь из страны — пораженец и вшивый диссидент, возвращайся и борись.
остаешься — молчаливый терпила и коллаборант, все нормальные давно уехали.

пишешь посты — пустозвон и лицемер, займись реальным делом.
занимаешься делом и не пишешь посты — безразличный соучастник военных преступлений, брось всё и выскажись.

каешься — трясующееся за свою шкуру ссыкло, раньше надо было каяться.
не каешься — поехавший фанат империи, стыдись за каждого, с кем тебе не повезло родиться в одной стране.

естественно, ни на кого не злюсь и не обижаюсь. наоборот, всем очень соболезную и сочувствую, потому что всем сейчас плохо, и многим — гораздо хуже, чем мне.

но чем дальше, тем менее понятно, как выразить свой протест против агрессии в адрес соседней нежно любимой страны, не отдать родную страну на окончательное растерзание чудовищам, при этом самой не присесть или не покончить с собой под лавиной бесконечных обвинений в грехах каких-то совершенно незнакомых мне насильников, чьи бесчинства меня ужасают не меньше, чем они ужасают весь цивилизованный мир.

пожалуй, продолжу ограничивать публичное выражение своей позиции репостами из остатков независимых сми. а читать комментарии в соцсетях, которые для многих служат вместилищем безграничной невыраженной боли, прекращу до лучших времен, которые обязательно скоро настанут.

потому что человек, как известно, смертен. и, хотя сейчас поверить в это сложно, даже самые жестокие диктаторы, кровавые палачи и беспринципные истязатели, тоже люди.

вчера была персональная годовщина — 5 лет без секса (секстинг же мы не считаем?).

такой себе, конечно, праздник. финальное звено в цепочке личных микрокатастроф, совпавшее с годовщиной катастрофы исторического масштаба (аварии на Чернобыльской АЭС). а на фоне текущей непрекращающейся геополитической катастрофы это всё тем более как-то странно рифмуется.

все эти два месяца и три дня я, как и многие, провожу в анабиозе. режим автопилота немного помогает оградить себя от суровой реальности. впрочем, боль просачивается всё равно.

я несчастна и подавлена. не пою, плохо сплю (то совсем не, то по 15 часов подряд, и почти всегда с жуткими кошмарами), ем тоже как попало и что попало, забросила спорт, замыкаюсь в себе, отдаляюсь от всех, периодически то ловлю приступы духоподъемной надежды на светлое будущее, то проваливаюсь в темные глубины отчаяния. а еще, хоть и продолжаю ходить на терапию, фоново думаю о суициде. не так чтобы прям всерьез и с намерением, скорее для самоуспокоения — что вот всегда, если всё пойдет совсем уж по говну, можно и того.

все вокруг говорят, что нужно жить жизнь, что она продолжается. но я не могу. у меня она замерла на месте. я не живу, а существую, выживаю и из последних сил держусь, чтобы ненароком не перестать делать и это.

иногда, впрочем, просыпается какое-то философское отношение. думаю, мол, это такой естественный отбор — я просто слабовата, а такие в тяжелые времена не выживают. будет, конечно, здорово, если выживу, но если не выживу, значит, такая судьба, значит, всё-таки слабовата.

раньше вот я была посильнее, но поизносилась под тяжестью всяческих невзгод. в конце концов, за 5 лет не смогла даже проработать травмы, мешающие мне устанавливать тесный физический контакт с другими людьми. за 5 лет не оправилась от боли и не научилась доверять, не поняла, как испытывать комфорт в близости. многого ли можно от меня ожидать?

собственно, мое птср триггерится несвободой в любой сфере жизни, а сейчас кругом только несвобода и есть. опции — одна хуже другой: тоталитаризм и нищета, вынужденная эмиграция и нищета, долгосрочные планы и, вполне вероятно, опять крушение надежд и всё та же нищета. я ощущаю себя в ловушке. тут-то и поспевают мои суицидальные приколы с готовеньким решением, как из этой несвободы выйти.

также в качестве утешения и из желания нащупать какой-то осмысленный выход, высмотреть какой-то намек на свободу иногда читаю всякое о переезде в разные страны. хотя это не утешает совершенно. во-первых, не хочу я оставлять свою родину тем, кто ее явно ненавидит. во-вторых, везде хватает проблем, и еще неизвестно, с какими — здешними знакомыми проблемами или тамошними новыми — я справлюсь лучше. неизвестно, справлюсь ли я вообще хоть с чем-нибудь.

впрочем, ничего драматического в моем положении нет, жалеть меня нечего. у меня есть какая-никакая работа, есть где жить, есть любимая собака, не все друзья еще разъехались. так что руки я не заламываю, с ножом на себя не кидаюсь, даже не рыдаю. гуляю с собакой, работаю работу, что-то смотрю на ютубе, иногда даже вижусь с людьми.

но абсолютно никакой радости ни от чего не испытываю. уже два с лишним месяца у меня нет никакой жизни. она разрушена.

и я даже не знаю, когда и как это кончится.

в последнее время полезных, а не чисто дневниковых постов тут было маловато. надо бы, пожалуй, исправиться, но сейчас никак не могу. хотя делиться есть чем — терапевтка учит меня многим техникам самопомощи, я в процессе разговоров с другими людьми с расстройствами подсвечиваю для себя какие-то лайфхаки, которые уже стали для меня нормой и воспринимаются как должное, но о которых было бы полезно рассказать миру, ну и так или иначе немало читаю по теме в свободное время.

но личных переживаний, увы, пока больше. и они ощущаются острее.

помимо уже описанных мной чувств, связанных с политико-экономико-социальной обстановкой, есть много всякого. в том числе — прямо вытекающего из этой обстановки.

например, в ближайший вторник в одном прекрасном европейском городе даст концерт мой любимый итальянский музыкант. с ноября 2019 года мысль об этом выступлении провела меня через очень многое — я даже пару раз упоминала это тут, на канале. я писала, что анонс этого концерта стал для меня лучиком света, намеком на то, что у темноты есть конец и край. этот анонс стал моей надеждой, позволяющей мне держаться на плаву. идея о том, что я все-таки попаду на это шоу, протащила меня через смерть приятельницы, потерю одной из лучших подруг, пандемию и сопутствующий финансовый кризис, томительное ожидание реализации потенциала одной там романтической истории и ее абсолютно бесславный крах.

я все еще помню, что есть куча проблем посерьезнее, а многим сейчас куда хуже. но то, что я, по очевидным причинам, на этот концерт не попаду, — еще и отсылка к триггерной для меня теме под названием «отдушины, которые мы планируем».

точно так же в 2014-2016 годах я планировала поехать в подмосковье, чтобы там, как следует выспавшись, просыпаться в уютном домике, где солнышко из окошка заливает светом и теплом всю комнату, включая кровать, на которой я лежу. я коллекционировала на пинтересте картинки с уютными комнатами со светлыми окнами, обсасывала эту мысль в своей голове со всех сторон в худшие моменты своей жизни и позволяла ей наполнять меня надеждой и вести вперед, протаскивая через трудности.

в итоге в 2016 я поехала в подмосковный парк-отель праздновать день рождения со своим теперь уже бывшим, а тогда еще действовавшим партнером. мы несколько часов стояли в пробке с проклинавшим нас таксистом в одну сторону, потом еще несколько часов в душном автобусе, где я грозилась потерять сознание от жары каждую минуту, — в другую. в самом домике мы срались без перерыва три дня подряд, и я оттуда помню только вкусный омлет с лососем, драматический показ своему эмоционально недоступному партнеру «ходячего замка» и то, как я рыдала на скамейке перед входной дверью и молилась, чтобы мой спутник никогда за мной из этого домика не вышел, а я сдохла прямо там, захлебнувшись слезами.

очевидно, я строю слишком много планов и надежд и слишком на них опираюсь.

и да, даже рационализировать свою печаль я не могу. казалось бы, будут еще концерты. но не такие. исполнитель, на выступление которого я собиралась, молод и переменчив. я вот обожаю его первый альбом, но второй прошел мимо меня практически полностью. и, чем дальше, тем меньше песен с дебютной пластинки он будет играть на концертах, а учитывая, что я с нее больше всего люблю малоизвестные и не особо популярные треки, мои шансы услышать вживую что-то, что я действительно хотела бы услышать, стремятся к нулю.

я постоянно напоминаю себе, что многим сейчас гораздо хуже. но чем больше я это повторяю, тем яснее понимаю — нас объединяет как минимум ворох разрушенных планов и растоптанных надежд.

дело, конечно, не только в концерте. например, на днях была годовщина смерти той самой приятельницы, породившая очередную волну споров и ссор на тему ее интеллектуального наследия и того, как правильнее было бы им распорядиться. мне сложно это наблюдать, потому что я понимаю всех — и тех, кому больно его терять, и тех, кому больно поддерживать в нем жизнь. из-за этой боли люди ругают друг друга и испытывают злость.

кроме прочего, за прошедшие месяцы этого года я пережила еще несколько околоромантических разочарований. в каких-то случаях это были истории про лодку комфорта и безопасности, разбившуюся о камни скуки, разных взглядов на жизнь и отсутствия общих интересов.

но в каких-то случаях это была хоть и миниатюрная, но ретравматизация по классической схеме: «мальчики окружают теплом и заботой, уговаривая им довериться и открыться, а когда я открываюсь, и они получают это самое доверие, тепло и заботу, когда все-таки добиваются от меня формирования привязанности, они превращаются в отстраненных игнорирующих эмоционально недоступных роботов».

я все пытаюсь отыскать в этой схеме какую-то логику. зачем привязывать к себе человека безудержной лаской и заботой, формировать теплые чувства к себе, чтобы потом стать холодным и отталкивающим? зачем ежедневно инвестировать время, нервы и эмоции в коммуникацию, чтобы потом без предупреждения самоустраниться из нее? зачем потом возвращаться, а когда я уже жалуюсь на отмороженность и предлагаю свернуть лавочку окончательно, умолять меня остаться, но спустя пару дней снова исчезать?

и нет, это не стереотипная схема «наврали, чтобы затащить в постель», не какое-нибудь финансовое мошенничество или какой-то другой хитроумный план по получению выгоды. вранье в итоге ни к чему не ведет, это просто вранье ради вранья. просто привязывание меня и отмороженность после. абсолютно бессмысленное и бесполезное предприятие, и этим вводящее меня в еще больший дискомфорт — я ненавижу элементы человеческого поведения, которые не могу себе рационально объяснить.

но в этот раз я нашла в себе силы бросить тщетные попытки докопаться до ответов. мне такое дается с трудом, хочется до конца разбираться и находить компромиссы, быть взрослым и видеть в собеседнике такого же взрослого — способного не молча растворяться в воздухе, а проговаривать свое решение уйти, например, если это все-таки оно.

в общем и целом, состояние движется по синусоиде. неделю мне тоскливо, плохо, беспросветно и безнадежно, а потом пару-тройку недель ничего, можно жить и трудиться, даже пытаться просматривать какую-то перспективу и верить в светлое будущее. но затем я возвращаюсь на станцию «бессмыслица» и снова еду по кругу.

правда, пожалуй, глобально моя вера в справедливый мир утрачена. я вот стараюсь быть хорошим человеком, а вселенная все равно далеко не всегда отвечает мне взаимностью. напротив, последний год, а то и больше, в основном печали и разочарования, крупных поводов для радости и не припомню.

становится все сложнее объяснять себе, зачем идти людям навстречу, взросло и прозрачно коммуницировать, ни на кого не нападать и не наседать даже в моменты фрустрации, сохранять самообладание, стараться искать точки пересечения и так далее, если в итоге тебя все равно прокинут через колено и оставят не то что без тепла и заботы, но даже без внятных ответов. и так во всем.

ощущаю некоторую несправедливость в том, что последним постом на канале висит печальная исповедь, местами утратившая актуальность.

возвращаться в эфир с хорошими новостями — нынче, вроде как, дурной тон, но в условиях, когда окружающий мир рушится, ресурсов влиять на него нет, а жить как-то надо, я не придумала ничего умнее, чем обустраивать свой микромирок.

хотя какой-то частью себя я по-прежнему боюсь дышать в сторону этой темы, чтобы не сглазить и не нарушить свежевыстроившийся баланс, другой частью себя я понимаю, что происходящее кажется мне абсолютно стабильным, и я вряд ли когда-то была настолько уверена в отношениях, насколько я уверена в тех отношениях, в которых нахожусь уже без малого пару месяцев.

в общем, рано или поздно череде моих разочарований должен был прийти конец, и, кажется, это он.

да, прошло не так много времени, но это партнерство пока что производит впечатление самых стабильных, спокойных и умиротворяющих романтических отношений, в которых я когда-либо была. мне нравится, что мы пропустили ненавистную мной фазу конфетно-букетного периода с охами-вздохами, бабочками в животе и прочими робкими расшаркиваниями и недосказанностями, подпитывающими неуверенность в происходящем и разбалтывающими психику. довольно быстро и решительно от всего этого мы перешли к абсолютно прозрачным понятным коммуникациям с прямыми вопросами и не менее прямыми ответами, размеренному комфортному быту (пока не полностью совместному, мы не настолько быстры, и это прекрасно) и взаимопомощи при решении повседневных задач — крупных и мелких. а постоянные читатели помнят, что именно покоя, поддержки и совместности я в партнёрстве и искала.

никакого замирания сердца и перехваченного дыхания, никаких слез и грёз, никаких недомолвок и додумываний в одиночестве, никаких эмоциональных качелей с резкими взлётами обожания и трагическими падениями в пучину игнора.

я точно знаю, что чувствую, я свободно высказываюсь об этом, не боясь, что меня не так поймут или неверно воспримут, я прекрасно осведомлена о том, что чувствуют ко мне, и ежедневно получаю подтверждения этих чувств. спокойные, в хорошем смысле приземлённые, осязаемые, измеримые и конкретные подтверждения.

ни разу за это время я не почувствовала то, что практически со старта чувствовала во всех своих предыдущих отношениях или историях-которые-грозились-стать-отношениями. ни разу я не почувствовала, что из-под ног уходит земля (от восторга, ужаса, боли — неважно), что я сижу на пороховой бочке с готовностью подорваться, что я не знаю, как ко мне относятся, что меня игнорируют или избегают, что я вкладываюсь в коммуникацию больше собеседника, что я кредитую партнера любовью, вниманием и заботой.

и даже в те непростые моменты, когда вдруг начинали ныть мои старые раны, не относящиеся к этим отношениям никаким образом, я получала лучшую реакцию из возможных — глубокую озабоченность, вовлечённость, готовность быть рядом и деятельно доказывать мне, что я в безопасности, и что здесь мой опыт не повторится.

и, вот ведь сюрприз: оказалось, когда мне не врут, не недоговаривают, не внушают чувство вины и не отказывают в праве испытывать эмоции, я адекватный и уравновешенный человек без нервных срывов и истерик. наоборот, я удивительно эмоционально стабильна.

- - -

за пару месяцев до начала этой истории мы с терапевткой пришли к занимательному наблюдению: я так долго и упорно работала над тем, чтобы адекватно вести себя внутри отношений, работать над отношениями, укреплять их и поддерживать, что совсем перестала обращать внимание на самое начало — на то, с кем я эти отношения завожу. в итоге я оказывалась рядом с кем попало (и почти каждый раз это был один и тот же тип неподходящих мне людей), но, обладая исключительными навыками поддержания даже самой обречённой коммуникации, я задерживалась в калечащем союзе слишком надолго. на свою беду.

таким образом, в терапии мы решили сфокусироваться на первом этапе отношений.