Вот и первый в России приговор с реальным сроком по новой статье о «фейках». 7 лет Алексею Горинову за высказывание своего мнения. Просто чудовищно.
Алексею сил.

Меня переполняет возмущение. Люди должны знать, что происходит — даже если поддерживают спецоперацию и Путина, они не могут не ужаснуться такому лишению свободы за слова.

И ещё я верю, что Алексей не будет сидеть 7 лет. Я знаю, что весь этот кошмар так долго не продлится!

Рассказывайте об Алексее всем своим знакомым! Неважно, какое у них отношение к происходящему!

Максим Заговора поговорил с Никитой Елисеевым (литературоведом, библиографом, переводчиком, комментатором и издателем в России Себастьяна Хафнера) о Томасе Манне и о том, почему именно на него стоит равняться настоящим российским патриотам. По-моему, замечательный разговор получился - посмотрите.

https://www.youtube.com/watch?v=EMINND73xNE

Когда я кому-то рассказываю, что в этом году в рамках магистратуры "Литературное мастерство" в Высшей Школе экономики у нас стартует трек "Литературная критика", руководить которым буду я, на меня смотрят странно. Признаюсь, мне и самой немного странно, но так уж сложилось: мы придумывали, разрабатывали и готовили этот трек почти два года, и надо ж такому случиться, что "созрел" он только сейчас - в году, когда музам вроде бы положено безмолвствовать.

Нужен ли трек "Литературная критика" кому-то сегодня? Не знаю, но думаю, что да. Пространство разговора о книгах стало еще более пустым и разреженным, чем когда бы то ни было. Медиа в упадке, а тем, которым удается выживать, кажется, не до литературы. Про социальные медиа молчу - иных уж нет. И тем не менее запрос на критику, на рассказ о новых книгах, на вовлечение в чтение, на обсуждение прочитанного огромный (достаточно сказать, что на встречу со мной в магазине "Фаланстер" пришло столько людей, сколько я вообще никогда в жизни не видела). Книга сегодня - одно из немногих надежных убежищ от реальности, и потребность в ярком, эффективном и осмысленном освещении этой области никуда не делась. Более того, литературная критика помогает выживать писателям и издателям - а ведь мы не хотим, когда происходящее закончится, остаться один на один с непотопляемым издательством "Яуза" (кто не знает, что это такое, погуглите).

Насколько этично делать это под эгидой государственного вуза сегодня? На мой взгляд, не более, но и не менее этично, чем раньше. До тех пор, пока государство позволяет нам говорить и делать то, что мы считаем правильным, я не вижу оснований отвергать такую возможность. Пространство сжимается - тут, думаю, ни у кого иллюзий нет, и если на нас с коллегами надавят каким-либо неприемлемым для нас образом, поверьте, мы не будем этого терпеть ни одной минуты и вы об этом сразу узнаете (да, в этом заключен определенный риск, вы правильно поняли). Но горделиво уходя со всех площадок, не дожидаясь, пока погонят, мы оставим эти площадки сами знаете кому - честно говоря, не хотелось бы так сразу сдавать позиции. Как говорил товарищ Сухов, "лучше, конечно, помучиться".

Обучение в магистратуре будет частично очным, частично онлайн. Я рассчитываю приезжать с определенной периодичностью, а в остальное время вести занятия в зуме. Мои коллеги пока в Москве - таков, по крайней мере, план на следующий учебный год.

Словом, приходите к нам учиться. Легко не будет (но легко, боюсь, не будет никому в обозримом будущем), но интересно будет. Ну, и расскажите об этом тем, кому, на ваш взгляд, эта информация пригодится.

https://www.hse.ru/ma/litmaster/

Я уехала из России 24 февраля и прошлую неделю провела в Москве - впервые с начала войны. Некоторые мои соображения по этому поводу кажутся мне достаточно важными для того, чтобы ими поделиться - возможно, они могут оказаться полезны тем, кто, как и я, провел последние месяцы за пределами России. Давайте считать этот пост моим письмом самой себе накануне поездки домой.

1. Ни одного живого человека, поддерживающего войну, я не видела. Видела очень много ярости (особенно у молодых), страха, сострадания, вины, боли, но поддержки войны - нет, не видела. Причем не поддерживающие не молчат - многие пишут в своих социальных сетях (порой гораздо откровеннее, чем можно ожидать), говорят о происходящем со своими учениками и студентами (услышала много очень, очень впечатляющих историй и от преподавателей, и от студентов), спорят со знакомыми и родными, пишут маркером "нет войне" в подъездах, выступают в поддержку активистов, помогают беженцам и т. д. И это - реальность, а не самооправдательный миф, но степень влияния всего этого на происходящее вы можете реконструировать сами.

Нет, я не так наивна, чтобы думать, будто поддерживающих не существует - конечно, они существуют. Я просто хочу сказать, что те самые "мы" тоже есть - причем примерно в тех же количествах, что и раньше (так что если вам захочется сказать что-то в духе "все нормальные люди уехали", не делайте этого, пожалуйста). И живут они вовсе не только в пределах Третьего кольца - на встречу со мной в книжном магазине "Фаланстер" пришли люди из Магнитогорска, Иваново, Донецка (!), Минска, Красноярска, Новосибирска, Крыма (и это только те, кого я знаю).

2. Этим "нам" в России сейчас, мягко скажем, не очень хорошо. Репрессии, террор, отсутствие будущего, схлопывание возможностей воспринимаются там как вещи куда более близкие, персональные и реальные, чем кажется из-за границы.

3. Этим "нам" очень важно иметь возможность побыть среди своих. На мою лекцию слушатели пришли не только (и не столько) затем, чтобы узнать о книгах, сколько для того, чтобы почувствовать - рядом сидят люди с теми же взглядами, с теми же эмоциями по поводу происходящего в Украине, что и у них. Что они не одни. Поэтому когда вам захочется сказать что-то о неуместности или неэтичности того или сего, подумайте об этом, пожалуйста, еще разок.

4. Эти "мы" продолжают жить обычную жизнь - ходить в кафе, встречаться с друзьями, смеяться, готовить еду, обнимать детей, покупать новые платья и даже постить эти платья в запрещенные на территории России соцсеточки. Собственно, как и все люди, не живущие в непосредственной близости от фронта. Но если вам кажется, что им (нам) наплевать и не больно, посмотрите получше - а еще лучше спросите. Если вы не видите боли, это не значит, что ее нет.

5. Многие вещи, которые тем "нам", которые за границей, кажутся неизбежными, несущественными или даже оправданными, из России выглядят иначе. Нет, это не про войну - тут все ровненько, а скорее про разрыв культурных, академических и, шире, гуманитарных связей с нашей страной. Если вам (нам) кажется, что позиция "коллективного Запада" в этом вопросе хороша и справедлива, то изнутри все, простите, не так однозначно, и это очень горькое и болезненное переживание. Чувство, что оказался между равно враждебными по отношению к тебе молотом и наковальней, мне показалось если не главенствующим, то во всяком случае очень существенным среди условных "нас". И если к, кхм, людоедской природе молота мы, в общем, привыкли, то особенности наковальни для многих стали открытием.

6. С любой стороны границы острота (и демонстративность) переживания происходящего зависит исключительно от психо-физических особенностей индивидуума, а не от его/ее нравственной состоятельности и тому подобных вещей. Физическое местонахождение неважно, но рисков внутри больше.

7. Мои наблюдения, конечно, совершенно нерепрезентативны, субъективны, фрагментарны и, возможно, отчасти предвзяты. Это именно наблюдения, а не окончательные диагнозы. Но, думаю, некоторая правда за ними все же есть.

"Другими словами, чтобы верить в чаяния — какими они нам видятся — своей нации, мы должны постоянно, день изо дня, обманывать себя в малых и больших поступках, постоянно репетируя наши утешительные сказки на ночь. Мифы о расовом и культурном превосходстве. Веру в благосклонных монархов, непогрешимых пап, честные правительства. Убежденность, что религия, в которой мы рождены или живем по собственному выбору, — это одна-единственная истинная вера среди сотен языческих и богоотступнических сект".

Джулиан Барнс, "Элизабет Финч". Перевод Елены Петровой, честно говоря, как обычно, не очень (пожалуй, даже хуже, чем обычно), но сам роман без труда разбирается на цитаты одна другой актуальнее.

Пора уже вводить специальную рубрику "неизменность риторических практик". Сегодня, как все уже отметили, Минпромторг России сообщил об исключительной полезности для глаз российской неотбеленной бумаги - в противовес импортной, неприятно белоснежной. И сразу вспоминается, как в конце II века н. э., когда из-за эмбарго на вывоз папируса из Египта популярность начал набирать пергамент, врачи (в частности, великий Гален) высказывали опасения, что в силу своей белизны и высокого контраста с чернилами пергамент может нанести необратимый вред глазам читающего. То ли дело старый добрый папирус - комфортно кремовый, привычный и безопасный. Воистину, ничего нового под солнцем.

Милые коллеги и друзья из "Страдающего Средневековья" позвали поучаствовать в онлайн-лектории "Страдариум". Осенью буду рассказывать, как работает с античными и средневековыми сюжетами и мотивами современная литература (спойлер: методов несколько, и при всём разнообразии конечных текстов они неплохо каталогизируются). Но вообще, там все курсы огонь огненный, давайте страдать вместе - добавим света в наши тёмные времена.

https://stradarium.ru/

"Мы можем оставить след на песке, который тут же сдует ветром. А можем оставить след в пыли, и его отпечаток сохранится на века, потому что нам случилось жить в Помпеях".

Джулиан Барнс. Элизабет Финч

Опять на горизонте замаячил (censored) законопроект о полном запрете пропаганды ЛГБТ+ - энтузиасты все-таки докатили его до Госдумы и, боюсь, шансы, что его не примут или хотя бы отложат, невелики. Как соберутся наши законодатели в следующий раз на свое внеочередное сидение, так и пиши пропало.

Ну, что тут скажешь - примерно четверть (по грубой, конечно, оценке) книжного рынка оказывается таким образом под ударом. С кинорынком все еще хуже, но ему, кажется, уже ничто не поможет и не навредит - пациент скорее мертв, чем жив, так что вернемся все же к нашей теме. Теперь все книги, в которых герои геи и при этом не вовсе гады, будут российскому читателю не доступны, а в разделе манги этих книг хорошо, если не половина (то есть комикс-издательства и импринты могут, в принципе, начинать готовить документы на банкротство).

Понятно, что книг, в которых с симпатией показаны ЛГБТ и прочие "нетрадиционные" отношения, примерно миллион - от "Маленькой жизни" Ханьи Янагихары до всех романов Майкла Каннингема и от "Раны" Оксаны Васякиной до "Угловой комнаты" Тимура Валитова. Новую Янагихару, запланированную на осень, кстати, тоже можем уже переставать ждать - не очень понимаю, как бы она могла выйти в случае, если законопроект будет принят. Издательство "Попкорн" просто может закрываться (и скорее всего, закроется).

То есть по нашему книжному рынку, который и так задыхается от нехватки бумаги и типографских площадей, от ухода с российского рынка западных правообладателей, от падения продаж и прочих проблем, решили для верности прокатиться паровым катком.

Добить российский книжный рынок, в общем, можно - мне его безумно жалко, мы с коллегами издателями-писателями-критиками-переводчиками-книготорговцами столько сил в него вбухали, что смотреть, как его сейчас убивают ни за что, просто невыносимо. Но вот чего как-то не учитывают борцы за "традиционные ценности" (объяснил бы еще кто, что это такое), так это того, что время не на их стороне, а еще в мире существует интернет.

Те, кого возмущает "Лето в пионерском галстуке", просто никогда, вероятно, не были на сайте "Фикбук", где такого рода гомоэротического томления в декорациях пионерлагеря пруд пруди (это мы еще молчим о фанфиках про любовь Гарри Поттера и Драко Малфоя). Когда я спросила младшего сына, не тревожится ли он за свою любимую мангу, он посмотрел на меня как на дуру: "Конечно, нет, все есть онлайн, а если на русском запретят, буду читать на английском".

Читатели 12-25 лет хотят читать про любые формы квир-отношений, и если не отключить полностью весь интернет, будут это делать. А если интернет все же отключат, они что-нибудь придумают - и нет, возрожденная пионерия не поможет.

Да, "высокую литературу" с ЛГБТ+ проблематикой можно до некоторой степени выкорчевать, но она не умрет совсем. Она уйдет в сеть, проклюнется на обновленном Лит.нет, на том же "Фикбуке", на множестве других площадок, о которых мы пока не знаем, но скоро обязательно узнаем. Да, это будет литература другого класса - не могучие вековые деревья, а скорее трава, но эта трава пробьется через все рогатки и победит. И (простите за пафос - прочла "Пояснительную записку" к закону о полном запрете пропаганды ЛГБТ и теперь могу разговаривать только возвышенными поэтическими образами) эта трава обязательно прорастет сквозь истлевшие глазницы скучных старперов, заседающих нынче в Государственной Думе.

Ссориться с будущим непродуктивно и бессмысленно - оно тебя тривиально переживет: ты умрешь, а оно останется.

Кажется, в этом году не сдюжил даже несгибаемый Пелевин - во всяком случае, не сдюжил в привычные сроки (и кто его за это осудит? Точно не я, которая с 24 февраля не написала ни одной строчки из давно запланированной и во всех деталях продуманной книжки о нем). В ковид выстоял и "Непобедимое солнце" в 2020-м на-гора к сентябрю выдал, а тут нет. Обычно в июле "Эксмо" уже выкладывает анонс нового романа и вообще начинает всячески нагнетать интригу, а в этом году глухо.

Зато, говорят, 1 августа выйдет старый - 2011 года - роман Виктора нашего Олеговича "S.N.U.F.F." в красивой новой обложке. И, в общем, это разумно: трудно представить себе выбор уместнее.

В книге, написанной, повторюсь, одиннадцать лет назад, есть все ключевые слова и понятия дня сегодняшнего: беспилотники, орки (они же урки), Коллективный Запад (в романе он, правда, называется "Оффшар", но смысл предельно ясен) и много чего еще - вплоть до колдовским прямо-таки образом предугаданных видео-сводок с фронтов, появляющихся в режиме реального времени и создающих у зрителя пугающий и завораживающий эффект сопричастности.

История в "S.N.U.F.F.", напомню для не читавших или читавших, но забывших, в общих чертах такова. Мир поделен на две большие неравные части: цивилизованный, богатый и пресыщенный Коллективный Запад (он локализовался на огромном шаре - "Оффшаре", парящем над поверхностью земли) и расположенная на земной поверхности Уркаина, где обитают люди простые, грубые, необразованные и туповатые - урки или, как они сами предпочитают себя не без пафоса именовать, орки. Время от времени из сложных геополитико-религиозных соображений обитатели Оффшара инспирируют войну с Уркаиной, в ходе которой под прицелами своих камер-беспилотников крошат в капусту полчища плохо подготовленных и скверно вооруженных орков, создавая тот самый snuff - видео, запечатлевающее реальные убийства.

В романе есть, конечно, любовная коллизия - и весьма нетривиальная (прекрасная кукла-биоробот равно мила и молодому орку, и утонченному обитателю Оффшара, но сама она склоняется к первому), однако в сегодняшнем контексте читателю, пожалуй, будет не до нее. Гораздо интереснее посмотреть, как безоценочная и вообще-то по совершенно другому поводу написанная пелевинская "утопия" (так сам он определил жанр романа) надевается на нашу актуальную историю.

Если забыть об одиннадцати годах, отделяющих нас от появления "S.N.U.F.F.", то позиция автора в контексте нынешней информповестки выглядит неожиданно и непривычно однозначно. Коллективный Запад - изощренный, циничный и порочный - противостоит примитивному миру постсоветского пространства, сначала подталкивая простодушных и бестолковых "орков" к войне, а после ею упиваясь. Орки же по Пелевину представляют собой сразу и Россию, и Украину, которых в равной мере можно рассматривать как жертв циничной западной политики. Таким образом, Пелевин как будто бы выступает в роли сторонника теории "нам не оставили выбора", "все не так однозначно" и "дело не в Украине, Россия воюет с Западом".

Однако несмотря на всю соблазнительность такой трактовки одиннадцать лет, прошедших с написания романа, все же важны. За всю свою долгую писательскую карьеру Виктор Олегович ни разу высказал свою позицию по какому-либо общественно значимому вопросу с комфортной ясностью - неслучайно его регулярно проклинали (или, напротив, записывали в союзники) и либералы, и почвенники, и феминистки, и борцы с "так называемыми гендерными свободами". Рискну предположить, что возьмись Пелевин писать о войне в Украине сегодня, он тоже не стал бы изменять своей манере и обозначать свои взгляды настолько прямо.

Его нынешняя позиция - первый за без малого десять лет отказ от ежегодного высказывания, и это очень, очень сильный месседж. А "S.N.U.F.F." стоит перечитать - роман хороший, да и посмотреть, как контекст определяет и переопределяет текст, всегда полезно и поучительно.

А вот и обещанная красивая обложечка. Не знаю, как она уживется с новым законопроектом о запрете ЛГБТ+ пропаганды, но, авось, к выходу книги еще не успеют принять, а обратной силы закон, кажется, иметь не должен.

Я редко публикую какие-либо отзывы на мою скромную деятельность, но вот этот тронул меня до глубины души. И дело не только в том, что я бесконечно уважаю (практически боготворю) обоих его авторов, но и в том, что он очень ясно показывает, как прекрасны настоящие серьезные филологи - люди, которые очень хорошо умеют читать и понимать написанное (а не пытаются "вчитать" в чужой текст то, чего там нет, но очень хотелось бы, чтоб было). Дорогие Николай Павлович и Михаил Леонидович, спасибо вам - и поверьте, это куцее "спасибо" не передает и сотой части моих чувств.

Текст Анны Жучковой, с которым полемизируют Николай Гринцер и Михаил Андреев, можно найти там же внутри по ссылке. Ну, а мой пост (или, вернее, несколько постов), послуживший поводом к дискуссии, можно найти где-то здесь же, выше в моем блоге.

https://voplit.ru/2022/07/18/v-otvet-na-zametku-anny-zhuchkovoj/

Сегодня в Инстаграме всерьез разругалась с коллегой, через губу объяснявшим, что литературные достоинства "Лета в пионерском галстуке" более, чем сомнительны, поэтому жалко, конечно, но не очень. А вчера ужасно резанула снисходительная характеристика прозы Дмитрия Глуховского в блоге другого коллеги - дескать, нормальная предсказуемая подростковая проза, ничего особенного.

Мне кажется, возможность покритиковать художественные особенности языка и обсудить систему образов и "Лета", и "Поста", и "Текста" мы с вами, дорогие коллеги, уже упустили. Следующий шанс сделать это у нас появится после того, как Катерину Сильванову и Елену Малисову перестанут травить всей страной, а уголовное дело против Дмитрия Глуховского закроют за отсутствием состава преступления. Не раньше. А до этого этичным мне представляется либо молчать, либо высказываться в поддержку.

На этом месте могла бы располагаться дежурная заплачка о трагическом дефиците профессиональной солидарности в российском литературном сообществе, но вы ее можете без труда реконструировать сами.

Потрясающая в своем идиотизме история. Равноценная замена, ну-ну.

#представьтесебе

несмотря на то, что приписываемая Андрею Рублеву «Троица» вернулась в Третьяковку предварительно (!) без видимых ухудшений, она уходит на полугодовое наблюдение. После
в случае удовлетворительного состояния сохранности икону разместят в экспозиции галереи,
но не раньше следующего года.

То есть из-за 1,5 дней её бессмысленного пребывания в Троице-Сергиевой лавре (прежде всего, потому что икона не является чудотворной), общественность утратила возможность видеть памятник минимум 6 месяцев.

На вопрос — как это возможно, ведь все, кто в курсе ситуации, понимали последствия — мой собеседник из Московской патриархии резюмировал: «Святейший рассчитывал на присутствие первого лица на знаменательной службе. Поскольку месяц назад пришёл однозначный отказ, была найдена равноценная замена музейного достоинства».

Фото Третьяковской галереи

Юля как всегда лучше всех

РАНЬШЕ ВЫСТРЕЛА НЕ ПАДАЕМ!

В последние дни после ареста Ильи Яшина мне и моему мужу каждый день пишут друзья из разных концов мира: все, это предел, уезжайте! Пишут мне это и в комментариях совсем незнакомые люди.

Я очень благодарна всем, кто проявляет заботу. Но мой муж придумал универсальный ответ: раньше выстрела не падаем. Впрочем, не падаем, даже если пули летят рядом.

Сегодня я специально приехала из отпуска на полдня, чтобы посетить ФСИН. Это посещение было необычным: мне предъявили письменное предупреждение о замене условного срока реальным. А также ФСИН подаёт в суд на усиление ограничений: что это будет, пока непонятно, но вряд ли что-то очень страшное. Так что пока живем. Раньше выстрела не падаем.

Пару месяцев назад я написала пост о том, что я воспринимаю свою жизнь как приключенческий роман. В детстве, я помню, мечтала попасть в такой роман и думала, что со мной ничего такого не случится. К сожалению, вздыхала я. В приключенческих романах меня влекли не столько сами приключения, сколько вера героев в свою мечту, верность своим ценностям и мужество, которое они проявляют. Без мужества — не будет мечты, без открытости своей судьбе — нет достижений!

Я не могу себе представить побег из России. Я не могу себе представить унижение перед людьми, которые запрещают мне заниматься политикой. Возможно, представления о чести, которые я вынесла из своих любимых романов — не дают мне это сделать.

Но я могу представить себе тюрьму. Я понимаю, что это очень тяжело. Но это выбор политика, который хочет оставаться политиком! И в конце концов, людям на Украине сейчас намного хуже, и я не вижу смысла говорить о больших душевных страданиях и при этом трусливо избегать реальных невзгод.

Я понимаю, что в колониях находятся сотни тысяч моих избирателей. И колония даст мне бесценный опыт общения, даст мне возможность лучше узнать себя и людей.

Несмотря ни на что, я продолжаю отстаивать принципы ненасильственной политики, политики Мягкой силы. Несмотря ни на что, я верю в земское движение: в политику на земле, в горизонтальные связи. И я знаю, что только так мы дойдём до своей мечты: России человечности.

Хорошие новости для тех, кто уехал с детьми или просто живет за границей, но хочет читать хорошие детские книги на русском! Теперь книжки "Самоката" и "Бумкниги" можно заказать со склада в Риге и оплатить любой картой зарубежного банка.

#поддержимкнижников

https://samtambooks.com/

Драгоценные друзья из любимого книжного магазина "Перемен" в лучшем городе планеты Новосибирске просили сообщить вам, что уже завтра у них пройдет роскошный аукцион в поддержку несправедливо задержанных новосибирцев. Приходите, пожалуйста - лоты отличные, атмосфера в баре REBELS всегда такая, что там хочется остаться жить, а насколько это нужная и важная цель, даже говорить не приходится.

Четверг, 21 июля - БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЙ АУКЦИОН современного искусства, лоты для которого представили:

- Диана Днепр (Новосибирск)
- Ольга Посух (Новосибирск)
- Partisan Press (Москва)
- Дамир Муратов, Bednotown factory (Омск)
- Ева Морозова (Новосибирск)
- Артём Лоскутов, Маяна Насыбуллова, Филипп Крикунов, Евгений Морозов (Новосибирск)
- Василий Слонов (Красноярск)

++ специальный секретный лот, маркет современного искусства и аукцион плохих книг - всё это в баре REBELS на Ядринцевской, 73к2.
Сбор гостей - 19.30, начало аукционов - 20.00

Все собранные средства (включая стоимость билета на аукцион) мы переведём несправедливо задержанным новосибирцам для исполнения судебных решений за мирные акции протеста. Мы оставляем за собой право проверить на входе в бар ваши документы - если вы покупаете билеты не только для себя, сделайте это отдельно для каждого имени. Напомним, что на одно лицо можно купить неограниченное количество билетов - место будет только одно, но сумма помощи в общий счёт увеличится :)
Онлайн аукциона современного искусства для тех, кто не в городе (делать ставки можно будет в том числе удаленно!) будет тут:
https://www.youtube.com/watch?v=eGdvegzn_8A

Билеты здесь: https://drugieknigi.timepad.ru/event/2104735

Вещи, которые радуют (буду собирать потихоньку себе для памяти, чтобы возвращаться в тяжёлые моменты). Поскольку сейчас количество знакомых людей в Ереване у меня радикально выросло, мне время от времени присылают вот такие фотографии - за эту конкретную огромное спасибо моим друзьям и собеседникам по книжному клубу Юрию, Наталье и Тимуру. На фото - книжный магазин @zangakbookstore, в котором уже несколько лет героическими усилиями Маши Лонской поддерживается и любовно обновляется полка с моими рекомендациями. Смотрю на неё - и каждый раз думаю, что вот же он, настоящий (а не тот, который сейчас продвигают партия и правительство) "русский мир", по-настоящему мирный, дружелюбный, основанный на культуре, а не на ненависти, на равных интегрированный в мир большой, глобальный и просторный. Спасибо вам, дорогие друзья из "Зангака", обязательно скоро до вас доберусь - и обнимемся.

А ещё сижу, готовлюсь к записи последнего в сезоне выпуска подкаста "Предисловие", читаю письма, которые нам прислали наши слушатели, и реву - от тепла, благодарности и умиления.

В общем, что вам сказать - хорошо, что мы все друг у друга есть. Несмотря ни на.