У дизайнера Елены Симкиной есть любимый декораторский прием, который встречается практически в каждом ее проекте, — она вешает зеркала в рамах поверх зеркальных панно. Началось все с квартиры, которой надо было придать французский шарм: этот визуально простой, но эффектный прием Елена подсмотрела в книге с французскими интерьерами. “Теперь, когда на большой зеркальной стене ничего нет, мне она кажется скучной и голой. Хочется повесить на нее хоть что-то”, — говорит дизайнер. Мы узнали у нее, как это правильно делать.

Зеркала делают пространство визуально больше, светлее и нарядней. Главное, что надо запомнить, — приклеить одно зеркало на другое нельзя. Это не эстетично и не практично: клей может вылезти за края рамы, а само панно не выдержит того дополнительного веса, который появится, и “поплывет”. Поэтому монтаж осуществляется только на шурупы, и отверстия для них надо делать на зеркальном производстве заранее, потому что сверлить полотно на месте, когда оно уже на стене, небезопасно — треснет с вероятностью 90%. “Я клеила зеркало лишь однажды, но это был невесомый Kartell в пластиковой раме”, — рассказывает Елена.

Обязательно изучите зеркало и раму, которые планируете повесить. С обратной стороны они должны быть гладкими и плотно прилегать к фону. Потом надо решить, какие еще предметы будут формировать композицию: у стены может стоять консоль, банкетка или диван, и от их размеров будет зависеть высота, на которой придется размещать зеркало. А еще по бокам могут быть бра — и для них тоже понадобятся отверстия для крепления. Процесс их изготовления не удорожает стоимость панно, и сделать это могут на любом производстве, а вот поиск предметов для интерьера может затянуть сроки.

Подписывайтесь на аккаунты Елены Симкиной в телеграме и социальной сети — там она часто делится дизайнерскими секретами: рассказывает, как кладет паркет, монтирует мрамор в ванных комнатах или реставрирует лепнину.

Living Divani прислали превью новой коллекции — как это водится, не целиком, а пару предметов. Один из них — кресло из гнутого дерева AX Armchair по дизайну Давида Лопеса Кинкосеса. Занятно, что изначально эта модель была сделана для галереи Six Senses, где продавалась под названием QD01 Chair. Следы этого объекта наблюдаются и на 1stdibs — с ценником 3660 евро. Короче, это тот самый штучный коллекционный дизайн, который теперь станет тиражным объектом.

#милан2023

И снова традиционный дом с двускатной крышей в современном прочтении. Пора для них заводить хэштег — пусть будет #домики.

Сегодняшний домик — это австрийский коттедж на одну семью, построенный в 1980-е годы, а сейчас перестроенный архитектурным бюро MWA Architekten. Внутри и снаружи почти все деревянное, но благодаря чередованию реек и гладких поверхностей получается удивительное разнообразие. За вид на горы со стороны заднего фасада можно продать душу.

📷 Adolf Bereuter

В Музее архитектуры вчера открылась выставка моей мечты, которую они сделали вместе с фондом Ruarts — «Сталь. Стекло. Бетон.». Это большая серия фотографий Михаила Розанова, который несколько лет снимал архитектуру модернизма.

Если вам случалось хотя бы раз объяснять — а скорее, доказывать, — почему такие здания имеют значение, чем хороши и почему заслуживают сохранения, то знаете, какая это боль. «Уродливые коробки», «стекляшки» — эти и прочие недобрые эпитеты я много раз слышала даже от людей, которые в целом на стороне света и понимают, что прошлое надо сохранять.

Архитектура модернизма — холодная и отстраненная, массивная и по-своему величественная. Ее поэтому сложно любить. Но вот какой парадокс я вчера заметила на выставке: если довести эти свойства до крайности, как это происходит на четких и чрезвычайно контрастных снимках Михаила, она становится по-настоящему прекрасной. Ее ценность становится ясна без всех лишних слов об историческом контексте. До 14 мая (столько идет выставка) я буду отправлять всех, кто хочет понять, чем хорошо здание ТАСС или, к примеру, «книжка» СЭВ на Новом Арбате, в музей на Воздвиженку. Будь моя воля, на выходе из музейной анфилады я бы предлагала посетителям подписывать открытое письмо директора Елизаветы Лихачевой и архитектора Чобана о необходимости сохранения наследия советского модернизма.

Но у Михаила на снимках не только российская архитектура. У выставки широкая география — Мадрид, Лондон, Париж, Роттердам, Милан, Берлин, Белград, Хельсинки и Москва. Не все здания широко известны, поэтому отдельное удовольствие — отгадывать, в какой стране находится то или иное сооружение. При всей универсальности и интернациональности модернизма в нем неожиданно проявляется национальная специфика.

Бонус первый. Вы знали, что среди «мозгов» на здании Академии наук прячутся часы? Я вот не знала, а теперь рассмотрела их в подробностях.

Бонус второй. Стены, на которых экспонируются фотографии, покрашены краской из коллекции Manders, которую они сделали с российскими архитекторами.

В 2016 году Татьяна и Михаил Репины, основатели дизайн-студии Aotta, озаботились вопросом утилизации порубочных остатков хвойных лесов и в итоге изобрели экологичный материал с хорошими звукопоглощающими и термоизоляционными свойствами и приятным внешним видом. Встречайте бренд Eoacoustic и новых героев рубрики #знайнаших

Татьяна и Михаил дебютировали на выставке Salone Satellite в Москве в 2016-м — там они показали стул и стол, сделанные из литого материала на основе елочных иголок. Их проект Elkiigolki привлек внимание, и на следующий год они отправились на Salone Satellite в Милан. К этому моменту их идея уже трансформировалась — в Италии они показали пористые панели с хорошими звукопоглощающими свойствами. Их оценили члены жюри, и ребята заняли третье место, став первым российским бюро, попавшим в призы престижного конкурса молодых дизайнеров. Так родился бренд Eoacoustic, соучредителем которого помимо Репиных стал Александр Болмат.

Главный ингредиент панелей — субстанция, которая склеивает хвойные иголки вместе. На то, чтобы получить экологичный, а главное, бюджетный связующий материал, ушло несколько лет, и его состав создатели держат в секрете. Татьяна и Михаил экспериментировали с разным природным сырьем, в том числе с корой и коноплей, но тот материал, что получается на основе еловых иголок, — самый универсальный и практичный. Во-первых, его можно резать и формовать, во-вторых, смолы, которые в нем содержатся, препятствуют размножению грибка и плесени и придают панелям приятный хвойный запах. Чтобы “ощипать” ветку, ее помещают либо в холод, либо, наоборот, в жару, — и через несколько дней иголки опадают сами. Цвет панелей тоже меняют естественным образом — под воздействием высоких температур.

Производство Eoacoustic находится в Подмосковье. Оно небольшое, и многие процессы делаются вручную. Здесь выпускают отдельно стоящие акустические панели и модульные настенные системы, у которых также есть огнеупорные свойства, поэтому их можно использовать в общественных пространствах.