Ходили смотреть, как идёт строительство суздальского музея «Мира» — попали на неприлично красивый закат, отбрасывающий розовые отблески на новенькие стены здания. Даже платформа, на которой обустроили свой быт строители, при таком освещении выглядела как волшебные чертоги. Рядом с музейным зданием уже строят террасу — подобных представлений на небе там, конечно, каждый день не будет, но вид на многочисленные монастыри с этого места по-любому замечательный.

«Мира», спроектированная Ольгой Тревайс, находится в диалоге со своим архитектурным окружением — белые стены и выложенные на них из кирпича узоры недвусмысленно отсылают к старинной русской архитектуре. Хотя на самом деле здание относительно новое и в прошлой своей жизни особой красотой не отличалось. Прежде тут была гостиница довольно заурядного вида, и снести её, чтобы построить с нуля что-то интересное, никто, в общем-то, не запрещал. Однако снос — нагрузка на экологию, и команда основателя «Мира» Дмитрия Разумова решила сохранить постройку, переделав её до неузнаваемости.

Проект долгий, стартовал ещё в 2020 году, но сейчас выходит на финишную прямую. Внутри, насколько удалось разглядеть через большие окна, идут отделочные работы. По плану музей должен открыться в апреле 2027-го.

Пока я тут пилю суздальский контент, вернемся на неделю назад, на Cosmoscow. Стенд, который почему-то мало кто из моих знакомых заметил, а он стоит внимания. Это проект «На ощупь» Юлии Княжанской и центра «Ясенева Поляна», который работает со слепоглухими людьми.

Я много раз пыталась представить себе мир без звука и образов, но ничего кроме непроницаемой стены вообразить не могла, как ни старалась. Эти работы, созданные подопечными центра, — настоящий шок-контент. Поражает, что на них есть не только форма, но и цвет. На Cosmoscow эти панно-автопортреты экспонировали вместе с работами поддержавших проект художников Якова и Георгия Хомичей и Vova Lenin. 11 ноября работы этих и других авторов, поддержавших проект, выставят на благотворительный аукцион в пользу «Ясеневой поляны».

Вчера наконец-то побывала в саду арестантского корпуса Спасо-Евфимиева монастыря, и осталась под огромным впечатлением. Нам повезло оказаться там перед самым закрытием, в золотой час, когда живущая на монастырской территории стая ворон устроила вечернюю перекличку, и наша прогулка проходила под оглушительный птичий крик.

Сад появился в 2024 году благодаря архитектурной студии NOÝD, ландшафтному бюро «Мох» и Музею ГУЛАГа, ныне закрытому из-за каких-то идиотских технических придирок. Но память всё равно сильнее, что этот сад нам и показывает.

Арестантский корпус был тюрьмой задолго до сталинских репрессий. Его строили как тюрьму для тех, кого церковные власти считали еретиками и вероотступниками. Тяжёлое место — а проект вышел лиричным и жизнеутверждающим.

Ландшафтники высадили в саду растения, которые мы, люди, привыкли считать сорняками, а часть пространства закрыли металлическими решётками. Пробивающаяся через них поросль — символ неукротимого стремления к свободе.