В четверг на Мясницкой после переезда официально откроются «Локалы» — концепт-стор с российскими интерьерными брендами, раньше находившийся на Петровке. В тестовом режиме он уже работает пару недель, и вчера мы с Дашей Соболевой зарулили посмотреть что да как.

Проект сменил не только место, но и хозяев — теперь он принадлежит тем же людям, которые не так давно открыли апарт-отель 22 art’a. Но концепция осталась прежней — на полках бренды, знакомые по старым «Локалам», хотя на новое место перебрались не все прежние резиденты. Нет, например, Delo Design, и раздел со свечками тоже явно поредел. Возможно, это связано с тем, что новое пространство более компактное, а может, часть брендов просто ещё не успели довезти туда свой товар. Думаю, нам всё это расскажут на открытии.

Интерьер «Локалов», как и 22 art’a, — работа Юлии Голавской. Она вписала в новый интерьер часть мебели с Петровки, но многое добавила от себя. И это не столько про вещи, сколько про атмосферу. Прежний магазин, сделанный питерским DA Bureau, был более строгим, теперь же в интерьере появилась характерная для всех работ Юлии нежная чувственность.

Главное новшество — кофейня на первом этаже. Старые «Локалы» были на первой линии и могли рассчитывать на случайный трафик, теперь же магазин скрыт во дворах, и, видимо, хозяева решили растить вокруг него круг лояльных посетителей. Дело хорошее и перспективное — кофе здесь очень достойный, а интерьер такой, что хочется задержаться.

Я одно время периодически писала про #плохойдизайн и чувствую, что надо бы возродить эту рубрику: будем учиться на чужих ошибках. Для меня плохой дизайн — это не обязательно скверный вкус, замыленные решения или отсутствие меры. Плохой дизайн случается там, где вещь или пространство не работает так, как было задумано.

За примером отправляемся в новое московское бистро Limbo. Со вкусом там как раз полный порядок — это симпатичное и модное место.

Интерьер сделала дизайнер Шушана Хачатрян, которая в соцсетях пишет, что её задача — «сделать жизнь людей лучше». Но на вопрос, удобно ли здесь работать, сотрудница Limbo отвечает: «Не очень». И явно не потому, что хочет скомпрометировать работодателя, — на мой вкус, она сглаживает углы. Работать здесь на самом деле чертовски неудобно. А это значит, что персонал заведения будет быстрее уставать и чаще ошибаться.

Получив в работу 700-метровое помещение с огромными потолками, Шушана Хачатрян умудрилась спроектировать его так, что там негде развернуться. Проход между прилавком и рядом столиков получился таким узким, что там не могут нормально разминуться два человека. При этом у прилавка постоянно стоят покупатели булок и кофе на вынос, а вдоль зала всё время снуют сотрудники бистро. Получается как на фото, где девушка-официантка и посетитель склеились в сиамских близнецов.

А теперь представьте, что у прилавка стоит не стройный спокойный сеньор, а мама с активным трёхлеткой и собачкой в придачу. В этот момент люди за столиками чувствуют, что за спиной у них творится что-то неладное, и начинают рефлекторно двигаться. И тогда в зале раздаётся отвратительный скрежет: полы в Limbo бетонные, а стулья металлические, и на ножках у них почему-то нет гасящих звук насадок.

Стойка с видом на работающих пекарей могла бы быть козырным местом, но, оказавшись там, я почувствовала себя так, словно чем-то провинилась и меня поставили в угол. Соседний стол стоит впритык, поэтому сесть удобно невозможно, установить зрительный контакт с персоналом тоже не получается. Так что страдают не только официанты.

Всё вышесказанное не отменяет качества местных булок (кстати, в «Локалах» они тоже из Limbo), а ещё это одно из немногих пока мест в Москве, где делают «грязный кофе» — классный напиток родом из Таиланда. Но мой вам совет: берите на вынос или садитесь на улице.

Продолжаю следить за молодым дизайнером Максимом Татаринцевым. Его последняя работа — модульные раскладные диваны «TWINS | ТВИНС» для Askona. Даже не знаю, что тут главная новость: то, что молодой автор получил контракт с известным брендом, или тот факт, что известный бренд наконец-то решил посотрудничать с приглашённым дизайнером. Кажется, у Askona это впервые, и надеюсь на продолжение.

Пара слов про сам диван: у Максима была задача сделать понятную, доступную модель, которая будет целиком производиться в России. «В основу концепции легла идея близости между любящими друг друга людьми. Обнимающие друг друга подлокотники, элементы основания и спинки стали отголоском этой идеи», — рассказывает автор. У дивана может быть от двух до пяти модулей, и каждый раскладывается независимо.

Ну и уж коль скоро я решила похвалить Максима и Askona, похвалю заодно и себя. Татаринцев уже который раз присылает мне отлично сделанные пресс-материалы — если журналист или блогер захочет написать о его работе, то там есть всё для этого необходимое. Я сперва удивлялась, а потом узнала, что он однажды был на моей лекции по пиару для дизайнеров. Имейте в виду и, если что, обращайтесь.

Был у нас в AD момент, когда мы на полном серьёзе решили временно не брать на публикацию проекты, в которых встречалась некая суперпопулярная на тот момент модель светильника. Когда у вас в каждом интерьере один и тот же предмет, это непорядок. Можно только порадоваться за создателей предметов-бестселлеров, но интерьерным дизайнерам я бы посоветовала расширять кругозор и искать незамыленные предметы.

За идеями далеко ехать не надо — прямо на «Артплее» работает салон «Интерио 22», где, помимо уже хорошо известных российским дизайнерам Marset, Miniforms и других европейских марок, есть менее известные, но тоже очень симпатичные бренды. Составила для вас небольшую подборку для первого знакомства.

Лидер моих симпатий — изобретательный бельгийский бренд Mademoiselle Jo. У них много акцентных аксессуаров из модного цветного стекла, классные приставные столики и моя главная любовь — столики-подвесы.

Вечно дефицитный на нашем рынке дизайнерский свет смотрите у французов Market Set и миланского бренда Servomuto. Первые делают дизайнерские светильники с большим количеством ручной работы по невероятно приятным по нынешним временам ценам. Многое к тому же в наличии, включая очень симпатичный торшер с цветком на рассеивателе. У Servomuto есть необычная серия бра Birds & Butterflies с репродукциями иллюстраций XVIII века и стопроцентно современные, похожие на раскрытый стручок какого-то невиданного растения, разноцветные подвесы.

И, наконец, советую обратить внимание на мебельный бренд Pointhouse — это тоже итальянцы, которые уже сорок лет специализируются на столах и стульях. Эта мебель делается с прицелом на общественные проекты, а значит, максимально устойчива к ударам судьбы. Дизайн при этом вполне универсальный, для жилого интерьера тоже вполне подойдёт.

Одним словом, будете на «Артплее» — заходите в «Интерио 22», а пока можно посмотреть их каталог на сайте. Тем более что прямо сейчас и до 15 июня для моих подписчиков по промокоду ROMASHKI действует скидка 10%.

Реклама. ИП Рокачевская А.М., ИНН: 772375794775, erid: 2Vfnxwe7Dzi

После нашей последней конференции «Всё, что надо знать дизайнеру в 2026 году» я бросилась дрессировать «Авито» — всё, как завещала нам в своей лекции Даша Казанцева. Искала себе винтажный советский столик и в процессе добавила в избранное модель с инкрустацией — довольно нелепую, но ностальгически милую. Ну а дальше алгоритмы учуяли во мне любительницу странного, и на меня посыпалась красотень — столик с розами, столик с храмом на горе и ладьёй на реке и панно с портретом Лермонтова. Меня подмывало купить что-нибудь эдакое, но я никак не могла придумать, куда это дело приладить, а пока суд да дело настала Миланская неделя дизайна.

В этом году в Милане, как никогда прежде, было много проектов в квартирах — настоящих или почти настоящих, как эта инсталляция L’Artisan Parfumeur. Французский бренд презентовал новые свечи и ради этого нанял антиквара Антуана Бийора, который оформил для них интерьер на первом этаже старого, увитого зеленью, домика с выходом в приватный сад. Бийор не просто собиратель и продавец старинных редкостей, он также занимается их апсайклингом, читай — переделкой и адаптацией к новой жизни.

В этом проекте много вещей его авторства, и львиная доля из них — с маркетри. Вся эта радость добыта на блошиных рынках и представляет собой французский аналог панно с «Авито» — это вещи сами по себе спорные, но в новом прочтении очень актуальные. Маркетри — это вообще очень модно (на всякий случай уточню, что речь не о мебели в классическом стиле, а о современном дизайне), но дорого. Использование винтажных панно и деталей от старой мебели снижает порог входа, и мне кажется, что это очень классный приём, который можно брать на вооружение.

Кстати, похожим образом Бийор работает и с искусством. Эта квартира полна работ не самого высокого уровня. Но плотная нетривиальная развеска (оцените, как оформлен дверной проём в столовую) придаёт им новую ценность, ведь теперь это не просто заурядные картинки, а часть концепции.