Забронировал на одну ночь комнату на вилле Keur Racine за 1800 рублей. Кондиционера нет, вентилятор гоняет сгущенный воздух по кругу. Другие комнаты занимали пары — французы и немцы — любители дауншифтинга.
Нужно отдать должное — ни те, ни другие не задавали унылых вопросов про войну на Украине. Обсуждали с ними повстанческие движения на юге Сенегала и этническое разнообразие региона.
Нужно отдать должное — ни те, ни другие не задавали унылых вопросов про войну на Украине. Обсуждали с ними повстанческие движения на юге Сенегала и этническое разнообразие региона.
👍5
В этом дачном посёлке, расположенном поодаль от центра городка, обстановка показалась очень знакомой: ровно в таком же у меня была дача под Таганрогом.
Такая же жара, грунтовые дороги, собаки, ленивые коровы, только вместо пальм были абрикосы, а вместо океана — залив.
На утро соседи жгли сухую траву — ровно как наши дачники.
Такая же жара, грунтовые дороги, собаки, ленивые коровы, только вместо пальм были абрикосы, а вместо океана — залив.
На утро соседи жгли сухую траву — ровно как наши дачники.
Океанский пляж в Кап Скиррене растянулся, по ощущениям, километров на 20. Он даже уходит в Гвинею-Бисау — никаких заборов или КПП нет. Немцы рассказали, что один раз даже случайно пересекли границу пока гуляли.
Тут пасутся коровы, за которыми приглядывают поджарые «сёрферские» собаки. Людей почти нет — только бегуны и, совсем редко, туристы.
Плаванье в океане оказало совершенно неожиданный эйфорический эффект — то ли от постоянно обновляемого теплового удара, то ли от усталости. На волнах качало будто после хорошей порции гашиша.
Тут пасутся коровы, за которыми приглядывают поджарые «сёрферские» собаки. Людей почти нет — только бегуны и, совсем редко, туристы.
Плаванье в океане оказало совершенно неожиданный эйфорический эффект — то ли от постоянно обновляемого теплового удара, то ли от усталости. На волнах качало будто после хорошей порции гашиша.
Вечером хотелось просто лежать и смотреть в потолок, но пришлось выбраться в соседний ресторанчик за едой.
Как обычно, в общении с сенегальцами отказать себе не смог — до полуночи выпивали и смотрели футбол. Барменша Жоли каждый раз доставала из морозилки громадный айсберг и подручными средствами откалывала от него куски поменьше, чтобы добавить в мой виски. Огромный охранник громко спорил с одним из посетителей, иногда по-дружески отвешивая ему оплеухи. Под конец матча все они между собой перессорились.
Но на память сделали совместное фото.
Как обычно, в общении с сенегальцами отказать себе не смог — до полуночи выпивали и смотрели футбол. Барменша Жоли каждый раз доставала из морозилки громадный айсберг и подручными средствами откалывала от него куски поменьше, чтобы добавить в мой виски. Огромный охранник громко спорил с одним из посетителей, иногда по-дружески отвешивая ему оплеухи. Под конец матча все они между собой перессорились.
Но на память сделали совместное фото.
Утром отправился в аэропорт. Зал ожидания тут на улице, под крышей из какого-то сена. Зато внутри кондиционер лупит так, что весь пот моментально становится ледяным и мерзко стекает по спине.
На досмотре два охранника по очереди вынули из моего рюкзака всё содержимое, долго не отвечая на вопрос, в чем проблема. Бутылка шампуня, как выяснилось, не проходила в ручную кладь. Только я хотел выбросить её в помойку — один из них остановил меня и забрал флакон себе. Правильно, он был почти полный.
Сам полёт прошёл буднично.
На досмотре два охранника по очереди вынули из моего рюкзака всё содержимое, долго не отвечая на вопрос, в чем проблема. Бутылка шампуня, как выяснилось, не проходила в ручную кладь. Только я хотел выбросить её в помойку — один из них остановил меня и забрал флакон себе. Правильно, он был почти полный.
Сам полёт прошёл буднично.