В первые 10 минут казалось, что все пассажиры маршрутки погибнут от удушья: на улице было 45 градусов и 100% влажности, а в качестве системы охлаждения — только открытые окна.

И тем не менее, сквозняк сгладил ситуацию. Все доехали живыми, но насквозь пропотевшими. Мои штаны выглядели так, будто я только что вылез из воды и надел их на мокрые плавки.

В Кап Скиррене жарко и достаточно уныло. Высокий сезон тут в зимние месяцы, когда сюда приезжают европейцы купаться в океане и заниматься серфингом. Сейчас — пустынно.

Забронировал на одну ночь комнату на вилле Keur Racine за 1800 рублей. Кондиционера нет, вентилятор гоняет сгущенный воздух по кругу. Другие комнаты занимали пары — французы и немцы — любители дауншифтинга.

Нужно отдать должное — ни те, ни другие не задавали унылых вопросов про войну на Украине. Обсуждали с ними повстанческие движения на юге Сенегала и этническое разнообразие региона.

В этом дачном посёлке, расположенном поодаль от центра городка, обстановка показалась очень знакомой: ровно в таком же у меня была дача под Таганрогом.

Такая же жара, грунтовые дороги, собаки, ленивые коровы, только вместо пальм были абрикосы, а вместо океана — залив.

На утро соседи жгли сухую траву — ровно как наши дачники.

Океанский пляж в Кап Скиррене растянулся, по ощущениям, километров на 20. Он даже уходит в Гвинею-Бисау — никаких заборов или КПП нет. Немцы рассказали, что один раз даже случайно пересекли границу пока гуляли.

Тут пасутся коровы, за которыми приглядывают поджарые «сёрферские» собаки. Людей почти нет — только бегуны и, совсем редко, туристы.

Плаванье в океане оказало совершенно неожиданный эйфорический эффект — то ли от постоянно обновляемого теплового удара, то ли от усталости. На волнах качало будто после хорошей порции гашиша.