Но есть и хорошие новости. В России отреставрировали очень древнюю (XII-й век) и красивую икону.

Боголюбская икона Божьей Матери чудом дошла до нас еще с домонгольской Руси. Образ наследует византийскую традицию, но создана русским мастером.

Икона символизирует идею объединения русских земель вокруг нового политического и духовного центра — Владимира, столицы Северо-Восточной Руси.

Посмотреть на эту неземную красоту можно на выставке во Владимире.

Вот и настал черед нашей любимой Масленицы — время проводов зимы и встречи весны 🍃

Этот радостный праздник невозможно представить без снежных забав, яркого солнца, блинов и чаепития. Последние холодные дни перед настоящей весной можно провести за стопкой вкусных блинов и кружкой любимого чая — приходите к нам, а мы всегда поможем подобрать ароматный купаж!

Будет ли власть бороться с Даванковым — и при чём тут Грудинин?

Прочитал спор экономиста Василия Тополева (Ватоадмина) с Алексеем Антоновым о том, как устроены судьбы кандидатов в президенты.

Антонов пишет, что Грудинина начали уничтожать после того, как он стал поддерживать национализацию. А Даванков, мол, ничего такого не говорит, расшатывать устоявшийся в элитах порядок не собирается, поэтому проблем после потенциального второго места у него не будет. Я считаю, что это не так. Объясню почему.

Лозунги для условных политадминистраторов из АП не значат ничего. К тому же Грудинин всё равно бы никакую национализацию не запустил, поскольку никогда бы не занял первое место. Речь шла про результат в рамках второго. И ещё: почему никто до сих пор не трогает и не собирается трогать Харитонова? Он аж целый капитализм предлагает свернуть! Говорит, что поигрался, и ему хватит. А не трогают Харитонова потому, что серьёзных результатов от него никто не ждёт.

Следующий важный момент: Грудинин и Даванков в качестве кандидатов оба, конечно, согласованы. Но вот представим, что выборы прошли — а работа у политадминистраторов осталась. И бюджеты откуда-то надо брать. И свою нужность под эти бюджеты нужно каждый раз перепридумывать. Допустим, Даванков набирает больше, чем они рассчитывали. А это для администраторов будет означать угрозу разбалансировки. Тогда у Даванкова или другого кандидата в аналогичной роли могут начаться проблемы.

Ресурсы важнее лозунгов. И проблемы после выборов будут у самых сильных, ресурсных кандидатов, а не у самых крикливых и радикальных на словах. Если ты маленький — говори что угодно. А если ты большой и с ресурсами — ты представляешь угрозу. Причём ресурсы могут быть не только реальными, но и мнимыми, существующими только в глазах АП. Но это уже никакого значения не имеет.

Кстати, таким же большим риском является ресурсная Россия в глазах Запада. Странно, что Антонов, постоянно рассуждающий именно так про внешнюю политику, не понимает этого про внутреннюю. Так что здесь соглашусь скорее с Ватоадмином, хоть и не полностью: потому что вопрос не столько в самом намерении быть субъектным, сколько в наличии ресурсов, для того чтобы быть субъектным.

Я почти уверен, что на изрядно обкорнанной Украине рано или поздно наступит некоторое прозрение.

Но не такое: мол, ошиблись мы, малороссы, давайте же обнимемся с братьями великороссами и забудем все обиды.

Нет, русофобия в украинском обществе неистребима и вывести ее полностью невозможно. За последнее десятилетие оно пустило слишком глубокие корни, а обильно политая кровью почва сделала их еще крепче.

Зато чего следует ожидать, так это просветления гарных хлопцев, что сотни тысяч их погибли или же стали калеками по воле этнически чуждого президента и его заморских покровителей. Что их неправильно «использовали» и посылали в «мясные штурмы» и забеги вглубь российской территории только ради сиюминутного пиара и рекламы. «Сволочи сверху не дали нам одержать победу» станет повсеместным настроением, которое некоторые особенно ушлые политики постараются использовать в собственных целях.

В общем, погромам на Украине быть.

Алексей «Быть» задал мне вопрос, почему евангельские герои вели себя как живые люди, а мученики из житий – как машины благочестия.

Сразу хочется опровергнуть гипотезу о стоическом влиянии – стоицизм был популярен как раз на рубеже двух эр. На христианство он, конечно, повлиял (читая, например, Эпиктета, вообще трудно представить, что был язычником), но к духу житий имел опосредованное отношение. Нужно понимать, что стоицизм при всем своем равнодушии к телесно-эмоциональному началу души все же является пантеистической философией – мир хоть и управляется Промыслом, но этот последний имманентен миру и не обещает загробного воздаяния. Потому в стоицизме нет идеи иного мира – есть только один Космос, который благ и справедлив. Нужно «работать на него», улучшать его – но уходить из него некуда и незачем.

Ответ на лёшин вопрос, на мой взгляд, прост – новозаветные книги и сказы о мучениках относились к принципиально разным эпохам. Евангельские события происходили еще в Античности, а большинство житий создавались или воссоздавались после «Кризиса третьего века», когда величайшая цивилизация древности стремительно варваризировалась во всех смыслах слова. Политический кризис (эпоха «солдатских императоров»), экономический кризис (инфляция как следствие порчи монет, разорение многих городов и запустение некогда доходных земель), этнокультурный кризис (усиление фактора Востока и влияния египетской, еврейской и сирийской форм религиозности) – все это привело к окончательному краху античного мира с его идеалами рациональности, гражданственности, гуманности, «оптимистического» отношения к космосу и эстетизацией телесности.

На место всего этого пришел радикальный метафизический, антропологический и этический дуализм. Как писал историк Эрик Доддс в «Язычник и христианин в смутное время»

«Презрение к человеческому состоянию и ненависть к телу были болезнью, укорененной в существе культуры этого периода; что хотя ее наиболее крайние выражения являются христианскими или гностическими, ее симптомы проявляются в более умеренной форме у язычников с чисто эллинистическим образованием».

В общем, после III века дуализмом было проникнуты решительно все и всё. Отсюда радикальные формы аскетизма, фанатизм и выраженное стремление бежать из мира наиболее болезненным путем. К слову, меняется и наполнение термина «аскеза»: если античный человек закалял тело ради упорядочения своей жизни и обуздания опасных страстей, то теперь презрение распространялось уже не на вожделения, а на телесность как таковую.

Отсюда то, о чем спрашивает Алексей – не просто примеры мученичества, но превращение оного из возможного итога жизни («нужно умереть достойно – ну ладно, что уж тут») в желательный. Мир катится к концу – следы его гибели каждый видит ежедневно. Значит, уходя из него, нужно громко хлопнуть дверью.

Алексей замечательно пишет: «Все эти истории про невероятное терпение святых, как по мне, это хуже, чем сказка. Это опасная ложь, расчеловечивающая этих самых святых, лишающая их живых характеров и превращающая в полубогов». Да, но жестокое время ожесточает и расчеловечивает всех – и тех, кому этот мир дорог, и тех, для кого он юдоль скорби.

Плюс в условиях оскудения научной культуры любые жизне- и смертеописания идут на ура – даже самые фантастические. И это касается не только христиан, но и язычников того времени – так, про неоплатоника Прокла его биограф Марин писал: «Он навел на Аттику дожди и отвратил от нее роковую засуху; талисманами он усмирял землетрясения». Если уж языческие философы повелевают облаками, то чем хуже мученики за христианскую веру, которым и волхвовать не надо, а только терпеть пытки? Отсюда и удивительные подробности многих житий. «Грубый век, грубые нравы».

Разумеется, в одном посте трудно дать подробную картинку тех событий, а потому не могу не отослать к своей лекции о том времени (ссылка с тайм-кодом), завершающей прочитанный в прошлом году цикл об античной этике.

Контрасты России.
Николо-Угрешский монастырь.

#архэ

Не верно полагать, что выборы в постсоветской России - лишь формальность. После каждых выборов, даже если на посту остаётся действующий президент, курс страны меняется.

Ельцин до 1996 и после тех летних выборов - правил по разному, что породило даже слухи о смерти Ельцина и подмене его двойником.

Перемены случившиеся в 2000-м году - очевидны.

Но и после переизбрания Путина в 2004-м он сменил либеральное правительство Касьянова, произнёс Мюнхенскую речь и вообще стал именно тем самым «державником» которого мы знаем.

Сейчас по прошествии времени становится очевидно, что Медведев, хоть и правил под сильным влиянием премьера, но его «оттепель» была вполне самостоятельным событием в истории России.

Возвращение Путина в президентское кресло в 2011-м вновь изменило курс, вернуло его режим 2005-2006 годов.

Наконец, после избрания Путина президентом в 2018-м Россия окончательно выбрала путь раскола с Западом, импортозамещения и прочих суверенных институций.

Примерно того же поворота стоит ждать с апреля-мая 2024 года. Смена части правительства, укрепление государственной собственности, окончательное решение украинского вопроса.