Очередная мерзость от Яровой.

Я считаю, что имеющегося правового инструмента достаточно для привлечения к ответственности граждан, совершивших преступление против интересов России. В частности, всеобъемлющий характер носит статья 275 УК РФ «Госизмена». Целый дополнительный набор статей, посвященный «диверсионной деятельности», явно излишен.

Предложение Яровой – ни что иное, как очередная попытка пропиарить саму себя в ущерб государству и обществу. Но если правительство все же намерено поддержать инициативу этой умалишенной, у меня есть несколько вопросов:

1. Будет ли считаться «диверсией» сознательное завышение цен на товары для военных магазинами и торговыми сетями?

2. Будет ли считаться содействием диверсионной деятельности отправка не имеющих должной подготовки мобилизованных на передовую?

3. Будут ли считаться диверсантами начальники отделов снабжения, выдающие солдатам старье времен Брежнева и Хрущева?

4. Будет ли считаться диверсией продвижение в российской культуре персонажей вроде Манижи?

5. Будут ли считать диверсантами либеральных идеологов и рыночных бенефициаров теории замещающей миграции?

6. Будет ли считаться диверсией прописывание в школьном учебнике по обществознанию возможности смены пола?

7. Будут ли считаться диверсионным сообществом пропагандисты фиктивной «российской нации»?

Если на все вышеперечисленное будет ответ «нет», то нафиг нужны нам такие «антидиверсионные» законы.

Мои публикации в последнее время не блещут оптимизмом, но это не означает, что поводов для него нет.
Удивительно, но основные победы России в этом году связаны с экономикой.
В условиях блокирующих санкций ЕС и США Сбербанк восстановил прибыльность, нарастил кредитный портфель и планирует в будущем году выплатить дивиденды.
Темп инфляции продолжает снижаться, параллельный импорт растет, экономика в целом чувствует себя неплохо.

Сказал бы мне кто-нибудь об этом к начале марта, повертел бы у виска.

Проблема с "оставлением Херсона" состоит в том, что у этого решения невозможно найти плюсов. То есть, если это сделка, то это такая сделка, где мы что-то уступаем, а взамен не получаем ничего. В общественном сознании такая односторонняя сделка именуется "изменой".

Но общественное сознание что... Бог бы с ним, с общественным сознанием. Оно в нашей системе "чекистского капитализма" либо управляемо (вчера уже слышал по радио, как "эксперт" доказывал, что оставление Херсона "демонстрирует нашу силу"), либо - покуда не выливается в публичный протест - нивелировано.

Гораздо хуже, что именно как односторонняя сделка, сиречь "измена", оставление Херсона должно трактоваться управляющей верхушкой нашего "чекистского капитализма". В их картине мира собственное мессианство и корпоративизм (и соответственно привилегированное положение в обществе) базируются и объясняются именно служением высокому идеалу ("благу России", который они, служилые люди, понимают лучше, чем широкая публика).

В этой системе координат "односторонняя сделка", aka "измена" подрывает raison d'etre, сам смысл существования правящего ныне в России слоя.

Если бы в этой сделке, можно было бы найти хотя бы непропорционально малую выгоду для России, ее можно было бы оправдать неполнотой информации. "Мы не владеем всей информацией, которая есть у Принимающего Решения, поэтому не должны осуждать его действия." Но выгоды не видно никакой.

Таким образом, выражаясь языком Ульянова-Ленина, "измена" создает ситуацию, когда "верхи не могут по старому".

И, если бы, в России имелась серьезная традиция государственных переворотов, лично я бы поставил на "ультраправый" (в классических терминах) дворцовый переворот. А так... даже не знаю... посмотрим...

Комплекс последствий херсонской наступательно-возвратной операции.

1. Заложена мина в государственное и правовое устройство страны: если можно без внятных военных причин передать третьим лицам областной центр, то нет непреодолимых препятствий, чтобы сделать это с другим областным центром.

2. Отступление без внятных военных причин дезориентирует и армию в целом, и отдельных бойцов: на уровне армии нет понимания стратегии, на уровне бойца нет понимания смысла рисковать жизнью, если достижения будут слиты в угоду неясным мотивам.

3. Потеря областного центра – это военное поражение, как бы его не называли и не интерпретировали протагонисты начальства, для граждан это большой удар по доверию к власти, ухудшение самоощущения, упадок веры в себя и в страну.

4. Сам процесс отступления сопряжён с неизбежным бардаком, который ведёт к потерям людей и утрате техники, амуниции, боеприпасов.

5. Военное поражение для нашей армии – это победа для противника, поднимающая боевой дух и готовность наступать. Войска противника, задействованные на этом участке ЛБС, будут переброшены и усилят другие участки фронта.

6. Военное поражение – это снижение авторитета страны на международной арене, падение доверия союзников, воодушевление недругов, снижение спроса на военную технику.

7. Военное поражение – это падение авторитета высшего начальства в системе госуправления, среди региональных и отраслевых элит, вырастают риски внутриполитического кризиса.

О чём думали те (или тот?), кто принимал решение об отступлении? Объяснить рационально это невозможно. Не исключено,, что никакого хитрого плана даже и не предполагалось, а тот (или те), кто принимал решение, просто под давлением стресса потерял способность к рассудочной деятельности.

Херсон сдан. Окончательно и бесповоротно, не оставляя шансов на хитрые планы по заманиванию.

Сил и эмоций комментировать это так и не нашлось. Сейчас меня волнуют высвободившиеся силы со стороны хохлов и со стороны наших войск. Нужно укреплять донецкое и луганское направление, нельзя допустить серьëзного перевеса хохлов тут.

Как я вчера говорил на стриме Каргача – я не ожидаю крупных наступлений до января-февраля, а значит сейчас будет решать превосходство в артиллерии и живой силе, техническое оснащение. Позиционная война, борьба за небольшие н.п., окопный зимний быт. Возможно, я опять ошибусь, вполне возможно.

Зимой действительно важно продолжать наносить удары по инфраструктуре врага и налаживать логистику своей группировки.

Эта война надолго, надо с этим просто смириться. И готовиться к ней всерьëз. Не только материально и личным составом, но и психологически.

У нас больше нет прав на дофаминовые качели, как ни крути.

Поддержать меня и товарищей по подразделению:

Тинькофф:
5536913773140476 Илья Сергеевич Я.

XMR: 46ZTWAXdwd1WvMC5nb5qVm9Urjmz3XLrKZQE2H8PmjVCKExPohrcfXdMY3G5eVBJsMYXFoaibj1yugypdn91bsbvF78A5GQ

Поборов приступы самобичующего сарказма, решил нащупать идейную почву под ногами, обратившись к истории бесконечно любимой родины.

13 сентября 1877 года, следующий день после третьего и самого кровавого штурма Плевны - самый сложный момент русско-турецкой войны 1877-1878 года, имевший все шансы стать началом позора нашей армии: Главная квартира пришла к выводу, что Плевну нельзя взять, и нужно отступить. Против этого решительно возражал военный министр Милютин, который так описывает это событие в своём «Дневнике»:

«Уже близко было к закату солнца, когда кто-то подошёл ко мне и сказал, что Государь спрашивает меня. Я встал и подошёл к Государю, который вполголоса, с грустным выражением сказал: “Приходится отказаться от Плевны, надо отступить…”. Поражённый как громом таким неожиданным решением, я горячо восстал против него, указав неисчислимые пагубные последствия подобного исхода дела. “Что ж делать, — сказал Государь, — надобно признать, что нынешняя кампания не удалась нам”. — “Но ведь подходят уже подкрепления”, — сказал я. На это главнокомандующий возразил, что пока эти подкрепления не прибыли, он не видит возможности удержаться пред Плевной, и с горячностью прибавил: “Если считаете это возможным, то и принимайте команду; а я прошу меня уволить”. — Однако ж после этой бутады (устар. фраза, сказанная в раздражении. — Прим. авт.), благодаря благодушию Государя, начали обсуждать дело спокойнее. “Кто знает, — заметил я, — в каком положении сами турки? Каковы будут наши досада и стыд, если мы потом узнаем, что отступили в то время, когда турки сами считали невозможным долее держаться в этом котле, обложенном со всех сторон нашими войсками”. Кажется, этот аргумент подействовал более всех других. Решено было, чтобы войска оставались пока на занятых ими позициях, прикрылись укреплениями и не предпринимали новых наступательных действий.»

Пожалуй, самое смешное во всей этой истории с хитрыми многоходовочками, что кампанию все равно в итоге затащит мобилизованный рядовой Иван, которому вся эта сложная геополитика ехала болела. У Вани дома жена и детишки, а на фронте верные товарищи: живые и уже нет. Первых он бросить не сможет, а за вторых будет страшно мстить армии противника. Так и дойдёт до вражеской столицы вопреки всему.
Это не копиум, не бравада, не самоуспокоение, это будет долго, мрачно и страшно. Но это мрачная и холодная неизбежность.

Поле битвы РФ. Киргизская мафия проводит специальные бандитские операции на территории России

На прилетевших из Бишкека киргизов напали другие уроженцы этой солнечной страны на привокзальной площади аэропорта Домодедово.

Иностранные специалисты везли в столицу нашей родины $4 миллиона долларов, для осуществления обнальных операций и организации работы нелегальных точек обмена валюты.

Бандиты укравшие 4$ млн у других бандитов привыкли передвигаться на дорогих автомобилях, поэтому угнали с парковки аэропорта Lexus и Toyota Land Cruiser, которые потом бросили в лесу.

От Улиты Онисиму

А на торжищах оправдывают уход с Олешья спасением жизней дружины княжьей скоморохи, поносившие во времена старые изменником боярского сына Гирку, за то что он три месяца без помощи князь обороняя Святые горы против всего войска берендейского, отступил, потеряв веру ценой жизни своей остановить их.

В связи с Херсоном я вспомнил летнюю ещё историю ухода со Змеиного. Так получилось, что среди наших курсантов в Севастополе были те, кто удерживал остров с начала и до конца, поэтому информация была из самых первых рук.

Змеиный держали прочно, все штурмы были отбиты, статистика потерь была более чем в нашу пользу. Но оказалось, что у ЧФ отсутствуют быстроходные и защищённые суда для организации нормального снабжения. Буксиры, идущие кое-как 12 узлов в час, противник регулярно топил. Историю про то, как установку Тор для Змеиного грузили на какое-то корыто, куда она еле влезла и чуть не утонула в дороге, видел в фотографиях весь интернет. И всё в таком духе. Иными словами, с острова пришлось уйти по той простой причине, что оказалось невозможно обеспечить логистику, снабжение его гарнизона.

А теперь представьте, если бы даже в условиях разбомбленных переправ у нас был в достаточном количестве и качестве паромный и буксирный флот для организации постоянно действующего распределённого «грузового моста» через Днепр. Из Херсона не пришлось бы уходить. Потому что в непосредственно военном отношении там счёт опять-таки оставался все эти месяцы в нашу пользу. Группировку можно было бы нарастить, её можно было бы нормально снабжать, можно было бы даже наступать дальше. Но… в этом и состоит, по Лиддел-Гарту, «стратегия непрямых действий»: создать ситуацию, при которой противник сам вынужден будет уйти. Вот теперь мы видим воочию её крайне успешное применение по отношению к нам.

Война — это не только про оружие. Это, в первую очередь, про снабжение.

Минобороны РФ сообщает, что ️сегодня в 5 часов утра завершена переброска подразделений российских войск на левый берег Днепра. Ни одной единицы военной техники и вооружения на правом берегу не оставлено, потерь личного состава, вооружения, техники и материальных средств российской группировки не допущено.

Кто бы что ни говорил, но ситуация – скверная. На душе тяжело. Однако это война и так бывает. Пройдёт немного времени и мы скорее всего увидим, правильным ли было решение уйти из Херсона. И да, несмотря на происходящее, сомнений в окончательной победе России по-прежнему нет ни у меня, ни у моих боевых товарищей!

Вчера мы написали о том, что наши власти как будто играют в видеоигру, а не управляют государством. И вот сегодня утром вышло четыре патча новости подряд, прекрасно это иллюстрирующие.

Госпожа Яровая решила дополнить статью о УК РФ о диверсионной деятельности пакетом подпунктов. Обосновывается это «совершенствованием правовых механизмов», правда, непонятно, в чём была их несовершенность. Правоохранительные органы и суды не могли найти в УК нужную формулировку и диверсанты пользовались этим «багом»?

В Минобрнауки изобрели «идеологию терроризма» и сразу же решили с ней бороться. Терроризм, получается, это не средство для достижение целей, а сама цель. Получается, что взрыв Крымского моста, убийство Даши Дугиной, захват заложников в Норд-Осте случились потому, что кто-то считал, что терроризм — это классно, модно, молодёжно. Эдакие последователи Кхорна из вселенной Вархаммера. Правительство не видит причин происходящего (либо не хочет их видеть), оно видит абстрактный показатель терроризм, который надо снизить. В будущем, наверное, будут бороться с идеологией езды в пьяном виде или идеологией сердечных заболеваний.

Предложили включать в программу реновации дачные участки. Не будем сейчас обсуждать результаты и качество нового жилья, но вот в то, что мнение владельцев земли будет кто-то спрашивать верится с трудом. Показатель «количество нового жилья» важен, а права частной собственности — не очень.

Господин Песков опечален тем, что Украина не хочет играть по правилам и идти на мирные переговоры. Возможно стоит сообщить уважаемому Пресс-секретарю, что украинцы не скованы «пользовательским соглашением» и, следовательно, плевали на договорённости, существующие в головах у кремлёвских деятелей.

Полиция Джерси признала незаконными проведенные в апреле обыски в помещениях, связанных с Романом Абрамовичем. Она согласилась возместить ущерб и извиниться перед миллиардером, а также уничтожить все копии изъятых документов.

Сразу после сдачи Херсона. Совпадение?