Херсон - это бледная никому не нужная провинциальная дыра на фоне прекрасной, яркой, волшебной Павловки.

Украинская война. 17. Цели элиты РФ.

Насчет изначальных целей Кремля в проведении СВО я с цитируемым автором согласен. — Судя по ходу событий, на это и был расчет Путина: сделать этакую большую Белоруссию, посадить в президентское кресло Украины нового Лукашенко Медведчуковича и помириться с "братским украинским народом". Попутно залив его безвозвратными кредитами.

Либо на то, что через резкую демонстрацию силы к выгодной для себя сделке удастся принудить и нынешнего Зеленского (что менее вероятно).

А вот насчет целей Кремля теперь, спустя 8,5 месяцев после начала, — когда уже даже сторонним наблюдателям вроде нас с вами без инсайдов видно, что в изначальном плане властей РФ видимо что-то пошло не так, — считаю иначе.

Скорее всего, политическая элита РФ в этом вопросе неоднородна и состоит из нескольких групп/партий:

— "Партия скорейшего мира". Или "партия страха", как её называют некоторые. — Группа, которая стремится к скорейшему заключению мира с Украиной. Желательно, на условиях, при которых можно сохранить лицо. Но не обязательно.

— Ястребы. "Партия победы". — Те, кто понимает, что едва ли можно надеяться на долгий и прочный мир с Украиной, заключённый на каких-то промежуточных позициях. И на то, что этот мир принесёт нам избавление от санкций и возврат к status quo до 24 февраля.

— И есть те, кто будет сопротивляться переменам. По крайней мере резким и серьёзным.
Именно сюда я бы отнёс Путина. — Скорее всего он так и будет дальше действовать в своём любимом стиле "Кунктатора": медлить, откладывать сложные решения, выжидать более удобных позиций, иногда где-то уступать, иногда грозить ядерной дубиной, иногда произносить очередные антиглобалистские речи против условного Западного мира, продолжать заверять общественность, что война СВО идёт по плану. И т.д., и т.п. Главное — без резких движений.

И хотя я не в восторге от такой стратегии (скорее всего, она принесёт ещё много смертей, разрушений и сулит нам затяжную войну на годы), но полагаю её сейчас наиболее вероятной... и даже в чём-то разумной: экономика, общество и государство РФ могут постепенно перестроиться на военные рельсы. — Если дать им достаточно времени. — И эта перестройка может стать залогом нашей победы.

Но хотя Украина гораздо слабее РФ, — и экономически, и по своему военному потенциалу, — есть существенный риск, что США и страны Европы будут продолжать оказывать ей военную помощь годами. — Столько, сколько она в принципе будет способна вести войну.

Также есть риск серьёзного роста антивоенных настроений в РФ, обусловленного уже не только и не столько внешней пропагандой с той стороны конфликта, внезапностью войны, санкциями и пр., сколько поражениями, кулуарными договорняками, обменами пленных а-ля "Азов" и Тайра, сдачей территорий (как в Харьковской области и не только), проблемами с мобилизацией, обеспечением и обучением мобилизованных, бессменностью некомпетентного военного руководства (Шойгу — в МО и Герасимов — в Генштабе), а также бестолковым медиасопровождением всего происходящего со стороны официальных СМИ.

— В общем, все те системные перегрузки, которые политический режим РФ испытывает сейчас, могут усугубиться. Настолько, что он не выдержит. Полагаю, именно на этом и строится расчет противника. А возможно, и части элит внутри РФ — той самой "партии мира".

Нижний Новгород, набережная.
Было/стало.

#архэ

Представляю, как там мучились. Ведь, если вывести войска из Херсона, так это, выходит, Галковский как всегда прав? 😭 Но что делать, сценарий есть сценарий. Как я пишу с марта, курс взят на максимальное затягивание конфликта, его сиризацию. Хотя я тогда даже не представлял, что помогать украинцам устоять на ногах будут настолько сильно. Что сказать, дофига в Кремле смелые. 🤷‍♂️

Так что и полноценного мира (какие-то промежуточные перемирия в теории возможны) не будет. Если хохол чувствует слабость, то он будет панувати. Тут перед ним цельный шпектакль развернули. Ты, мол, главное, не сдавайся, борись, переможенька болтается у носа. Немного осталось! Украинцев жаль, бодрить их будут годами, чтобы можно было кидать в топку дальше.

Русский Союз расширяет список подразделений, которым оказывает свою действенную поддержку. Теперь в список подшефных подразделений, помимо 107-го сб, входит ещё и батальон 1031. Получила в этой раз важную помощь от Русского Союза и легендарная 1-я Славянская бригада. https://vk.com/video-80977898_456273170?list=fd458c3214d8d501a4

Слышал про медийное исследование, в котором пришли к выводу, что украинская пропаганда охватывает значительно большую аудиторию, чем российская, но не пробивается внутрь российского информационного поля, тогда как российская пропаганда в украинское инфополе пробивается. Как объяснить?

Год назад я бы высказался в том духе, что нам сельскую прессу читать незачем. Теперь другое скажу.

Когда читаешь какое-нибудь украинское издание из тех, которые на самой Украине заблокировали за «пророссийскость» (например, «Страну»), можно провести с ним несколько часов, ловя себя на мыслях типа «какой кошмар», «как же жалко людей», «какого черта мы творим».

После пяти минут с любым мейнстримным украинским медиа мысль плюс-минус одна - «въеби им, Суровикин».

Очередная мерзость от Яровой.

Я считаю, что имеющегося правового инструмента достаточно для привлечения к ответственности граждан, совершивших преступление против интересов России. В частности, всеобъемлющий характер носит статья 275 УК РФ «Госизмена». Целый дополнительный набор статей, посвященный «диверсионной деятельности», явно излишен.

Предложение Яровой – ни что иное, как очередная попытка пропиарить саму себя в ущерб государству и обществу. Но если правительство все же намерено поддержать инициативу этой умалишенной, у меня есть несколько вопросов:

1. Будет ли считаться «диверсией» сознательное завышение цен на товары для военных магазинами и торговыми сетями?

2. Будет ли считаться содействием диверсионной деятельности отправка не имеющих должной подготовки мобилизованных на передовую?

3. Будут ли считаться диверсантами начальники отделов снабжения, выдающие солдатам старье времен Брежнева и Хрущева?

4. Будет ли считаться диверсией продвижение в российской культуре персонажей вроде Манижи?

5. Будут ли считать диверсантами либеральных идеологов и рыночных бенефициаров теории замещающей миграции?

6. Будет ли считаться диверсией прописывание в школьном учебнике по обществознанию возможности смены пола?

7. Будут ли считаться диверсионным сообществом пропагандисты фиктивной «российской нации»?

Если на все вышеперечисленное будет ответ «нет», то нафиг нужны нам такие «антидиверсионные» законы.

Мои публикации в последнее время не блещут оптимизмом, но это не означает, что поводов для него нет.
Удивительно, но основные победы России в этом году связаны с экономикой.
В условиях блокирующих санкций ЕС и США Сбербанк восстановил прибыльность, нарастил кредитный портфель и планирует в будущем году выплатить дивиденды.
Темп инфляции продолжает снижаться, параллельный импорт растет, экономика в целом чувствует себя неплохо.

Сказал бы мне кто-нибудь об этом к начале марта, повертел бы у виска.

Проблема с "оставлением Херсона" состоит в том, что у этого решения невозможно найти плюсов. То есть, если это сделка, то это такая сделка, где мы что-то уступаем, а взамен не получаем ничего. В общественном сознании такая односторонняя сделка именуется "изменой".

Но общественное сознание что... Бог бы с ним, с общественным сознанием. Оно в нашей системе "чекистского капитализма" либо управляемо (вчера уже слышал по радио, как "эксперт" доказывал, что оставление Херсона "демонстрирует нашу силу"), либо - покуда не выливается в публичный протест - нивелировано.

Гораздо хуже, что именно как односторонняя сделка, сиречь "измена", оставление Херсона должно трактоваться управляющей верхушкой нашего "чекистского капитализма". В их картине мира собственное мессианство и корпоративизм (и соответственно привилегированное положение в обществе) базируются и объясняются именно служением высокому идеалу ("благу России", который они, служилые люди, понимают лучше, чем широкая публика).

В этой системе координат "односторонняя сделка", aka "измена" подрывает raison d'etre, сам смысл существования правящего ныне в России слоя.

Если бы в этой сделке, можно было бы найти хотя бы непропорционально малую выгоду для России, ее можно было бы оправдать неполнотой информации. "Мы не владеем всей информацией, которая есть у Принимающего Решения, поэтому не должны осуждать его действия." Но выгоды не видно никакой.

Таким образом, выражаясь языком Ульянова-Ленина, "измена" создает ситуацию, когда "верхи не могут по старому".

И, если бы, в России имелась серьезная традиция государственных переворотов, лично я бы поставил на "ультраправый" (в классических терминах) дворцовый переворот. А так... даже не знаю... посмотрим...

Комплекс последствий херсонской наступательно-возвратной операции.

1. Заложена мина в государственное и правовое устройство страны: если можно без внятных военных причин передать третьим лицам областной центр, то нет непреодолимых препятствий, чтобы сделать это с другим областным центром.

2. Отступление без внятных военных причин дезориентирует и армию в целом, и отдельных бойцов: на уровне армии нет понимания стратегии, на уровне бойца нет понимания смысла рисковать жизнью, если достижения будут слиты в угоду неясным мотивам.

3. Потеря областного центра – это военное поражение, как бы его не называли и не интерпретировали протагонисты начальства, для граждан это большой удар по доверию к власти, ухудшение самоощущения, упадок веры в себя и в страну.

4. Сам процесс отступления сопряжён с неизбежным бардаком, который ведёт к потерям людей и утрате техники, амуниции, боеприпасов.

5. Военное поражение для нашей армии – это победа для противника, поднимающая боевой дух и готовность наступать. Войска противника, задействованные на этом участке ЛБС, будут переброшены и усилят другие участки фронта.

6. Военное поражение – это снижение авторитета страны на международной арене, падение доверия союзников, воодушевление недругов, снижение спроса на военную технику.

7. Военное поражение – это падение авторитета высшего начальства в системе госуправления, среди региональных и отраслевых элит, вырастают риски внутриполитического кризиса.

О чём думали те (или тот?), кто принимал решение об отступлении? Объяснить рационально это невозможно. Не исключено,, что никакого хитрого плана даже и не предполагалось, а тот (или те), кто принимал решение, просто под давлением стресса потерял способность к рассудочной деятельности.

Херсон сдан. Окончательно и бесповоротно, не оставляя шансов на хитрые планы по заманиванию.

Сил и эмоций комментировать это так и не нашлось. Сейчас меня волнуют высвободившиеся силы со стороны хохлов и со стороны наших войск. Нужно укреплять донецкое и луганское направление, нельзя допустить серьëзного перевеса хохлов тут.

Как я вчера говорил на стриме Каргача – я не ожидаю крупных наступлений до января-февраля, а значит сейчас будет решать превосходство в артиллерии и живой силе, техническое оснащение. Позиционная война, борьба за небольшие н.п., окопный зимний быт. Возможно, я опять ошибусь, вполне возможно.

Зимой действительно важно продолжать наносить удары по инфраструктуре врага и налаживать логистику своей группировки.

Эта война надолго, надо с этим просто смириться. И готовиться к ней всерьëз. Не только материально и личным составом, но и психологически.

У нас больше нет прав на дофаминовые качели, как ни крути.

Поддержать меня и товарищей по подразделению:

Тинькофф:
5536913773140476 Илья Сергеевич Я.

XMR: 46ZTWAXdwd1WvMC5nb5qVm9Urjmz3XLrKZQE2H8PmjVCKExPohrcfXdMY3G5eVBJsMYXFoaibj1yugypdn91bsbvF78A5GQ

Поборов приступы самобичующего сарказма, решил нащупать идейную почву под ногами, обратившись к истории бесконечно любимой родины.

13 сентября 1877 года, следующий день после третьего и самого кровавого штурма Плевны - самый сложный момент русско-турецкой войны 1877-1878 года, имевший все шансы стать началом позора нашей армии: Главная квартира пришла к выводу, что Плевну нельзя взять, и нужно отступить. Против этого решительно возражал военный министр Милютин, который так описывает это событие в своём «Дневнике»:

«Уже близко было к закату солнца, когда кто-то подошёл ко мне и сказал, что Государь спрашивает меня. Я встал и подошёл к Государю, который вполголоса, с грустным выражением сказал: “Приходится отказаться от Плевны, надо отступить…”. Поражённый как громом таким неожиданным решением, я горячо восстал против него, указав неисчислимые пагубные последствия подобного исхода дела. “Что ж делать, — сказал Государь, — надобно признать, что нынешняя кампания не удалась нам”. — “Но ведь подходят уже подкрепления”, — сказал я. На это главнокомандующий возразил, что пока эти подкрепления не прибыли, он не видит возможности удержаться пред Плевной, и с горячностью прибавил: “Если считаете это возможным, то и принимайте команду; а я прошу меня уволить”. — Однако ж после этой бутады (устар. фраза, сказанная в раздражении. — Прим. авт.), благодаря благодушию Государя, начали обсуждать дело спокойнее. “Кто знает, — заметил я, — в каком положении сами турки? Каковы будут наши досада и стыд, если мы потом узнаем, что отступили в то время, когда турки сами считали невозможным долее держаться в этом котле, обложенном со всех сторон нашими войсками”. Кажется, этот аргумент подействовал более всех других. Решено было, чтобы войска оставались пока на занятых ими позициях, прикрылись укреплениями и не предпринимали новых наступательных действий.»

Пожалуй, самое смешное во всей этой истории с хитрыми многоходовочками, что кампанию все равно в итоге затащит мобилизованный рядовой Иван, которому вся эта сложная геополитика ехала болела. У Вани дома жена и детишки, а на фронте верные товарищи: живые и уже нет. Первых он бросить не сможет, а за вторых будет страшно мстить армии противника. Так и дойдёт до вражеской столицы вопреки всему.
Это не копиум, не бравада, не самоуспокоение, это будет долго, мрачно и страшно. Но это мрачная и холодная неизбежность.