В связи с гибелью Егора Просвирнина вспомнил зиму 2014 года. Егор только вернулся из майданного Киева, куда ездил уговаривать украинских националистов объединяться с русскими против неосоветских авторитарных режимов (идея абсолютно утопическая, т.к. движущей силой Евромайдана было ни что иное, как антирусский (ок, антимосковский) ресентимент украинцев. И вот радиоэфир на одной из московских радиостанций (может быть, Комсомольская правда, неважно), в котором Егору предстояло дебатировать с Максимом Шевченко.
До эфира я был крайне негативно настроен к "власовцу и майдановцу" Просвирнину, а Шевченко не то, чтобы высоко котировал уже тогда, но все-таки был скорее за него. И вдруг я слышу от доселе ненавистного Егора ровно то же самое, что думаю сам. Что на Украине налицо не что иное, как этнический конфликт украинцев и русских. Причем говорил он это интеллигентно и спокойно (что меня тоже очень подкупило), а не истерично брызгая слюной, как его оппонент Шевченко. Вдруг я осознал, что Егор свой, он за наших. И это было для меня очень духоподъемно (вот правда), поскольку сломало проклятый шаблон, когда все (ок, почти все) прогрессивные, вестернизированные и образованные российские люди за майдан и украинцев, а за противоположную сторону - только путинцы и совки.
Ну а дальше был мощнейший Спутник и Погром 14-го, 15-го, 16-го годов. Спасибо Егору за всё. Пусть покоится с миром.

Стихийный мемориал на месте гибели Егора Просвирнина прямо сейчас

Цветов все больше.

Заметки на полях. О внезапной смерти.

Хотел опубликовать сегодня очередную заметку из серии "правых идей", но видимо придётся отложить.

— Сегодня умер Егор Просвирнин.

Не буду спекулировать о причинах его смерти. — В них еще только предстоит разобраться.

Скажу лишь, что это был выдающийся русский публицист и редактор. Он успел много хорошего сделать для Русского Движения, учитывая те сложные времена, в которые ему довелось жить и действовать. — Гораздо больше многих из нас.

Покойся с миром, Егор.

Без тебя будет тяжелее, — так же, как без Константина Крылова и Тесака, ушедших немного раньше. — Но мы не остановимся и не сдадимся.

Отбоя не было! Борьба продолжается!

Эдвард Чесноков — для Незыгаря
 
Егор умер. Да здравствует Егор!
 
В литинститутском отрочестве я читал статьи Маяковского с простыми и страшными заголовками: «Умер Александр Блок». И потом, сразу следующая — «В. В. Хлебников». Тоже три слова, и даже без перфектного глагола «умер»: ещё страшнее.
 
И страшно не то, что умер. «Умереть суждено каждому, но не каждая смерть имеет одинаковое значение» (из цитатника Мао).
 
Страшно — что подбит на взлёте. Что мог бы ещё — и столь многое — сделать. В 35-то годов, когда пред мужчиной ещё только вёрстаются горизонты.
 
Егор Просвирнин доказал, что в русских медиа можно вырваться из бинарного тупика («делать СМИ за госденьги о том, что всё хорошо»; «делать СМИ за деньги Ходорковского о том, что всё плохо») — в пользу tertium datur: делать медиа по подписной модели, поставляя премиальный контент за деньги восторженных читателей.
 
Его «Спутник и Погром» (запрещённый в Российской Федерации) был сетевым ластиком, счищавшим с фасада российского царского дома все советские и постсоветские блямбы и напластования — так, что, в конце концов, представала настоящая, Историческая Россия, во всей своей многообразной многообразности, во всём своей неугасшем блеске.
 
Он опережал своё время. Ныне российские системные СМИ говорят о Крыме, Донбассе, европейском либералобесии иль американских погромах — почти теми же формулами, какие Егор вывел ещё в начале минувшего десятилетия.
 
В конце концов он перерос свой отроческий этнонационализм — как, да простите меня за сравнение, Пушкин перепрыгнул ранне-срамные стишки про «воспитанного под барабаном» царя. Последние года полтора-два — это было видно даже по его интервью — Егор (то ли серьёзно, то ли в виде очередной интеллектуальной игры) декларировал отказ от той самой идеологии, некогда сделавшей его имя. Возможно, он пришёл к пониманию того, что оптимальная форма организации больших пространств — Империя: и полиэтничная, и в то же время — Российская, белоцарская, добрая.
 
Егор не был добрым; в тусовочке, кажется, отсутствовал человек, с которым он бы не перессорился; возможно, именно это — отсутствие в том «декабрьском Англетере» такого настоящего товарищеского плеча — его и сгубило.
 
Егор был человеком принципа. За несколько дней до трагедии я переписывался с ним в телеграме — совершенно ни о чём, файф-о-клокно — и он невзначай, без эмоций, упомянул, что в силу ряда причин вынужден платить зарплату своей команде (занимался медиа-проектами) из своих кровных.
 
И сегодня — в мире, где люди атомизированы, где никто никому ничего не должен, кроме платежа банку по ипотеке, — он поступал достойно по отношению к тем, за кого взял ответственность. И уже это искупает его ужасные, нагаллюцинированные тексты из серии «22 июня — день русского реванша»: этот текст — твой позор, Егор, и будет скрести твою душу до самого страшного суда.
 
Ибо в последние годы он — бывший ранее вполне советским воинствующим безбожником — как-то (по крайней мере, мне хочется в это верить) примирился с русским православием, перестав лыбиться про словах «духовные скрепы».
 
Наконец, мне посчастливилось ознакомиться с его знаменитым в узких кругах текстом про США, как в старые времена, ходившим по Москве в списках (ссылкой на гуглодоксы). Этот блистательный анализ причин нынешнего Разъединения Штатов нам ещё только предстоит перечитать и осмыслить.
 
И помню ещё одно. Раз Егор переслал мне видео, как вальяжно-летне сидит на балконе того самого «Дома под балериной» над магазом «Армения», слушает нашу радио-программу с Кашиным с видом на Пушкинскую площадь. Мальчик из Владивостока, потом — из Подмосковья, «публицист-маргинал». ДОБИЛСЯ.
 
Из этого дома, подобно герою фантасмагорического романа Лео Перуца, он и прыгнул в неизвестное. Оторопь — ведь я совсем недавно писал ему: «Смотри, из окна [здания некоей спецслужбы] выпал важный свидетель, как Савинков».
 
И — вот оно как.
 
Боже, прости нас, раб твоих, за все наши заблуждения, и направь на путь истинный, и сподобь нас завершить начатое, ибо Сын Твой смертен, и паче смертен внезапно.

Сегодня трагически погиб талантливый русский публицист Егор Просвирнин.

Приносим искренние соболезнования родным и близким Егора.

Егор искренни любил Россию и Русский народ. Мы помним и ценим, сделанное им для Новороссии, а также для возрождения национального самосознания русских.

Сегодня я обмывал награду "за смелость", которую выдала мне моя работа (без хвастоства). В этот момент прилетело, что в 10 мин ходьбы от меня погиб Егор Погром.

Почему я это пишу? Не потому что я работал у его тела и доставал тупыми вопросами его маму, за что прошу перед ней прощения. А потому что он дал мне путёвку в профессию, поверив в студента и опубликовав мою первую настоящую статью у себя в "Спутнике и Погроме".

Я окончил юрфак на тройки потому, что на семинарах читал статьи в "СиП" вместо ответов на вопросы преподов-юристов. Ополченцы Донбасса были гораздо живее, чем Плевако.

Именно проект Егора дал мне моральные силы бросить свою профессию и уйти в другую, которую я всём сердцем люблю.

Кроме того, Просвирнин был тем, кто кардинально преобразовал правое движение: именно благодаря ему правые превратились из маргинальных, позорных скинхедов в нормальных людей - студентов МГУ и ВШЭ, интеллигенцию, которая читает книги, а не режет ножами таджикских дворников, нападая толпой на одного. Когда новые правые хотели крови, они ехали воевать на честную войну на Донбасс.

Егор в одном из стримов сказал, что, если он уйдёт раньше времени, по нему не надо плакать, а надо подхватить его знамя и делать дальше и лучше. Я еду с его поминок в "Листве", и тут много людей, которые уже продолжают его дело, ведь весь наш новый правый движ вырос из "Спутника и Погрома". Мы уже везде - в самых значимых для России СМИ, в министерствах, в бизнесе, в органах, в армии, в ЧВК, в университетах.

И сегодня, в этот чёрный для нас день, мы скажем только одно: русские, вперёд.

Я не был знаком с Егором Просвирниным ни лично, ни, так сказать, публицистически - даже о том же "Спутнике и Погроме" я скорее наслышан, чем "начитан".

Мои политические взгляды от просвирниновских тоже достаточно далеки: я, конечно, несколько поправел за последние годы, наблюдая за (уж простите, мои товарищи левых взглядов) бледной немочью, охватившей левый лагерь на постсоветском пространстве, но до позиции русского националиста мне ещё праветь и праветь.

Поэтому в связи со смертью Просвирнина мне хотелось бы сказать не о нём самом (пусть о нём скажут те, кто знал его лучше), а о той вакханалии восторга, которая воцарилась в связи с его смертью в российских либеральных и украинских националистических кругах.

Подумалось мне в связи с этим вот что: а понимают ли радостные комментаторы, что вот о смерти Просвирнина, так или иначе, написали все ведущие российские, украинские и не только СМИ; и о том, что выпавший из окна квартиры на Тверском бульваре мужчина - Просвирнин тоже узнали через буквально десятки минут.

А вот если - не дай бог, конечно - что-то такое или похожее случится с подавляющим большинством восторгающихся, то об их смерти если и напишут, то лишь в рубрике "криминальная хроника" или "события и происшествия". Да и то если редактору надо будет чем-то заткнуть дыру в новостной ленте. Причём напишут как о мужчине/женщине такого-то года рождения - без имени, которое никому, в общем-то, неизвестно, да и не интересно. Напишут - и забудут.

А вот Егор Просвирнин, как бы к нему ни относиться - уже в истории. И просто в истории, и в истории русской и российской журналистики и публицистики. Не знаю, как долго пробудут актуальными и читаемыми его тексты среди современников, но то, что к ним будут обращаться историки будущего, которые будут пытаться понять, что это у нас тут с вами такое происходило, почти нет сомнений.

Свой билет в вечность Егор Просвирнин за свою жизнь, какой бы они ни была, уже заработал. И лишь будущее покажет, будет ли он в истории фигурировать со знаком минус или плюс.

Некролог, пожалуй, самый паршивый жанр.
"Не скажу за живых, но покойников мы бережём".

Вчера не стало Егора Просвирнина. Егор был очень непростым человеком, тем не менее, именно его "Спутник и Погром" стал для меня, своего рода, точкой сборки - именно благодаря этому изданию окончательно сформировались и структурировались мои принципы - политические, социальные, а в каком-то смысле, и моральные взгляды. Помню, как на волне протестов 2013-ого года я искал идею, которая была бы мне близка, быстро разочаровавшись в оппозиционных митингах, где на шествии против закона Димы Яковлева публика щеголяла с флагами Евросоюза, я уже было разочаровался в любой оппозиции, и тут, совершенно случайно перейдя по ссылке в соцсети, которую сейчас без упрёка не вспомнишь, наткнулся на текст "Персидский поход полковника Карягина" за авторством Егора Просвирнина - на тот момент главного редактора "Спутника". После этого я начал жадно поглощать тексты этого издания. До этого я даже не подозревал, что русский национализм может быть таким - задорным, молодёжным, интеллектуальным. На волне популярности "Спутника" быстро сформировался и московский клуб читателей, встречи которого я с интересом посещал, где нашёл множество единомышленников, а позднее - и друзей. С Егором я общался ровно один раз, после одной из встреч в кафе. Позднее, из-за недоразумения между Московским клубом читателей и Егором произошёл конфликт, но несмотря на это, мне запомнился один момент - уже после конфликта на мероприятии журнала Константина Крылова "Вопросы национализма" Егор как-то выцепил меня в толпе, подошёл и пожал руку. Вроде бы, мелочь, но тем не менее, важно не это, а то, что даже несмотря на какие-то личные обиды и склоки, человек всё равно ценил тех, кто разделял его принципы.
И как бы там ни было, я благодарен Егору за "Спутник и Погром", за то что в истории русского интернета был такой журнал, за огненные тексты и вклад, который он после себя оставил. Впереди было ещё много планов - в 2022 году Егор хотел провести цикл лекции о Российской империи, но, к сожалению, его жизнь трагически прервалась. Башлачёвская коммуналка в Питере или съёмная квартира в самом центре Москвы, и это открытое окно балкона, где наверняка, строились грандиозные планы на будущее - молодость уходит внезапно осознанием того, что ещё один талантливый человек, который внёс свой вклад в формирование идей чуткой до поисков своего предназначения молодёжи ушёл недосказанным, недооценённым.
"В случае моей преждевременной кончины не нужно обо мне скорбеть, нужно делать в три раза лучше, в три раза охуеннее, чем я".
В какой-то момент Егор занял нишу этакого бати движа - той самой чуткой, идейной молодёжи правых взглядов, бати со своими тараканами, недостатками, перегибанием палки и излишних акцентах на "ледяной русской ярости". Но вот этот батя вышел за хлебом, и ты понимаешь, что он больше никогда не вернётся. И в итоге, ты остаёшься с чувством утраты и осознанием того, что не осталось никого в доме старше тебя. И теперь тебе решать, тебе фигачить и чинить протекающий потолок покосившегося дома под названием Российская Федерация. Время идёт и предъявляет всё более строгие требования, помимо крыши появляются и слетевшие с петель двери, и протекающий водопровод, и занявшие уже половину дома "родственники", обустраивающие дом по каким-то чужим правилам. А значит нужно быть в три раза лучше, в три раза злее, в три раза охуеннее.

Покойся с миром, Русский человек. Жму твою руку.

А тем, кто прочтёт эту запись я рекомендую к ознакомлению тот самый текст Егора, с которого и началось моё знакомство с его лучшим проектом:
https://www.youtube.com/watch?v=BNrNINkSatI&ab_channel=CzarStream

Русское движение к условному 2011-2012 годам находилось в состоянии кризиса. И дело не только в том, что правый фланг был сильно зачищен в результате политической борьбы (о причинах когда-нибудь отдельно).

Прежде всего само движение упёрлось в тупик, распавшись на несколько осаждённых крепостей, которые, впрочем, особо никто и не осаждал.

Кроме пары интеллектуалов, типа Холмогорова и Крылова (были ещё, но мы говорим об общем настроении) все боролись, то с масонами, то с капиталистами из Вашингтона, то с большевиками, да много с кем, забывая о созидании.

Все эти марши, милитаризированные движения - явления интересные, но уж больно они были оторваны от жизни.

Люди становились или обывателями без рода и племени, или активистами, но забывшими вкус жизни.

Так было не всегда, но к началу 2010-х стало повсеместно.

Так вот, заслуга Егора Просвирнина в том, что он напомнил, что русские это не только анахореты и саможертвенные герои, сгорающие в горниле борьбы. Но русские - это ещё и разночинцы, мещане, кулаки, мелкие дворяне. Русские это люди с бокалом вина, люди с работой, увлечениями, люди живущие.

После 11-12 годов расцвели клубы, кружки, площадки для онлайновых и офф-лайновых дискуссий.

Было ли это до? Было, но как-то робко и слишком «несовременно».

Этот импульс летит уже много лет сам, подхваченный миллионами русских людей, но источник у него был.

Мы привыкли, что, несмотря на то, что в нашем огромном государстве проживает около 160 различных национальностей, Россия является моноэтническим государством – более 80% его численности составляют русские. Моноэтническими являются также такие государства, как Армения, Австралия, Бангладеш, Бразилия, Венгрия, Исландия, Ирландия, Италия, Норвегия, Польша, Португалия, Северная и Южная Кореи, Египет, Япония, а также многие арабские страны Аравийского полуострова.

В Средней Азии уже имеются мононациональные государства. Несколько позднее та же участь ожидает Киргизию и Казахстан. В части, касающейся Таджикистана, Туркмении и Узбекистана это обосновывается сложившимися с распадом Советского Союза обстоятельствами, на которые повлияли и социально-экономическая ситуация, и массовые переезды на «историческую Родину», и просто процентное соотношение национальностей.
С Киргизией и Казахстаном все намного сложнее. Киргизия может остаться полинациональной, находясь в определенной зависимости от России и имея внутри крупную диаспору узбеков, численность которых только увеличивается. Этого нельзя сказать о Казахстане, где отток русских продолжается. Тут видна как официальная, так и неофициальная идеология, направленная на формирование нации с казахским языком как фундаментом.
Учитывая большое количество межнациональных конфликтов, в том числе и по вопросам языка могут повториться события подобные произошедшим в 90-е Таджикистана. Это приведет к вынужденной миграции русских, возможно, гражданской войне по примеру Украины. Даже если этого не случится, произойдет ассимиляция проживающих русских с потерей культурной и языковой идентичности. Это произойдет в том случае, если Россия по-прежнему будет занимать пассивную позицию в отношении исхода русских из Казахстана.

https://teleskop.media/2021/12/28/formirovanie-monoetnicheskih-gosudarstv-srednej-azii-zavershaetsya/

Вчера погиб Егор Просвирнин, бывший редактор "Спутника и Погрома".

Я работал с ним, он исправно платил мне зарплату, а я посмеивался над его горячностью и любовью к красному словцу. Я знакомился с товарищами по редакции, не зная, что потом буду писать с ними рассказа и комиксы, я морщился, читаю огненные, излишне воинственные речи Просвирнина, а когда СиП кончился, я с сожалением пожал плечами и сказал себе: "Ну да, надо было мягче". И зажил себе мещанином.

А потом я десятки раз слышал, как юноши цитируют мне Егора, цитируют с ошибками и дополнениями — а значит, цитируют, обдумав. И я снова немного морщился от воинственности и огня, но в глубине души был доволен. Каждый должен мечтать о завоеванном царстве, и красивый, грубоватый и напористый язык для этой мечты целому поколению дал Егор Просвирнин. Я искренне начинал верить в то, что у Егора большое будущее — если он так захватил людей, что я слышу его эхо в голосах горячих школьников, то что же он сделает к 50 годам? Мне было интересно.

А вчера он умер. И мир стал скучнее.

https://republic.ru/posts/102740

Почитайте прекрасный некролог Олега Кашина и вспомните Егора добрым словом. Такие люди рождаются редко, а умирают громко.

Новороссия скорбит по одному из своих идеологов: сегодня погиб Егор Просвирнин

Сегодня на 36 году жизни погиб основатель журнала «Спутник и Погром», Егор Просвирнин. Журнал этот запрещен на территории Российской Федерации и был запрещенным на территории ДНР в течении нескольких часов — его разблокировка является, пожалуй, главным примером различием воюющего Донбасса от более мирной России. Донбасс помнил человека, создавшего среду, давшую Новороссии одного из наиболее эффективных гуманитарщиков, сотни бойцов и именной БТР.

Читать на сайте

Владислав Угольный специально для @vvs_svet — русского регионального медиа на Донбассе

Это тебе спасибо, Егор, за всё! Никогда не забуду, когда я сидел в пыточной колонии по поганой 282 статье и получил от тебя огромный денежный перевод, который помог мне выжить и по-человечески прожить до освобождения. Ты был благородным русским человеком!

Не время скорбеть

Каждый раз, когда умирает кто-то значимый для русских людей я вижу одну и ту же картину - шок, грусть, скорбь и пустота заполняют всё вокруг, от медиапространства, до улиц городов. И в этой пустоте пируют звери - враги русских, что только и ждут дня, когда мы замолчим, остановимся, понурим головы. Они заполняют ту пустоту, которую оставляет скорбь, пируя на костях мертвецов.

Мертвые счастливее нас. Мертвые никуда не бегут и не торопятся. У мертвых впереди вечность.

У нас же, русских, нет права на скорбь, тишину и покойную грусть. Каждый день, каждый час, каждая минута тишины от русских - это время триумфа наших врагов.

Хотите почтить усопших - будьте лучше своих мертвецов. Делайте больше, двигайтесь дальше. Пишите, творите, любите, ненавидьте, воюйте - только не замирайте в скорбном молчании.

У нас будет время почтить память ушедших - но только после исполнения русского народного танца на могилах врагов. А до тех пор - не время скорбеть

Дагестанский спортсмен вступил в неравную борьбу с харамом, но несмотря на то, что Аллах забрал все силы, продолжает показывать пример, что спортом нужно заниматься всегда. Метро Люблино работаем💪

«Уезжайте в свою Россию!»Половина граждан Киргизии свободно владеет русским. Почему их объявили угрозой для страны?


Политический климат Киргизии крайне нестабилен. Поэтому нынешние власти используют любые средства, чтобы укрепить свои позиции, в том числе играя на национальных чувствах избирателей. Недавно в стране подготовили законопроект, ограничивающий использование русского языка в публичной сфере. И произошло это почти сразу после серии нападений на русскоязычных граждан. При этом президент Киргизии Садыр Жапаров продолжает выступать за сохранение русского языка и культуры, а общественность требует создать новые русские классы в школах. О причинах таких политических парадоксов, угрозах для русскоязычного населения Киргизии и о том, к чему приведет вытеснение русского языка, — в материале «Ленты.ру».

Вчера не стало Егора Просвирнина, главного редактора журнала Спутник и Погром и канала Царь ТВ.

Талант Егора, его пламенные тексты, проложили для сотен и тысяч людей дорогу к русской идентичности.
Быть добрыми русскими людьми для нас также естественно как дышать, этому нас научил СиП и его основатель.

Оглядываясь назад мы не будем вспоминать глупые ссоры и нелепые конфликты, что было, то прошло.

Русское клубное движение обязано Егору своим существованием, вряд-ли бы мы встретились, если бы все не читали тогда Спутник, как и множество прекрасных проектов русских людей сегодня.

Все мы пишем и вспоминаем о нём, продолжаем русское дело каждый день.

Когда-то давно, Егор практически в одиночку вытянул русское движение из маргинального поля, создавая фундамент для новой русской Интелегенциии.

Теперь мы не одни, нас много и будет больше, спасибо тебе за это. Память о тебе не умрёт.

ОФИЦИАЛЬНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ О СМЕРТИ ЕГОРА ПРОСВИРНИНА

Как мы и обещали, с тяжёлым сердцем рассказываем подробности гибели нашего главного редактора и великого русского Егора Просвирнина. Информация может и будет дополняться.

Последнюю неделю Егор болел, страдал бессонницей и находился в сумрачном состоянии духа. Однако ни о каком суициде не было и речи. Несмотря на отказ нашей платёжной системы и массу других рабочих проблем, главный редактор не планировал капитуляций ни в каком виде, а планы на следующий год были поистине масштабными, если не грандиозными. Более того, Егор написал яростное новогоднее обращение к русским (будет опубликовано на наших ресурсах). Так что о сознательном или запланированном уходе из жизни говорить не приходится.

Так что же именно произошло 27 декабря? Егор решил заглушить физическую боль и экзистенциальную тоску алкоголем, как это делают почти все из нас в такие минуты. Пускай и почти все из нас знают, что так делать нельзя. В районе 12 часов дня произошла обычная бытовая ссора с супругой. Марина Просвирнина покинула квартиру в районе 15 часов дня, а Егор заперся изнутри. Ещё через полтора часа Марине позвонил арендодатель и сообщил, что под балконом на Тверском бульваре лежит тело мужчины. Марина вместе с матерью Егора Викторией Викторовной тут же приехали на место. К нашему общему ужасу оказалось, что погибший — Егор Просвирнин.

Могло ли это быть убийством? Вся имеющаяся у нас информация указывает на то, что нет. Дверь в квартиру была заперта на щеколду, а полиция проникла в неё через балкон. Несмотря на хаос и погром внутри, никаких свидетельств борьбы или насилия обнаружено не было. Во время осмотра места происшествия и изъятия техники в квартире присутствовал наш адвокат. Он также не обнаружил следов уголовного преступления. Так что вся конспирология по поводу смерти Егора на данный момент абсолютно безосновательна.

Был ли это осознанный суицид? «Предсмертная записка», появившаяся в сети почти сразу же после новости о смерти, чистый фейк. Более того, в квартире Егора к настоящему моменту также не было обнаружено никаких предсмертных записок. Ни полицией, ни адвокатом, ни родными и близкими Егора. Так что не верьте в эту пошлую чушь. Покойник бы в такую дешёвку точно не поверил. Если мы вдруг и найдём настоящую предсмертную записку, то немедленно опубликуем здесь. Но вероятность этого крайне мала.

Что же на самом деле произошло с Егором Просвирниным? Все известные нам обстоятельства его смерти говорят о том, что это был несчастный, трагический, чудовищный случай. Егор не планировал кончать жизнь самоубийством, а его смертельный полёт с четвёртого этажа дома на Тверской — это страшная, но случайность.

Теперь же нам необходимо достойно проводить великого русского человека в последний путь. Как он того действительно заслуживает.

Пожертвовать на похороны Егора можно и нужно на карту его мамы Виктории Викторовны: 4274 2780 1229 1202.

Автор иллюстрации: Мария Константиновна Крылова