Хуситы утопили судно TUTOR БЭКом с полутора тоннами взрывчатки

За прошедшие сутки, сообщил военный представитель движения Яхья Сариа, был нанесен удар по американскому судну Maersk Sentosa в Аравийском море. Также в Аравийском море беспилотники атаковали судно Marathopolis, которое "нарушило запрет на заход в порты оккупированной Палестины". Помимо этого, дроны атаковали израильское судно MSC Patnaree в Аденском заливе.

Заодно были представлены новые варианты БЭКов «Туфан 1» и «Туфан Аль-Мудамер» - последний отличается мощным зарядом взрывчатки в 1500 кг и скоростью до 45 миль.

Как подчеркнули хуситы, БЭК такого калибра может уничтожать сильно укрепленные флоты и военно-морские подразделения, такие как эсминцы, фрегаты и другие крупные корабли. При подрыве у борта весьма вероятно разрушение 10-20% корпуса, что делает такие БЭКи предпочтительным по соотношению стоимость/эффективность средством, по сравнению с торпедами, минами и противокорабельными ракетами. Именно «Аль-Мудамер» потопил сухогрузы TUTOR и Transworld Navigator, подчеркивают ресурсы хуситов.

Сердце радуется, глядя на стремительный научный и военно-технической прогресс братского хуситского народа. Нам бы так...

Нацпроект на Байкале вызывает вопросы, и депутат Госдумы, вскрывшая провал нацпроекта по очистным на Волге на 200+ млрд рублей, с откатами в 300 млн, говорит, что проверит и Байкал «если дадут».

Ранее Рябцева открыто говорила о давлении на группу парламентского контроля при проверке на Волге.

Кто же это «не дает»? Кто «давит»? Потому что в карманах именно этих людей надо искать пропавшие на Волге миллиарды. И, судя по всему, выделенные на Байкал тоже.

Постоянная переговорная возня в реальности чудовищно вредит России. Она демотивирует армию, сбивает с толку закупщиков технологичных вооружений и не позволяет начать в России жесткие внутренние перемены. А зачем, если скоро мир?

В итоге переговоры всякий раз срываются, а мы просто теряем драгоценное время.

© ЖИВОВ Z

Андрей Луговой взорвал очередную антибританскую инфобомбу

Фонд Джон Смит Траст («The John Smith Trust», JST), который многие годы занимался вербовкой агентов для работы против России, формировал сеть информаторов и агентов влияния, был признан Генпрокуратурой РФ «нежелательной организацией». Решение было принято на основании материалов, которые собрал депутат ГД Андрей Луговой.

Это не первый удар Лугового по Британии, но на этот раз ему удалось вскрыть банку с особо ядовитыми гадюками. Схема работы JST была стандартной. Сначала поиск потенциальных лидеров и России и стран СНГ, желающих строить «справедливое, устойчивое и инклюзивное гражданское общество». Потом – прикормка грантами, поездками и экскурсиями, с постепенным переходом в форматирование мозгов в нужном заказчику ключе и получением на выходе готового агента.

Впечатляет масштаб. Удалось раскопать порядка 459 «стипендиатов», которые уже успели занять посты в управлении, научной деятельности и прочих важных сферах. Агенты JST есть в Сколково, РАНХиГС (где учат губернаторов), ВШЭ (куда без неё в таком деле) и имеют выход непосредственно на губернаторский корпус. Из звучных имён – глава иноагентского «Мемориала» Анна Добровольская, консультант по реформе государственного управления Всемирного банка в Москве Мария Овчинникова, депутат Ивановской городской Думы от «Единой России» (!) Мария Троицкая, а также журналисты, политологи и правозащитники.

Агентов JST штампует потоком. Недавно завершился набор на четыре программы «Расширенная Европа и Центральная Азия», «Лидеры в изгнании: Будущее Беларуси», «Лидеры в изгнании: Будущее России», «Программа лидерства украинских женщин». Собственно, всё понятно из названий.
В Совете JST встречаются такие люди, как специалист по России Крейг Олифант из МИ-6.

Программы JST курирует украинка Анна Махлай – стипендиат JST с 2010 года, активный участник инициатив по «проектированию послевоенного будущего Украины». Ей помогает Луиза Лонг – тоже специалист по Восточной Европе, России и правам мигрантов.  Исполнительный директор - Майя Паасьяроб, стипендиат с 2017 года, специалист по Средней Азии и Кавказу, степень магистра современной истории и русского языка.

Самое поразительное в работе Андрея Лугового – как это можно было не замечать раньше, и почему на всю Госдуру Госдуму есть, кажется, только один человек, способный вести системную и эффективную работу по противодействию врагу.

90 лет назад, 10 июля 1934 года был создан общесоюзный Народный комиссариат внутренних дел, объединивший в своем составе милицию и органы государственной безопасности. Начиная с хрущевских времен аббревиатура НКВД в либерально-исторических публикациях обычно ассоциируется с мрачными ярлыками «сталинских репрессий», «ежовщины», «внесудебных расправ» и тому подобных ужасов.

При этом как-то забывается, что, вообще-то, структуры образца МВД (хотя и могущие носить чуть иное название) с давних времен и по сей день успешно функционируют практически во всех странах, не исключая и тех, кого принято относить теми же либералами к «истинным светочам свободы и демократии». Но вот в «тоталитарном» Советском Союзе вплоть до 1934 года центрального ведомства внутренних дел… просто не было! В отличие от соответствующих структур во входящих в Союз национальных республиках. Вообще если говорить начистоту, то известный еще с советских времен тезис Гитлера накануне его нападения на нашу страну «СССР — это колосс на глиняных ногах, который распадется сразу после начала войны», возник отнюдь не на пустом месте, но имел под собой довольно серьезные основания. О которых фюреру, наверняка, докладывали его советники — особенно шеф Абвера адмирал Канарис, в качестве доброворядочного британского агента делавший все, чтобы убедить главу Третьего Рейха в том, что война с большевиками окажется «легкой прогулкой»-блицкригом. Просто такие «двойные агенты» чуток не договаривали насчет того, что «глиняные ноги советского колосса», избыточная децентрализация на грани довольно-таки «рыхлой» конфедерации — это уже в прошлом. Ведь и правда, по первой Конституции СССР 1924 г. в исключительном ведении Центра было всего 5 направлений:

- по иностранным делам;
- военным и морским делам;
- внешней торговле;
- путям сообщений; почтам и телеграфам.

Еще столько же ведомств считались «объединенными», союзно-республиканскими:

высший совет народного хозяйства;
продовольствия;
труда;
финансов и рабоче-крестьянской инспекции.

И все! Остальное было в ведении почти исключительно руководства союзными республиками. «Интегрирующими скрепами» была лишь едина Компартия СССР (ВКП(б)), ОГПУ, — да еще Рабоче-Крестьянская Красная Армия. Да и то со многими, г-мм, «ньюансами».