«Сергей Котов» — новый патрульный корабль (корвет) Черноморского флота, он вошел в его состав летом 2022 года. «Сергей Котов» был заложен 8 мая 2016 года в Керчи. Он стал четвертым кораблем проекта 22160. «Российская газета» писала, что он вошел в состав соединения охраны водного района Новороссийской военно-морской базы Черноморского флота.

Патрульные корабли проекта 22160 имеют водоизмещение 1700 т, экипаж таких кораблей — около 80 человек. В качестве штатного вооружения корветы оснащают 76-мм артиллерийской установкой, зенитно-ракетным комплексом и пулеметами. «Василий Быков» — головной корабль серии.

«В 71-ю годовщину со дня кончины И. В. Сталина партия обратилась в Генеральную прокуратуру РФ и ФСБ с просьбой проверить возможную причастность западных спецслужб к смерти Иосифа Виссарионовича Сталина, так как очень многие свидетельства современников Сталина говорят о возможном отравлении вождя советских народов агентами влияния запада», — отметил Малинкович.

«Совсем недавно США использовали свои F-35 для обнаружения и идентификации объектов зенитно-ракетных комплексов российских подразделений на Украине. Эта информация впоследствии передается странам НАТО», – сказал министр, выступая в парламенте в конце февраля.

Так это было: четверть века
Призывом к бою и труду
Звучало имя человека
Со словом Родина в ряду...

...Кому пенять! Страна, держава
В суровых буднях трудовых
Ту славу имени держала
На вышках строек мировых.

И русских воинов отвага
Ее от волжских берегов
Несла до черных стен рейхстага
На жарком темени стволов…

…Не мы ль, сыны, на подвиг дерзкий,
На жертвы призванной земли,
То имя — знамя в нашем сердце
По пятилеткам пронесли?

И знали мы в трудах похода,
Что были знамени верны
Не мы одни,
Но цвет народа,
Но честь и разум всей страны.

Мы звали — станем ли лукавить?-
Его отцом в стране — семье.
Тут ни убавить,
Ни прибавить, —
Так это было на земле.

То был отец, чье только слово,
Чьей только брови малый знак —
Закон.
Исполни долг суровый —
И что не так,
Скажи, что так…

…Но в испытаньях нашей доли
Была, однако, дорога
Та непреклонность отчей воли,
С какою мы на ратном поле
В час горький встретили врага…

И под Москвой, и на Урале —
В труде, лишеньях и борьбе —
Мы этой воле доверяли
Никак не меньше, чем себе.

Мы с нею шли, чтоб мир избавить,
Чтоб жизнь от смерти отстоять.
Тут ни убавить,
Ни прибавить, —
Ты помнишь все, Отчизна-мать.

Ему, кто все, казалось, ведал,
Наметив курс грядущим дням,
Мы все обязаны победой,
Как ею он обязан нам…

Безмолвным строем в день утраты
Вступали мы в Колонный зал,
Тот самый зал, где он когда — то
У гроба Ленина стоял.

Стоял поникший и спокойный
С рукою правой на груди.
А эти годы, стройки, войны —
Все это было впереди;

Все эти даты, вехи, сроки,
Что нашу метили судьбу,
И этот день, такой далекий,
Как видеть нам его в гробу.

В минуты памятные эти —
На тризне грозного отца —
Мы стали полностью в ответе
За все на свете —
До конца.

© Александр Твардовский