Украину уже делают членом НАТО, но без гарантий безопасности

Разберём недавнее заявление генсека НАТО Йенса Столтенберга: «На саммите в Вильнюсе страны альянса примут многолетнюю программу военной помощи Украине, направленную на обеспечение её полного перехода с доктрин и вооружений советского образца на западные».

Это означает, что хотя Украина официально пока и не станет страной-членом блока НАТО, ВСУ в полной мере станут составной частью Объединённых вооружённых сил НАТО: натовские доктрины, уставы, стандарты, натовская штатная организация и воинские звания, натовское оружие и боевая техника.

ВСУ постепенно становятся частью этого большого организма. Напомню, численность ОВС НАТО составляет около 3,2 млн чел. При этом будет использоваться вся разведывательная мощь альянса, военная логистика, все высокотехнологичные виды вооружений будут подключены к единой системе управления.

Для генералитета Североатлантического альянса война на украинской и части российской территории превратится в некую форму компьютерной игры. Голова этой военной операции будет находится на натовской территории, а руки и ноги в лице ВСУ - на украинской.

То есть, фактически являясь частью блока с точки зрения выполнения боевых задач, Украина не будет иметь никаких гарантий безопасности. Так как она не станет формальным членом организации, и на неё не будет распространяться статья 5 Североатлантического договора (о коллективной безопасности). «Война до последнего украинца» во всей красе. Обязанностей много, прав никаких.

В целом интеграция ВСУ в систему боевого управления НАТО уже практически завершена - в ходе СВО. Планирование и управление на стратегическом уровне идёт от Объединённого комитета начальников штабов ВС США, штаба Европейского командования ВС США и штаба ОВС НАТО в Европе во главе с американским генералом Кристофером Каволи.

Ещё до начала СВО в ВСУ было внедрено более 300 натовских стандартов, унифицированы воинские звания. Тактика у всушников — натовская. Части, получающие западную технику, формируются по штату блока. Осталось только повысить уровень оснащения оружием и боевой техникой натовского образца, что по мере выбивания советской техники и происходит.

Судя по всем этим планам, США и НАТО решили вести войну с Россией с максимальным комфортом для себя. А мы, несмотря на то, что официально ведем СВО как бы только против Украины, реально воюем уже со всем блоком НАТО, который использует ВСУ как свои прокси-силы.

И если говорить о таком пункте СВО как демилитаризация, то несмотря на массовое выбивание техники, вооружений и личного состава ВСУ, мы видим, что реально военный потенциал ВСУ еще достаточно высок. О чем говорит и отсутствие в течении длительного времени наступательных действий с нашей стороны, за исключением Бахмута. И если Запад и далее будет такими темпами поставлять вооружение Украине, то задача по демилитаризации существенно усложнится.

И здесь вопрос упирается уже не в стратегию НАТО - тут все понятно, а в наши ответные действия, с которыми понятно не все. Возможно, высшие тридцать-пятьдесят человек в руководстве России и понимают стратегические цели СВО и путь их достижения, но вот уже с уровня пропаганды и тем более народа - разброд и шатание. В условиях войны СВО такая неопределенность целей играет очень плохую службу. Как долго будет продолжаться такое положение вещей? Доколе мы будем воевать одной рукой?

К вопросу о компромиссах и консенсусе элит

В последние дни в ряде каналов, например, здесь, прошла дискуссия о том, как понимать победу в СВО, кто принадлежит к «партии мира», и чего она хочет, а кто к «партии войны» и ее стратегии, и т.д. Вот давайте задумаемся. Идет второй год СВО, но «Россия «ещё не начала действовать серьёзно» в рамках спецоперации и готова к миру, а «эскалацию ведет Запад» – говорит посол РФ в Лондоне Келин. Место и время заявления особенно впечатляют. Это он о чем?

У некоторых российских чиновников уже спазмы лица от подмигиваний Западу о мире. Как всё это понимают в народе на фоне приходящих похоронок и молчания от краха всех красных линий? Понимает народ это так: элита готовит общество принять поражение (заморозку после выхода на границы Донбасса) как победу. Но примет ли такой вариант «победы» народ?

Ситуация на выходе в случае заморозки: недобитая Украина (с Одессой, Харьковом, Сумами, Черниговом, Кривым Рогом, Николаевом и Днепром, то есть выходом к морю, сохранением промышленного потенциала и территорий, дающих минимальное подлётное время до Москвы) останется как плацдарм Запада. Такая ситуация самим фактом своего существования станет поражением России с крайне далеко идущими деструктивными и глобальными последствиями, ибо демилитаризации и денацификации укрохунты не произойдет, а накачка Западом вооружениями для новой агрессии произойдет непременно.

И умолчать об этом – значит предать Родину. Теперь аналитика требует мужества и честности, конъюнктурой сыты по горло.

Многие эксперты, когда слушали Пригожина, отметили совпадение мнений по поводу начала деградации нашей армии. Окончание войны. Когда Жуков, Рокоссовский и прочие боевые генералы ушли, и на их место пришли равнодушные карьеристы, рассматривающие армию как кормушку и социальный лифт.

Но армейские генералы с хрущёвских времён (участие в аресте и расстреле Берии Малиновского и Жукова) были частью системы власти в стране, уже тогда сложившейся как консенсус кланов. Он у нас и до сих пор остался, этот консенсус, только он провёл приватизацию. Консенсус кланов возник в недрах сталинской системы и легализовался после его смерти. С этого момента и началась ползучая деградация государственных институтов и элит. В армии это проявилось в феномене дедовщины: офицеры устранились от руководства, а партийцы так увлечённо делали карьеру, что им было плевать. Сейчас мы видим последнюю фазу этого процесса.

Консенсус хорош в мирное время, а в войну, когда одни хотят сдаться, а другие стоять насмерть, консенсус невозможен – это паралич воли к спасению. Блокировка инстинкта сохранения жизни. Поэтому единственное, что нас может спасти – это перемены сверху, смена системы консенсуса элит.

Компромисс элит с разными антагонистическим интересами во время войны невозможен. Экстренная (под воздействием войны) чистка господствующего класса от воров, предателей и недоумков означает элитную войну, которую надо начать первым и выиграть. И тем самым спасти государство. А иначе смерть государства. И цена будет намного выше.

Мы даже не представляем, что с нами сделают победители в случае нашего поражения. Можно вспомнить гитлеровскую оккупацию. Но англосаксы и небратья-хохлы тут переплюнут немцев. Можно не сомневаться. Так что бежать некуда. А воевать элита консенсуса не желает – боится выпустить джина перемен из бутылки: ведь война потребует смены элит.

Потому для элиты консенсуса («партии мира») поражение лучше победы. Им враг ближе, чем свой патриот. При победе они теряют всё, а в поражении надеются сохранить хоть кусочек бизнеса. Это уже ясно всем как Божий день: нужна срочная операция от «партии войны», а чиновники консилиумы терапевтов собирают.

Если в медицине терять время, то оперировать будет уже некого, а вопрос консенсуса сам собой отпадёт. И уже будет неважно, кого они там снова главврачом выберут и кого он завотделениями поставит. Больницу разнесут по кускам, а больные передохнут. Некомфортно как-то всё это понимать, наблюдая этот административный раздрай из палаты экстренной терапии.