Мошенники убедили директора департамента Минфина Владимира Штопа перевести им 3,8 млн рублей ($50 тыс).

Какая-то непонятная история. Почитайте служебную биографию Штопа: всю жизнь связан с деньгами, и мошенников перевидал немало. А тут так опростоволосился.

Я еще понимаю – теща Пескова, далекая от финансовых махинаций женщина. Но Штоп? Это прямой путь к обвинению в финансовом пособничестве ВСУ. Даже при наличии последующего заявления в правоохранительные органы.

Дмитрий Анатольевич Медведев по мотивам происходящего вокруг УПЦ называет “Зеленского и его окружение” взбесившимися ублюдками и гнусной мразью, судить которую будут не только люди, но и Господь. И Дмитрий Анатольевич, безусловно, глубоко прав.

Но я имею вопрос.

Пятнадцать минут назад УПЦ опубликовала пресс-релиз с рассказом о том, как в Хмельницком “мужчина, переодетый в военную форму”, во время богослужения в кафедральном соборе напал на священника, вылил что-то на Евангелие и сорвал службу.

И далее УПЦ рассказывает, что вызвала полицию и сообщила в СБУ, а также отмечает, что “действия молодчика работают на российскую агрессию и раскалывают украинский народ”. Конец цитаты.

Александр Македонский, конечно, герой Владимир Зеленский, конечно, мразь. Но товарищи из УПЦ, которые посреди всего ныне происходящего жалуются в СБУ на российскую агрессию - они кто?

Польские фермеры начали выходить на протесты против поставок в страну дешевого украинского зерна. Да-да, это то самое зерно, которое должны были везти в беднейшие страны Африки, но оно почему-то заполонило рынок ЕС

А теперь о ситуации в Хмельницком во всём её головокружительном безумии:

1) утром какой-то дебил надел военную форму, пришел в кафедральный собор, начал потасовку с батюшкой и сбросил Евангелие с амвона,

2) батюшки оказали дебилу физическое сопротивление, а потом вызвали в полицию и стукнули в СБУ, пожаловавшись, что дебил вносит вклад в российскую агрессию и раскалывание украинского народа,

3) дебила задержали по статье о мелком хулиганстве,

4) мэр Хмельницкого заявил, что полицейских, которые задержали дебила, нужно уволить, и что у УПЦ в самые ближайшие дни отберут все участки в городе,

5) в УПЦ заявили, что к собору подошла толпа и начался штурм.

Всё немножко сложнее, чем “плохое СБУ против нашего УПЦ” - но, тем не менее, отлично видно, где здесь добро и где зло.

❗️Один человек погиб, шесть пострадали при взрыве в кафе в Петербурге.

ТАСС со ссылкой на экстренные службы

❗️Военкор Владлен Татарский, предположительно, погиб

(От Захара)

С Владленом Татарским виделись совсем недавно. Он заезжал в Луганск.

Наметили большие совместные проекты. Работа уже шла.
Отличный, смелый, яркий, остроумный парень.

Убит в Санкт-Петербурге. Погиб в результате теракта.
В родном городе действующего президента РФ.

Еще одни похороны. Пройдёт неделя-две, и опять затеется разговор (с нашей стороны) о готовности к переговорам. Давайте, мол, договоримся, добазаримся.

Они тем временем готовятся атаковать. Будут атаковать в числе прочего под Сватово.

Они убили Владлена для поднятия духа. Вот, мол, как мы можем. «Забрали Лавру, убили одного из самых знаменитых военкоров… А вы нам что?»

А мы им что?

Это вопрос.

Мы им что?

В заукраинских социальных сетях ликование. Наши неполживцы полезли в холодильник за шампанским.

Тошно.

С Владленом Татарским я был знаком шапочно, можно сказать, дежурно. Но бывало, что мы пересекались, работали в Донецке в одних и тех же местах, всегда было интересно понаблюдать: энергия через край, всегда в труде и в делах, но без видимого напряжения, с улыбкой, с шуткой, несмотря ни на что...

Борьба за Донбасс стала его делом задолго до того, как она стала общим делом нашей страны, его вклад огромен, неоценим. И этот вклад уже ничто не сотрет, не отменит.

Вечная память!

Фонтанка приводит показания свидетельницы взрыва:

«Было под 100 человек. Одна за столиком сидела некая Настя, говорит. я художница, хотела делать героику СВО, но это непросто. Поэтому я сделала ваш бюст пока только. Он в гардеробе. Идет туда, берет большую коробку, отдает ему, там что-то позолоченное. Он шутит — мол, надеюсь вы не сделали меня толстым. Говорит спасибо, ставит рядом. Она садится на свое место, проходит минуты три. Взрыв, хлопок, пламя, все бегут. «Настя», казалось, не ушла заранее».