Деконструкция логики Арестовича
Интервью Арестовича Еврорадио наделало много шума и взывало много обсуждений в околобеларусской экспертной среде. В частности, много критики досталось концепту реалполитик в отношении режима Лукашенко - мол, продолжим поддерживать отношения и торговать несмотря ни на что. При этом значительная часть аудитории встретила интервью позитивно - Арестович проявил максимально комплиментарную риторику из возможных по отношению к Беларуси и беларусам.
Но если оставить акценты за кадром и посмотреть на суть стратегического построения отношений с Беларусью со стороны Украины со слов Арестовича как представителя офиса Зеленского, то видно что это построение базируется на очень простом постулате: эскалация гражданского конфликта в Беларуси может с высокой степенью вероятности привести к гражданской войне, в которой неизвестно кто победит, но есть вероятность что победит что-то страшное и промосковское.
Лукашенко, конечно, тоже промосковский. Но он предсказуем в своей “многовекторности”, политика взаимных выгод и расторгов “и нашим и вашим” хоть и аморальна, но это не самый неблагоприятный для Украины вариант. Самый неблагоприятный - отсутствие поставок топлива (кстати, исходя из слов Арестовича поставки идут по сей день) и ввод беларусских войск в Украину.
В доказательство своих слов Арестович приводит социологию “треть-треть-треть” (почти как “три барака”).
Можно ли сказать что этот постулат изначально верный? И да, и нет.
В пользу верности данного рассуждения можно отнести тот факт что власть просто так никто не отдаст, а Россия уже один раз помогла в августе 20го устоять власти Лукашенко (хотя бы на уровне риторики, что значит немало), сейчас ставки гораздо выше. К тому же, степень влияния российского командования на беларусское оценивается как высокая. Единственная реальная альтернатива приказам из Кремля - это приказы самого Лукашенко. Ввод войск для подавления революции выглядит довольно реалистично в нынешних условиях.
С другой стороны есть тоже ряд аргументов. Во-первых, у России небесконечные войска, и в условиях завязки на Донбассе и обострения ситуации по периметру границы, войск может просто не хватить. Во-вторых, когда Арестович говорит “один батальон не победит двухсоттысячное войско”, он лукавит - никто не знает, станет ли это войско на защиту своего главкома, или аккуратно отойдёт в сторону или даже перейдёт на сторону этого батальона. Социология в формате “треть-треть-треть” тоже является упрощением и обрезанием существенных деталей. По последнему опросу мастерской Вардомацкого, 30% черпает информацию преимущественно из беларусского и российского телевизора. Сколько лет этим людям, насколько они физически и экономически активны? Насколько они мобилизуем? По попыткам в 20м году собирать митинги в пользу Лукашенко видно что эти люди слабомобилизуемы. Это ровно те же грабли, на которые сейчас наступает Путин - его народ любит родину по телевизору, но совершенно не хочет идти и подставляться под риск. В противовес этой трети, первая треть, хотя бы минимально, но рисковала и рискует. Даже в бездействии, факт “неправильного” ответа на вопросы социолога это уже определенный риск.
А что будет если переключить повестку по телевизору? Как будет выглядеть социология? Ответа на этот вопрос не знает никто.
В результате мы имеем уравнение с одними сплошными неизвестными. Кроме одного - просчитать возможности России реагировать силовыми методами на проблемы вокруг границ вполне реально. То, что у РФ не осталось боеспособных войск, т.к. все войска на Донбассе - больше похоже на пропаганду. Разведки соседей не спят, как только ослабление будет реальным - могут начаться интересные действия. Но вот то, что такое ослабление будет - это выглядит вполне реальным, учитывая объемы военной помощи со стороны США и ЕС в адрес Украины.
Интервью Арестовича Еврорадио наделало много шума и взывало много обсуждений в околобеларусской экспертной среде. В частности, много критики досталось концепту реалполитик в отношении режима Лукашенко - мол, продолжим поддерживать отношения и торговать несмотря ни на что. При этом значительная часть аудитории встретила интервью позитивно - Арестович проявил максимально комплиментарную риторику из возможных по отношению к Беларуси и беларусам.
Но если оставить акценты за кадром и посмотреть на суть стратегического построения отношений с Беларусью со стороны Украины со слов Арестовича как представителя офиса Зеленского, то видно что это построение базируется на очень простом постулате: эскалация гражданского конфликта в Беларуси может с высокой степенью вероятности привести к гражданской войне, в которой неизвестно кто победит, но есть вероятность что победит что-то страшное и промосковское.
Лукашенко, конечно, тоже промосковский. Но он предсказуем в своей “многовекторности”, политика взаимных выгод и расторгов “и нашим и вашим” хоть и аморальна, но это не самый неблагоприятный для Украины вариант. Самый неблагоприятный - отсутствие поставок топлива (кстати, исходя из слов Арестовича поставки идут по сей день) и ввод беларусских войск в Украину.
В доказательство своих слов Арестович приводит социологию “треть-треть-треть” (почти как “три барака”).
Можно ли сказать что этот постулат изначально верный? И да, и нет.
В пользу верности данного рассуждения можно отнести тот факт что власть просто так никто не отдаст, а Россия уже один раз помогла в августе 20го устоять власти Лукашенко (хотя бы на уровне риторики, что значит немало), сейчас ставки гораздо выше. К тому же, степень влияния российского командования на беларусское оценивается как высокая. Единственная реальная альтернатива приказам из Кремля - это приказы самого Лукашенко. Ввод войск для подавления революции выглядит довольно реалистично в нынешних условиях.
С другой стороны есть тоже ряд аргументов. Во-первых, у России небесконечные войска, и в условиях завязки на Донбассе и обострения ситуации по периметру границы, войск может просто не хватить. Во-вторых, когда Арестович говорит “один батальон не победит двухсоттысячное войско”, он лукавит - никто не знает, станет ли это войско на защиту своего главкома, или аккуратно отойдёт в сторону или даже перейдёт на сторону этого батальона. Социология в формате “треть-треть-треть” тоже является упрощением и обрезанием существенных деталей. По последнему опросу мастерской Вардомацкого, 30% черпает информацию преимущественно из беларусского и российского телевизора. Сколько лет этим людям, насколько они физически и экономически активны? Насколько они мобилизуем? По попыткам в 20м году собирать митинги в пользу Лукашенко видно что эти люди слабомобилизуемы. Это ровно те же грабли, на которые сейчас наступает Путин - его народ любит родину по телевизору, но совершенно не хочет идти и подставляться под риск. В противовес этой трети, первая треть, хотя бы минимально, но рисковала и рискует. Даже в бездействии, факт “неправильного” ответа на вопросы социолога это уже определенный риск.
А что будет если переключить повестку по телевизору? Как будет выглядеть социология? Ответа на этот вопрос не знает никто.
В результате мы имеем уравнение с одними сплошными неизвестными. Кроме одного - просчитать возможности России реагировать силовыми методами на проблемы вокруг границ вполне реально. То, что у РФ не осталось боеспособных войск, т.к. все войска на Донбассе - больше похоже на пропаганду. Разведки соседей не спят, как только ослабление будет реальным - могут начаться интересные действия. Но вот то, что такое ослабление будет - это выглядит вполне реальным, учитывая объемы военной помощи со стороны США и ЕС в адрес Украины.
И вот когда ситуация перевернётся - риторика и действия официального Киева в отношении Минска могут стать совершенно другими. Если Киев будет утруждать себя необходимостью действий в этом направлении, не стоит идеализировать стратегический гений украинского руководства. Фамилия президента там пока не Арестович. Но в Беларуси это будет чувствоваться всем, нынешняя закрутка гаек (хотя куда уже?) на политическом кладбище показывает что эти риски если пока не просчитываются математически, то вызывают тревогу на уровне ощущений.
Много написали про речь Путина на параде на 9 мая, много комментировали его внешний вид, тон и посыл. Но мало кто заметил одну важную деталь: Путин закончил речь словами “За Россию! За победу!”. Вроде бы обычный лозунг. Но уж очень он сильно пересекается с лозунгом проекта “Легион Свобода России” - “За Россию! За свободу!”.
Проект пока на 99% медийный, охват набрал не очень большой - около 66 тысяч подписчиков в телеграме. Несмотря на то что растёт довольно бодро, всё же не уровнь Путина - его уровень “планетарное мышление”. Ни разу Путин не пытался играть в противовес лозунгам Навального или любых других оппозиционных течений в России (в отличие от Лукашенко, идеологи которого придумали “За Беларусь” в противовес “Жыве Беларусь”). А здесь - прям чувствуется попытка перехвата. Что ж такого наделал этот легион, представляющий собой сообщество людей которые в основном бомбят протестные граффити и клеят стикеры, есть небольшой непонятной численности отряд в рядах ВСУ, а также зафиксировано несколько попыток кидаться молотовыми в райвоенкоматы в российских регионах?
Страх. У Путина, как и у любого авторитарного политика, умеющего быть арбитром и выстраивать иезуитскую систему, сработала чуйка. Потому что проигранная маленькая победоносная кампания обостряет внутриполитические процессы, и когда на политическую арену выходит стихийная, а потому слабоконтролируемая сила, пускай она и не перебьёт мнение зрителей телевизора, но такая сила может стать катализатором многих неприятных внутриполитических процессов. И эта сила - естественный союзник всего западного мира, который объединился вокруг помощи Украине в этой войне. А от Украины потребовалось всего ничего - слепить символ из непонятных ребят в масках, придумать легенду, подхватить символику. Остальное завертелось само - потому что есть почва, и есть запрос среди многих россиян на выход из этой абсолютно тупиковой ситуации для их страны.
Это понимают и в Минске. Под границы стягивают войска. В Беларуси уже есть телеграмеры миллионики, есть готовая база для протеста, которую постоянно пытаются проредить, выдавить за границу и закатать в асфальт. Но есть один аспект, который разнит ситуацию с российской - в России у власти есть более-менее понятная идеология и повестка, эта повестка транслируется через популярные медиа, бьёт в нерв, держит этой власти рейтинг. Поэтому главная угроза для Путина на данный - идеологическая альтернатива, т.к. такая альтернатива выбивает основную опору - телезрителя. Но в Беларуси опора текущей власти - не идеология, а силовики и Москва. Москва слабеет. Силовики ситуацию контролируют (в вопросах безопасности режима).
Но вот есть кейсы пожаров на военных объектах в России. Не единичные. Ловят террористов, ДРГ - не понятно, то ли они настоящие, то ли придуманные, но то что ДРГ действуют и наносят ущерб - факт, пускай и пока в точечном объёме. Но для Беларуси действия ДРГ будут иметь совершенно иной эффект - это демонстративный подрыв монополии на насилие, которая является главной опорой режима. Это может привести напрямую к брожению в рядах силовиков, ибо появляется новая сила, не символическая, а реальная, способная наносить ущерб имуществу и забирать жизни. С точки зрения дипломатии Украина относится к режиму в Минске по формуле realpolitic. Но хватает ли сильных ненавистников нынешнего режима в Украине? Хватает. Есть ли у них боевой опыт и подготовка? С каждым днём всё больше. Есть ли доступ к оружию? В Украине сейчас оружия навалом. В такой ситуации когда первые группы пересекут границу - лишь вопрос времени. Потому вся граница на максимально жёстком из возможного замке, со всех сторон (кроме РФ). Поэтому принимаются поправки к УК, где сам факт намерения осуществлять деятельность характерную для ДРГ признаётся расстрельной статьёй.
А ведь ещё можно проанализировать формулировки ленд-лиза.
Проект пока на 99% медийный, охват набрал не очень большой - около 66 тысяч подписчиков в телеграме. Несмотря на то что растёт довольно бодро, всё же не уровнь Путина - его уровень “планетарное мышление”. Ни разу Путин не пытался играть в противовес лозунгам Навального или любых других оппозиционных течений в России (в отличие от Лукашенко, идеологи которого придумали “За Беларусь” в противовес “Жыве Беларусь”). А здесь - прям чувствуется попытка перехвата. Что ж такого наделал этот легион, представляющий собой сообщество людей которые в основном бомбят протестные граффити и клеят стикеры, есть небольшой непонятной численности отряд в рядах ВСУ, а также зафиксировано несколько попыток кидаться молотовыми в райвоенкоматы в российских регионах?
Страх. У Путина, как и у любого авторитарного политика, умеющего быть арбитром и выстраивать иезуитскую систему, сработала чуйка. Потому что проигранная маленькая победоносная кампания обостряет внутриполитические процессы, и когда на политическую арену выходит стихийная, а потому слабоконтролируемая сила, пускай она и не перебьёт мнение зрителей телевизора, но такая сила может стать катализатором многих неприятных внутриполитических процессов. И эта сила - естественный союзник всего западного мира, который объединился вокруг помощи Украине в этой войне. А от Украины потребовалось всего ничего - слепить символ из непонятных ребят в масках, придумать легенду, подхватить символику. Остальное завертелось само - потому что есть почва, и есть запрос среди многих россиян на выход из этой абсолютно тупиковой ситуации для их страны.
Это понимают и в Минске. Под границы стягивают войска. В Беларуси уже есть телеграмеры миллионики, есть готовая база для протеста, которую постоянно пытаются проредить, выдавить за границу и закатать в асфальт. Но есть один аспект, который разнит ситуацию с российской - в России у власти есть более-менее понятная идеология и повестка, эта повестка транслируется через популярные медиа, бьёт в нерв, держит этой власти рейтинг. Поэтому главная угроза для Путина на данный - идеологическая альтернатива, т.к. такая альтернатива выбивает основную опору - телезрителя. Но в Беларуси опора текущей власти - не идеология, а силовики и Москва. Москва слабеет. Силовики ситуацию контролируют (в вопросах безопасности режима).
Но вот есть кейсы пожаров на военных объектах в России. Не единичные. Ловят террористов, ДРГ - не понятно, то ли они настоящие, то ли придуманные, но то что ДРГ действуют и наносят ущерб - факт, пускай и пока в точечном объёме. Но для Беларуси действия ДРГ будут иметь совершенно иной эффект - это демонстративный подрыв монополии на насилие, которая является главной опорой режима. Это может привести напрямую к брожению в рядах силовиков, ибо появляется новая сила, не символическая, а реальная, способная наносить ущерб имуществу и забирать жизни. С точки зрения дипломатии Украина относится к режиму в Минске по формуле realpolitic. Но хватает ли сильных ненавистников нынешнего режима в Украине? Хватает. Есть ли у них боевой опыт и подготовка? С каждым днём всё больше. Есть ли доступ к оружию? В Украине сейчас оружия навалом. В такой ситуации когда первые группы пересекут границу - лишь вопрос времени. Потому вся граница на максимально жёстком из возможного замке, со всех сторон (кроме РФ). Поэтому принимаются поправки к УК, где сам факт намерения осуществлять деятельность характерную для ДРГ признаётся расстрельной статьёй.
А ведь ещё можно проанализировать формулировки ленд-лиза.
И подумать, например, что если сценарий “зеленых человечков” будет опробован на приграничных районах, где моментально возникнет правительство, а по закону о ленд-лизе этому правительству официально можно будет гнать вооружения как и Украине? Это пока, на наш взгляд, скорее очень гипотетический сценарий. Но тем не менее ВС РБ дежурят на границе, в Кремль полетел запрос на новую технику для военных, а рыбакам пока лучше выбирать другие места ловли, нежели богатые рыбой полноводные Сож и Днепр в местах где другой берег - украинский.
Про Украину - отдельно. Пока вот вам хороший дайджест украинской повестки: https://t.me/calendar_stop_war/158
Про Украину - отдельно. Пока вот вам хороший дайджест украинской повестки: https://t.me/calendar_stop_war/158
Telegram
Відлік: календар закінчення війни
Рубрика #питання_відповідь від наших підписників:
- лукашенко нападе на Україну?
- гіпотетично це вже малоймовірно, практично - ні.
Перш за все потрібно нагадати, що існує білорусь лукашенка та армія лукашенка, а існує свободолюбивий братський білоруський…
- лукашенко нападе на Україну?
- гіпотетично це вже малоймовірно, практично - ні.
Перш за все потрібно нагадати, що існує білорусь лукашенка та армія лукашенка, а існує свободолюбивий братський білоруський…
0. Нарратив
Белорусский порядок немного реанимировал застывшую в воронке из шелухи повестку, через обозначение тезиса что нарратив, т.е. целостный взгляд на историю, наше место в ней и будущие пути постепенно разваливается. Это весьма правильное замечание. Даже нарратив 2020го был локальной историей на коротком историческом отрезке, вне регионального контекста, несмотря на свою понятность и простоту изъяснения. Но теперь история продолжается, а на старую колею тяжело налазят новые события во всей их сложности и многогранности, что выливается в бесконечные попытки так или иначе оценить деятельность тех или иных сил, принятых решений, гипотетических вариантов развития событий.
Сложился даже интересный и удобный всем сторонам консенсус - что если бы в 20 году демократические силы победили, то у нас “было бы как в Украине”. Этот тезис в равной степени транслируют как власть и её охранители, так и противоположная сторона. Для власти - это способ оправдать себя в стиле Ярузельского “если бы мы не подавили протесты, то это сделала бы Москва”. Для её противников - это способ оправдывать неуспех “даже если бы победили, то пришла бы Москва и победила бы нас, мы ничего не можем сами без краха режима в России”. Но верен ли изначальный тезис? Никто не знает. Но факт что 9 августа у границ Беларуси не стояло стотысячной группировки войск РФ. На сбор такой группировки в марте 21го (до встречи Путина с Байденом) и в январе-феврале 2022 ушло не менее месяца. Это значит что появись 9 или даже 16 августа в Беларуси другая власть, то на следующий день могла приехать максимум росгвардия. А что было бы дальше - это уже поле исторической альтернативы в стиле фэнтези. (Всё же, будучи объективными, стоит сказать что вероятность силовых столкновений на уровне военных/полицейских была бы весьма далека от нуля).
Вернемся к нарративу. Из всех политических сил есть лишь два политика, которые транслируют свою картину мира более-менее последовательно: Лукашенко и Позняк. Речь идёт именно о картине мира, притом у Зенона Станиславовича картина мира гораздо четче - ему не было нужды подстраиваться под внешнеполитическую конъюнктуру. Не будем детально останавливаться о картине мира Лукашенко, пару слов скажем про картину мира позняковскую: она позволяет объяснить всё и довольно просто, в этом её преимущество. Недостаток - она сама по себе весьма напоминает миф, про злую-презлую империю которая существовала веками, и про маленький народ который последние лет 400 от этой империи страдает и не может от её цепких лап вырваться. Миф сам по себе может и не плох, т.к. на базовом уровне довольно легко усваивается, что хорошо видно на примере Украины, где на широкие массы разошлись байки о финно-уграх (как будто Финляндия от этого становится плохим государством), о “рабских генах” (как будто нет в огромном количестве этнических россиян на стороне Украины, равно как и этнических украинцев на стороне России) и т.п. Плохо в мифе то, что если брать его как базу для выстраивания практических шагов, он в любой момент может начать сыпаться, т.к. в нём вообще нет места для real politic, это чистый идеализм, а значит взявшего его на вооружение кругом будут ждать грабли, грабли, и ещё раз грабли. Что, в общем, и случилось с политической карьерой Зенона Станиславовича.
В любом случае у нас не стоит задачи в очередной раз плюнуть в сторону ветерана национального движения, напротив, пожелаем ему здоровья и политического долголетия. И его трансляцию картины мира точно не стоит выбрасывать в мусорку, хотя бы как барометр понимания тех или иных действий с точки зрения национального мифа.
Белорусский порядок немного реанимировал застывшую в воронке из шелухи повестку, через обозначение тезиса что нарратив, т.е. целостный взгляд на историю, наше место в ней и будущие пути постепенно разваливается. Это весьма правильное замечание. Даже нарратив 2020го был локальной историей на коротком историческом отрезке, вне регионального контекста, несмотря на свою понятность и простоту изъяснения. Но теперь история продолжается, а на старую колею тяжело налазят новые события во всей их сложности и многогранности, что выливается в бесконечные попытки так или иначе оценить деятельность тех или иных сил, принятых решений, гипотетических вариантов развития событий.
Сложился даже интересный и удобный всем сторонам консенсус - что если бы в 20 году демократические силы победили, то у нас “было бы как в Украине”. Этот тезис в равной степени транслируют как власть и её охранители, так и противоположная сторона. Для власти - это способ оправдать себя в стиле Ярузельского “если бы мы не подавили протесты, то это сделала бы Москва”. Для её противников - это способ оправдывать неуспех “даже если бы победили, то пришла бы Москва и победила бы нас, мы ничего не можем сами без краха режима в России”. Но верен ли изначальный тезис? Никто не знает. Но факт что 9 августа у границ Беларуси не стояло стотысячной группировки войск РФ. На сбор такой группировки в марте 21го (до встречи Путина с Байденом) и в январе-феврале 2022 ушло не менее месяца. Это значит что появись 9 или даже 16 августа в Беларуси другая власть, то на следующий день могла приехать максимум росгвардия. А что было бы дальше - это уже поле исторической альтернативы в стиле фэнтези. (Всё же, будучи объективными, стоит сказать что вероятность силовых столкновений на уровне военных/полицейских была бы весьма далека от нуля).
Вернемся к нарративу. Из всех политических сил есть лишь два политика, которые транслируют свою картину мира более-менее последовательно: Лукашенко и Позняк. Речь идёт именно о картине мира, притом у Зенона Станиславовича картина мира гораздо четче - ему не было нужды подстраиваться под внешнеполитическую конъюнктуру. Не будем детально останавливаться о картине мира Лукашенко, пару слов скажем про картину мира позняковскую: она позволяет объяснить всё и довольно просто, в этом её преимущество. Недостаток - она сама по себе весьма напоминает миф, про злую-презлую империю которая существовала веками, и про маленький народ который последние лет 400 от этой империи страдает и не может от её цепких лап вырваться. Миф сам по себе может и не плох, т.к. на базовом уровне довольно легко усваивается, что хорошо видно на примере Украины, где на широкие массы разошлись байки о финно-уграх (как будто Финляндия от этого становится плохим государством), о “рабских генах” (как будто нет в огромном количестве этнических россиян на стороне Украины, равно как и этнических украинцев на стороне России) и т.п. Плохо в мифе то, что если брать его как базу для выстраивания практических шагов, он в любой момент может начать сыпаться, т.к. в нём вообще нет места для real politic, это чистый идеализм, а значит взявшего его на вооружение кругом будут ждать грабли, грабли, и ещё раз грабли. Что, в общем, и случилось с политической карьерой Зенона Станиславовича.
В любом случае у нас не стоит задачи в очередной раз плюнуть в сторону ветерана национального движения, напротив, пожелаем ему здоровья и политического долголетия. И его трансляцию картины мира точно не стоит выбрасывать в мусорку, хотя бы как барометр понимания тех или иных действий с точки зрения национального мифа.
Но вместе с тем, попробуем сделать ряд публикаций, нацеленных на попытку описать что происходит, куда мы попали и куда мы движемся с точки зрения более практичного понимания национальных интересов. В них мы попробуем разобрать следующие вопросы:
- Может ли Россия быть демократическим государством?
- Роль России в региональной системе безопасности и её собственное видение этой роли
- Могла ли Беларусь стать демократическим государством?
- Роль Беларуси и Украины в этой системе и их естественный дрейф в сторону Запада
- Конечная точка текущего исторического отрезка и пути к ней
- Позиционирование белорусских событий в региональном масштабе
Возможно, по ходу возникнут и смежные темы. Не переключайтесь.
- Может ли Россия быть демократическим государством?
- Роль России в региональной системе безопасности и её собственное видение этой роли
- Могла ли Беларусь стать демократическим государством?
- Роль Беларуси и Украины в этой системе и их естественный дрейф в сторону Запада
- Конечная точка текущего исторического отрезка и пути к ней
- Позиционирование белорусских событий в региональном масштабе
Возможно, по ходу возникнут и смежные темы. Не переключайтесь.
1. Может ли Россия быть демократическим государством?
Тут прежде чем начинать рефлексировать следует обозначить, а что мы подразумеваем под демократическим государством? Если взять классический набор - выборность властей всех уровней, свобода слова и равный доступ всех политических сил к СМИ - то в ХХ веке с очень большой натяжкой можно выделить два периода, когда Россия более-менее соответствовала этим критериям: февраль - октябрь 1917 года и период конца 80х (первые конкурентные выборы в Верховный Совет СССР) - до начала нулевых и установления путинской вертикали.
То есть нельзя сказать что демократического опыта у России совсем не было. Был. Но оба этих периода связаны с определенными осложнениями, которые в целом приводили к тому что государство централизовалось, выстраивало вертикаль управления и демократические признаки со временем отмирали, либо превращались в декоративные.
Ключевое осложнение - проблема сепаратизма. Как устроено российское государство с точки зрения сбора и распределения ресурсов (в чем и есть одна из основных функций государства)? По федеральному бюджету на 2022 год, в России есть 62 дотационных региона при 23 регионах-донорах. Годом ранее число дотационных было выше на 10 регионов. Примерно в этом диапазоне соотношение регионов доноров и дотационных регионов колеблется все нулевые годы.
Как может существовать государство в режиме когда абсолютное большинство регионов страны зависит от дотаций из меньшинства регионов? Ответ - через централизованное распределение ресурсов, которым и занимается государственный аппарат. Но если посмотреть на ситуацию немного под другим градусом - а является ли налоговая система оптимальной в данном ключе? Нет ли смысла оставлять больше денег "на местах", чтобы центр не работал как пылесос? Конечно, это абсолютно рациональное поведение с точки зрения улучшения качества администрирования. Но каждый раз, когда "жизнь заставляет" делать так, возникает проблема сепаратизма.
Вспомним 90е. Парад суверенитетов постсоветских стран прошёл. Но внутри России вопрос суверенизации субъектов остро стоял всё десятилетие. Чечня открыто пошла войной за независимость. В Татарстане была своя конституция и свой президент - сумели договориться, но степень автономии Татарстана была крайне велика. Сильные и де-факто независимые региональные лидеры - это яркое явление той эпохи. Был период, когда даже в Кемерово стали создавать свой отдельный золотой запас. В конце 90х эти лидеры собирались под крышей проекта "Отечество - вся Россия", который в итоге победили те кто стояли в тот момент за Путиным. Именно поэтому его проект и назывался "Единство" - суть нейминга в заявке на централизацию.
Если копать глубже и вспоминать события 1917 года, то парад суверенитетов случился и по итогам тех событий. Настолько, что даже разрозненные "белые" так и не смогли организовать единую государственную структуру для противостояния централизованным "красным". Местные атаманы властью делиться не хотели. Не говоря уже про национальные республики, которые практически все делали разной степени успешности попытки покинуть империю (Польша, Финляндия, государства Кавказа и Средней Азии, УНР, БНР, страны Балтии).
Логика событий невероятно простая. Как только мелкий князёк понимает что Москва не может ему ничего дать в формате "ярлыка", а его политическое выживание зависит от умения контролировать ресурсы внутри субъекта, то Москва становится не просто не нужна, и зачастую и неудобна. Потому что национальные/региональные лозунги - это мощное средство внутренней легитимизации.
В России осознанно, либо неосознанно, это принцип понимает вся элита. Любая демократизация ведёт через цепочку шагов к риску уничтожения этой элиты, т.к. если не нужен насос, который перекачивает ресурсы туда-сюда, то не нужна и политическая надстройка к этому насосу.
Гипотетически, существует вариант демократизации России через "пересборку" её, по аналогии со "сборкой" США, где равные субъекты сами решили свободной волей делегировать часть полномочий в надсубъект, оставаясь в огромной степени суверенными.
Тут прежде чем начинать рефлексировать следует обозначить, а что мы подразумеваем под демократическим государством? Если взять классический набор - выборность властей всех уровней, свобода слова и равный доступ всех политических сил к СМИ - то в ХХ веке с очень большой натяжкой можно выделить два периода, когда Россия более-менее соответствовала этим критериям: февраль - октябрь 1917 года и период конца 80х (первые конкурентные выборы в Верховный Совет СССР) - до начала нулевых и установления путинской вертикали.
То есть нельзя сказать что демократического опыта у России совсем не было. Был. Но оба этих периода связаны с определенными осложнениями, которые в целом приводили к тому что государство централизовалось, выстраивало вертикаль управления и демократические признаки со временем отмирали, либо превращались в декоративные.
Ключевое осложнение - проблема сепаратизма. Как устроено российское государство с точки зрения сбора и распределения ресурсов (в чем и есть одна из основных функций государства)? По федеральному бюджету на 2022 год, в России есть 62 дотационных региона при 23 регионах-донорах. Годом ранее число дотационных было выше на 10 регионов. Примерно в этом диапазоне соотношение регионов доноров и дотационных регионов колеблется все нулевые годы.
Как может существовать государство в режиме когда абсолютное большинство регионов страны зависит от дотаций из меньшинства регионов? Ответ - через централизованное распределение ресурсов, которым и занимается государственный аппарат. Но если посмотреть на ситуацию немного под другим градусом - а является ли налоговая система оптимальной в данном ключе? Нет ли смысла оставлять больше денег "на местах", чтобы центр не работал как пылесос? Конечно, это абсолютно рациональное поведение с точки зрения улучшения качества администрирования. Но каждый раз, когда "жизнь заставляет" делать так, возникает проблема сепаратизма.
Вспомним 90е. Парад суверенитетов постсоветских стран прошёл. Но внутри России вопрос суверенизации субъектов остро стоял всё десятилетие. Чечня открыто пошла войной за независимость. В Татарстане была своя конституция и свой президент - сумели договориться, но степень автономии Татарстана была крайне велика. Сильные и де-факто независимые региональные лидеры - это яркое явление той эпохи. Был период, когда даже в Кемерово стали создавать свой отдельный золотой запас. В конце 90х эти лидеры собирались под крышей проекта "Отечество - вся Россия", который в итоге победили те кто стояли в тот момент за Путиным. Именно поэтому его проект и назывался "Единство" - суть нейминга в заявке на централизацию.
Если копать глубже и вспоминать события 1917 года, то парад суверенитетов случился и по итогам тех событий. Настолько, что даже разрозненные "белые" так и не смогли организовать единую государственную структуру для противостояния централизованным "красным". Местные атаманы властью делиться не хотели. Не говоря уже про национальные республики, которые практически все делали разной степени успешности попытки покинуть империю (Польша, Финляндия, государства Кавказа и Средней Азии, УНР, БНР, страны Балтии).
Логика событий невероятно простая. Как только мелкий князёк понимает что Москва не может ему ничего дать в формате "ярлыка", а его политическое выживание зависит от умения контролировать ресурсы внутри субъекта, то Москва становится не просто не нужна, и зачастую и неудобна. Потому что национальные/региональные лозунги - это мощное средство внутренней легитимизации.
В России осознанно, либо неосознанно, это принцип понимает вся элита. Любая демократизация ведёт через цепочку шагов к риску уничтожения этой элиты, т.к. если не нужен насос, который перекачивает ресурсы туда-сюда, то не нужна и политическая надстройка к этому насосу.
Гипотетически, существует вариант демократизации России через "пересборку" её, по аналогии со "сборкой" США, где равные субъекты сами решили свободной волей делегировать часть полномочий в надсубъект, оставаясь в огромной степени суверенными.
Но на практике, есть огромный риск что такая пересборка на такой огромной территории приведет к фактическому выходу многих субъектов к другим центрам силы (ЕС, Китай, Япония) и откату России если не к границам 15 века, то в более скромное по территории образование. А если приплюсуем сюда фактор наличия ядерного оружия и практически полное отсутствие внутренней политической демократической культуры и институтов (неизменно будут новые "князьки") - то такой путь выглядит крайне рискованным, даже с позиции тех людей в элите, кто возможно и считал бы такую трансформацию благом.
Любое государство стремиться защищать себя. То государство, которое сейчас существует в России, наследовавшее политические традиции от предыдущих своих инкарнаций, тоже стремиться защищать себя. И исходя из вышеобозначенной логики, потеря централизации создаёт для этого государства угрозу. Это не значит что не может быть новых периодов демократии - они могут быть, например ввиду физической невозможности администрирования столь сложной системы, как это случилось в конце СССР. Но, так или иначе, путь истинной демократизации может быть открыт лишь при сопутствующих обстоятельствах, в частности решения вопроса безопасности, контроля за ядерным оружием, и разработки работающих протоколов конвенционального взаимодействия субъектов на всей территории РФ. А пока для России проще и безопаснее забить на всю эту демократию и строить то, что всю жизнь строили деды и прадеды - огромное централизованное государство, пускай и неэффективное. Как проговорился на одном из старых телеэфиров востоковед Сатановский, "Византия разваливалась 400 лет, на наш век пожить хватит".
Этои принцип всегда стоит помнить, чтобы понимать реакцию России на попытки построения демократии в культурно близких и понятных странах. Но не только лишь в проблеме демократизации лежат корни политики РФ на постсоветском пространстве. Об этом в следующих публикациях.
Любое государство стремиться защищать себя. То государство, которое сейчас существует в России, наследовавшее политические традиции от предыдущих своих инкарнаций, тоже стремиться защищать себя. И исходя из вышеобозначенной логики, потеря централизации создаёт для этого государства угрозу. Это не значит что не может быть новых периодов демократии - они могут быть, например ввиду физической невозможности администрирования столь сложной системы, как это случилось в конце СССР. Но, так или иначе, путь истинной демократизации может быть открыт лишь при сопутствующих обстоятельствах, в частности решения вопроса безопасности, контроля за ядерным оружием, и разработки работающих протоколов конвенционального взаимодействия субъектов на всей территории РФ. А пока для России проще и безопаснее забить на всю эту демократию и строить то, что всю жизнь строили деды и прадеды - огромное централизованное государство, пускай и неэффективное. Как проговорился на одном из старых телеэфиров востоковед Сатановский, "Византия разваливалась 400 лет, на наш век пожить хватит".
Этои принцип всегда стоит помнить, чтобы понимать реакцию России на попытки построения демократии в культурно близких и понятных странах. Но не только лишь в проблеме демократизации лежат корни политики РФ на постсоветском пространстве. Об этом в следующих публикациях.
Пока отвлечемся немного от нарратива и рассмотрим сценарную вероятность полноценного вступления в Беларуси войну с точки зрения рисков-выгод. Слишком сильно эта тема циркулирует в пространстве, коротко дайджест собрали например вот здесь.
Украина от вступления Беларуси в войну сейчас не выигрывает никак, равно как ничего не выигрывает от её невступления (войска все равно будут скованы у границы). Единственный вариант при котором Украина получает существенный плюс и облегчение - смена режима в Минске на проевропейский, по крайней мере войска Беларуси в таком случае однозначно переместятся с юга Беларуси (скорее всего на восток). Более того, это может стать даже стратегическим переломом в войне, т.к. откроет совершенно блестящие перспективы снабжения Украины, но мы этой темы касаться здесь не будем в деталях, т.к. пока обсуждаем исключительно вопрос участия Беларуси в войне здесь и сейчас.
Риски вступления в войну для руководства Беларуси: огромные. Война непопулярна и никто её не хочет, это может стать мощнейшим внутриполитическим триггером, когда перед военным станет экзистенциальный выбор - в какую сторону стрелять? И не факт что выстрелы пойдут в ту сторону, в которую прикажет высшее командование. Когда-то в 90е была популярна шутка что если Лукашенко отправит дивизию на Москву, то до Москвы дойдёт 10 дивизий. Теперь эта шутка в равной степени актуально про дивизию со стороны Киева в сторону Минска. А самое страшное, что даже если ситуация на фронте будет более-менее нормальной и не представляющей угрозы для внутриполитического руководства, то вот вал санкций в адрес официального Минска уничтожит даже все гипотетические попытки стать калиткой для санкционки в сторону России. Более того, санкции будут ещё более жёсткими, т.к. в отличие от РФ, Беларусь ничего критического для европейского рынка не поставляет, а значит гайки можно закручивать по полной.
Плюсов вступления в войну Беларуси нет никаких, найти их невозможно. Могут быть риски невступления в зависимости от того что пообещал Лукашенко Путину - но здесь сфера домыслов и не будем туда лезть. В экономике Беларуси всё стабильно плохо что с российской поддержкой, что без неё, вопрос выживания режима уже давно лежит вне экономической плоскости если брать тренды, а гасить резкие шоки экономические власти научились прекрасно.
Плюсы вступления в войну Беларуси со стороны России: как ни странно, их не так много. Россия с марта фокусируется на Донбассе и сейчас задача минимум - это восстановление ЛНР и ДНР в границах областей. Беларусь здесь может помочь примерно никак, точнее единственное чем она может помочь - сковать украинские силы на северной границе, что она успешно и делает. Мобилизационные ресурсы РФ выше в разы чем у РБ, единственное чем может помочь РБ - дать России технику в работоспособном состоянии, но для этого не обязательно вступать в войну. С точки зрения нанесения ударов с территории Беларуси - Россия пользовалась этой опцией сколько хотела, но прекратила сама после вывода войск из под Киева и Чернигова, в общем такой риск имеется в случае кардинального изменения обстановки на фронтах. А динамика на фронте, напротив, пока идёт в сторону увязки обеих сторон. Помощь Беларуси была нужна и актуальна когда русские стояли под Киевом, сейчас позиционные бои (а для осуществления прорыва придётся преодолевать заболоченную, простреливаемую, оборудованную минами, со взорванными мостами местность), вряд ли могут привести к существенному изменению общей ситуации.
Риски для России: внутриполитический кризис в Беларуси, растягивание фронта, переход белорусской техники и снарядов в пользование ВСУ, если фронт вдруг двинется в сторону Минска, то придётся изыскивать военные и полицейские силы в самой России для наведения порядка. А эти силы сейчас нужны на Донбассе и под Херсоном.
Украина от вступления Беларуси в войну сейчас не выигрывает никак, равно как ничего не выигрывает от её невступления (войска все равно будут скованы у границы). Единственный вариант при котором Украина получает существенный плюс и облегчение - смена режима в Минске на проевропейский, по крайней мере войска Беларуси в таком случае однозначно переместятся с юга Беларуси (скорее всего на восток). Более того, это может стать даже стратегическим переломом в войне, т.к. откроет совершенно блестящие перспективы снабжения Украины, но мы этой темы касаться здесь не будем в деталях, т.к. пока обсуждаем исключительно вопрос участия Беларуси в войне здесь и сейчас.
Риски вступления в войну для руководства Беларуси: огромные. Война непопулярна и никто её не хочет, это может стать мощнейшим внутриполитическим триггером, когда перед военным станет экзистенциальный выбор - в какую сторону стрелять? И не факт что выстрелы пойдут в ту сторону, в которую прикажет высшее командование. Когда-то в 90е была популярна шутка что если Лукашенко отправит дивизию на Москву, то до Москвы дойдёт 10 дивизий. Теперь эта шутка в равной степени актуально про дивизию со стороны Киева в сторону Минска. А самое страшное, что даже если ситуация на фронте будет более-менее нормальной и не представляющей угрозы для внутриполитического руководства, то вот вал санкций в адрес официального Минска уничтожит даже все гипотетические попытки стать калиткой для санкционки в сторону России. Более того, санкции будут ещё более жёсткими, т.к. в отличие от РФ, Беларусь ничего критического для европейского рынка не поставляет, а значит гайки можно закручивать по полной.
Плюсов вступления в войну Беларуси нет никаких, найти их невозможно. Могут быть риски невступления в зависимости от того что пообещал Лукашенко Путину - но здесь сфера домыслов и не будем туда лезть. В экономике Беларуси всё стабильно плохо что с российской поддержкой, что без неё, вопрос выживания режима уже давно лежит вне экономической плоскости если брать тренды, а гасить резкие шоки экономические власти научились прекрасно.
Плюсы вступления в войну Беларуси со стороны России: как ни странно, их не так много. Россия с марта фокусируется на Донбассе и сейчас задача минимум - это восстановление ЛНР и ДНР в границах областей. Беларусь здесь может помочь примерно никак, точнее единственное чем она может помочь - сковать украинские силы на северной границе, что она успешно и делает. Мобилизационные ресурсы РФ выше в разы чем у РБ, единственное чем может помочь РБ - дать России технику в работоспособном состоянии, но для этого не обязательно вступать в войну. С точки зрения нанесения ударов с территории Беларуси - Россия пользовалась этой опцией сколько хотела, но прекратила сама после вывода войск из под Киева и Чернигова, в общем такой риск имеется в случае кардинального изменения обстановки на фронтах. А динамика на фронте, напротив, пока идёт в сторону увязки обеих сторон. Помощь Беларуси была нужна и актуальна когда русские стояли под Киевом, сейчас позиционные бои (а для осуществления прорыва придётся преодолевать заболоченную, простреливаемую, оборудованную минами, со взорванными мостами местность), вряд ли могут привести к существенному изменению общей ситуации.
Риски для России: внутриполитический кризис в Беларуси, растягивание фронта, переход белорусской техники и снарядов в пользование ВСУ, если фронт вдруг двинется в сторону Минска, то придётся изыскивать военные и полицейские силы в самой России для наведения порядка. А эти силы сейчас нужны на Донбассе и под Херсоном.
Самая выгодная стратегия России сейчас - максимально пугать вторжением. Это без единого выстрела сковывает силы на севере Украины, которые Украина не может бросить в бой. Отсюда и вбросы. Нарушение хрупкого статуса-кво несёт для всех больше рисков, чем выгод. Но это не значит что вступления войск Беларуси однозначно не будет. Потому что не все решения в этой безумной кампании диктуются логикой и здравым смыслом.
2.1. Роль России в региональной безопасности
НАТО как организация была сформирована в 1949 году - ровно в тот год, когда у СССР появилась атомная бомба. СССР, как ни странно, сделал попытку стать членом НАТО практически с момента создания. Мотивация простая: если этот блок позиционируется не как антисоветский, так в чем проблема включить туда СССР? Заодно советские дипломаты пытались пропихнуть в устав организации пункт о невмешательстве во внутренние дела членов организации (сколько лет прошло - ничего не поменялось, готовы дружить с кем угодно, лишь бы неограниченно властвовать не мешали). БССР и УССР подавали отдельные заявки - больше голосов, все ровно как и с ООН. НАТО должно было стать такой же говорильней как и ООН с блокирующим голосом СССР.
По слухам, СССР предложили следующие условия: вывод войск из Германии, отказ от создания баз на Дальнем Востоке. Т.е. положение "младшего союзника". СССР, естественно, такие условия не устроили. В итоге в НАТО вступила ФРГ, а советский блок собрал свою организацию под вывеской "Организации Варшавского Договора". Так и существовали до 91 года - с четким разделением мира, зонами влияния, конкуренцией за колеблющихся, в общем классический двуполярный мир. Пока советский блок и СССР не развалились (здесь примечательно что советский блок стал валиться на 2 года раньше чем стал разваливаться сам СССР, это довольно важный момент - рвётся в первую очередь там где тонко).
Затем был период нулевых. Россия тоже вела диалог о вступлении в НАТО. Тут версии участников расходятся - Путин утверждал что НАТО не захотело брать Россию и якобы обмануло Горбачева пообещав нерасширение за вывод войск из Германии. Клинтон утверждал обратное - что от вступления в НАТО отказались сами русские. В любом случае Россия для НАТО в 90е была неудобным партнёром: масса вооруженных конфликтов по периметру, риски сепаратизма, социальная нестабильность. Ну и в целом Россия по прежнему была большой и сложной страной с огромным ядерным арсеналом, даже если диалог шёл бы позитивно, вряд ли в виду наличия огромного количества факторов "стыковки" это решение могло бы быть принято быстро. А тут и нулевые подоспели с их бешеным ростом цены на нефть. А там и "мюнхенская речь", с разворотом внешнеполитического курса и сдержанно про-европейского в сторону попыток самостоятельно выстраивать архитектуру безопасности на постсоветском пространстве.
Задумка архитектуры была примерно следующей: да, мы потеряли восточную Европу как буфер, но у нас и нет прямой эскалации с НАТО, мы будем выстраивать партнёрство, а для нашей безопасности нам достаточно контролировать периметр СССР, где бывшие советские страны и будут новым буфером. За исключением стран Балтии, но там всегда была "пятая колонна" в виде неграждан с одной стороны, с другой стороны граница с этими странам достаточно узкая и ничего не решает со стратегической точки зрения. А вот Финляндия нейтральна исторически, Беларусь и Украина - нейтральны, Казахстан нейтрален, в Средней Азии хватит сил навести порядок, с Китаем договоримся. Можно гнать ресурсы на Запад и Восток и получать маржу, творить внутри всё что душе угодно, завинчивая гайки и разворачивая потоки по мере надобности. Картина выглядела неплохо.
Продолжение следует.
НАТО как организация была сформирована в 1949 году - ровно в тот год, когда у СССР появилась атомная бомба. СССР, как ни странно, сделал попытку стать членом НАТО практически с момента создания. Мотивация простая: если этот блок позиционируется не как антисоветский, так в чем проблема включить туда СССР? Заодно советские дипломаты пытались пропихнуть в устав организации пункт о невмешательстве во внутренние дела членов организации (сколько лет прошло - ничего не поменялось, готовы дружить с кем угодно, лишь бы неограниченно властвовать не мешали). БССР и УССР подавали отдельные заявки - больше голосов, все ровно как и с ООН. НАТО должно было стать такой же говорильней как и ООН с блокирующим голосом СССР.
По слухам, СССР предложили следующие условия: вывод войск из Германии, отказ от создания баз на Дальнем Востоке. Т.е. положение "младшего союзника". СССР, естественно, такие условия не устроили. В итоге в НАТО вступила ФРГ, а советский блок собрал свою организацию под вывеской "Организации Варшавского Договора". Так и существовали до 91 года - с четким разделением мира, зонами влияния, конкуренцией за колеблющихся, в общем классический двуполярный мир. Пока советский блок и СССР не развалились (здесь примечательно что советский блок стал валиться на 2 года раньше чем стал разваливаться сам СССР, это довольно важный момент - рвётся в первую очередь там где тонко).
Затем был период нулевых. Россия тоже вела диалог о вступлении в НАТО. Тут версии участников расходятся - Путин утверждал что НАТО не захотело брать Россию и якобы обмануло Горбачева пообещав нерасширение за вывод войск из Германии. Клинтон утверждал обратное - что от вступления в НАТО отказались сами русские. В любом случае Россия для НАТО в 90е была неудобным партнёром: масса вооруженных конфликтов по периметру, риски сепаратизма, социальная нестабильность. Ну и в целом Россия по прежнему была большой и сложной страной с огромным ядерным арсеналом, даже если диалог шёл бы позитивно, вряд ли в виду наличия огромного количества факторов "стыковки" это решение могло бы быть принято быстро. А тут и нулевые подоспели с их бешеным ростом цены на нефть. А там и "мюнхенская речь", с разворотом внешнеполитического курса и сдержанно про-европейского в сторону попыток самостоятельно выстраивать архитектуру безопасности на постсоветском пространстве.
Задумка архитектуры была примерно следующей: да, мы потеряли восточную Европу как буфер, но у нас и нет прямой эскалации с НАТО, мы будем выстраивать партнёрство, а для нашей безопасности нам достаточно контролировать периметр СССР, где бывшие советские страны и будут новым буфером. За исключением стран Балтии, но там всегда была "пятая колонна" в виде неграждан с одной стороны, с другой стороны граница с этими странам достаточно узкая и ничего не решает со стратегической точки зрения. А вот Финляндия нейтральна исторически, Беларусь и Украина - нейтральны, Казахстан нейтрален, в Средней Азии хватит сил навести порядок, с Китаем договоримся. Можно гнать ресурсы на Запад и Восток и получать маржу, творить внутри всё что душе угодно, завинчивая гайки и разворачивая потоки по мере надобности. Картина выглядела неплохо.
Продолжение следует.
2.2 Роль России в региональной безопасности
Почему для России вообще критично наличие буферных государств с точки зрения безопасности? Если рассуждать в сугубо военных категориях, то ответ примерно следующий: наличие войск напрямую на географических рубежах РФ нарушает ядерный диспаритет. НАТО будет слишком близко к центрам принятия решений и смогут в случае необходимости нанести превентивный удар (примерно так как это попыталась сделать сама Россия в случае с Украиной).
Вот очень хорошее видео на эту тему. Да, для большинства эта тема будет восприниматься как паранойя, но мы же говорим о мотивации кремлевских властителей, а там с параноей всё в порядке.
Помимо непосредственно стратегического аспекта, наличие военных на границе означает наличие там спецслужб. А это и разведка, и близкое плечо снабжения любых потенциально сепаратистких сил (опять же, как это делает Россия с ЛДНР), не говоря уже про мягкую силу. Экономический аспект здесь идёт третьим порядком - но он тоже важен, особенно на западном направлении, ведь транзит идёт через буферные страны. Актуальность этой темы за 20 лет чуть снизилась, из-за создания Северного Потока, разработок в области транспортировки сжиженного газа морем, совершенствования инфраструктуры и т.п. Но по прежнему местами эта тема может быть очень чувствительной, взять хотя бы текущий кейс с полу-перекрытием транзита в Калининград, на что Москва отреагировала (пока на словах) демонстративно остро. Потеря Калининграда - это опять шаг в сторону диспаритета, т.к. резко снижает возможности дать быструю ответку по Европе, если та надумает бахнуть по России.
Исходя из набора этих соображений, Россия не могла отреагировать остро когда Украина начала дрейф в сторону НАТО. Ющенко был самым националистическим по убеждениям президентом Украины из всех, даже дал звезду героя Бандере посмертно, но над этим просто смеялись, Россия его терпела. Потому что он не делал реальных шагов в сторону интеграции с НАТО и ЕС, равно как и не делал реальных шагов в сторону пересмотра статуса черноморского флота в Крыму. Вопрос этого флота - ещё один бесконечно болезненный вопрос двусторонних отношений. У России просто нет возможности где-либо базировать этот флот, Новороссийск инфраструктурно не приспособлен обслуживать такое количество кораблей. Голос военного лобби был одним из решающих при операции по аннексии Крыма, к тому же при гипотетическом вхождении Крыма под контроль НАТО, российский черноморский флот вообще терял всякий смысл и превращался в аналог балтийского флота: запертый на небольшой участке флот, годный разве что для парадов.
Но и Украина, равно как и в меньшей степени Беларуси, не могли не смотреть в сторону НАТО и ЕС. Банально по той причине, что за три десятилетия после распада СССР, темпы экономического роста в странах ЦВЕ наглядно превысили темпы роста в самих Беларуси и Украине, а большое количество гастарбайтеров могли на уровне простых людей разносить информацию о том "как живут в Европе". С другой стороны, была Россия. Европейская и российская модели конкурировали за симпатии буферных стран в нулевые на уровне паритета, но в десятые ситуация изменилась - российская экономика перестала расти, а без сверхприятной внешней конъюнктуры расти она не может в принципе. Т.к. любая реформа для повышения эффективности рано или поздно упрётся в ограничения самой модели - регионы отпускать нельзя, иначе начнётся сепаратизм, и государство будет расползаться, а если отпускать бизнес, то начнётся политическая конкуренция, которая приведёт к тому же. Как только весы стали тихонько качаться в сторону Европы, случился Майдан, на котором возник экзистенциальный вопрос - мы с теми или с теми? Ответ для Москвы был неприятным, цепочка простраивалась быстро - при экзистенциальном выборе Европы, вопрос наличия НАТО в Украине - вопрос времени.
Почему для России вообще критично наличие буферных государств с точки зрения безопасности? Если рассуждать в сугубо военных категориях, то ответ примерно следующий: наличие войск напрямую на географических рубежах РФ нарушает ядерный диспаритет. НАТО будет слишком близко к центрам принятия решений и смогут в случае необходимости нанести превентивный удар (примерно так как это попыталась сделать сама Россия в случае с Украиной).
Вот очень хорошее видео на эту тему. Да, для большинства эта тема будет восприниматься как паранойя, но мы же говорим о мотивации кремлевских властителей, а там с параноей всё в порядке.
Помимо непосредственно стратегического аспекта, наличие военных на границе означает наличие там спецслужб. А это и разведка, и близкое плечо снабжения любых потенциально сепаратистких сил (опять же, как это делает Россия с ЛДНР), не говоря уже про мягкую силу. Экономический аспект здесь идёт третьим порядком - но он тоже важен, особенно на западном направлении, ведь транзит идёт через буферные страны. Актуальность этой темы за 20 лет чуть снизилась, из-за создания Северного Потока, разработок в области транспортировки сжиженного газа морем, совершенствования инфраструктуры и т.п. Но по прежнему местами эта тема может быть очень чувствительной, взять хотя бы текущий кейс с полу-перекрытием транзита в Калининград, на что Москва отреагировала (пока на словах) демонстративно остро. Потеря Калининграда - это опять шаг в сторону диспаритета, т.к. резко снижает возможности дать быструю ответку по Европе, если та надумает бахнуть по России.
Исходя из набора этих соображений, Россия не могла отреагировать остро когда Украина начала дрейф в сторону НАТО. Ющенко был самым националистическим по убеждениям президентом Украины из всех, даже дал звезду героя Бандере посмертно, но над этим просто смеялись, Россия его терпела. Потому что он не делал реальных шагов в сторону интеграции с НАТО и ЕС, равно как и не делал реальных шагов в сторону пересмотра статуса черноморского флота в Крыму. Вопрос этого флота - ещё один бесконечно болезненный вопрос двусторонних отношений. У России просто нет возможности где-либо базировать этот флот, Новороссийск инфраструктурно не приспособлен обслуживать такое количество кораблей. Голос военного лобби был одним из решающих при операции по аннексии Крыма, к тому же при гипотетическом вхождении Крыма под контроль НАТО, российский черноморский флот вообще терял всякий смысл и превращался в аналог балтийского флота: запертый на небольшой участке флот, годный разве что для парадов.
Но и Украина, равно как и в меньшей степени Беларуси, не могли не смотреть в сторону НАТО и ЕС. Банально по той причине, что за три десятилетия после распада СССР, темпы экономического роста в странах ЦВЕ наглядно превысили темпы роста в самих Беларуси и Украине, а большое количество гастарбайтеров могли на уровне простых людей разносить информацию о том "как живут в Европе". С другой стороны, была Россия. Европейская и российская модели конкурировали за симпатии буферных стран в нулевые на уровне паритета, но в десятые ситуация изменилась - российская экономика перестала расти, а без сверхприятной внешней конъюнктуры расти она не может в принципе. Т.к. любая реформа для повышения эффективности рано или поздно упрётся в ограничения самой модели - регионы отпускать нельзя, иначе начнётся сепаратизм, и государство будет расползаться, а если отпускать бизнес, то начнётся политическая конкуренция, которая приведёт к тому же. Как только весы стали тихонько качаться в сторону Европы, случился Майдан, на котором возник экзистенциальный вопрос - мы с теми или с теми? Ответ для Москвы был неприятным, цепочка простраивалась быстро - при экзистенциальном выборе Европы, вопрос наличия НАТО в Украине - вопрос времени.
По сути, истоки сегодняшнего конфликта были заложены в самой архитектуре России как государства и её роли в регионе, а также в вызванном ростом цен на ресурсы нежелании российского руководства признавать свою вторичную роль по отношению к НАТО и идти на тяжелые реформы, чтобы сблизиться и снять обоюдные риски. Всё было бы нормально, если бы в регионе для буферных государств не было второго полюса. Но он есть и рано или поздно должен победить в виду того что он просто эффективнее и привлекательнее. Неизвестно сколько ещё этапов переформатирования России как государства должно пройти, чтобы она стабилизировалась в своём многообразии и смогла развиваться как союз земель снизу (что и есть в сущности федерализм). Но, видимо, мы близки в историческом плане к очередному этапу такого переформатирования.
И здесь главный маркер новой реальности - даже не война в Украине, которая пока непонятно чем завершится, а вступление Финляндии и Швеции в НАТО. Они больше не хотят быть буфером. А это попадание Питера в зону действия реактивной артиллерии и полная блокировка балтфлота "в случае чего". Развал буферной системы уже начался.
И здесь главный маркер новой реальности - даже не война в Украине, которая пока непонятно чем завершится, а вступление Финляндии и Швеции в НАТО. Они больше не хотят быть буфером. А это попадание Питера в зону действия реактивной артиллерии и полная блокировка балтфлота "в случае чего". Развал буферной системы уже начался.
1998 год. В Украине выборы в Верховную Раду 3 созыва. Выборы выигрывают коммунисты, притом выигрывают везде кроме Запада - и даже там умудряются победить в Мукачево. Помимо коммунистов, парламент кишит различного рода социалистами. Националисты-демократы имеют 15%. Это история.
А теперь немного альтернативной истории. Президент Украины Кучма вносит на референдум новую конституцию. Основные поправки: усиление президентской власти, назначение президентом всех руководителей исполнительной власти, указы президента имеют силу законов. Под лозунгами “наведения порядка”. Лидер коммунистов Симоненко получает должность спикера Рады. Лидера оппозиционных социалистов Мороза СБУ шантажирует компроматом. Перед референдумом меняют главу ЦИК на человека, абсолютно лояльного Кучме. Референдум одобряет все поправки. Возмущенные фальсификациями, националисты и демократы пытаются протестовать. В Киев прилетает премьер-министр России и выражает поддержку президенту Кучме, обещает помощь в виде доступа к дешевым энергоносителями и льготному доступу украинских товаров на российский рынок. Беспорядки разгоняет милиция. Начинается новый период в истории страны.
Лидер “Руха” Черновол попадает в автокатастрофу. Оппозиционный журналист Гонгадзе исчезает. Общественность протестует, но остаётся в рамках “правового” поля - тех кто его пересекает, карают показательно и жестоко. Запад выражает озабоченность и не признает результаты референдума.
На все губернаторские посты назначены люди лично карьерой обязанные президенту. С местными элитами устанавливается следующий неформальный договор - вы не лезете в политику, мы закрываем глаза на ваши бизнес-интересы. Все судьи по новой конституции назначаются президентом лично. Идет приватизация, появляются первые крупные олигархи. Один олигарх в преддверии парламентских выборов создаёт партию под себя. На него демонстративно заводят уголовное дело и сажают на долгий срок - сигнал всем остальным. На внеочередных выборах в Раду - старую президент распускает - пропорция результатов следующая - 60% занимает новая пропрезидентская партия, 30% получают коммунисты, 10% получают демократы и националисты. Лидером последних становится молодой банкир Ющенко. Он получает пост министра иностранных дел, ходит в вышиванке и везде разговаривает по-украински, рассказывая о том что никакой диктатуры нет, просто это особенности молодой демократии. Он остаётся на этом посту надолго, пропорции партийного представительства в парламенте, равно как и состав партий, не меняется годами. Принимается новый закон о партийном строительстве, согласно которому создать новую партию становится практически невозможно, проходит переаттестация которая убивает 90% мелких партий.
В 2004 году президентские выборы. Все телеканалы и радио под контролем государства. Остается лишь небольшое число оппозиционных президенту бумажных газет, как видимость того что в стране демократия. На выборах побеждает Кучма с результатом 75%. Протесты разгоняют. Протестующие пытаются закрепится на Майдане Незалежности, но их оцепляют кольцом внутренних войск, выключают подачу электричества в ближайшие дома, перекрывают метро, всех выпускают, но никого не впускают. Любого, кто пытается пронести продукты в палаточный лагерь - задерживают и отправляют на сутки. Когда численность людей в палаточном лагере через несколько дней становится небольшой (а дело происходит весной, ещё холодно), лагерь просто зачищают. Запад выражает озабоченность и запрещает Кучме и его генералам ездить в Европу и Штаты, арестовывает их счета (все давно вывезено в третьи страны).
А теперь немного альтернативной истории. Президент Украины Кучма вносит на референдум новую конституцию. Основные поправки: усиление президентской власти, назначение президентом всех руководителей исполнительной власти, указы президента имеют силу законов. Под лозунгами “наведения порядка”. Лидер коммунистов Симоненко получает должность спикера Рады. Лидера оппозиционных социалистов Мороза СБУ шантажирует компроматом. Перед референдумом меняют главу ЦИК на человека, абсолютно лояльного Кучме. Референдум одобряет все поправки. Возмущенные фальсификациями, националисты и демократы пытаются протестовать. В Киев прилетает премьер-министр России и выражает поддержку президенту Кучме, обещает помощь в виде доступа к дешевым энергоносителями и льготному доступу украинских товаров на российский рынок. Беспорядки разгоняет милиция. Начинается новый период в истории страны.
Лидер “Руха” Черновол попадает в автокатастрофу. Оппозиционный журналист Гонгадзе исчезает. Общественность протестует, но остаётся в рамках “правового” поля - тех кто его пересекает, карают показательно и жестоко. Запад выражает озабоченность и не признает результаты референдума.
На все губернаторские посты назначены люди лично карьерой обязанные президенту. С местными элитами устанавливается следующий неформальный договор - вы не лезете в политику, мы закрываем глаза на ваши бизнес-интересы. Все судьи по новой конституции назначаются президентом лично. Идет приватизация, появляются первые крупные олигархи. Один олигарх в преддверии парламентских выборов создаёт партию под себя. На него демонстративно заводят уголовное дело и сажают на долгий срок - сигнал всем остальным. На внеочередных выборах в Раду - старую президент распускает - пропорция результатов следующая - 60% занимает новая пропрезидентская партия, 30% получают коммунисты, 10% получают демократы и националисты. Лидером последних становится молодой банкир Ющенко. Он получает пост министра иностранных дел, ходит в вышиванке и везде разговаривает по-украински, рассказывая о том что никакой диктатуры нет, просто это особенности молодой демократии. Он остаётся на этом посту надолго, пропорции партийного представительства в парламенте, равно как и состав партий, не меняется годами. Принимается новый закон о партийном строительстве, согласно которому создать новую партию становится практически невозможно, проходит переаттестация которая убивает 90% мелких партий.
В 2004 году президентские выборы. Все телеканалы и радио под контролем государства. Остается лишь небольшое число оппозиционных президенту бумажных газет, как видимость того что в стране демократия. На выборах побеждает Кучма с результатом 75%. Протесты разгоняют. Протестующие пытаются закрепится на Майдане Незалежности, но их оцепляют кольцом внутренних войск, выключают подачу электричества в ближайшие дома, перекрывают метро, всех выпускают, но никого не впускают. Любого, кто пытается пронести продукты в палаточный лагерь - задерживают и отправляют на сутки. Когда численность людей в палаточном лагере через несколько дней становится небольшой (а дело происходит весной, ещё холодно), лагерь просто зачищают. Запад выражает озабоченность и запрещает Кучме и его генералам ездить в Европу и Штаты, арестовывает их счета (все давно вывезено в третьи страны).
Патриотические движения типа “Патриот Украины” и “Тризуб Степана Бандеры” и прочие военно-спортивные организации запрещает СБУ. Им не дают собираться, лидеров приговаривают к срокам по выдуманным статьям. Все западные НГО действуют строго под контролем СБУ, любая политическая деятельность вне легальных партий инфильтрируется агентурой и разваливается изнутри на грызню мелких группок за гранты. Миграция несогласных в Польшу негласно стимулируется - всех оппозиционных студентов отчисляют, и они продолжают обучение по так называемой “программе Грушевского”. Оборот оружия под жестким контролем. Идеология в государстве можно охарактеризовать как мягкий национализм - можно ходить в вышиванках, на уровне страны отмечают юбилей Сидора Ковпака, в кино крутят Тараса Бульбу. За майку с Бандерой смотрят косо, в учебниках пишут про неоднозначность бандеровского движения и участие его представителей в военных преступлениях. Лет через 10 любую атрибутику ОУН УПА признают экстремистской и запретят.
Но народу особо не до политики - в нулевые идёт бешеный экономический рост за счёт дешевых энергоресурсов из России. Все богатеют, но богатые богатеют ещё сильнее. Кучма легко выигрывает новые выборы 2010 года - хоть и опять народ собирается на Майдан, но на майдане залит огромный каток. Толпу оттесняют, она идет по Крещатику в сторону здания Рады, которую протестующие пытаются брать штурмом, но всех избивают и разгоняют за 7 минут.
Тем не менее, на пороге 10е - страна больше не растёт экономически, т.к. неэффективность управления государством уже настолько велика, что даже высокие цены на энергоресурсы не спасают. Страна постоянно нуждается в кредитной подпитке. Эту подпитку даёт Россия, которая стала огрызаться - теперь цены на газ для Украины заметно выше чем для России. Взамен на экономические ослабления, Украина вступает в ОДКБ и ЕАЭС. Крым и Донецк - цветущие регионы, где местная элита живёт припеваючи, но социальное расслоение велико. В 2013 цены на ресурсы падают, страну резко охватывает экономический кризис, гривна девальвируется. Кучма обвиняет во всем попеременно то Россию, то Запад. К выборам в 2014 году он подходит в трудной ситуации. В стране появляется массовый и быстрый интернет. Там набирают популярность новые внесистемные оппозиционные политики и блогеры. Официально Кучма выигрывает выборы с результатом 80%, но в результаты никто не верит. На улицы выходит молодёжь, которую жестоко избивают. Затем собирается крупнейшая акция протеста, на улицы выходят миллионы людей. Милиция ничего не делает, но в город въезжают танки и берут под контроль основные объекты. Люди выходят с мирными лозунгами. “Правого сектора” нет - все группировки способные оказать силовое сопротивление развалены, их лидеры мотают сроки. Мэрия целиком за власть, людям не дают сцену, колеблющихся из числа местных властей быстро заменяют на молодых и лояльных. Лидеры парламентских фракций выражают поддержку президенту. Ющенко говорит о руке Москвы, Симоненко - о руке Вашингтона. Миллион людей походил по улицам и неделю контролирует центр, не пытаясь брать штурмом объекты - они уже укреплены до состояния крепостей, по слухам там сидят чеченцы. Это все похоже на праздник. Через несколько недель число людей на улицах исчисляется тысячами - люди устают от хождения, тех кто не ходит на работу увольняют с волчьим билетом. И в этот момент акцию жестоко зачищают. Люди пытаются собраться снова и их опять жестоко зачищают.
Запад выражает озабоченность и расширяет список тех кому нельзя ездить в Европу и Штаты. Кучма нерукопожатный и непризнанный никем диктатор, но сковырнуть его невозможно изнутри, тем более Россия в последний момент всегда его поддерживает. Украина - душная и несвободная страна, откуда все люди имеющие минимальные амбиции и жажду самореализации уезжают. До 30% при этом по прежнему искренне поддерживают президента.
Но народу особо не до политики - в нулевые идёт бешеный экономический рост за счёт дешевых энергоресурсов из России. Все богатеют, но богатые богатеют ещё сильнее. Кучма легко выигрывает новые выборы 2010 года - хоть и опять народ собирается на Майдан, но на майдане залит огромный каток. Толпу оттесняют, она идет по Крещатику в сторону здания Рады, которую протестующие пытаются брать штурмом, но всех избивают и разгоняют за 7 минут.
Тем не менее, на пороге 10е - страна больше не растёт экономически, т.к. неэффективность управления государством уже настолько велика, что даже высокие цены на энергоресурсы не спасают. Страна постоянно нуждается в кредитной подпитке. Эту подпитку даёт Россия, которая стала огрызаться - теперь цены на газ для Украины заметно выше чем для России. Взамен на экономические ослабления, Украина вступает в ОДКБ и ЕАЭС. Крым и Донецк - цветущие регионы, где местная элита живёт припеваючи, но социальное расслоение велико. В 2013 цены на ресурсы падают, страну резко охватывает экономический кризис, гривна девальвируется. Кучма обвиняет во всем попеременно то Россию, то Запад. К выборам в 2014 году он подходит в трудной ситуации. В стране появляется массовый и быстрый интернет. Там набирают популярность новые внесистемные оппозиционные политики и блогеры. Официально Кучма выигрывает выборы с результатом 80%, но в результаты никто не верит. На улицы выходит молодёжь, которую жестоко избивают. Затем собирается крупнейшая акция протеста, на улицы выходят миллионы людей. Милиция ничего не делает, но в город въезжают танки и берут под контроль основные объекты. Люди выходят с мирными лозунгами. “Правого сектора” нет - все группировки способные оказать силовое сопротивление развалены, их лидеры мотают сроки. Мэрия целиком за власть, людям не дают сцену, колеблющихся из числа местных властей быстро заменяют на молодых и лояльных. Лидеры парламентских фракций выражают поддержку президенту. Ющенко говорит о руке Москвы, Симоненко - о руке Вашингтона. Миллион людей походил по улицам и неделю контролирует центр, не пытаясь брать штурмом объекты - они уже укреплены до состояния крепостей, по слухам там сидят чеченцы. Это все похоже на праздник. Через несколько недель число людей на улицах исчисляется тысячами - люди устают от хождения, тех кто не ходит на работу увольняют с волчьим билетом. И в этот момент акцию жестоко зачищают. Люди пытаются собраться снова и их опять жестоко зачищают.
Запад выражает озабоченность и расширяет список тех кому нельзя ездить в Европу и Штаты. Кучма нерукопожатный и непризнанный никем диктатор, но сковырнуть его невозможно изнутри, тем более Россия в последний момент всегда его поддерживает. Украина - душная и несвободная страна, откуда все люди имеющие минимальные амбиции и жажду самореализации уезжают. До 30% при этом по прежнему искренне поддерживают президента.
Фантастика? Наверное. Леонид Данилович был мудрым человеком, и теперь он рукопожатный везде бывший политик, с зятем-миллиардером, живёт в своё удовольствие. Он не фанател от власти, хотя потуги были, но он остановился вовремя и не перешёл черту. Но мог бы? Вполне. Постсоветские режимы формировали политическую реальность по принципу случайности. Так выпали кости. Если кто-то родился в стране с правом голоса - это не свидетельствует о его генетической исключительности. Ему просто повезло - ну или не повезло, это как смотреть. Ведь за право голоса иногда ракеты прилетают, если этот голос не нравится слетевшему с катушек соседу. Это тоже горькая цена за свободу в нашем регионе, который в западной исторической публицистике называется bloodlands.
Тихановская и ее команда работает строго в том фарватере, который был избран с самого начала. Его можно описать как “чистые руки, легальность и легитимность”. Именно выбранная канва позволяет делать то, что она делает и достигать того чего достигает. В частности, среди ключевых достижений к которым она причастна, можно назвать то что белорусский паспорт воспринимается в мире ещё не так откровенно враждебно как российский. Это мягко говоря не лучший паспорт в мире, но у россиян всё хуже в разы.
Ни Светлана, ни её команда никогда не заявляла ничего про силовое решение беларусского вопроса. Но уже давно она ничего не говорит против этого решения. Она просто этим не занимается, потому что это будет откровенно мешать ей двигаться по дипломатическому треку. Политики не жмут грязные руки, а чистыми руками делать что-то в силовом отношении невозможно. Разве что Лавров может обниматься с талибами, но это особый случай. Для силовых решений уже давным давно созданы инициативы байпола, “супрацiва” и прочие. Место для новых свободно, риски - понятны. Риск уже даже не свобода, риск - жизнь.
Вопрос в том, что даже все будет организационно готово для силового переворота и раскачки ситуации в моменте, лучший ли сейчас момент чтобы нажать эту кнопку? Цена ошибки очень велика. Цена - это то что Могилев может стать Мариуполем. Если лишь 3% беларусов выступает за ввод войск в Украину, то перспектива переноса боевых действий на территорию Беларуси будет популярна в пределах статистической погрешности.
Конечно, у апологетов силового решения есть надежда что с каждым залпом HIMARS стратегически ситуация будет меняться в сторону снижения рисков. Россия не всесильна, она не потянет несколько фронтов. Но все меняется, и ещё может поменяться в абсолютно непредсказуемую сторону. Один выстрел сербского “партизана” довел мир до невиданной ранее войны. Мы сейчас живём в похожее время, и даже исторических параллелей между нашим регионом сейчас и Балканами в 1914 можно найти немало. Понятно что многим хочется решить вопрос ещё вчера, понятно что многие выгорают.
А если посмотреть на ситуацию глазами соседей? Открыть напрямую фронт с Беларусью (а засылать открыто через свою территорию вооруженных ребят - это форма агрессии, аналогично засылке Гиркина в 2014) означает практически открыто поставить мир на грань войны ядерных блоков. А значит спецслужбам и политикам соседей очень выгодна и удобна Тихановская как представитель протеста, и неудобны ребята, который могут поставить своей удалью мир на грань ядерной войны (хотя, справедливости ради, он и так там стоит). В то же время, перемены им выгодны. Вопрос в форме, и чем более размытой будет связка между силовыми ребятами и западными политиками, тем проще будет найти общий язык, как ни парадоксально. Но уж точно не в формате встречи боевиков с министром обороны США, по крайней мере, пока не будет осуществлен эффективный контроль территории и не будет политической легализации.
Но самое ключевое что ровно в тот момент когда все поймут что Россия не способна осуществлять эффективную силовую поддержку Лукашенко, вся конструкция рискует рухнуть от дуновения ветра. Наступит ли этот момент? Возможно не наступит в перспективе ближайшего десятилетия, а возможно он уже наступил, просто этого никто не осознаёт.
Ни Светлана, ни её команда никогда не заявляла ничего про силовое решение беларусского вопроса. Но уже давно она ничего не говорит против этого решения. Она просто этим не занимается, потому что это будет откровенно мешать ей двигаться по дипломатическому треку. Политики не жмут грязные руки, а чистыми руками делать что-то в силовом отношении невозможно. Разве что Лавров может обниматься с талибами, но это особый случай. Для силовых решений уже давным давно созданы инициативы байпола, “супрацiва” и прочие. Место для новых свободно, риски - понятны. Риск уже даже не свобода, риск - жизнь.
Вопрос в том, что даже все будет организационно готово для силового переворота и раскачки ситуации в моменте, лучший ли сейчас момент чтобы нажать эту кнопку? Цена ошибки очень велика. Цена - это то что Могилев может стать Мариуполем. Если лишь 3% беларусов выступает за ввод войск в Украину, то перспектива переноса боевых действий на территорию Беларуси будет популярна в пределах статистической погрешности.
Конечно, у апологетов силового решения есть надежда что с каждым залпом HIMARS стратегически ситуация будет меняться в сторону снижения рисков. Россия не всесильна, она не потянет несколько фронтов. Но все меняется, и ещё может поменяться в абсолютно непредсказуемую сторону. Один выстрел сербского “партизана” довел мир до невиданной ранее войны. Мы сейчас живём в похожее время, и даже исторических параллелей между нашим регионом сейчас и Балканами в 1914 можно найти немало. Понятно что многим хочется решить вопрос ещё вчера, понятно что многие выгорают.
А если посмотреть на ситуацию глазами соседей? Открыть напрямую фронт с Беларусью (а засылать открыто через свою территорию вооруженных ребят - это форма агрессии, аналогично засылке Гиркина в 2014) означает практически открыто поставить мир на грань войны ядерных блоков. А значит спецслужбам и политикам соседей очень выгодна и удобна Тихановская как представитель протеста, и неудобны ребята, который могут поставить своей удалью мир на грань ядерной войны (хотя, справедливости ради, он и так там стоит). В то же время, перемены им выгодны. Вопрос в форме, и чем более размытой будет связка между силовыми ребятами и западными политиками, тем проще будет найти общий язык, как ни парадоксально. Но уж точно не в формате встречи боевиков с министром обороны США, по крайней мере, пока не будет осуществлен эффективный контроль территории и не будет политической легализации.
Но самое ключевое что ровно в тот момент когда все поймут что Россия не способна осуществлять эффективную силовую поддержку Лукашенко, вся конструкция рискует рухнуть от дуновения ветра. Наступит ли этот момент? Возможно не наступит в перспективе ближайшего десятилетия, а возможно он уже наступил, просто этого никто не осознаёт.
Политическая ситуация 9 августа 2020 принципиально отличается от ситуации сегодня, ровно 2 года спустя.
Два года назад была поднята сугубо внутренняя политическая проблема и контекст был внутренним, подчеркнуто. Отсюда и вся условно-комплиментарная к России риторика тогдашних лидеров: дайте нам решить нам внутреннюю проблему, как дали её решить армянам. Отсюда риторика про отсутствие геополитического выбора.
20й год вообще был достаточно спокойным временем с точки зрения международной политики в регионе. Бушевал ковид, всем было не до выяснения отношений. В Украине только-только пришёл к власти Зеленский и фактически весь первый год его президентства во внешнеполитическом отношении был так или иначе попыткой выстроить диалог с Москвой. Чему ярким примером является история с вагенровцами, когда башня “за мир” победила “военную башню”, если уместно говорить про башни в контексте Банковой, наверно более точно говорить про химеры (в честь которых был назван HIMARS, многоходовка пелевинского уровня).
Абсолютно все внешние комментаторы были шокированы происходящим в Беларуси. Ситуация извне не прогнозировалась, не было понятно как на неё реагировать. Беларусь была более-менее понятным партнером для всех в регионе, положа руку на сердце - всех этот статус устраивал, поэтому в политику извне если и лезли, то в гомеопатических дозах. А бабахнуло в итоге знатно, опять же - по сугубо внутренним причинам. Никакие гранты не заставят людей идти под светошумовые гранаты или стоять часами в очередях чтобы отдать подпись за кандидата.
Сейчас внутренняя динамика находится примерно на уровне ветра на кладбище, но вот расклады по международке поменялись кардинально.
Ключевая задача западного мира в лице США сейчас - формирование такой региональной конфигурации, при которой Россия не сможет вести агрессивную военную политику. Достижение этой цели разбивается на подзадачи: помощь Украине, выматывание военного потенциала РФ, санкционные ограничения на высокие технологии. При этом на поле боя победить Россию со стороны Украины - довольно сложная, долгая и муторная задача в текущей конфигурации, даже при условии поставок вооружений со стороны Запада.
А вот если Беларусь “переворачивается” и становится нейтрально-дружественным Украине государством, то картина начинает выглядеть гораздо веселее. Посудите сами:
1) Появляются огромные логистические возможности по снабжению через северную границу Украины
2) Войска с северной границы отправляются прямиком на фронт
3) Сильно сужается территория потенциальных обстрелов
4) Россия неизбежно будет вынуждена как минимум усилить в военном компоненте границу с Беларусью, это означает переброску войск, нужных на фронте
5) Вишенка на торте - снабжение топливом. Это особенно интересный пункт. В сентябре 2022 года должно быть закончено строительство нефтеперемычки Гомель - Горки. Значит можно гнать нефть на МНПЗ напрямую с балтийских портов.
Все в совокупности обозначает стратегический переворот ситуации. И цена вопроса здесь - не перемолка десятков БТГ в мясорубке. Цена вопроса - грамотная организация сноса власти, непопулярной среди значительной доли населения.
Неизвестно кто стал форсировать идею создания кабинета среди оппозиционных сил. Кабинет, правительство - необходимое (но недостаточное) условие для создания того самого двоевластия. Которого не случилось в 2020м. Появись он 2 года назад - он рисковал бы стать очередной пустой инициативой. Но, сопоставляя всё что происходит сейчас, на ум приходит вывод - сейчас беларусский вопрос это уже не только проблема Беларуси. Более того, конфликт в регионе настолько силён, что вне желания или нежелания беларусского народа, давление извне на текущий режим будет необычно сильным. На фоне слабой России. На фоне криков пропагандистов о том что вертикаль недостаточно рьяно участвует в репрессиях (“сколько ещё нужно лет? 5? 7? 20?” - Азарёнок о том, как играли “Океан Эльзы” в центре Минска).
Новый сезон обещает быть интересным.
Два года назад была поднята сугубо внутренняя политическая проблема и контекст был внутренним, подчеркнуто. Отсюда и вся условно-комплиментарная к России риторика тогдашних лидеров: дайте нам решить нам внутреннюю проблему, как дали её решить армянам. Отсюда риторика про отсутствие геополитического выбора.
20й год вообще был достаточно спокойным временем с точки зрения международной политики в регионе. Бушевал ковид, всем было не до выяснения отношений. В Украине только-только пришёл к власти Зеленский и фактически весь первый год его президентства во внешнеполитическом отношении был так или иначе попыткой выстроить диалог с Москвой. Чему ярким примером является история с вагенровцами, когда башня “за мир” победила “военную башню”, если уместно говорить про башни в контексте Банковой, наверно более точно говорить про химеры (в честь которых был назван HIMARS, многоходовка пелевинского уровня).
Абсолютно все внешние комментаторы были шокированы происходящим в Беларуси. Ситуация извне не прогнозировалась, не было понятно как на неё реагировать. Беларусь была более-менее понятным партнером для всех в регионе, положа руку на сердце - всех этот статус устраивал, поэтому в политику извне если и лезли, то в гомеопатических дозах. А бабахнуло в итоге знатно, опять же - по сугубо внутренним причинам. Никакие гранты не заставят людей идти под светошумовые гранаты или стоять часами в очередях чтобы отдать подпись за кандидата.
Сейчас внутренняя динамика находится примерно на уровне ветра на кладбище, но вот расклады по международке поменялись кардинально.
Ключевая задача западного мира в лице США сейчас - формирование такой региональной конфигурации, при которой Россия не сможет вести агрессивную военную политику. Достижение этой цели разбивается на подзадачи: помощь Украине, выматывание военного потенциала РФ, санкционные ограничения на высокие технологии. При этом на поле боя победить Россию со стороны Украины - довольно сложная, долгая и муторная задача в текущей конфигурации, даже при условии поставок вооружений со стороны Запада.
А вот если Беларусь “переворачивается” и становится нейтрально-дружественным Украине государством, то картина начинает выглядеть гораздо веселее. Посудите сами:
1) Появляются огромные логистические возможности по снабжению через северную границу Украины
2) Войска с северной границы отправляются прямиком на фронт
3) Сильно сужается территория потенциальных обстрелов
4) Россия неизбежно будет вынуждена как минимум усилить в военном компоненте границу с Беларусью, это означает переброску войск, нужных на фронте
5) Вишенка на торте - снабжение топливом. Это особенно интересный пункт. В сентябре 2022 года должно быть закончено строительство нефтеперемычки Гомель - Горки. Значит можно гнать нефть на МНПЗ напрямую с балтийских портов.
Все в совокупности обозначает стратегический переворот ситуации. И цена вопроса здесь - не перемолка десятков БТГ в мясорубке. Цена вопроса - грамотная организация сноса власти, непопулярной среди значительной доли населения.
Неизвестно кто стал форсировать идею создания кабинета среди оппозиционных сил. Кабинет, правительство - необходимое (но недостаточное) условие для создания того самого двоевластия. Которого не случилось в 2020м. Появись он 2 года назад - он рисковал бы стать очередной пустой инициативой. Но, сопоставляя всё что происходит сейчас, на ум приходит вывод - сейчас беларусский вопрос это уже не только проблема Беларуси. Более того, конфликт в регионе настолько силён, что вне желания или нежелания беларусского народа, давление извне на текущий режим будет необычно сильным. На фоне слабой России. На фоне криков пропагандистов о том что вертикаль недостаточно рьяно участвует в репрессиях (“сколько ещё нужно лет? 5? 7? 20?” - Азарёнок о том, как играли “Океан Эльзы” в центре Минска).
Новый сезон обещает быть интересным.
На этом канале мало текстов про войну, хотя война подкидывает много поводов порефлексировать. Дело в том что в военном деле нужно разбираться, это достаточно профессиональная тема, несмотря на кажущуюся простоту входа. Очень много экспертов в медиа, которые аргументированно дают те или иные оценки происходящему, плюс свидетельства напрямую с фронтов - все это переплетается в полотно, где оценить происходящее и построить тренды довольно сложно. Но мы, попробуем, и именно сейчас.
Причина - пост коллег. Действительно, наступление ВС РФ на текущем этапе выдохлось. О предложении возобновить мирные переговоры говорят многие, большинство склоняете к тому что Украина в текущей ситуации это предложение отвергнет. Значит будет новый виток.
Способность РФ вести наступательные действия в рамках выбранной тактики, определяется возможностью российского ВПК пополнять свою артиллерию боеприпасами. Самый важный вопрос - это отношение расхода боеприпасов к их производству. Если с “Калибрами” ситуация более-менее ясна - отстреляли большинство, сейчас берегут, то вот с обычной артиллерией запас прочности непонятен. Единственная цифра, которая мелькала в интернетах (непроверенная) - текущий расход за 2-3 дня отстреливает годовое производство снарядов в РФ. А расход действительно бешеный, это отмечают все источники с украинской стороны. О паритете в артиллерийских выстрелах обычной полевой артиллерии пока не идёт речи, в прессе есть цифры о соотношение 10 выстрелах к одному в пользу РФ. Но эти цифры были до того как заработали HIMARSы. Украина бьёт по складам, пока не очень понятна в абсолютных цифрах эффективность таких ударов с точки зрения прерывания снабжения, но это явно не увеличивает количество снарядов у России.
Россия обладает полным циклом производства боеприпасов, но количество производимых боеприпасов нереально узнать их открытых источников (по крайней мере, в режиме беглого гуглинга). Есть цифры о том что расход боеприпасов сейчас сопоставим с расходом боеприпасов СССР во Второй Мировой. С одной стороны, технологии производства шагнули вперед, с другой стороны тогда вся страна была военным лагерем. И был ленд-лиз, который покрывал дефицит порохов и взрывчатки. В пользу того что ситуация с боеприпасами в режиме текущего расхода небезупречная может говорить то, что их вывозят из Беларуси. Притом что ВС РБ они гипотетически самой бы весьма не помешали - армия не вылазит с учений, прикрывает границу и крайне серьёзно готовится к потенциальному переносу боевых действий на свою территорию.
У Китая есть снаряды 152-мм калибра, т.е. гипотетически он может подставить русским плечо и втихаря снабжать снарядами. Но для покрытия такого расхода нужно увеличивать производство, что представляет собой весьма масштабное мероприятие и вряд ли ускользнёт от американской разведок. А это чревато большими санкциями - Китай пока повода вводить санкции не давал. В общем, если Китай найдёт способ развернуть производство и даст зеленый свет на снабжение РФ снарядами - это позволит поддерживать тактику “выжигания земли”. Если нет, то рано или поздно Россию ждёт снарядный голод.
А альтернатив артиллерийской тактике не просматривается. Небо уже не контролируется полностью, высокоточные ракеты отстреляны. Вопрос мобилизации гипотетически миллионной пехотной армии упирается в те же самые вопросы её снабжения и обучения. Если артиллерийских стволов на складах ещё приличное число, то вот всё в совокупности выглядит труднорешаемой задачей.
В запасе, конечно, есть ещё ядерка. Но учитывая уровень работы американской разведки, прикасаться к этой теме опасно. Могут упредить.
Причина - пост коллег. Действительно, наступление ВС РФ на текущем этапе выдохлось. О предложении возобновить мирные переговоры говорят многие, большинство склоняете к тому что Украина в текущей ситуации это предложение отвергнет. Значит будет новый виток.
Способность РФ вести наступательные действия в рамках выбранной тактики, определяется возможностью российского ВПК пополнять свою артиллерию боеприпасами. Самый важный вопрос - это отношение расхода боеприпасов к их производству. Если с “Калибрами” ситуация более-менее ясна - отстреляли большинство, сейчас берегут, то вот с обычной артиллерией запас прочности непонятен. Единственная цифра, которая мелькала в интернетах (непроверенная) - текущий расход за 2-3 дня отстреливает годовое производство снарядов в РФ. А расход действительно бешеный, это отмечают все источники с украинской стороны. О паритете в артиллерийских выстрелах обычной полевой артиллерии пока не идёт речи, в прессе есть цифры о соотношение 10 выстрелах к одному в пользу РФ. Но эти цифры были до того как заработали HIMARSы. Украина бьёт по складам, пока не очень понятна в абсолютных цифрах эффективность таких ударов с точки зрения прерывания снабжения, но это явно не увеличивает количество снарядов у России.
Россия обладает полным циклом производства боеприпасов, но количество производимых боеприпасов нереально узнать их открытых источников (по крайней мере, в режиме беглого гуглинга). Есть цифры о том что расход боеприпасов сейчас сопоставим с расходом боеприпасов СССР во Второй Мировой. С одной стороны, технологии производства шагнули вперед, с другой стороны тогда вся страна была военным лагерем. И был ленд-лиз, который покрывал дефицит порохов и взрывчатки. В пользу того что ситуация с боеприпасами в режиме текущего расхода небезупречная может говорить то, что их вывозят из Беларуси. Притом что ВС РБ они гипотетически самой бы весьма не помешали - армия не вылазит с учений, прикрывает границу и крайне серьёзно готовится к потенциальному переносу боевых действий на свою территорию.
У Китая есть снаряды 152-мм калибра, т.е. гипотетически он может подставить русским плечо и втихаря снабжать снарядами. Но для покрытия такого расхода нужно увеличивать производство, что представляет собой весьма масштабное мероприятие и вряд ли ускользнёт от американской разведок. А это чревато большими санкциями - Китай пока повода вводить санкции не давал. В общем, если Китай найдёт способ развернуть производство и даст зеленый свет на снабжение РФ снарядами - это позволит поддерживать тактику “выжигания земли”. Если нет, то рано или поздно Россию ждёт снарядный голод.
А альтернатив артиллерийской тактике не просматривается. Небо уже не контролируется полностью, высокоточные ракеты отстреляны. Вопрос мобилизации гипотетически миллионной пехотной армии упирается в те же самые вопросы её снабжения и обучения. Если артиллерийских стволов на складах ещё приличное число, то вот всё в совокупности выглядит труднорешаемой задачей.
В запасе, конечно, есть ещё ядерка. Но учитывая уровень работы американской разведки, прикасаться к этой теме опасно. Могут упредить.
Telegram
«Кукловод и овца»
Пока мы тут на канале изображаем из себя военных экспертов, в мире происходят удивительные вещи. К Зеленскому приехали президент Турции и генсек ООН, и не одни, а с большим энтузиазмом продвинуться на пути заключения мира.
Примечательно, что энтузиазм у…
Примечательно, что энтузиазм у…
В общем ключевой вопрос на сегодня, в плоскости которого лежит ответ на то что будет на фронтах в ближайшие полгода, лежит в плоскости снабжения боеприпасами российской артиллерии. Если склады заполняются всё труднее, а выносятся все быстрее - это может объяснять острое желание как можно быстрее зафиксировать статус-кво. Иначе есть опыт Первой Мировой, печальный для русской армии - снарядный голод фактически не дал возможности наступать, что позволило немцам комфортно держать оборону вплоть до конца войны, и наступать по мере сил и желания.
Поскольку на мир украинцы сейчас не пойдут, если гипотеза верна - можно ожидать от руководства РФ “креативных сюрпризов” в ближайшее время, ну или попыток таковых.
Поскольку на мир украинцы сейчас не пойдут, если гипотеза верна - можно ожидать от руководства РФ “креативных сюрпризов” в ближайшее время, ну или попыток таковых.