https://youtu.be/7m6tEKRh9TY
Все знают об исключительных успехах революции Мейдзи в Японии, в кратчайшие сроки вытащившей страну из мрака Средневековья в прогрессивный мир 19-го века. Примеров подобной вестернизации, на самом деле, масса, но большинство из этих проектов потерпели неудачу. На окраинах великих империй отдельные регионы пытались модернизироваться и изменить свое положение в рейтинге мировых держав, пускаясь для этого в невиданные авантюры. И как это обычно бывает с такими авантюрами – за ними увлекательно и весело наблюдать, несмотря на горький конец…В общем, давайте посмотрим, как в 19-м веке целая серия стран попыталась, но так и не смогла запрыгнуть на геополитический, экономический и военный Олимп – поскольку история провалов ничуть не менее интересна и полезна, чем более привычная история успехов. Команда Редрум желает вам приятного просмотра.

Римская республика и позже - Империя - буквально ассоциируются с непобедимостью. Знаменитые римские когорты и легионы, прошедшие вдоль и поперек известный им мир и сделавшие Средиземное море внутренним морем римлян, это всем хорошо известный образ. Реформам Гая Мария, победам римской армии и успешным сражениям, выигранным римлянами, посвящены тонны литературы и прочего контента. Поэтому сегодня мы решили поговорить о несколько менее триумфальной части древнеримской истории - о римских поражениях. Кому и как проигрывали легендарные римские легионеры? Сегодня мы поговорим о битве с карфагенянами при Дрепане - крупнейшем римском поражении Первой Пунической войны, о схватке с Ганнибалом под Кананми, знаковой битве при Каррах и о том, что произошло с римским могуществом в Германии и Шотландии. Так что команда Редрум желает вам приятного и веселого просмотра! Всем римских поражений, друзья!
https://youtu.be/YBJi_9-jJOw

Я тут три недели колесил по Европе и опять думал, как же круто было в эпоху до Первой мировой войны, когда привилегия свободного перемещения была доступна всем, а не только избранным жителям избранных стран.

В XIX веке Николай Гоголь мог приехать в богоспасаемый Рим и спокойно прожить там 5 лет! Более того, он ещё и демонстративно отказывался предъявлять полицейским свой паспорт. Вот что писал его спутник и друг Михаил Погодин: “Он уверял меня …, что когда ездит один, то никогда не показывает паспорт никому по всей Европе под разными предлогами”.

Такой роскоши себе сегодня не могут позволить даже эти ваши EU-citizens.

Впрочем, был нюанс — Гоголю нужна была виза...Выездная из России.

Пушкину вот так и не дали. 💁‍♂️🙈

Мы все время говорим в наших видео об империях – причем нередко это слово мы (и не только мы) используем для обозначения самых разных государств из самых разных эпох и регионов. Но что такое империя? Что такое логика империи? Почему это название до сих пор живет и здравствует?

Авторский курс Константина Михайлова отвечает на эти вопросы. Я раньше уже советовал вам другие курсы Константина – это прекрасный историк, эксперт по религиям и что самое важное – замечательный рассказчик, которого я сам с удовольствием слушаю. На курсе вы услышите много про такие знакомые нам Францию, Россию, Германию, поймете, как империи связаны с современностью и почему по большей части имперский мир сгинул в пламени Первой мировой.

Доступ к лекциям у вас останется навсегда, но я бы советовал проходить его в момент запуска, потому что у вас будет отличный повод задать свои вопросы напрямую лектору. Сама платформа Level One, на которой размещен курс, устроена крайне удобно, так что опыт обещает быть не только интересным, но и приятным.

Ну и конечно, ловите промокод – redroom30. По нему вы получите 30-процентную скидку на курс.

Чтобы лучше понять, что такое империя и как империи до сих пор влияют на наш мир, переходите по ссылке – https://levelvan.ru/l/e

Реклама. ИП Погожева Анастасия Андреевна, ИНН 504790802267

А вообще давайте поговорим о футболе, политике и их страстном союзе

Зима 2022 года. Аргентина.

За прошедший год потребительские цены в стране выросли на 95%. Всё лето в Аргентине проходили митинги из-за роста стоимости жизни. Всё довольно скверно, и уже давно. Но 18 декабря вся страна собирается у экранов, чтобы посмотреть трансляцию футбольного матча, проходящего в Катаре. Там Аргентина выигрывает в финале Чемпионата мира, а национальный герой — Лионель Месси — забивает дубль. Наступает эйфория, страна погружается в бурное празднование, которое продолжается несколько недель. Образ Месси всюду — на окнах и стенах, ему посвящают песни и картины, миллионы людей высыпают на улицы, чтобы увидеть вернувшегося из Аравии кумира. Это не страна, в которой когда-то родился Месси. Это страна и есть Месси. Пока он играет, престиж Аргентины непоколебим.

1978 год. Аргентина.

Власть в стране принадлежит кровавой хунте. Генералы решительными рейдами выкорчевывают остатки партизанских отрядов, по всей Аргентине исчезают люди. Военные опрокидывают национальную экономику в бездну. Конца этому не видно. И тут из сердца тьмы пробивается свет. 25 июня 1978-го года на Эстадио Монументаль в Буэнос-Айресе аргентинские футболисты впервые выигрывают главный футбольный турнир планеты — Чемпионат Мира.

Страна вдруг объединяется вокруг политического режима, при котором так победоносно прошел домашний ЧМ. Триумф "иудео-христианской цивилизации", о котором говорили генералы последние годы, наконец обрел понятную народу форму. На волне победы на Мундиале аргентинской хунте удалось продержаться у власти еще несколько лет. Вплоть до Фолклендской войны.

Футбол и политика в Аргентине неразрывны до такой степени, какая возможна только в Латинской Америке. Футбол там является частью политической системы, и всё, что начинается как чисто спортивный вопрос, в Аргентине быстро становится политизированным.

Аргентинские политики в совершенстве освоили искусство манипулирования общественным мнением с помощью спорта. Они спонсируют футбольные клубы, руководят ими, регулярно посещают матчи. Крупные клубы Аргентины зачастую аффилированы с той или иной партией, и в период выборов спортивное противостояние обретает особенно яростный характер.

Президент Хуана Перона, естественно, сыграл в становлении этой традиции важнейшую роль. Поскольку рядовой аргентинец это почти всегда футбольный болельщик, пренебрегать его мнением патриарх аргентинского популизма просто не мог.

Перон постарался выстроить тесные связи со спортивной системой, и преуспел больше всего с клубом “Бока Хуниорс” — самой популярной командой в стране. Фанаты “Боки” боготворили своего покровителя, горланили лозунги вроде "Бока, Перон, одно сердце", а Перон в ответ называл себя “первым спортсменом” клуба.

Перон основал популярнейший спортивный журнал Mundo Deportivo, лучшей политической трибуной считал футбольный стадион, а лучшим инструментом политического рекрутирования — футбольные академии. За них отвечала его знаменитая жена Эвита. Перон присваивал себе все спортивные успехи национальной сборной, вплоть до того, что медали, полученные при Пероне, назывались медалями Перона. А когда Аргентина не была фаворитом, он просто не отпускал национальную сборную на турнир. В благодарность за финансовую поддержку Ассоциация футбола Аргентины поддержала кандидатуру Перона на выборах.

Спорт вне политики? Ну, Хуан Перон вряд ли считал, что хоть что-то может быть вне политики.

Перонистский режим впервые спаял спорт с властью в единую систему и заложил основу для использования футбола в качестве политического инструмента будущими правительствами — например, аргентинской хунтой во главе с генералом Хорхе Виделой, которая увидела в домашнем чемпионате мира по футболу 1978 года блестящие политические выгоды.

Эвита Перон, конечно же, кто еще

Эвита Перон и патриархат
Президент Аргентины Хуан Перон сделал для аргентинского феминизма первой волны больше, чем кто-либо.

В июле 1945-го Перон он заявил: “... я выступаю за предоставление женщинам избирательного права, потому что нет причин, почему это не должно стать реальностью". Этих причин не видели к тому моменту уже в большинстве западных стран, и глобально Перон инноватором не был, но в отстававшей Аргентине фемповестка стала бронебойным агитационным приемом.

В конце того же года Хуан Перон пошёл на выборы и триумфально на них победил, а лавры победителя щедро разделил со своей женой — Эвой aka Эвитой Перон.

Эвита подкрепляла пероновский образ борца за социальную справедливость своей неиссякаемой энергией. Она с энтузиазмом занималась благотворительностью, выступала на митингах, организовывала организации и продвигала движения — и совмещала во всё этом феминизм, эгалитаризм и католичество. Эвита была везде, всем нравилась, и фан-базу себе приобрела не меньше пероновской. Вскоре Эвита создаст свою перонистскую партию, но уже состоящую только из женщин. Ну а что? У неё в конце концов фамилия такая же.

Синергия всех организаций Эвиты Перон позволила создать широкую сеть социальной поддержки и включить 10 миллионов аргентинских женщин в общественную жизнь страны. Осенью 1947 года усилиями Эвиты женщины в Аргентине наконец получили избирательные права.

В том же году, выступая в Мадриде в рамках своей гуманитарной миссии в Европу, Эвита сказала: “Этот век войдет в историю не под названием "Век мировых войн"... а под гораздо более значимым названием: "Век победившего феминизма".

Великая женщина, что уж тут, светоч мирового феминизма. Бери и на знамя поднимай.

Только вот никакой феминистской Эвита Перон не была. Во всяком случае, сама себя она таковой не считала. По ее мнению, феминизм делал женщин похожими на мужчин, а это с её консервативными представлениями о католической морали никак не вязалось.

Она даже грубила:

“Признаюсь, мне было немного страшно в тот день, когда я оказалась перед возможностью вступить на путь феминизма. … Что я, скромная женщина из народа, могла сделать там, где другие женщины, более подготовленные, чем я, категорически не справились? Быть смешной? Присоединиться к движению женщин, испытывающих неприязнь и к женщинам, и к мужчинам… ? Я не была ни старой девой, ни даже достаточно уродливой для такого поста, который со времен английских суфражисток и до сегодняшнего дня, как правило, принадлежит почти исключительно женщинам такого типа.”
Несмотря на формальную эмансипацию, в провинциальных городах и деревнях Аргентины традиционные семейные порядки оставались непоколебимыми. И Эвита это поощряла.

Она преклонялась перед своим мужем, и считала, что высшим стремлением женщины должно быть замужество и материнство. "Мы рождены, чтобы быть домохозяйками, а не чтобы ходить по улицам". “Перон — лидер" — говорила она. — “Я лишь тень его превосходного присутствия". Эвита представляла себя как посредника, как "мост любви между Пероном и народом".

Важно иметь в виду, что дело-то было в насквозь католической Латинской Америке, где всегда с большой нервозностью относились к женским свободам — скажем, аборт до сих пор остается табу во многих частях этого континента.

Позиция Эвиты по вопросу ликвидации патриархата вызывала и вызывает резкую критику со стороны левого феминизма, но вот что тут удивительно — всё это говорил человек, добившийся для аргентинских женщин избирательных прав и впервые познакомивший их с благами общественной жизни.

В 1952 Эвита скоропостижно скончалась от рака. Траурные мероприятия тогда посетили миллионы аргентинцев и аргентинок, и неясно до сих пор, кого же эта нация вспоминает с большим теплом — Хуана Перона или его жену.

Об Амстердаме, Нидерландах и пользе тесных пространств
и еще даю небольшой, но ценный совет

Делюсь свежим опытом из недавнего путешествия. В Амстердаме я впервые оказался 10 лет назад и с тех пор неоднократно бывал проездом, но очень мало рефлексировал это место, а зря. Ведь это буквально торжество развитой городской культуры – что можно заметить по целой куче любопытных локальных привычек. Скажем, голландцы (как и некоторые другие обитатели северных регионов Европы) не зашторивают окна, сказывается как протестантизм – нечего порядочному бюргеру прятать от соседей – так и наличие этих самых соседей. Ведь в чем одно из основных отличий городского пространства от сельского? Его приходится делить с соседями – договариваться об организации инфраструктуры и эффективном освоении пространства (привет, средневековые каналы и современный блестяще организованный общественный транспорт); объединять скудные ресурсы (привет, первый в мире фондовый рынок); да и просто воспитывать в себе вежливость и находчивость.

Короче, в этот раз я остался под большим впечатлением от Амстердама и от Голландии в целом (надо же было построить страну с прекрасным UX во всем!), потому что в частных деталях ее нынешней жизни четко проглядывается история становления этой самой жизни: давнишняя борьба за независимость, развитие традиций предпринимательства и строительства, связь с Англией и прочие Рембрандты и принцы Оранские.

Ну и раз уж я начал с вами делиться, то заодно ловите канал Ани, которая водила нас по Амстердаму в этот приезд и которой я во многом обязан тому, что Амстердам теперь в списке моих любимейших городов. За двухчасовую прогулку-экскурсию я нахватался такого количества одновременно совершенно туристических вау-впечатлений и вполне основательного материала для дальнейшей рефлексии, что мне сложно представить более правильный способ знакомства с городом. Так что смело рекомендую и советую вам, во-первых, подписаться и читать про историю Амстердама и Нидерландов, голландское искусство и современную жизнь в этой потрясной стране, а во-вторых, обязательно попасть к ней на экскурсию, если вдруг вы собираетесь скататься в голландскую столицу.

Пост не рекламный – я абсолютно искренне считаю, что Аня делает очень крутые штуки, так что не стесняйтесь подписываться!

Латиноамериканский фронтир
кем были самые суровые обитатели Латинской Америки и как они исчезли

В колониальную эпоху жизнь в пампе — плодородной степи к югу и западу от Буэнос-Айреса — была суровой. Её населяли в основном разрозненные индейские племена и гаучос — погонщики скота, часто метисы, происходившие от связей испанцев с индианками. Будучи безразличными и к патриотическим призывам, и к религиозным проповедям, гаучос сопротивлялись любым попыткам политического контроля со стороны Буэнос-Айреса.

Неграмотные и не знакомые с элементарными благами городской цивилизации, гаучос у жителей немногочисленных городов Аргентины ассоциировались с дикостью, смелостью и независимостью, и в итоге стали персонажами колониального фольклора. Правда, обычно гаучо изображали как таких степных оболтусов, которые всё время только и делают, что поют да танцуют. На самом деле, гаучос были машинами смерти. Они жестоко расправлялись с индейцами, формировали ядро военных отрядов каудильо, мастерски владели ножами, лассо и болеадорас.

Гаучос выживали на диете из сырого мяса и воды, жили в глинобитных хижинах, покрытых шкурами, где не были почти никакой мебели, кроме черепов лошадей, служивших гаучо табуретами. Этот гранж разбавляли разве что шикарные пончо, которые женщины гаучо ткали, пока мужчины были на охоте.

Гаучос были кочевниками, а значит, для них были чужды понятия о земле, собственности и оседлой семье. Распространение власти аргентинских землевладельцев означало для гаучос угрозу их образу жизни.

Пока колониальные испанские власти опасались лезть в просторы пампы, гаучос чувствовали себя свободно. Всё поменялось после 1810-го, когда на место Испанской империи в Южной Америке пришли независимые республики.

Во время войн за независимость гаучос вербовали в кавалерию революционных армий, где они становились главной ударной силой. Но отвоевав независимость, аргентинские революционеры не остановились и стали расширять свои владения на юг — в пампу. В итоге, земля и стада, принадлежавшие гаучос, превратились в собственность республики. Гаучос пытались партизанить, но безрезультатно. В конце концов, их стали нанимать для работы в крупных поместьях и гаучо окончательно обменяли свою свободу на жалованье, дом, еду и одежду.

Гаучос лишились своего уникального образа жизни, также как и индейцы, с наступлением европеизированной Аргентины на юг. К концу XIX века власть Буэнос-Айреса распространилась не только на пампу, но и вплоть до Огненной земли на южной оконечности континента, и гаучос окончательно ушли в историю.

суровейшее фото суровейшего обитателя аргентинских степей, про которых пост выше

О любви к вождям-харизматикам
кто такие каудильо – на примере Хуана Мануэля де Росаса

60 лет после падения в 1810-х Испанской империи Аргентина находилась в состоянии перманентной гражданской войны. Унитаристская партия стремилась к доминированию столицы, Федералистская — отстаивала автономию провинций. Страна постепенно расползалась на части.

Этот хаос вызвал к жизни феномен каудильо — военных лидеров, которые повели за собой изможденный постколониальной грызнёй народ. Каудильо были одновременно и харизматичными варлордами, и мафиозными боссами, и племенными вождями, и, что важнее всего, крупными землевладельцами, содержавшими частные армии.

В 1820 году на службу в армию Буэнос-Айреса поступил каудильо Хуан Мануэль де Росас. Его сопровождали верные головорезы из числа гаучос и вскоре Хуан Мануэль де Росас стал сначала столичным губернатором, а потом и диктатором Аргентинской конфедерации.

Получив в распоряжение Аргентину, Росас не стал менять привычные методы управления. Его система власти имела мало общего с абстрактными политическими идеологиями. Главным в ней была личная преданность вождю. Аргентинский каудильо — не либерал, не националист и не консерватор. Он — каудильо. Его власть определялась не формальными званиями, должностями и учреждениями, а армией последователей.

Росас представлял себя как “человека из народа”, способного найти общий язык и суровыми гаучо из пампы, и с бедными чернокожими рабочими. Своих же либеральных оппонентов он выставлял евроцентричными аристократами, оторванными от аргентинской жизни. Даже воюя с индейцами, он часто вёл с ними переговоры на их родном языке.

17-летняя диктатура Росаса, хотя и провозглашала себя федералистской, на самом деле была централистской тиранией. “Масо́рка” — тайная полиция, а фактически террористическая организация с девизом “Федерация или смерть!” — устроила в Аргентине настоящий репрессивный ад, хотя на дворе был не XX, а XIX век.

Агенты “Масорки” вели “учёт мнений” с непредсказуемыми последствиями для тех, чье “мнение” оказывалось не в той папочке. Казни при Росасе стали носить “воспитательный характер”. Кстати, “Масорка” переводится как “кукурузный початок”, который должен был символизировать единство народа и власти. Такая вот фасция с латиноамериканским колоритом.

В общем, Росас не только первым опробовал приёмы каудильо в общенациональном масштабе, но и пошёл дальше, создав в Аргентине форменный тоталитарный режим и культ личности. На портретах, которые висели даже на алтарях, он изображался в деревенской одежде, а жители Буэнос-Айреса были обязаны носить красные ленточки (символ власти Росаса) под угрозой избиений. Его власть была необъятна, но все-таки конечна.

Жизнь свою Хуан Мануэль де Росас закончил бесславно — фермером в Англии, где он оказался после того, как его коллективными усилиями чуть не всей Латинской Америки сбили с аргентинского трона в 1852 году.

Наследие власти каудильо — власти “патрона” над “клиентами”, вождистского, харизматического типа правления — это не толкьо популистские режимы 20-го века, вроде перонистского, оно и сегодня остается важной частью национального самосознания и культурной идентичности аргентинцев. Вон, Росас даже на 20 песо был в 90-е! Любят все же в Латинской Америке вождей.

Все слышали про рабство, но что мы о нем знаем? Рабство -- это варварство или продукт цивилизации? Каким было рабство в совсем глубокой древности и во что его превратили римляне? Как изменялось отношение к рабству в течение мировой истории? Как можно было сделать рабство эффективным? Кто занимался работорговлей? Кому это было выгодно и кому невыгодно? Почему работорговля оказалась не лучшим выбором? Почему институциональное рабство исчезло? В общем, сегодня у нас история рабства, действительно богатая тема со множеством вопросов -- на которые мы постараемся ответить. Команда Редрум желает вам приятного просмотра.
https://youtu.be/k3KcZdDrsno

Sranje.

Привет, у меня для всех, кто любит баловать мозг новыми нейронными связями, просто отличный подгон — Правое полушарие Интроверта, классная платформа для саморазвития! Тут больше трех сотен курсов (практически как спартанцев при Фермопилах в фильме Снайдера) на самые разные темы: по истории, искусству, психологии и много чему еще!

Мне очень нравится сам подход ребят к тому, какими должны быть курсы. Каждый курс — это саммари, тонна информации, которая упакованна в серию лекций по 20 минут. Это буквально наш родной ютуб-формат, и мне радостно видеть, когда кто-то еще его хорошо реализует. Только искать нужное видео долго не надо. Так что если времени ни на что не хватает, лучший способ получить интересующие вас знания — это курсы от Интровертов. Тем более что сам формат очень удобный: можно читать и смотреть, можно слушать в фоновом режиме в качестве подкаста, параллельно занимаясь чем-то еще.

Зацените все сами бесплатно: наш промокод RED дает бесплатный доступ к подписке на 30 дней. Подписка в дальнейшем стоит всего лишь 300 рублей, и ее, кстати, можно дарить.

Реклама. ИП МАЙРАНСАЕВ АЛАН ИБРАГИМОВИЧ. ИНН: 744612131548

СЛАВЯНСКИЕ РАБЫ, КРЫМСКАЯ РАБОТОРГОВЛЯ ТАТАРСКИЕ НАБЕГИ
Справедливо в комментариях обвиняют в игнорировании этой темы в видео. Исправляемся.

Славянские рабы стали одним из основных товаров, которыми варяжские князья торговали с Византией, наряду с мехами, воском, мёдом и другими товарами примерно с VIII-го века.

Ситуация мало чем отличалась от более поздних отношений африканских вождей с европейскими торговцами. Киевские князья собирали дань, в том числе и рабов, с подвластных племён, а потом сбывали их грекам, которые в свою очередь перепродавали их по всему Средиземноморью – и арабам, и итальянцам.

Последние и перехватили торговлю рабами в XIII веке после Четвёртого крестового похода. Лидерами были Генуя и Венеция, в которой на рынке продавалось около 10 тысяч рабов в год, из которых от 20 до 40 процентов составляли невольники из русских княжеств. Остальные были татары и кавказцы.

После же распада Золотой Орды, эстафета работорговли перешла к крымским татарам. Правда речь не совсем о рабах – у татар существовал отдельный институт, ясырь. От рабов в общепринятом понимании ясырники отличались тем, что это были, по сути, заложники. Базовая ценность ясыря заключалась не в том, что он был рабочей силой, а в том, что за него могли дать выкуп. А работал он на своего хозяина лишь до тех пор, пока его не выкупали, временно. И продавали такого обычно только в случае, если на выкуп рассчитывать было уже невозможно.

И кстати, в таком качестве заложников ясыри были не только у татар. Этим занимались и черкесы, и башкиры с калмыками. Да и, надо сказать, казаки – и запорожские, и донские.

Но в Крыму это всё вышло на принципиально новый уровень. Потому что Крым в какой-то момент оказался “третьей силой” в вечной войне Москвы и Литвы, и ханам было весьма удобно заключать союз то с одними, то с другими, захватывая просто огромное количество пленных.

Причём в Крыму рабов практически не использовали для нужд хозяйства. Хозяева ясырей либо ждали выкупа, либо продавали – и имели с этого немалый профит. Только за выкуп пленнников Москва в 1650х платила Крыму 150 тысяч рублей в год. А ведь выкупали в основном знатных людей. Прочие же шли.. да, в Константинополь, на рынки рабов.

В одной только Кафе, нынешней Феодосии, в XVI-XVII веках в год продавалось 17 с половиной тысяч рабов. Русские составляли там, опять же, где-то около четверти.

В результате Крымское ханство превратилось во что-то вроде Дагомеи в Европе – захват ясыря быстро стал государствообразующим бизнесом. А походы на Москву и Литву из вопросов стратегии превратились в вопрос повседневной экономики, в традицию, без которой хан не мог держаться у власти. Причём это даже мешало. Неоднократно бывали случаи, когда какой-нибудь хан понимал, что война идёт не по плану, и хотел отступить, но был вынужден продолжать поход под давлением мурз, мечтавших о ясыре.

А для России и Украины татарские набеги стали катастрофой. Цифры колеблются от 400 тысяч до 2 миллионов подданных Москвы и Варшавы, захваченных татарами с середины XVI до конца XVIII века.

Чисто чтобы сопоставить - всё население Московского царства на 1620 год где-то 3.5 миллиона, к концу века выросло до 11 млн. Считается, что Северное Причерноморье, которое c грехом пополам начали заселять после распада Золотой Орды, как раз в результате этих набегов полностью обезлюдело. А что до Московского царства – процитирую Юрия Крижанича, иезуита на царской службе, считавшем, что “Россия могла бы быть втрое более населена, если бы не набеги”.

Миклош Хорти - один из самых противоречивых диктаторов эпохи Интербеллума. Офицер, монархист, человек долга, принявший правление в Венгрии в тяжелый для страны период. Военный диктатор, русофоб, союзник Третьего рейха. В общем, сегодня мы попытаемся рассказать историю меметичного адмирала без флота чуть подробнее, чем обычно принято о нем говорить -- выйдя за пределы его роли во Второй Мировой войне. Короче говоря, сегодня краткая биография Миклоша Хорти, без чьего влияния невозможно представить ни Венгрию времен окончания власти династии Габсбургов, ни Венгрию современную.
https://youtu.be/sTmCag0FqHg

Ольмеки - не просто один из древних народов Мезоамерики, но по настоящему загадочная тема. Ольмекская цивилизация, как известно, древнее ацтеков и майя, но в цирке не выступает -- в смысле, знаем мы о ней гораздо меньше, чем хотелось бы., так что государство ольмеков все еще овеяно целым сонмом тайн, слухов, мифов и теорий. Сегодня мы закопаемся в самые недры истории Мезоамерики, разберемся в том, что же сделали ольмеки для этой самой истории и вспомним не просто сюжет, но настоящий археологический эпос, развернувшийся вокруг находок в южной и центральной Мексике. Каменные топоры и радиоуглеродный анализ, артефакты доколумбовой эпохи, загадочные гигантские головы и сумасшедшие альтернативные теории, одним словом - команда Редрум, как всегда, желает вам приятного просмотра.
https://youtu.be/pDgCsFGNWGM

(телеграм не хочет встраивать с нормальным названием, а я забыл, через какой бот надо это делать, но вы все равно кликайте - хоть узнаете, как ролик называется на самом деле😅🤡)