Лицо опухшее, зарёванное, в красных пятнах — почти моё лицо. Волосы растрёпаны — торчат, лоб расчерчен морщинами, хмурится, кусает ногти.
 
— Ты кто? — разглядываю её, кажется немного брезгливо…
 
Поворачивается, смотрит, прищурившись, кривит губы, всхлипывает:
 
— Опять двадцать пять? По новой этот же разговор? Серьёзно?
 
Голос писклявый, визгливый и мне не нравится её тон, мне сводит скулы… Отворачиваюсь, ищу зажигалку, ставлю чайник, включаю вытяжку, закуриваю…
 
— Ну, конечно, пассивно-агрессивное игнорирование, почему бы и нет? — снова всхлипнула.
 
Пытаюсь вспомнить, где и когда я её видела. Что был за разговор?
 
Вспоминаю…
Снег — манная крупа, мелкий, колючий, вихрится. Сосны покачиваются над головой, роняют белые комья себе под ноги. Курю. Пальцы дрожат, как всегда, но внутри непривычно тихо — все голоса замолчали, мысли улеглись по углам, чувства все вышли с кровью, слезами, потом… пусто. Лицо уже почти высохло — в отражении стекла на веранде я вижу её.
 
— Ну, ура! Неужели! — она встала и демонстративно мне кланяется. — Я ваше одиночество, ваше высочество!

Смотрит на меня надменно. Я уже почти бешусь. Закуриваю снова. Она проходит ближе.
 
— Что зубы стиснула? Утомилась от дружочков своих, которые тебе будни скрашивают? Утомилась всех спасать, беречь, чинить, лечить?
 
Берёт мои сигареты, закуривает:
 
— Ты же всё знаешь! Каждый твой хищник тебя разлюбит однажды и каждый твой котик тебе надоест или наоборот. Всё приходящее как волна… Ничто не реально и любая иллюзия может быть воплощена. Ничего нет и есть что угодно… Ну, кроме того, о чём ты так страстно мечтаешь: понимания — нет.
 
Затихла, морщиться какой-то своей мысли. Тянет слова, как резинку, полушёпотом:
— Я м-о-г-у придумать, ч-т-о у-г-о-д-н-о... А ты умеешь воплощать… Границ нет.
 
Меня бесит её менторский голос, будто она знает про меня лучше меня. Она выгибает спину, гнётся как ветка вправо и назад. А я чувствую, как во мне скрипят суставы, и ещё больше злюсь.

#рассказ

Мой новый рассказ — «Правила»
Иллюстрация от Midjourney.

Правила в их доме были просты:
до одиннадцати вечера быть дома
еда в холодильнике, если нет — готовьте
сладкое не есть без спроса
застилать постель
выносить мусор
раз в три дня уборка!

Эти шесть предложений были примагничены к холодильнику, уместились на половине листа из разлинованной тетради — неровным краем наверх. Кругленькие синие буквы висели на строчках, скатывались с них, подпрыгивали, к концу слова жались друг к другу и краю листа во втором и третьем правиле. Слово «уборка» было больше остальных, жирнее, глубже взгрызлось в бумагу.

Задумалась сегодня: а с кем я здесь разговариваю?

Решила устроить опрос, чтобы персонажи обрели лица, хотя бы по ту сторону коммуникации ;)

РАССКАЗ "ПАЛИТРА".

P.S. Всегда рада вашим реакциям, впечатлениям, ассоциациям, сообщениям о том, что вам видится, чувствуется или чудится между букв )

#прочитано

Прочитано за весну и лето:

Иен Бэнкс «Воронья дорога». О жизни и смерти, о смысле жизни. О семейных ценностях и конфликте отцов и детей в приятных глазу декорациях. Прекрасно. Мне понравилось. Рекомендую, в меру лирично, в меру стоически, в меру жизнеутверждающе.

Татьяна Замировская «Смерти. Net». Супер-круто. Очень самобытно. Самое специфическое, но одновременно затягивающее из того, что я читала за долгое время. Удивляет и восхищает столь вольное обращение с языком. О чем? О том что границы условны, а категории относительны, о жизни, смерти и границе между ними.

«Петровы в гриппе и вокруг него» Алексея Сальникова. Мрачный уральский сюр. Ух. Мне близки и контексты и декорации Екб, я вижу эти остановки и перекресток рядом с Храмом на Крови, эту пробку... Хорошо написано. Получила удовольствие. Один только вопрос к автору. А что с концовкой, кажется что проснулся с бодуна и решил — а пох, пусть будет так. А может это такой замысел… Неоднозначное послевкусие. Но оно есть и оно устойчиво. И расталкивает неожиданные мысли.

Чак Паланик «Удушье». Специфическое развлечение для тех, кто любит поострее, позадиристее и пожестче. Написано круто. Меня, однако, больше вдохновляет, как он пишет о том, как писать, чем как пишет он сам. Его руководство для писателей «На затравку» — прекрасно. Сам Паланик не в моем вкусе. Но посоветовать могу. Искусный рассказчик, интриган и провокатор.

Сейчас читаю «Дом, в котором. Том 1.» Петросян и Проппа «Морфология волшебной сказки». Начатые или просмотренные и отложенные: Каван «Лед», Соколов «Школа Дураков», Павич «Хазарский словарь», сборник рассказов «Земля случайных чисел», Уолллес «Короткие интервью с подонками», «В поисках утраченного времени» Пруст.

А что вы сейчас читаете?

#текст

ПОПЫТКА КОНТАКТА

Мой редактор, сказал что «смог свыкнуться» с существованием этого текста. А как вам?
Буда рада мыслям и чувствам, негативные реакции тоже приветствуются.

#подслушано

— Дети, почему вы хотите быть животными?
— Взрослые, почему вы не хотите быть людьми?

Захарян у Дудя — знаменательное событие!

Сущность «физкультурника» в Юре, по-моему, еще никогда так ярко не подсвечивалась на контрасте, как с этим собеседником :)

Я получила удовольствие, дозу жизне- и человеколюбия, и расширение списка литературы на осень-зиму. Советую.

Интервью Юрию Дудю🔥

Читатель, я стал его гостем.

Лед тронулся, а видеовожатая Аннушка уже смонтировала нашу беседу, и не только смонтировала, но даже залила, так что заседание объявляется открытым:
https://youtu.be/g8CfjYTCspM

#дз
#побочкиоткурсапостилю

Пальцы перебирают гранатовые четки, холодные округлые камни, похожи на сгустки крови. Пламя свечи извивается, изрыгает черный дым.

— Привет! — голос, как шорох крошащихся сухих листьев.

— Привет. — шепчу, на выдохе.

Дым говорит со мной, ну что ж бывает. Пару-тройку раз в год. Без паники. Дыши, девочка моя, дыши.

— Последние ночи на светлой стороне, помнишь? — голос скрипит, как сырое полено в костре.

Пламя свечи раздваивается. Огненный язык, похожий на змеиный тянется ко мне. Отпускаю четки. Гранатовые сгустки звенят, падая на деревянную столешницу. Пульсирующий огонь касается кончика указательного пальца, расползается по фалангам, разливается по ладони, заполняя трещинки на коже, густым холодным сиянием. Мои запястья обхватывают тугые жгуты из черного дыма. Внутри головы начинают спорить голоса, шуршать шины по трассам, реветь города, стонать скрипки, завывать ветра между скал…

В окно заполз рассвет. Расчеркал стены оранжевыми линиями. Свеча давно догорела. На меня одобряющее смотрит экран, подмигивает дописанной сказкой.