Вчера мне посчастливилось побывать на премьере спектакля Константина Богомолова «Космический ветер, или Мраморная девочка» в Театре на Бронной. Я под
сильным впечатлением, и если в первой части спектакля мы откровенно веселились, то в конце вышли прилично пришибленные развязкой. Отдельно хочется отметить великолепное и «говорящее» музыкальное сопровождение, полное тонких и толстых намеков, и видео проекцию, которая позволяет очень близко видеть малейшие эмоциональные нюансы на лицах любимых актеров.

Основа - Еврипид, «Ифигения в Авлиде». Но первые два акта перенесены в 2090 год: на Земле перестаёт дуть космический ветер, и чтобы его вернуть, главному герою Аге ( современное сокращение от Агамемнон), которого играет бесподобнейший Рустам Ахмадеев, предлагают принести в жертву собственную дочь. Третий акт - уже сама античная история. Приём не новый, но здесь он работает не как игра в постмодерн, а как очень глубокое и чувственное погружение в трагические события.

Богомолов называет спектакль «антипостмодернистским манифестом» и «деконструкцией деконструкции». Это важное высказывание для режиссёра, который сам когда-то стоял у истоков театральной иронии и цитатности. Теперь он говорит, что на «развалинах постмодерна» должно остаться только настоящее.

Отсылок и параллелей в спектакле много, они очень забавные и сыграны с невероятным юмором, спойлерить не буду- надеюсь вы посмотрите сами. Особенно мило был изображен философ Дугин, это конечно, отдельная тема.

Первая часть спектакля мне неожиданно напомнила мой вечерний ютуб-марафон, такая забористая смесь подкастов по современной философии вперемешку с фантастикой Филипа Дика, Азимова и Лю Цы Синя и с отличным юмором- такое точное попадание, синхронизация с режиссером - это было очень близко и приятно.

Удивительно как Богомолов показывает острые, болезненные темы. Он балансирует на кончике иглы, не говорит ни «да», ни «нет» текущей повестке. Жертва ради «общего блага», цена человеческой жизни, оправдание убийства высокими целями - все это постоянно балансирует в очень сложном и многозначном поле.

Ну и главное мое чувственное впечатление, просто «разрыв сердца» - это Рустам Ахмадеев, Агамемнон. Он существует на сцене не как «актер», а как живой человек, невероятно обнаженный до самой трагической глубины, поразительным образом через голос, глаза, лицо - показывая что-то очень личное, от него невозможно оторвать глаз.

Спектакль идёт три часа с антрактом, это совсем не утомляет, напротив, хотелось, чтобы он не заканчивался. Если будет возможность, сходите, обсудим вместе !

Недавно посмотрела фильм, участник Каннского фестиваля 2026, «Параллельные Истории» иранского режиссера Асгара Фархади с любимыми актерами - красиво и харизматично стареющий Венсан Кассель, бесподобная Изабель Юппер, жгучий красавчик Пьер Нино и прекрасное олицетворение современной француженки - Виржини Эфира.

Дело происходит в Париже, пожилая писательница, зарастающая хламом и мышами (великолепная Изабель Юппер), постоянно дымит, прикуривая от тостера, и пишет совершенно безнадежный роман, подпитывая свою фантазию тем, что подсматривает в подзорную трубу за квартирой в доме напротив. К ней волей случая прибивается вышедший из тюрьмы молодой воришка (и видимо выходец из Ирана) и закручивается мощный сюжет, который радикально меняет жизни и самой писательницы и этого воришки и, конечно же, тех, за кем они наблюдают.

Есть принцип, который в физике сформулировал Вернер Гейзенберг: факт наблюдения меняет объект наблюдения.

Писательница Сильви смотрит в подзорную трубу и создает в своей голове параллельную реальность, используя в качестве прототипов незнакомых людей. В её голове разворачивается страсть, трагедия. И вот ни в чем неповинные соседи из дома напротив уже живут в любовном треугольнике с ревностью и предательством. И реальность этих людей — Николя, Анны, Тео — уже никогда не будет прежней.
В какой то момент Адам (воришка, который помогает писательнице по хозяйству) подбрасывает рукопись этой троице.
Они начинают по очереди читать выдуманную историю про самих себя и потихоньку сходят с ума.
Тут у меня снова возникает ассоциация из мира физики: кот Шредингера сам открывает свою коробку и не понимает, жив он или мертв, или и то и другое одновременно. Начинается сумасшедший дом.

Фархади исследует писательский вуйаеризм, неизбежный, когда пишешь истории о людях. Для писательницы Сильви он заполнял пустоту и одиночество жизни и был обезболивающим и возбуждающим заместителем отношений - вначале фильма она предстает как одинокий, неприятный и нелюдимый персонаж.
Однако в процессе - у нее появляются реальные отношения - с помощником Адамом, который вдруг стал ей практически как сын, с этими людьми напротив… ее жизнь наполняется новым смыслом и новыми ролями.

Вуайеризм в клиническом смысле, это не просто «подглядывание». Это способ получить возбуждение, не вступая в реальные отношения. Это односторонняя коммуникация, где Другой становится объектом, который можно потреблять, не рискуя собой. Для Сильви он создавал иллюзию жизни и авторства.
Но когда появился Адам и увидел в ней живого человека, который ест холодные консервы, одинокую душу, такую же как и он сам, и постепенно стал частью ее жизни - она действительно ожила под его добрым взглядом. В конце фильма мы уже видим другую Сильви, в ней появилась жизнь, симпатия и надежда.
Это очень перекликается с сутью нашей терапевтической работы. Когда клиенты приходят, чтобы быть увиденными нами, увидеть своё отражение в наших глазах - принимающее, поддерживающее, смелое и обновляющее - и изменить свою жизнь.

Для меня этот фильм Фархади - о том, как мы все смотрим друг на друга. И меняем друг друга фактом своего взгляда.

P.S. Если пойдёте — обратите внимание на сцену с мышатами. Она длится меньше минуты, но в ней весь фильм.