Почему я никогда не говорю с клиентом «умными» словами?
Мы часто ищем «правильный» стиль общения, но точнее будет искать тот, который органичен вам. Про поиск своего стиля я уже писала, но повторю: важно быть в том формате, где вам дышится свободно
Я выбираю простоту. На первой сессии уточняю: будем на «ты» или на «вы». И это никак не связано с границами: уважение не зависит от местоимений. Иногда предлагаю чай или кофе. Да: бывает и с конфетой в придачу
Я люблю сленг, мемы, новые слова. Интересно наблюдать, как язык меняется, как культура играет смыслами. В какой-то момент даже пыталась разобраться, чем ирония отличается от постиронии и метаиронии.
Мне любопытно слушать, как говорит человек, если он перестает держать «правильную» маску. Что у него стоит на аватарке? Фото или кот в странной позе и подпись шрифтом Lobster или Comic Sans? Все это — язык, через который он проявляется
Иногда бывает сложно отказаться от заученного экспертного языка, но именно в этом кроется суть того, как говорить по-человечески и при этом попадать в суть
Коллеги, делитесь: вы сложно говорите с клиентами или стараетесь подобрать объяснения попроще? И как, по-вашему, должен говорить настоящий терапевт?
Я выбираю простоту. На первой сессии уточняю: будем на «ты» или на «вы». И это никак не связано с границами: уважение не зависит от местоимений. Иногда предлагаю чай или кофе. Да: бывает и с конфетой в придачу
Я люблю сленг, мемы, новые слова. Интересно наблюдать, как язык меняется, как культура играет смыслами. В какой-то момент даже пыталась разобраться, чем ирония отличается от постиронии и метаиронии.
Признаюсь честно: окончательно не поняла, как люди смеются с картинок, которые, ну… совсем несмешные (зумеры, если вы на связи, киньте метаироничных мемов с пояснениями, я всё ещё хочу разобраться!)
Мне любопытно слушать, как говорит человек, если он перестает держать «правильную» маску. Что у него стоит на аватарке? Фото или кот в странной позе и подпись шрифтом Lobster или Comic Sans? Все это — язык, через который он проявляется
Я сама люблю свободу речи. Сложные термины вроде «ретрофлексия» или «контрперенос» не показывают клиентам, какие мы крутые, ведь намного круче найти простое объяснение. Может, показать рилс или мем, который точнее всего покажет процесс
Иногда бывает сложно отказаться от заученного экспертного языка, но именно в этом кроется суть того, как говорить по-человечески и при этом попадать в суть
Коллеги, делитесь: вы сложно говорите с клиентами или стараетесь подобрать объяснения попроще? И как, по-вашему, должен говорить настоящий терапевт?
❤11🔥1👏1
Клиент не пришёл. Или пришёл, но на полчаса позже
Знаю, у многих начинающих психологов именно это вызывает сильное напряжение.
Сначала злость:
О чём важно помнить:
1. Границы ответственности
Ваша задача — быть вовремя, в назначенном месте, держать рамку сессии.
То, что делает клиент: приходит, опаздывает, не приходит — это его зона ответственности. И это тоже часть материала.
2. Замечать, а не «срываться»
Если внутри появляется раздражение или желание «наказать» клиента — важно отследить свои эмоции.
Не разыгрывайте «строгого родителя», а спросите себя:
— Что во мне это запускает?
— Где я сталкивался с чужой безответственностью или пренебрежением?
— Почему это ощущается как личная обида, а не просто факт из жизни клиента?
3. С этим можно работать в сессии
Регулярные опоздания — это способ клиента входить в контакт.
Пропуски без предупреждения говорят о динамике отношений: иногда протест, иногда избегание, иногда нехватка ресурсов (нет сил даже сообщить).
Не нужно сразу толковать, но стоит заметить и предложить обсуждать.
4. Иногда это… прогресс
Парадоксально, но нарушение рамки может быть знаком продвижения.
Кто-то впервые за два года позволяет себе забыть о встрече и не «умирает» от ужаса.
Кто-то, привыкший держать всё под контролем, наконец-то опаздывает и выдерживает хаос.
И это тоже терапевтическое событие, не меньшее, чем идеально проведённая сессия.
5. Важно: ваши деньги и время
Сессия оплачивается полностью, даже если клиент не пришёл. Это не наказание, а часть отношенческой рамки. Забыли вы – следующая сессия для клиента бесплатная.
Вы отложили час своей жизни и профессионального внимания. Клиент, который выбирает «не прийти», оплачивает именно этот выбор. Вы также возвращаете уважение, если забыли о сессии.
Итого:
Чтобы разобрать эту тему подробнее записывайтесь на супервизионную группу: мы начинаем 3 ноября и будем встречаться онлайн раз в 2 недели. Пишите мне в личку: я отвечу на вопросы и помогу записаться — @Darya_belayamyxa
Знаю, у многих начинающих психологов именно это вызывает сильное напряжение.
Сначала злость:
«Он вообще понимает, что я тут работаю, а не просто сижу?»
Потом тревога:
«А если я как-то не так веду терапию, и поэтому он срывает сессии?»
И чуть позже — стыд и вина:
«Может, я плохой специалист, и меня так “проверяют”?»
О чём важно помнить:
1. Границы ответственности
Ваша задача — быть вовремя, в назначенном месте, держать рамку сессии.
То, что делает клиент: приходит, опаздывает, не приходит — это его зона ответственности. И это тоже часть материала.
2. Замечать, а не «срываться»
Если внутри появляется раздражение или желание «наказать» клиента — важно отследить свои эмоции.
Не разыгрывайте «строгого родителя», а спросите себя:
— Что во мне это запускает?
— Где я сталкивался с чужой безответственностью или пренебрежением?
— Почему это ощущается как личная обида, а не просто факт из жизни клиента?
3. С этим можно работать в сессии
Регулярные опоздания — это способ клиента входить в контакт.
Пропуски без предупреждения говорят о динамике отношений: иногда протест, иногда избегание, иногда нехватка ресурсов (нет сил даже сообщить).
Не нужно сразу толковать, но стоит заметить и предложить обсуждать.
4. Иногда это… прогресс
Парадоксально, но нарушение рамки может быть знаком продвижения.
Кто-то впервые за два года позволяет себе забыть о встрече и не «умирает» от ужаса.
Кто-то, привыкший держать всё под контролем, наконец-то опаздывает и выдерживает хаос.
И это тоже терапевтическое событие, не меньшее, чем идеально проведённая сессия.
5. Важно: ваши деньги и время
Сессия оплачивается полностью, даже если клиент не пришёл. Это не наказание, а часть отношенческой рамки. Забыли вы – следующая сессия для клиента бесплатная.
Вы отложили час своей жизни и профессионального внимания. Клиент, который выбирает «не прийти», оплачивает именно этот выбор. Вы также возвращаете уважение, если забыли о сессии.
Итого:
— Вы держите рамку.
— Клиент несёт ответственность за то, как он её использует.
— Всё, что при этом поднимается внутри вас — материал для супервизии, а не повод обвинять себя или клиента
Чтобы разобрать эту тему подробнее записывайтесь на супервизионную группу: мы начинаем 3 ноября и будем встречаться онлайн раз в 2 недели. Пишите мне в личку: я отвечу на вопросы и помогу записаться — @Darya_belayamyxa
❤8🔥1👏1
Зачем я веду этот канал?
Во-первых, этокрасиво любопытно. Хочется самой увидеть, сколько всего накопилось за десять лет практики. Одно дело когда мои мысли спорят друг с другом в голове, и совсем другое — когда я выкладываю их сюда буквами.
Во-вторых, да, я хочу набрать супервизионную группу и расширить свою работу. Не только клиенты и супервизии, но и группа. А для этого надо писать. Не только про группу, но и вообще быть полезной, живой, человечной.
Интересный бонус: группу я пока не набрала, зато старые клиенты, увидев мою активность в сторис и здесь, вернулись на терапию со своими новыми вопросами.
И, в-третьих, как у самурая нет цели (ну кроме группы!), есть только путь. Любопытно: "А если я не выгорю и продолжу писать, кого я встречу здесь? Кого зацеплю своими текстами? Какие проекты и сотрудничества появятся?"
Это любопытство помогает мне не сдаваться. И я желаю того же всем, кто только начинает и продолжает ❤️
Во-первых, это
Во-вторых, да, я хочу набрать супервизионную группу и расширить свою работу. Не только клиенты и супервизии, но и группа. А для этого надо писать. Не только про группу, но и вообще быть полезной, живой, человечной.
Интересный бонус: группу я пока не набрала, зато старые клиенты, увидев мою активность в сторис и здесь, вернулись на терапию со своими новыми вопросами.
И, в-третьих, как у самурая нет цели (ну кроме группы!), есть только путь. Любопытно: "А если я не выгорю и продолжу писать, кого я встречу здесь? Кого зацеплю своими текстами? Какие проекты и сотрудничества появятся?"
Это любопытство помогает мне не сдаваться. И я желаю того же всем, кто только начинает и продолжает ❤️
❤24🔥8👏1
Каналы продвижения
Сарафанное радио
Сообщество
Где искать информацию:
МГППУ — календарь событий: форумы, конференции, конкурсы.
Психологическая газета — конференции, форумы, круглые столы по разным направлениям.
Российское психологическое общество — анонсы съездов и форумов, российских и международных.
Институт психологии РАН — научные конференции.
Ассоциация профессиональных психологов и психотерапевтов — информация о событиях, школах, конференциях.
Делайте хоть что-то. Мелькайте
Сегодня нас учат, что нужен сайт, канал, блог, инста. Но на старте это может только запутывать. Попробуйте просто появляться в информационном поле там, где вам комфортнее всего, и в том формате, который вам ближе: кружочки, тексты, мемы про психологов, отрывки из литературы — неважно. Главное — появляться. Комментариев может быть немного, но даже если вас читают молча — это работает.
Люди привыкают к вам, а вы начинаете влиять на информационное поле. И это уже гораздо больше, чем ничего.
Сарафанное радио
Нет ничего надёжнее, стабильнее и лучше, чем сарафанка. Если у вас сейчас всего 2–3 клиента – не отчаивайтесь. Смотрите на них как на ваших самых тёплых «лидов» (если говорить маркетинговым языком). Именно эти люди, потом расскажут друзьям о своём хорошем опыте с вами, те расскажут своим друзьям, и так постепенно появится ваша собственная сеть доверия. Да, это не быстро, но очень ценно и глубоко.
Сообщество
Не замыкайтесь на институте
Альма-матер. Это хорошо, но обычно психотерапевтические институты создают закрытую экосистему: психотерапевты добирают часы у мастодонтов, проходят курсы у знакомых тренеров, и так по кругу. А что если выйти за пределы привычного? Поехать на конференцию в другой город, совместить это с путешествием, посмотреть на коллег, вдохновиться, выйти из профессионального пузыря, и, может быть, рассказать о себе коллегам за кофебрейком.
Где искать информацию:
МГППУ — календарь событий: форумы, конференции, конкурсы.
Психологическая газета — конференции, форумы, круглые столы по разным направлениям.
Российское психологическое общество — анонсы съездов и форумов, российских и международных.
Институт психологии РАН — научные конференции.
Ассоциация профессиональных психологов и психотерапевтов — информация о событиях, школах, конференциях.
Делайте хоть что-то. Мелькайте
Сегодня нас учат, что нужен сайт, канал, блог, инста. Но на старте это может только запутывать. Попробуйте просто появляться в информационном поле там, где вам комфортнее всего, и в том формате, который вам ближе: кружочки, тексты, мемы про психологов, отрывки из литературы — неважно. Главное — появляться. Комментариев может быть немного, но даже если вас читают молча — это работает.
Люди привыкают к вам, а вы начинаете влиять на информационное поле. И это уже гораздо больше, чем ничего.
❤12🔥3
Агрегаторы для психологов: плюсы и минусы
Регистрация на площадках типа Zigmund.Online, Ясно, Альтер, — распространенный способ привлечения клиентов. Я к ним отношусь неоднозначно, если честно, и вот почему:
Плюсы:
Минусы:
Рекомендация:
Агрегаторы могут быть полезны на начальном этапе для получения первых клиентов и отзывов. Однако для устойчивой практики следует параллельно развивать личные каналы привлечения клиентов через социальные сети и профессиональные сообщества.
Регистрация на площадках типа Zigmund.Online, Ясно, Альтер, — распространенный способ привлечения клиентов. Я к ним отношусь неоднозначно, если честно, и вот почему:
Плюсы:
1. Готовый поток клиентов. Платформы привлекают аудиторию через рекламу и SEO, что обеспечивает постоянный приток потенциальных клиентов. С вас снимают вопрос поиска.
2. Минимальные затраты на собственную видимость. Не требуется создание собственного сайта или сложных систем записи.
3. Доверие пользователей. Люди склонны больше верить крупным площадкам с системой отзывов и модерацией. (Хотя мои клиенты говорят, что сарафаны они доверяют все ещё больше)
4. Социальное доказательство. Система рейтингов и отзывов помогает новым клиентам в выборе специалиста.
5. Встроенные инструменты-помощники. Многие платформы предоставляют календари, напоминания и средства для проведения сессий.
Минусы:
1. Высокая комиссия и потолок дохода.
платформы удерживают процент от стоимости услуг (иногда до 20-30%).
2. Отсутствие управления клиентской базой.
Все данные принадлежат платформе, что создает риски при блокировке аккаунта.
3. Прохождение обязательного собеседования.
Чтобы попасть в агрегатор, вы должны будете пройти собеседование, и часто ваши профнавыки оценивают весьма необъективно.
4. Внезапный разрыв клиент-терапевтических отношений со стороны клиента.
Клиенты легко переходят между профилями специалистов на платформе, и могут также легко без последний встречи поменять терапевта.
5. Зависимость от правил агрегатора.
Изменения в политике платформы или алгоритмах могут напрямую влиять на практику и нарушать терапевтическую этику (см предыдущий пункт).
Рекомендация:
Агрегаторы могут быть полезны на начальном этапе для получения первых клиентов и отзывов. Однако для устойчивой практики следует параллельно развивать личные каналы привлечения клиентов через социальные сети и профессиональные сообщества.
❤10👏4🔥3
Мы, терапевты, много читаем: книги, статьи, блоги, конспекты. Кажется:
А потом приходит клиент и все схемы забываются. И вот мы остаемся один на один с больным местом: а как применить это все умное на практике с клиентом?
Знания в голове — это карта. Она важна, но сама по себе не двигает. Она только показывает направление. Чтобы пойти по ней, нужно начать двигаться и сделать как минимум 5 шагов:
Первый шаг: честность
Чтение и практика — разные вещи, так что не переживайте, если ожидания от книг не воплотятся в реальности
И еще помните, что последнее прочитанное всегда влияет на оптику. Изучали нарциссическое расстройство? Будьте готовы видеть нарциссические черты повсюду. Не пугайтесь: это теория примеряется к практике
Второй шаг: вынесите знание в опыт
Третий шаг: пробуйте в сессиях
Четвертый шаг: разрешите себе ошибки
Пятый шаг: проговорите опыт
Иногда книга оживает через год или два. Бывает, что вы сидите, размышляете и ловите себя на мысли: «Ага, так вот о чем это было». Значит, знание вплелось в ткань вашего опыта
Хотели бы, чтобы знания автоматически превращались в навык?
🔥 — да, так было бы намного проще
❤️ — нет: может, это проще, но скучнее
«Вот оно! Теперь я понимаю, как работает сопротивление, перенос или цикл контакта».
А потом приходит клиент и все схемы забываются. И вот мы остаемся один на один с больным местом: а как применить это все умное на практике с клиентом?
Знания в голове — это карта. Она важна, но сама по себе не двигает. Она только показывает направление. Чтобы пойти по ней, нужно начать двигаться и сделать как минимум 5 шагов:
Первый шаг: честность
Признайтесь себе: «Да, сейчас я знаю лишь теорию, и это ок»
Чтение и практика — разные вещи, так что не переживайте, если ожидания от книг не воплотятся в реальности
И еще помните, что последнее прочитанное всегда влияет на оптику. Изучали нарциссическое расстройство? Будьте готовы видеть нарциссические черты повсюду. Не пугайтесь: это теория примеряется к практике
Второй шаг: вынесите знание в опыт
Прочитали про цикл контакта? Начните отслеживать его и у клиента, и у себя: как вы входите в контакт, где застреваете, как прерываете
Третий шаг: пробуйте в сессиях
Но только как исследование, изучение клиента, а не готовую технику. Например, в книге написано: «Сопротивление — это защита». В реальности клиент может злиться, молчать или опаздывать. И вот тут мы не «разоблачаем» клиента, а замечаем его, поддерживаем, не уходим в свое сопротивление
Четвертый шаг: разрешите себе ошибки
Навык появляется только через опыт. Сначала будет грубовато, заумно, не вовремя, но это нормально. Со временем вы научитесь
Пятый шаг: проговорите опыт
Супервизия, интервизия, личная терапия — все это помогает перевести просто знание в ваш собственный навык. И вот вы уже можете не только цитировать Перлза, но и спорить с ним, исходя из личного опыта
Иногда книга оживает через год или два. Бывает, что вы сидите, размышляете и ловите себя на мысли: «Ага, так вот о чем это было». Значит, знание вплелось в ткань вашего опыта
Хотели бы, чтобы знания автоматически превращались в навык?
🔥 — да, так было бы намного проще
❤️ — нет: может, это проще, но скучнее
👍10❤9🔥4
Табуированные темы и как с ними работать
Каждый начинающий психотерапевт тайно думает: «Только бы клиент не заговорил о…», и у каждого свой список.
Кто-то боится темы секса, особенно «нестандартного». Кто-то смерти, её больной, телесной стороны. Кто-то темы насилия, предательства, инцеста. А кто-то – денег. Да, вопрос «Сколько вы зарабатываете?» иногда шокирует не меньше признания «Меня избивали».
В этот момент терапевт часто теряет устойчивость: шутит, уходит от темы, прячет глаза или становится морализатором. Контакт теряется.
Что с этим делать?
Признать страх
Пока тема табуирована для вас, она табуирована и в кабинете. Если вы не можете выдержать рассказ о фантазиях клиента или о его ненависти к собственному ребёнку — это ваша непереносимость, а не «трудный клиент». И важно с этим работать, чтобы расширять профессиональные границы.
Встретить реальность
Табу почти всегда связано с телом: кровь, секс, смерть, запахи, пот, деньги — всё, что мы привыкли заворачивать в приличия. В терапии обёртка рвётся. Разрешите себе называть вещи своими именами: «пенис», «вульва», «смазка», «анальный секс», «смерть», «похороны», «педофил». Клиенту важно, чтобы вы называли происходящее своими словами. А ещё иногда важно начать именно терапевту говорить очевидное и прямо: это облегчает начало разговора.
Не быть «святее клиента»
Иногда начинающий психотерапевт думает: «Как я могу говорить о смерти, если сам её боюсь?». Именно поэтому говорить можно. Не потому что знаете всё, а потому что знаете, что чувствуете. Признались — остались рядом. Страшно? Это нормально. Ведь всем умирать страшно.
Учиться молчать вместе
Часто табу хочется заглушить словами. А клиенту нужно пространство, чтобы произнести: «Да, я ненавижу своего отца и рад, что он умер». И увидеть, что вы всё ещё рядом, и не умерли вместе с отцом клиента от признания.
Делиться реальностью
Иногда честно сказать: «Мне непросто это слышать, но я рядом и хочу оставаться с вами». Это и есть терапевтический контакт.
Табуированные темы — лакмус. Они показывают, где терапевт живой, а где прячется за «правильностью». Через табу рождается навык быть рядом, когда человек выносит наружу то, что привык прятать даже от себя.
А какие темы для вас самые трудные и почему?
Каждый начинающий психотерапевт тайно думает: «Только бы клиент не заговорил о…», и у каждого свой список.
Кто-то боится темы секса, особенно «нестандартного». Кто-то смерти, её больной, телесной стороны. Кто-то темы насилия, предательства, инцеста. А кто-то – денег. Да, вопрос «Сколько вы зарабатываете?» иногда шокирует не меньше признания «Меня избивали».
В этот момент терапевт часто теряет устойчивость: шутит, уходит от темы, прячет глаза или становится морализатором. Контакт теряется.
Что с этим делать?
Признать страх
Пока тема табуирована для вас, она табуирована и в кабинете. Если вы не можете выдержать рассказ о фантазиях клиента или о его ненависти к собственному ребёнку — это ваша непереносимость, а не «трудный клиент». И важно с этим работать, чтобы расширять профессиональные границы.
Встретить реальность
Табу почти всегда связано с телом: кровь, секс, смерть, запахи, пот, деньги — всё, что мы привыкли заворачивать в приличия. В терапии обёртка рвётся. Разрешите себе называть вещи своими именами: «пенис», «вульва», «смазка», «анальный секс», «смерть», «похороны», «педофил». Клиенту важно, чтобы вы называли происходящее своими словами. А ещё иногда важно начать именно терапевту говорить очевидное и прямо: это облегчает начало разговора.
Не быть «святее клиента»
Иногда начинающий психотерапевт думает: «Как я могу говорить о смерти, если сам её боюсь?». Именно поэтому говорить можно. Не потому что знаете всё, а потому что знаете, что чувствуете. Признались — остались рядом. Страшно? Это нормально. Ведь всем умирать страшно.
Учиться молчать вместе
Часто табу хочется заглушить словами. А клиенту нужно пространство, чтобы произнести: «Да, я ненавижу своего отца и рад, что он умер». И увидеть, что вы всё ещё рядом, и не умерли вместе с отцом клиента от признания.
Делиться реальностью
Иногда честно сказать: «Мне непросто это слышать, но я рядом и хочу оставаться с вами». Это и есть терапевтический контакт.
Табуированные темы — лакмус. Они показывают, где терапевт живой, а где прячется за «правильностью». Через табу рождается навык быть рядом, когда человек выносит наружу то, что привык прятать даже от себя.
А какие темы для вас самые трудные и почему?
🔥10❤6👏2
«Я не успеваю всё учить»: как справиться с ощущением вечного отставания?
Знакомо это внутреннее:
На самом деле это не враг, а часть вас, которая пытается что-то сказать. Но что именно?
Гештальт-подход говорит о прерванном контакте с «здесь и сейчас». Вместо реальности вы живёте в тревожном будущем:
или в прошлом:
Опора в настоящем теряется: фигура «незнания» разрастается и заслоняет то, что вы уже знаете.
Добавляется перфекционизм и тирания «должен». Внутренний надзиратель требует:
И тут же лишает права на ошибку и постепенное усвоение материала. Нагрузка становится непосильной.
Есть и тема нереалистичного поля. Сравнивать себя с терапевтами с двадцатилетним стажем – это как пытаться перепрыгнуть через лестничный пролёт. Ваши ресурсы и задачи сейчас другие. Попытка обогнать этап вызывает стресс и обесценивание себя.
Что помогает?
1. Вернуться в реальность
Спросить себя:
Это снижает давление будущего: вы не «должны всё выучить», вы просто сидите за столом с книгой и просто продолжаете бесконечный путь узнавания нового (да-да: он бесконечен!).
2. Делить глобальное на завершённые шаги
Не «стать компетентным психологом», а «сегодня — одна глава», «на этой неделе — одна супервизорская группа». Завершённый шаг даёт энергию и уверенность.
3. Смягчать «должен»
Поймали мысль:
Попробуйте заменить:
Это возвращает контроль.
4. Проверять план на реалистичность
Три вебинара за вечер? Или психика уже говорит «стоп»? Качественно усвоенная книга ценнее десяти пробежанных поверхностно.
5. Опора на себя и сообщество
Спросите: «На что я могу опереться прямо сейчас?» — на свои прошлые успехи, поддержку коллег, супервизора. Делитесь тревогой: многие чувствуют то же самое.
Итог такой: ощущение отставания — не факт, а субъективное переживание. Чаще всего оно связано с потерей контакта с настоящим и завышенными требованиями к себе.
Ваша задача — не объять необъятное, а двигаться шаг за шагом, уважая собственный ритм.
А сколько образовательных программ вы проходите прямо сейчас?
Знакомо это внутреннее:
«Я ничего не успеваю, столько профессиональной литературы непрочитанной лежит стопками! А сколько курсов непросмотренных?!»?
На самом деле это не враг, а часть вас, которая пытается что-то сказать. Но что именно?
Гештальт-подход говорит о прерванном контакте с «здесь и сейчас». Вместо реальности вы живёте в тревожном будущем:
Надо выучить то, это и ещё вон то, потому что только там и тогда я буду достаточен как профессионал»
или в прошлом:
«Почему я раньше этого не знала?»
Опора в настоящем теряется: фигура «незнания» разрастается и заслоняет то, что вы уже знаете.
Добавляется перфекционизм и тирания «должен». Внутренний надзиратель требует:
«Я обязан быть идеальным психотерапевтом, знать всё и сразу».
И тут же лишает права на ошибку и постепенное усвоение материала. Нагрузка становится непосильной.
Есть и тема нереалистичного поля. Сравнивать себя с терапевтами с двадцатилетним стажем – это как пытаться перепрыгнуть через лестничный пролёт. Ваши ресурсы и задачи сейчас другие. Попытка обогнать этап вызывает стресс и обесценивание себя.
Что помогает?
1. Вернуться в реальность
Спросить себя:
«Что со мной прямо сейчас? Что я чувствую? Где в теле тревога? Каковы мои компетенции прямо сейчас?»
Это снижает давление будущего: вы не «должны всё выучить», вы просто сидите за столом с книгой и просто продолжаете бесконечный путь узнавания нового (да-да: он бесконечен!).
2. Делить глобальное на завершённые шаги
Не «стать компетентным психологом», а «сегодня — одна глава», «на этой неделе — одна супервизорская группа». Завершённый шаг даёт энергию и уверенность.
3. Смягчать «должен»
Поймали мысль:
«Я должен прочитать статью»?
Попробуйте заменить:
«Я хочу быть эффективнее, и для этого могу выбрать — прочитать её сейчас, позже или найти другой ресурс».
Это возвращает контроль.
4. Проверять план на реалистичность
Три вебинара за вечер? Или психика уже говорит «стоп»? Качественно усвоенная книга ценнее десяти пробежанных поверхностно.
5. Опора на себя и сообщество
Спросите: «На что я могу опереться прямо сейчас?» — на свои прошлые успехи, поддержку коллег, супервизора. Делитесь тревогой: многие чувствуют то же самое.
Итог такой: ощущение отставания — не факт, а субъективное переживание. Чаще всего оно связано с потерей контакта с настоящим и завышенными требованиями к себе.
Ваша задача — не объять необъятное, а двигаться шаг за шагом, уважая собственный ритм.
А сколько образовательных программ вы проходите прямо сейчас?
❤10🔥4👍3
✨ Иногда даже самый опытный специалист нуждается в компетентной поддержке.
Я — супервизор с многолетним опытом работы, помогу вам:
✅ Получить свежий взгляд на ваши терапевтические задачи
✅ Разобрать сложные и запутанные ситуации с клиентами
✅ Уйти от эмоционального выгорания и снизить уровень стресса
✅ Повысить эффективность и качество вашей работы
✅ Укрепить уверенность в собственных решениях и методах
Я — супервизор с многолетним опытом работы, помогу вам:
✅ Получить свежий взгляд на ваши терапевтические задачи
✅ Разобрать сложные и запутанные ситуации с клиентами
✅ Уйти от эмоционального выгорания и снизить уровень стресса
✅ Повысить эффективность и качество вашей работы
✅ Укрепить уверенность в собственных решениях и методах
❤4👍4🔥3
Чем отличается мой супервизорский подход?
Это сложный для меня вопрос: почему вам может хотеться выбрать меня? Не потому что здесь нужно себя продать, а потому что самой бы сначала сообразить о некоторой своей уникальности.
Вот, что-то насоображалось:
Я знаю, каково это сидеть с пустым календарем, ждать первого клиента, злиться на инфоцыганщину и всё равно верить, что «моё дело» возможно. А ещё я знаю, как это соблазнительно в роли супервизора всё видеть и понимать. Да и вы и сами в тройках это встречали: сидишь в роли наблюдателя, и всё-всё понятно. Только входишь в кабинет в роли терапевта, и понятного мало. Я помню, что из роли наблюдателя кажется, что всё ясно. Но мне важнее себя одергивать и вместе с супервизантом смотреть, где ему трудно, и поддерживать его.
Смерть клиентов, их суицидальные мысли, уходы из терапии по-английски, молчание на сессии, обесценивание, злость — всё это было и в моей практике. И я знаю, что с этим можно жить. Не становясь железным, а оставаясь человеком. Могу быть и в ваших трудных темах, пределах.
Иногда мы с супервизантом ловим волну внезапного стендап-концерта и даём бой всему этому мраку, боли, смертям, депрессии. Ну да, иногда я говорю слова«жопа» или что похлеще. (Для кого это неприемлемо – остаемся в приличных рамках!) И смеёмся мы с супервизантом, просто чтобы выдохнуть, отдышаться и снова вернуться к работе с новыми силами.
Помню как спустя три года устойчивой практики ужасно выгорела. А потом прихожу на супервизию, и внезапно обнаруживаю, что у меня на тот момент в практике много клиентов с пограничным расстройством личности, и они не хило так мочкуют меня и мои компетенции, а я продолжаю брать это на свой счёт. И, конечно, ужасно в себе сомневаюсь и устаю. После той супервизии пошла на курс по клинике, чтобы лучше разбираться в нюансах и помогать клиентам (и себе), а в последствии и вам.
Супервизия у меня — это не про идеальность. Это про то, как оставаться живым, настоящим и рядом со своими.
Это сложный для меня вопрос: почему вам может хотеться выбрать меня? Не потому что здесь нужно себя продать, а потому что самой бы сначала сообразить о некоторой своей уникальности.
Вот, что-то насоображалось:
Я не держу вертикальную дистанцию «учитель–ученик». Держу только экспертную рамку. Мы говорим как коллеги.
Я знаю, каково это сидеть с пустым календарем, ждать первого клиента, злиться на инфоцыганщину и всё равно верить, что «моё дело» возможно. А ещё я знаю, как это соблазнительно в роли супервизора всё видеть и понимать. Да и вы и сами в тройках это встречали: сидишь в роли наблюдателя, и всё-всё понятно. Только входишь в кабинет в роли терапевта, и понятного мало. Я помню, что из роли наблюдателя кажется, что всё ясно. Но мне важнее себя одергивать и вместе с супервизантом смотреть, где ему трудно, и поддерживать его.
Я умею выдерживать.
Смерть клиентов, их суицидальные мысли, уходы из терапии по-английски, молчание на сессии, обесценивание, злость — всё это было и в моей практике. И я знаю, что с этим можно жить. Не становясь железным, а оставаясь человеком. Могу быть и в ваших трудных темах, пределах.
Я привношу иронию и метафоры.
Иногда мы с супервизантом ловим волну внезапного стендап-концерта и даём бой всему этому мраку, боли, смертям, депрессии. Ну да, иногда я говорю слова
Я понимаю про клинические аспекты. Это я сейчас не просто похвасталась.
Помню как спустя три года устойчивой практики ужасно выгорела. А потом прихожу на супервизию, и внезапно обнаруживаю, что у меня на тот момент в практике много клиентов с пограничным расстройством личности, и они не хило так мочкуют меня и мои компетенции, а я продолжаю брать это на свой счёт. И, конечно, ужасно в себе сомневаюсь и устаю. После той супервизии пошла на курс по клинике, чтобы лучше разбираться в нюансах и помогать клиентам (и себе), а в последствии и вам.
Супервизия у меня — это не про идеальность. Это про то, как оставаться живым, настоящим и рядом со своими.
❤16🔥6👍4
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
❤5🔥4👏1
Важно помнить, что фантазии не обязательно перетекают в намерения.
Более того, если клиент говорит, что у него есть суицидальные мысли – это хороший знак: он решил открыть свою боль.
Но важно проверить это действительно мысли или уже есть какой-то план, как именно он завершит свою жизнь? Для этого вы можете задать этот вопрос прямо. Не бойтесь говорить о суициде с клиентом: он нуждается в том, кто сможет говорить с ним без «обиняков». Прямой речью вы не увеличиваете риск и не подталкиваете к суициду, а остаетесь рядом с истиным страданием клиента.
Если клиент говорит, что он фантазирует о смерти, то дальше важно исследовать следующие шаги:
Как сам клиент относится к этим фантазиям (пугается/индифферентен/чувствует любопытство).
Если человек находится в какой-то ситуации, которую переживает как невыносимую и трудную, он много раз пытался справиться с ней, но ничего не получилось, то мысли о самоубийстве могут появляться:
– Как попытка вернуть себе контроль (я владею своим телом: хочу живу, не хочу – нет, это всё еще зависит от меня);
– Как средство снятие напряжения (если станет совсем невыносимо, я могу уйти, это напряжение можно прекратить);
– Как ответ на крушение смысла жизни («я не хочу выбирать такую жизнь, где нет значимого и важного для меня. Я отказываюсь жить в бессмысленности»).
3. Как вы видите из предыдущего пункта,
Ваша задача как терапевта расшифровать, что на самом деле значит «я хочу умереть». Чем тоньше и больше вы будете видеть контекст, тем успешнее будет ваш терапевтический процесс. Важно развернуть и показать клиенту, как развивалось его страдание, с чем он не справляется, и что говорит его фантазия на самом деле.
4. Как только вы оба видите, как клиент оказался в этой точке,
Будьте аккуратны с конфронтацией! Нет смысла «бодрить» клиента и превносить свои смыслы там, где клиент их растерял. Будьте рядом с его руинами смысла, дайте ему оплакивать произошедшее, помогая описывать происходящее. Не пугайтесь и не спасайте, а оставайтесь рядом.
5. Всё же: мысли о самоубийстве говорят об очень большой боли. Это всегда звонок, что нужна помощь психиатра, чтобы снизить градус страдания.
Более того, если клиент говорит, что у него есть суицидальные мысли – это хороший знак: он решил открыть свою боль.
Но важно проверить это действительно мысли или уже есть какой-то план, как именно он завершит свою жизнь? Для этого вы можете задать этот вопрос прямо. Не бойтесь говорить о суициде с клиентом: он нуждается в том, кто сможет говорить с ним без «обиняков». Прямой речью вы не увеличиваете риск и не подталкиваете к суициду, а остаетесь рядом с истиным страданием клиента.
Если клиент говорит, что он фантазирует о смерти, то дальше важно исследовать следующие шаги:
1. Вам важно выяснить, когда пришли суицидальные мысли и фантазии, сколько это уже длится.
Как сам клиент относится к этим фантазиям (пугается/индифферентен/чувствует любопытство).
2. Конечно, также важно понять, что произошло в жизни клиента, что он пришел к суицидальным мыслям и фантазиям.
Если человек находится в какой-то ситуации, которую переживает как невыносимую и трудную, он много раз пытался справиться с ней, но ничего не получилось, то мысли о самоубийстве могут появляться:
– Как попытка вернуть себе контроль (я владею своим телом: хочу живу, не хочу – нет, это всё еще зависит от меня);
– Как средство снятие напряжения (если станет совсем невыносимо, я могу уйти, это напряжение можно прекратить);
– Как ответ на крушение смысла жизни («я не хочу выбирать такую жизнь, где нет значимого и важного для меня. Я отказываюсь жить в бессмысленности»).
3. Как вы видите из предыдущего пункта,
суицидальные фантазии всегда имеют под собой какое-то зашифрованное послание.
Ваша задача как терапевта расшифровать, что на самом деле значит «я хочу умереть». Чем тоньше и больше вы будете видеть контекст, тем успешнее будет ваш терапевтический процесс. Важно развернуть и показать клиенту, как развивалось его страдание, с чем он не справляется, и что говорит его фантазия на самом деле.
4. Как только вы оба видите, как клиент оказался в этой точке,
работайте с основной болью: с тем, с чем он не справился, с потерей смысла, с безвыходностью.
Будьте аккуратны с конфронтацией! Нет смысла «бодрить» клиента и превносить свои смыслы там, где клиент их растерял. Будьте рядом с его руинами смысла, дайте ему оплакивать произошедшее, помогая описывать происходящее. Не пугайтесь и не спасайте, а оставайтесь рядом.
5. Всё же: мысли о самоубийстве говорят об очень большой боли. Это всегда звонок, что нужна помощь психиатра, чтобы снизить градус страдания.
Будьте настойчивы в том, чтобы клиент помимо психотерапии дошел и до консультации с врачом.
❤10👍5🔥3
А вы сталкивались с суицидальными мыслями клиентов?
Anonymous Poll
53%
Да, работал(а) с подобным
13%
Возможно, сомневаюсь ответить
20%
Нет, точно не было такого опыта
53%
Хочу узнать подробнее про эту тему
🔥5👍3🤔3
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Сегодня я решила показать кусочек заочной супервизии.
Исследовали эффект паралеллизма: феномен, когда терапевт, обсуждая с супервизором случай клиента, неосознанно воспроизводит в отношениях с супервизором динамику и защитное поведение, которые происходят между ним и клиентом в терапевтическом процессе.
По сути, это повторение терапевтической ситуации на другом уровне отношений, позволяющее лучше понять скрытые процессы в терапии.
Исследовали эффект паралеллизма: феномен, когда терапевт, обсуждая с супервизором случай клиента, неосознанно воспроизводит в отношениях с супервизором динамику и защитное поведение, которые происходят между ним и клиентом в терапевтическом процессе.
По сути, это повторение терапевтической ситуации на другом уровне отношений, позволяющее лучше понять скрытые процессы в терапии.
❤10👍5🔥5
Когда я начинала вести канал, то писала пост, почему собирать отзывы на свою работу неэтично (в основном потому что это нарушает правило конфиденциальности).
Но мне очень приятно, когда мне оставляют отзывы в комментариях. Мне приятно, что коллега захотела поделиться откликом на свою работу.
Такие отзывы я разрешаю себе показывать и публиковать!
Но мне очень приятно, когда мне оставляют отзывы в комментариях. Мне приятно, что коллега захотела поделиться откликом на свою работу.
Такие отзывы я разрешаю себе показывать и публиковать!
❤18👍5🔥4
Как отличить сопротивление клиента от своей нетерпимости к его темпу?
Иногда сессия идёт, как будто в тягучем сиропе. Клиент долго подбирает слова, возвращается к одному и тому же, реагирует с задержкой или зависает.
И вот терапевт сидит и думает:
На самом деле «медлительность» клиента может иметь совершенно разную природу — и от этого зависит, как с этим работать.
1. Темп как структура личности
Есть клиенты с замедленным когнитивным или аффективным (эмоциональным) ритмом. Они так переваривают реальность – медленно, по кусочку.
Часто это:
– клиенты с высоким уровнем рефлексии, но низкой скоростью вербализации;
– аутистический спектр, шизоидные, депрессивные, обсессивные или тревожные структуры;
– люди с травматическим прошлым, у которых доступ к чувствам фрагментарный и требует времени.
Это не «отговорки», а их способ быть в контакте. Здесь важно не торопить, не путать замедленность с «нехотением» и научиться выдерживать собственное нетерпение.
2. Темп как сопротивление
Бывает и другое. Клиент начинает «растягивать» сессию в момент, когда приближается к чему-то живому. Или раскрывает основную тему за пять минут до конца сессии.
Признаки:
– резкое замедление только в определённых темах;
– выжидающее молчание: клиент как бы начинает ждать, что терапевт подтолкнет или скажет, проинтерпретирует за клиента.
– уход в избыточные детали, разговоры «вокруг» (эбаутирование);
– ощущение у терапевта: «мы топчемся на месте, но не потому, что он не может, а как будто не хочет смотреть туда».
Это защитные механизмы: интеллектуализация, избегание, диссоциация, сопротивление интенсивности контакта.
3. Что помогает различать:
Телесные сигналы терапевта. При сопротивлении часто появляется внутреннее напряжение, раздражение, чувство «глухой стены».
Временной паттерн. Структурная медлительность, свойственная клиенту, стабильна и предсказуема. Сопротивление — ситуативно, появляется рядом с болезненными темами.
Иногда достаточно спокойно отразить:
И слушать внимательно.
Не спешите интерпретировать медлительность, как сопротивление (особенно у клиентов с особенностями мышления или травматическим опытом).
Но и не романтизируйте её: сопротивление тоже часть живого процесса, просто оно не всегда звучит в лоб.
Иногда в кабинете становится медленно не потому, что клиент «застрял», а потому что вам самим невыносимо ждать. Тогда клиент реагирует на ожидание и торопливость терапевта и перестаёт терапевтически сотрудничать. Это тоже материал для (само)исследования.
Темп — это не только про клиента. Это про пространство между вами.
Иногда сессия идёт, как будто в тягучем сиропе. Клиент долго подбирает слова, возвращается к одному и тому же, реагирует с задержкой или зависает.
И вот терапевт сидит и думает:
«Это он так внутрипсихически живёт или он так сопротивляется?»
На самом деле «медлительность» клиента может иметь совершенно разную природу — и от этого зависит, как с этим работать.
1. Темп как структура личности
Есть клиенты с замедленным когнитивным или аффективным (эмоциональным) ритмом. Они так переваривают реальность – медленно, по кусочку.
Часто это:
– клиенты с высоким уровнем рефлексии, но низкой скоростью вербализации;
– аутистический спектр, шизоидные, депрессивные, обсессивные или тревожные структуры;
– люди с травматическим прошлым, у которых доступ к чувствам фрагментарный и требует времени.
Это не «отговорки», а их способ быть в контакте. Здесь важно не торопить, не путать замедленность с «нехотением» и научиться выдерживать собственное нетерпение.
2. Темп как сопротивление
Бывает и другое. Клиент начинает «растягивать» сессию в момент, когда приближается к чему-то живому. Или раскрывает основную тему за пять минут до конца сессии.
Признаки:
– резкое замедление только в определённых темах;
– выжидающее молчание: клиент как бы начинает ждать, что терапевт подтолкнет или скажет, проинтерпретирует за клиента.
– уход в избыточные детали, разговоры «вокруг» (эбаутирование);
– ощущение у терапевта: «мы топчемся на месте, но не потому, что он не может, а как будто не хочет смотреть туда».
Это защитные механизмы: интеллектуализация, избегание, диссоциация, сопротивление интенсивности контакта.
3. Что помогает различать:
Телесные сигналы терапевта. При сопротивлении часто появляется внутреннее напряжение, раздражение, чувство «глухой стены».
Временной паттерн. Структурная медлительность, свойственная клиенту, стабильна и предсказуема. Сопротивление — ситуативно, появляется рядом с болезненными темами.
Иногда достаточно спокойно отразить:
«Я замечаю, что когда мы касаемся темы ..., вы замолкаете и не отвечаете на мои вопросы. Это так? А что происходит внутри вас, когда мы начинаем говорить на эту тему?»
И слушать внимательно.
Не спешите интерпретировать медлительность, как сопротивление (особенно у клиентов с особенностями мышления или травматическим опытом).
Но и не романтизируйте её: сопротивление тоже часть живого процесса, просто оно не всегда звучит в лоб.
Иногда в кабинете становится медленно не потому, что клиент «застрял», а потому что вам самим невыносимо ждать. Тогда клиент реагирует на ожидание и торопливость терапевта и перестаёт терапевтически сотрудничать. Это тоже материал для (само)исследования.
Темп — это не только про клиента. Это про пространство между вами.
❤12🔥3👏2🤔1
Почему супервизия помогает сохранить мотивацию
Без супервизии и коллег терапевт варится в своём соку. И поскольку клиенты на нас переносят фигуры значимых людей, вытесненные чувства, приходят с нашими травмами, то очень часто в профессиональной изоляции легко запутаться: где чувства клиента, а где – ваши.
Если при этом у терапевта большая практика, много часов работы с клиентами, то вторая опасность – перекос баланса отдачи и получения. Работы много, душевного вклада много, а ресурсы не успевают пополняться.
А ведь терапевту нужно не только наполняться, но и взять время на ассимиляцию клиентских историй, прошедших через него. Знакомо это вечернее ощущение, когда хочется простого человеческого смотреть в стену и молчать? Ваша психика перерабатывает напряжения дня, укладывает ваши чувства и эмоции.
Эта усталость и «не-переключение» может стать привычным ощущением. Так происходит рутинизация и привыкание к тяжести рабочей недели. Норма смещается.
Помните, что изнутри сложно отследить медленное сваривание. Каждому профессионалу нужна поддержка в виде внимательных глаз, которые смогут отразить его состояние и вовремя заметить перекос баланса.
Без супервизии и коллег терапевт варится в своём соку. И поскольку клиенты на нас переносят фигуры значимых людей, вытесненные чувства, приходят с нашими травмами, то очень часто в профессиональной изоляции легко запутаться: где чувства клиента, а где – ваши.
Если при этом у терапевта большая практика, много часов работы с клиентами, то вторая опасность – перекос баланса отдачи и получения. Работы много, душевного вклада много, а ресурсы не успевают пополняться.
А ведь терапевту нужно не только наполняться, но и взять время на ассимиляцию клиентских историй, прошедших через него. Знакомо это вечернее ощущение, когда хочется простого человеческого смотреть в стену и молчать? Ваша психика перерабатывает напряжения дня, укладывает ваши чувства и эмоции.
Эта усталость и «не-переключение» может стать привычным ощущением. Так происходит рутинизация и привыкание к тяжести рабочей недели. Норма смещается.
Супервизия позволяет посмотреть на себя и свою профессиональную жизнь со стороны. Достаточно ли вы даёте себе отдыха? Напитана ли ваш жизнь ещё чем-то, кроме работы? Каков ваш способ беречь себя и восстанавливаться? Как оптимизировать практику, чтобы не выгорать?
Помните, что изнутри сложно отследить медленное сваривание. Каждому профессионалу нужна поддержка в виде внимательных глаз, которые смогут отразить его состояние и вовремя заметить перекос баланса.
❤10🔥6👏3
Что делать, если в терапию пришёл клиент с бредовыми идеями?
🟣 Да, так бывает. Такое может случится по разным причинам:
- К психиатру клиенту страшно идти или есть предубеждение, а выговориться надо;
- Клиент также может путать работу психиатра и немедицинского психотерапевта;
- У клиента с бредовыми идеями снижена критичичность и искажена картина реальности. Он приходит, чтобы подтвердить свою картину происходящего, получить поддержку.
Вы поймёте, что перед вами сильно нарушений в восприятии человек по своим ощущениям: обычно терапевты описывают, что им становится страшно, растерянно, хочется конфратировать реальность клиента. Это нормально:так наша психика пытается защититься, чтобы не потерять границы привычного представления о мире.
🟣 Помогает настроить контакт с таким клиентом противоположное действие:
1. Постарайтесь понять его боль через исследование его восприятия. Мы не спорим с убеждениями лоб в лоб, но и не становимся соучастниками бредовой системы (не поддерживаем идеи о слежке, преследовании и т.д.);
2. Исследуйте устройство бреда. Так мы можем работать с эмоциональными реакциями, жизненными последствиями, уровнем стресса, одиночеством и границами.
Цель: не переубедить, а создать пространство, где человек может быть в контакте с реальностью настолько, насколько это сейчас возможно, и при этом не чувствовать угрозы от терапевта.
🟣 Как выглядят исследующие вопросы терапевта при разных бредовых контекстах:
Ситуация 1: клиент уверен, что его травят или отравляют (бред ущерба)
«Это звучит как очень страшное и изматывающее переживание. Я слышу, что вы чувствуете угрозу. Мне важно сказать, что у меня нет подтверждений того, что это действительно происходит. Но я могу быть рядом и помочь вам не оставаться в этом ощущении одному».
Ситуация 2. клиент с мессианской или грандиозной идеей («я избранный», «я должен спасти мир»)
«Это для вас звучит как нечто очень важное и придающее смысл. Я слышу, что вы воспринимаете свою роль как исключительную. Давайте посмотрим, как это влияет на ваши отношения, на то, как вы живёте каждый день».
И, конечно, важно направить клиента за психиатрической помощью. Но это тоже нужно делать мягко, оставаясь в диалоге, не обесценивая.
Вот что вы можете сказать: «В таких состояниях важно не быть одному с этой тревогой. Часто такие убеждения связаны с состоянием, которое можно лечить не только разговором. Вы рассматривали вариант поговорить с психиатром, чтобы получить более широкую поддержку?»
Да, без психиатрической помощи мы мало чем поможем, поэтому важно сформировать доверие с клиентом, чтобы помочь направить его ко врачу.
А к вам приходили клиенты в с бредовыми идеями? Что помогало вам оставаться в терапевтической роли?
- К психиатру клиенту страшно идти или есть предубеждение, а выговориться надо;
- Клиент также может путать работу психиатра и немедицинского психотерапевта;
- У клиента с бредовыми идеями снижена критичичность и искажена картина реальности. Он приходит, чтобы подтвердить свою картину происходящего, получить поддержку.
Вы поймёте, что перед вами сильно нарушений в восприятии человек по своим ощущениям: обычно терапевты описывают, что им становится страшно, растерянно, хочется конфратировать реальность клиента. Это нормально:
1. Постарайтесь понять его боль через исследование его восприятия. Мы не спорим с убеждениями лоб в лоб, но и не становимся соучастниками бредовой системы (не поддерживаем идеи о слежке, преследовании и т.д.);
2. Исследуйте устройство бреда. Так мы можем работать с эмоциональными реакциями, жизненными последствиями, уровнем стресса, одиночеством и границами.
Цель: не переубедить, а создать пространство, где человек может быть в контакте с реальностью настолько, насколько это сейчас возможно, и при этом не чувствовать угрозы от терапевта.
Ситуация 1: клиент уверен, что его травят или отравляют (бред ущерба)
«Это звучит как очень страшное и изматывающее переживание. Я слышу, что вы чувствуете угрозу. Мне важно сказать, что у меня нет подтверждений того, что это действительно происходит. Но я могу быть рядом и помочь вам не оставаться в этом ощущении одному».
Ситуация 2. клиент с мессианской или грандиозной идеей («я избранный», «я должен спасти мир»)
«Это для вас звучит как нечто очень важное и придающее смысл. Я слышу, что вы воспринимаете свою роль как исключительную. Давайте посмотрим, как это влияет на ваши отношения, на то, как вы живёте каждый день».
И, конечно, важно направить клиента за психиатрической помощью. Но это тоже нужно делать мягко, оставаясь в диалоге, не обесценивая.
Вот что вы можете сказать: «В таких состояниях важно не быть одному с этой тревогой. Часто такие убеждения связаны с состоянием, которое можно лечить не только разговором. Вы рассматривали вариант поговорить с психиатром, чтобы получить более широкую поддержку?»
Да, без психиатрической помощи мы мало чем поможем, поэтому важно сформировать доверие с клиентом, чтобы помочь направить его ко врачу.
А к вам приходили клиенты в с бредовыми идеями? Что помогало вам оставаться в терапевтической роли?
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤21👍8🔥4
Мои «тревожные ритуалы» перед поездками: и как это похоже на клиентов перед изменениями
В одиннадцать лет у меня случился дебют обсессивно-компульсивного расстройства. Я не могла уснуть по ночам, потому что не верила, что электроприборы выключены, а вода в кране не течёт. Я вставала раз по десять-пятнадцать, чтобы ещё раз проверить плиту на кухне, чайник, розетки. Сейчас я уже знаю, что это называется «нарушение эвидентности» – нарушение восприятия, при котором в очевидное невозможно поверить.
⭐️ Сейчас моё расстройство практически себя не проявляет. Ну разве что ручку двери дёргаю три раза, когда ухожу из дома. Но потом не возвращаюсь и не переживаю. Помогла терапия и доверие к себе и к миру ⭐️
Но я и сейчас знаю, что некоторые ситуации могут заставлять меня тревожиться сильнее. Например, сборы в путешествие и сам путь к отдыху. Вообще, ОКР отлично подсвечивает, насколько мир непредсказуем в своих нюансах, и как невозможно всё проконтролировать. А эта беспомощность перед хаосом бытия пугает.
Путешествия – это много непредсказуемости, а ещё много изменений привычного. Часто мои клиенты говорят о том, что сборы в отпуск ассоциируются у них с волнением, а не с приятным предвкушением. И все справляются по-разному: кто-то составляет списки вещей, кто-то досконально изучает отель, кто-то пьёт алкоголь в аэропорту, чтобы пережить полет.
В одиннадцать лет у меня случился дебют обсессивно-компульсивного расстройства. Я не могла уснуть по ночам, потому что не верила, что электроприборы выключены, а вода в кране не течёт. Я вставала раз по десять-пятнадцать, чтобы ещё раз проверить плиту на кухне, чайник, розетки. Сейчас я уже знаю, что это называется «нарушение эвидентности» – нарушение восприятия, при котором в очевидное невозможно поверить.
Но я и сейчас знаю, что некоторые ситуации могут заставлять меня тревожиться сильнее. Например, сборы в путешествие и сам путь к отдыху. Вообще, ОКР отлично подсвечивает, насколько мир непредсказуем в своих нюансах, и как невозможно всё проконтролировать. А эта беспомощность перед хаосом бытия пугает.
Путешествия – это много непредсказуемости, а ещё много изменений привычного. Часто мои клиенты говорят о том, что сборы в отпуск ассоциируются у них с волнением, а не с приятным предвкушением. И все справляются по-разному: кто-то составляет списки вещей, кто-то досконально изучает отель, кто-то пьёт алкоголь в аэропорту, чтобы пережить полет.
Я не делаю ни первого, ни второго, ни третьего. Я учусь отпускать и принимать хаотичность происходящего как часть жизни. А терапия помогла мне верить, что я справлюсь практически с любым ЧП и мне не нужно готовиться к нему заранее.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤9👍4🔥4
Мы, терапевты, часто не осознаём, как много влияния у нас в поле. Хотя мы не даём директивых указаний, но само наше присутствие, статус, слова и молчание уже выстраивают определённую рамку, в которой мы неизбежно влияем на клиента.
Клиент приходит в уязвимом положении: ищет опору, ответы, контакт, а мы находимся в устойчивой, регулирующей позиции. Это асимметрия власти, и она встроена в саму структуру терапии. Именно поэтому важно не отказываться от власти (это невозможно), а замечать, как мы ей пользуемся.
⚫️ Фрейд первым описал феномен переноса: клиент наделяет аналитика фигурой всемогущего Другого. Эта фигура наделяется властью, и если терапевт её не осознаёт, он легко может начать незаметно для себя рулить процессом.
⚫️ Балинт, Винникотт, Бион обратили внимание на то, что клиент в терапии часто регрессирует: становится зависимым, чувствительным, восприимчивым. В этот момент терапевт фактически оказывается в родительской позиции. И если он не замечает своей власти, может начать мягко навязывать: «Я лучше знаю, что тебе нужно и как правильно».
⚫️ Карл Роджерс, предложили другой способ контакта: равноправный диалог, безоценочность и эмпатическое присутствие. Это способ вернуть клиенту агентность и не занимать сверху экспертную позицию, даже оставаясь профессионалом.
⚫️ Мишель Фуко показал, что власть не только в директивах, а в языке, нормах, определениях. В терапии это особенно заметно: то, как мы называем происходящее с клиентом, что считаем «здоровым» или «патологичным», уже формирует реальность клиента. Нарративные и феминистские терапевты (Майкл Уайт, Лора Браун и др.) взяли эту идею и стали децентрировать власть: терапевт не эксперт, а соавтор, не задаёт смыслы, а задаёт вопросы.
Современные этические подходы говорят не только о грубых злоупотреблениях (сексуальных, финансовых, эксплуатационных), но и о микроформах власти:
– навязывание терапевтической «правильности»;
– подмена агентности клиента собственными решениями;
– скрытая директивность через интерпретации, язык, паузы;
– уход в «нейтральность» как способ спрятать свой дискомфорт.
Самое сложное — это моменты слепых зон.Когда я не осознаю, что мой тон, слова или направление внимания уже выстраивают рамку, а клиент подстраивается не потому что согласен, а потому что я весомее в поле.
Именно поэтому рефлексия своей власти — это не про стыд и не про «плохих терапевтов». Это про зрелость профессии. Про то, чтобы оставаться в диалоге, а не в неосознанном руководстве. И про то, чтобы видеть: терапевтическая власть может быть поддерживающей и развивающей, а может незаметно становиться инструментом давления.
Клиент приходит в уязвимом положении: ищет опору, ответы, контакт, а мы находимся в устойчивой, регулирующей позиции. Это асимметрия власти, и она встроена в саму структуру терапии. Именно поэтому важно не отказываться от власти (это невозможно), а замечать, как мы ей пользуемся.
Современные этические подходы говорят не только о грубых злоупотреблениях (сексуальных, финансовых, эксплуатационных), но и о микроформах власти:
– навязывание терапевтической «правильности»;
– подмена агентности клиента собственными решениями;
– скрытая директивность через интерпретации, язык, паузы;
– уход в «нейтральность» как способ спрятать свой дискомфорт.
Самое сложное — это моменты слепых зон.
Именно поэтому рефлексия своей власти — это не про стыд и не про «плохих терапевтов». Это про зрелость профессии. Про то, чтобы оставаться в диалоге, а не в неосознанном руководстве. И про то, чтобы видеть: терапевтическая власть может быть поддерживающей и развивающей, а может незаметно становиться инструментом давления.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥12👍10❤9