Меня зовут Антон и я, как это понятно из названия, психолог.

Работаю в двух основных направлениях:
♥ экзистенциальная психология
♠ юнгианский психоанализ

Впрочем, это не исчерпывающие направления: мне приятно брать и то, что есть в других школах — потому что все они, в конце концов, хороши для своих целей. А цели у психологии разные.
Кому-то жизнь поправить, а кому-то — научиться завязывать шнурки.

Здесь я оттачиваю мастерство завязывания шнурков, чтобы ни вы, ни я не споткнулись на своём пути.

Да будут же так внимательно читать и вас!
Рад знакомству!

Почему я работаю бесплатно?

Короткий ответ:
Потому что уверен, что у человека должен быть доступ к психологу вне зависимости от толщины кошелька.

Но как же так? А на что ты живёшь?

Да ни на что, на самом деле. Умираю с голоду.

Поэтому система такая:
🤝 Вы не платите за сессию.
Вообще. Ни рубля.
🤝 Но если вам откликается то, что мы делаем вместе, вы можете оставить пожертвование — ровно столько, сколько считаете нужным и возможным именно сейчас.
🤝 Или это могут сделать другие.
Здесь работает принцип взаимопомощи: кто-то платит больше, чтобы у кого-то была возможность ходить бесплатно. Так мы становимся человечнее — помогая друг другу.

Почему так, а не иначе?

Потому что когда деньги перестают быть барьером, начинается настоящая работа. Просто двое людей и разговор.
Вам не нужен ключ от жизни — на двери в жизнь нет замка.

Если вам это близко — приходите.
Если вы хотите поддержать эту историю — буду благодарен любой сумме.
Если вы просто дочитали до конца — спасибо.

Карты для тех, кто хочет:
5559 4939 1723 0170
4276 5500 5957 0989

Хотелось бы обсудить эгоцентризм.

Как сам термин, номинально, а не природу этого явления.

Эгоцентризм — это пребывание в точке происхождения эго; как будто бы кроме эго в человеке ничего более не существует.
Однако же это не так. И навешивание этого ярлыка на человека дегуманизирует саму природу человеческого существа. Это этическая уязвимость, которая подрывает основы социального взаимодействия.

Корректнее было бы называть это явление эпиэгоизмом (от греч. ἐπί — 'над', 'сверх', 'при' — то есть как некая защитная надстройка над эго, панцирь ранимой психики). Потому что эгоцентризм не является постоянной функцией. Возьмите хотя бы сны таких людей (которых вы считаете эгоцентриками), и вы обнаружите, что в их снах не всë подвержено их влиянию: они оказываются жертвами обстоятельств, испытывают страх или стыд перед лицом собственного бессознательного.
Где же здесь крепкое "Я"?

В сущности, я не призываю отказаться от термина, мне просто хочется поделиться той глубиной, которую мы теряем, когда видим гипертрофированную защитную реакцию нежной психики, называя её эгоцентризмом.

⚰ О разложении.

Из памяти исчезают разные полезные и не очень события нашей жизни. И это славно. Было бы неприятно таскать за собой ношу всей нашей жизни — о чём есть замечательный труд "Маленькая книжка о большой памяти" — она про человека, который не мог забывать. Вообще ничего. И это, разумеется, не сделало его счастливым. Но не об этом.

То, что мы могли бы охарактеризовать, как увядание — это отличный старт, чтобы вспомнить, что многие полезные вещи обретают свою ценность только после долгого существования (или "использования").

Любите йогурты? Да, без небольшой ферментации не были бы они столь вкусны.
А соевый соус? Чëрт подери, как же долго он портится, чтобы превратиться в универсальный продукт.
Сыры вызревают, чайный гриб растëт, овощи маринуются...
Всему своё время, короче говоря. И человеку тоже.

Вспоминайте, забывайте и размышляйте — только так мы находим свою ценность.
А за ценностью и польза.

если вы страдаете деперсонализацией, то этот пост лучше не читать — берегите своё здоровье! 🥰

КОМНАТА, В КОТОРОЙ НИЧЕГО НЕТ.

Вряд ли вы видели такую комнату. Потому что если бы вдруг увидели, что в комнате ничего нет, то возник бы вопрос, а как стало понятно, что это комната?

Комната в которой ничего нет — это голова, в которой нет ничего, на что мысль могла бы опереться или наткнуться. У неë нет стен, а значит нет и границ, потому что нет ничего, через что мысль могла бы их определить. (Света тоже нет, потому что окон-то тоже нет)...

Скажем, если мы поставим в комнату Розового Слона: наша мысль будет постоянно цепляться за этот образ — настолько он яркий, блестящий, интересный. Мы даже, вероятно, не будем замечать других вещей в комнате. (А, что? Каких ещё вещей? Что-то помимо этого чудесного и милого слона?)
Так комната заполняется вещами. В данный момент комната заполнена образами и смыслами: они упираются в границы нашего внимания, а внимание — это и есть стены.

Но как только мы представим, что закрываем глаза — розовый слон исчез.
Так мы переводим внимание на нечто, что не имеет образа, на абстракцию высшего порядка. Наше внимание становится загадкой-чувством "Что это такое, у чего нет образа?" — с жадностью до узнавания наше восприятие мечется из стороны в сторону, чтобы наконец определить, как определить то, что Не оПрЕдЕлЯеТсЯ...

А, собственно, никак.
БДЫЩ! ВФШШШ!
.
.
.
И у тишины появляется форма...

О вопросе к медитации.

Чё это такое? Чë даёт?

Грубо говоря, медитация — это, следуя продолжением к предыдущему посту, и есть факт нашего внимания. Но не рассеянного, а сконцентрированного. Внимание без турбулентности.

Как говорили старые монахи: "Когда я хочу есть — я ем; когда хочу спать — я сплю" — ничего лишнего.

Их психологический язык не развился так, как развился наш, чтобы определить с такой нейробиологической точностью, что же из себя представляет медитация. Поэтому они не могли говорить о своём опыте, используя теорию. А мы можем. И этим мы нарушаем саму природу чистого восприятия, нанизывая на внимание буквы с закодированным смыслом. (Зачем вы это читаете?)

Вообще, говоря об аппарате внимания, можно вспомнить интересную лингвистическую деталь: до изобретения пробелов люди проговаривали текст вслух, потому что иначе было нельзя понять, что написано — сплошнойтекстнельзябылопрочитатьвумеиззаестественногоограничениявниманиятекстпревращалсявнечитаемыйнаборсимволов. Повсеместно произошло это где-то в 6-7 веке нашей эры.

Стало быть, пробел — это то, что даёт вниманию успешно концентрироваться. Пауза, организующая восприятие.
А медитация — это пробел во времени, который растягивается _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ пока естественное (телесное) желание его не прервëт.

Методично воссоздаваемое.

Речь, конечно, о будущем. И о нас.
Оглянувшись на то, как выражались мои мысли пару лет назад, я с удивлением обнаружил, что сейчас происходит то же самое, но как-то иначе. Идея может быть той же, а хитросплетения мыслей — совершенно другие. Ходы те же, но звучат по-другому.

Этот пост... Он должен был быть написан раньше... Но что сказать раньше, если все слова об том будут потом?...

И так не только со словами. И с действиями так, и со смыслами. Особенно со смыслами.

Раньше этот пост был бы написан не так. А сейчас — именно так, как он должен был быть написан.

(А ещë мне нравится, что этот текст как будто бы ни о чём — меня это забавляет. Но раз текст ни о чём, то зачем его читать? Не знаю, вы же уже в конце. Доброго дня!)

О глупости, как двигателе искренности.

Сейчас модно не соглашаться с радикальными мнениями, вступая с ними в конфронтацию — что, по сути своей, является таким же радикальным действием. Реактивная идентичность, а не подлинное самовыражение.
Сказать что-то нетривиальное, пускай даже нелепое, опасно. Если это заметят, никто не упустит возможности осмеять и выделиться на фоне смельчака (или идиота). Толпа предпочитает отрепетированную банальность. Банальность позволяет толпе быть в комфортных условиях собственной глянцевой стерильности.

Это происходит на всех уровнях социальной структуры: от научных и религиозных дискурсов до бытовых. Обезьяньи повадки заставляют нас огрызаться, когда кто-то говорит что-то абсолютно неотфильтрованное для общепринятого взгляда.

Мы с вами все идиоты, просто боимся об этом сказать. А я ещё и идиот, потому что говорю вам об этом достаточно смело, чтобы вы с этим не согласились.

В общем, говорить глупости — это свойство самодостаточности.
Пускай вас оно не покидает.

О НЕСЧАСТЛИВОЙ ЛЮБВИ

О какой?
Да о любой!

Всё заканчивается: и еда в холодильнике, и вкус этой еды на языке, и сытость, и голод, и близость, и одиночество, и наслаждение, и страдание, и терпение к перечислению того, что заканчивается; и любовь, конечно, заканчивается.
Никаких исключений.

Если всё заканчивается, то всё становится несчастным?

Да, это так. Всё, в конечном итоге, представляется несчастным. Но только при условии, что нет больше ничего, что могло бы нас увлечь.
Мы можем долго переживать о том, что было, а можем, наоборот, наслаждаться тем, что ЭТО было.

Ценность любого несчастья в том, что и оно проходит, а когда оно проходит — остаётся знание о том, что мы способны пережить несчастье.
Любое несчастье: и отсутствие еды в холодильнике, и неразделëнную любовь — потому что человек сильнее всего, что с ним происходит. Иначе человек не был бы человеком. А текст был бы лживым потоком идей.

Но в этом тексте есть я, а значит есть и вера в того, кто его читает.