hauntology (eng. призрак+онтология) хантология— это нематериальное существование размытой по форме бытийности прошлого в настоящем. мы живем прошлым — хотя его и нет, но оно влияет на нас далеко не только как обуславливающая причина. Ностальгия — чуть ли не самое понятная эмоция. Наиболее отчетливо подобное видно в популярном искусстве. Видимо, в американской культуре рецепт популярности заключается в ретрансляции облика старой Америки и стилизация творчества под нее же. В целом, феноменальный успех Ланы Дель Рей на этом и строится. Ее новизна, как и многих других, в призрачном присутствии прошлого, в правоверном нарушении темпоральности.

Со своим появлением Лана была обречена на фурор в модных горизонтальных сетках общения, ведь она стала модной и прорывной, т.е. винтажной. Ее популярность в этом году значительно выросла, и более того, сейчас леди работает над кантри альбомом? Наверное, после шока 2020 года, призрачность современной музыки США возросла. Новыми звездами стали Сабрина Карпентер и Шапель Роан, что это как не отсылка на 19XX? После конфликта Дрейка и К. Ламара рэп сказал все (имхо). Большую популярность обрели, "старые" звезды: Тейлор Свифт (на последнем альбоме обратилась к эстетике ревущих двадцатых), Эминем, Айлиш, Викенд и примкнувший к ним Шепилов. И все с налётом пыли какой-то, крутой плесени как на дорблю.

это сладкое чувство ностальгии по местам, где никогда и не бывал — чуть ли не стержень всех попыток в эстетство в интернете. Вспоминаю теорию мертвого интернета, но скажу так: теория мертвой эстетики интернета. В любом случае, мне симпатичен разрыв линейной темпоральности, что дают эти кривые песочные часы. Наверное ИКТ все поменяет, но пока что-то призраки в стадии кульминации (там по всем законам вроде потом спад идет).

собрались с мужиками и посмотрели триллер "Еретик" (2024) от А24, 6/10

девушка-мармон, два штука, приходят в дом к маньяку, где тот их заточает и дискутирует на теологические темы. Получилась перевернутая "Божественная комедия", где вергилий проводит своих данте по аду своего дома (а24 все испортило все в конце, показав крупным планом карту из божественной комедии, вот не люблю я когда в лоб).

Антагонист, с чьих уст сходит довольно банальная критика религии как феномéна, убедительно пугает, а в минуты снижения саспенса сбавляет градус напряжения шутками и отсылками к современной поп-культуре (ура, в фильме упомянуто дело хилз-радиохед-Лана Дел Рей). Основные аргументы критики безынтересны (оказывается, миф о воскресении общ для афразийского пространства, все религии следуют одному нарративу, а сама религия нужна лишь как инструмент контролировать и дрессировать людей).

Несмотря на явные смысловые провалы, перевертыш "Божественной комедии", где люцифер и есть вергилий, а дантов вообще два (одна из них после смерти ненадолго воскресает, что и есть настоящее чудо, она спасает вторую девушку), так вот, этот дупельгангер довольно неплох. Держит в напряжении и удерживает внимание, не позволяет задумываться надолго. А почему вообще масс-фильмы должны не быть кристально понятными? Может быть он и удерживает из-за должной предсказуемости дальнейших событий? норм кароче, но не мое, я больше люблю осмыслять чем бояться

заметка из поезда
ориентализм по-русски

под ориентализмом Э. Саид понимает искусственное конструирование образа не-западных людей как избыточно мистичных, малопонятных и априори нерациональных. С помощью этого противопоставления западные общества выстроили себя как рациональные. Российской поп-культуре, в том числе и на экспорт, как мне видится, свойственна аутоориентализация, т.е. ориентализация самих себя же.

российский народ - это, конечно, мистик и духовник. но разве лишь только он? Повсеместность идеи о загадочной русской душе, образ дурака которому все по плечу etc, — это ли не стержневой архетип всего того, что про Россию?

с 90ых, с наводнением крутизны бизнеса, русскость выставляется либо в свете аляпистого китча под "народное" с самыми примитивными образами, либо беспросветная хтонь пяти этажей панельных домов. Для первого типа характерна смесь дурости с сериалов по россии-1, берёзки-кокошников-богатырей, повсеместности красного света и сельских дурачков; для второго - темнота, пост-панк, повсеместность черного света и городских Дураков. А где-то между ними полуторашный тип хардбасса и гопника, что тоже вещи далекие от мира "расколдованного". Русский аутоориентализм сплошная геометрия: три полоски адидаса, горизонтальные просечки на берёзе, параллельные пересечения блоков панельных домов.

плохо ли это? зависит от конкретного культурного продукта. Если это лишь форма, а внутри неё есть какое-либо прочее содержание — это одно. Другое же — форма превращенная, когда смысл в произведения и состоит лишь на том, что в России не улыбаются, а если и улыбаются, то немножко по-дебильному. И больше ничего.

С национальным возрождением (простите за такие слова) в 2010-2020ых русскость вновь стала идеей во главе (в красном угле) культурного производства. Образ темной России (по крайней мере был ранее) обласкан новыми либеральными медиа-элитами (смерть автора налицо). Образ России-Иванушки любим эстрадой, которая в последние три года взяла верх. Про нынешние творения выдающегося характера, эксплуатирующие наиболее примитивные образы, лучше умолчу.

в конечном итоге, как и лунарная, так и солярная русскости, свойственные нашей культуре вплоть с появления европеизированной элиты, отличается лишь уровнем симпатии к простому народу (про который, собственно, и пишут). Возможно дело то и в формировании образа элиты как "единственного европейца"?

по мне, стоит отказаться от подобного, хотя бы просто потому что все на самом деле куда сложнее. И наши единственные европейцы не такие уж и рациональные как они о себе склонны полагать. Ну и европоцентричность вещь абсолютно пустая и глупая, а чтоб от нее отказаться, требуется хоть что-то пересмотреть?

غرب زدگی
Гарбзадеги, Джалал Але-Ахмад, 1962 г.

совсем недавно на русский язык было опубликовано эссе знакового иранского мыслителя Джалал Але-Ахмада. Текст выдался весьма примечательным и актуальным, но дальше Ирана влияние возымел не столь сильное, особенно в сравнении с вышедшими в тоже время работами Ф. Фанона. Говорят, эссе оказало огромное влияние на Рахбара Али Хаменеи.

текст, вбирая в себя антимодернистские наработки хайдеггера и юнгера (и как после этого он может не быть мне симпатичным?), даёт свою интерпретацию экономической зависимости стран т.н. Третьего Мира. Але-Ахмад отвечает на те вопросы, которые позже зададут пост-колониальные исследования.

персидское интеллектуальное наследие не может избежать красоты метафор. Так, дословно гарбзадеги можно перевести как "заражение западом". Политическая метафора болезни выглядит довольно свежо и необычно, вбирая в себя многие прилегающие смыслы. Во-первых, она может быть излечимой или хронической. Во-вторых, разные люди реагируют на нее по-разному и лечат ее также. В-третьих, это "неправильное" течение жизни. И так далее.

гарбзадеги — это не просто зависимость от запада или последствия колонизации. Бывший выходец из партии "Туде" также не питает приятия к социализму, относя СССР в ранг индустриальных/западных держав. Але-Ахмад связывает возникновение болезни с появлением машины (авторская терминология). Комментаторы склонны пренебрегать техногенными факторами теории Але-Ахмада, хотя автор, вроде, ставит их в центр. Именно промышленное устройство экономики, индустрия как таковая, окаймляет весь мир в кандалы служения самой себе.

Машина вынудила западные страны искать ресурсы в странах востока. Бедные же страны, отдавая свои ресурсы, сами потребляют продукцию от машины, усугубляя свою зависимость. На западе машина порождает военизированость, стандартизацию жизни и стремление к расширению территории служения машине (Але-Ахмад открыто называет это фашизмом). Машина требует единообразия на фабрике, что переносится также на партию и казарму. Колониализм связывается с распространением городской культуры, что находит свое отражение и в персидском языке (греки под предводительством Искандера Великого основали города).

Але-Ахмад вводит трехчленную цепочку зависимости стран востока от стран запада. Во-первых, зависимость экономическая — от машины, во вторых — политическая (подражание демократии), в третьих — культурная (наплыв востоковедов и антропологов). Да, он читал Грамши.

Также в книге довольно большое внимание уделяется характеристике тех, кто подвергся инфекции. Главная их проблема — они все до ужаса одинаковы и спесивы. Знакомо.

в качестве исхода из ситуации Але-Ахмад видит три возможных варианта: 1) просто плыть по течению и быть сожранными машиной; 2) отказаться полностью от машины (но стратегически это не пройдет); 3) "посадить джинна техники в бутылку" (наилучший вариант.) Грубо говоря, Але-Ахмад предлагает изменить наше отношение к машине, использовать ее исключительно как инструмент достижения своих целей. При излечении от гарбзадеги все технологии должны производиться внутри страны, машина должна стать национальной. Ответа на то, как это сделать и что кардинально измениться текст не предполагает.

Заканчивает автор на весьма пессимистичной ноте. Ссылаясь на "Чуму" Камю, пьесу про носорогов у Ионеско и "Седьмую печать" Бергмана, Але-Ахмад намекает на необратимость служения машины или наше полное исчезновение.

текст явно заслуживает внимания. Во-первых, все чаще говорится о технологическом суверенитете и так далее. Во-вторых, книга предлагает уникальный взгляд на проблему иранскими глазами с весьма интересным погружением в иранское общество того времени. В-третьих, интересно прослеживается прочтение самых знаковых авторов эпохи.

лучшие альбомы 2024, без ранжирования

Taylor Swift — The Tortured Poets Department; нежно, безотрадно, откровенно и жизнеутверждающе
Rema — Heis; жестко и по-нигерийски
Слава КПСС — Россия24; жестко и по-русски
Конец солнечных дней — Несколько вопросов самому себе; ребята дали джазу
Cindy Lee – Diamond Jubilee; винтаж
Laura Marling — Patterns in Repeat; неоэрик неосати
Mdou Moctar — Funeral for Justice; туареги
Magdalena Bay — Imaginal Disk; цветасто
Mk.gee — Two Star & the Dream Police; шикарная эклектика
The Cure — Songs of a Lost World; отцы вернулись с арт-роком
Boulevard Depo — ФУТУРОАРХАИКА; то что я бы сам написал
Geordie Greep — The New Sound; классный дебют, свистящий
Замай — Lost Tapes 3 (Deluxe); гений
Bleachers — Bleachers; гений и его команда, modern girl на репите
JPEGMafia — I LAY DOWN MY LIFE FOR YOU; создал свой изус, но зачем?
Ariana Grande — Eternal Sunshine; бриллиант поп-музыки сияет вечно
Childish Gambino — Bando Stone and the New World; классный реп
конъюктура — керамика; степной джой дивижн
Овсянкин — багчейзинг; ждали два года, ощущения от прослушивания как от выжитой губки после горы мытой посуды, лайк
Mirele — Мрак привет; сумрачно, приветственно, люблю еву
Муся Тотибадзе — Amor Vincit Omnia; там борзая на обложке, обволакивающий неопоп
макулатура — Эпилог; посвящается евгению алёхину

🌱Майкл Мардер. Растительное мышление. Философия вегетативной жизни.

автор предлагает вырваться из оков метафизики и субъектно-объектных отношений наблюдая за растениями; попутно Мардер препарирует представление о растительной жизни в западной философии. Дело достаточно благородное, поскольку в душе каждого живого существа содержится часть растительной витальности, причем не только в энергетическом контексте, но и в функциональном. Для автора центральным концептом становится матрица психеи Аристотеля, где растения содержат самые базовые качества витальности (они питаются и размножаются), животные еще умеют передвигаться, а люди так вообще обладают логосом. В этом смысле, каждому присуща растительность (но не в каждом есть логос).

🪴Из деконструкции западной мысли о зеленом и цветущем Мардер выводит следующие составляющие вегетативной жизни: гетерономия, как абсолютная зависимость от внешнего и слияние с ним (от этого и идет вегетативная абсолютная щедрость); бесконечная пролиферация и контр-телеологичность (бесцельность); итерабельность выражения (каждый листок повторяет одну вариацию, но двух одинаковых листков нет); растение как синекдоха природы; дисперсия интенциональности и расщепление унитарного принципа на бесконечное число точек (растительная душа не обладает самостью, в ней нет центра, это конгломерат самостей); отсуствие самореферентности (для Гегеля это оказалось решающим, в связи с чем воцарение духа возможно только через культивацию растения кем-то другим), гетеротемпоральность; отсутствие идентичности и др.

неудивительно, что вышеперечисленное буйство свойств вегетативности позволяет говорить и о свободе растений, и об их особом мышлении, применительно к которому справедливо использовать выражение "оно мыслит", где "оно" направленно на все окружающее сразу (бесконечный рост, что поделать), и "оно" — конгломерат растительных душ.

♻️подробное изучение феноменологии и экзистенциальности растений позволяют построить новую не-метафизическую этику и "растительную демократию" (что это — автор обещает подробно раскрыть в дальнейших работах); если в каждом есть часть вегетативного, то (видимо) вышеперечисленное относится и к гетерономному человеку. В этом смысле Грегори Бейтсон прав, в отчуждении человека от природы мало правильного. Подвижность человека не равняется отсутствию корней (здесь уже Хайдеггер).

Мы как никогда близки к выходу очередного шедевра.

Политика ведущих государств Незапада на Африканском континенте: Монография / Под ред. И.Д. Лошкарёва. — М.: Издательство «Аспект Пресс», 2025.

Это будет уникальная работа - обобщение опыта политики 9 незападных стран на африканском направлении. Большое сравнительное исследование - один набор вопросов и 9 групп ответов.

участники исследовательской группы, которая подготовила данную монографию, сформулировали для себя перечень вопросов для анализа политики ведущих государств Незапада (мирового большинства):

1. Какие интересы стоят за поиском партнеров в Африке? Как это описывается в официальном дискурсе?
2. Какие страны Африки оказываются ключевыми партнерами? Менялись ли ключевые партнеры в прошлом? Есть ли
субрегиональные или иные предпочтения по странам Африки (например, акцент на сотрудничестве с военными режимами)?
3. Какие механизмы сотрудничества используются? Есть ли какие-то особые/уникальные/нешаблонные механизмы?
4. Какие сферы сотрудничества ключевые? Есть ли перекос между военной, экономической и культурной сферами? Если да, то почему?
5. Каковы основные конкуренты описываемой страны? В каких сферах удалось занять нишу без серьезных конкурентов? 

#книжныйчетверг #самопиар

Специальная онтология Дж. Агамбена.

отражение в зеркале это всегда акциденция, т.е. случайность не влияющая на постоянную сущность зеркала. Отражения появляются и уходят по мере перемещения в пространстве объектов или самой зеркальной поверхности. Образ, т.е. само отражение, находится в процессе постоянной генерации вплоть до внезапного и маловероятного разбития зеркала (даже маленькие кусочки содержат нечто отраженное). Получается, что у этого отражения есть свои особенные качества т.е. специальное бытие, которое проявляется в видимости, внешности и образе. Дж. Агамбен не упоминает этого, но ведь видимое человеком посредством зрения это тоже зеркальное отражение. Можно перекинуть мостик от отражения в зеркале к бытию образа как такового.

таким образом, образ — бытие, чья сущность быть видом (imago), видимостью и внешностью; быть промежутком между субъектом и объектом, который формирует образ. Своего места и субъекта у специального бытия нет, т.к. это только внешность. Специальное бытие существует в процессе становления видимым, т.е. в процессе узнавания и рассмотрения, а затем растворяется в небытие. Смотрясь в зеркало становится понятно (видно), что образ и видимость не принадлежат субъекту, они не принадлежат мне и существует отдельно от меня; видимость существует в процессе восприятия. Хорошо что это специальное бытие в зеркале существует, ведь сколько ужаса наводит ненахождение своего облика в тех местах, где предполагается.

Важно отметить, что специально-бытующие образы не могут принадлежать никому, ими можно пользоваться, но не владеть или потреблять. Благодаря этому Дж. Агамбен определяет любовь как желание продолжения видимости другого существа. "Между перцепцией (схватыванием) образа и узнаванием в нём себя имеется промежуток, который средневековые поэты называли любовью." Поэтому нечто специальное — это красота очерчивающих линий, и лишь затем соотнесение части выступающих линий с тем или иным понятием, категорией.

Специальное бытие отчасти свойственно персоне, т.е. маске которая крепится к индивиду и создает его образ. Сколько слоев клея нанесли при креплении не важно, главное чтоб не гвозди. Персона, таким образом — захват специального бытия и его прикрепление к конкретному субъекту для идентификации того, кто носит маску, т.е. соотнесение его с той или иной категорией. Дж. Агамбен называет первородным грехом стремление к подобной классификации и идентификации всего специально-бытующего, т.е. образов и видимостей. Этот процесс соотнесения с категориями философ называет персонализацией, в ходе которой теряется специальное. Образ, видимость и прочее специально-существующее становятся приватизированы человеком, теряется сама сущность образности как того что существует в процессе понимания человеком видимости и внешности. В подобных условиях возникает спектакль. Ги Дебор ли это или не Ги Дебор мне без разницы. Спектакль — отделение специального бытия, когда некоторые образы и общие очертания становятся ролями, т.е. принадлежат кому-то. Поэтому Дж. Агамбен говорит об измельчании любви, т.к. путаются специальное и персональное.

продолжая мысль, отмечу, что персона теряет акциденцию и потенциальность постоянной генерации образа: по сути, в персоне он застывает, становится функцией персонажа. Может ли существовать князь Мышкин без персонализации образа казни в себе? Может ли улыбнутся Иэн Кёртис? Может ли Моллой у Беккета не облизывать камни? Наверное могут, но потеряют характерное узнавание и вновь воссоздадут специальное, жертвуя (профанируя) персональное.