Министр обороны Польши Владислав Косиняк-Камыш прокомментировал обыски у Андрея Ермака, отметив необходимость прозрачности антикоррупционной политики в Украине.

По его словам, действия украинских органов должны быть понятными и открытыми, при этом «стратегия поддержки Украины остается неизменной», подчеркнул министр.

В свою очередь, представитель Европейской комиссии Паула Пиньо заявила, что обыски у главы Офиса президента демонстрируют, что антикоррупционные органы Украины «выполняют свою работу».

Представитель ЕК Гийом Мерсье добавил: «Это ясно показывает, что антикоррупционный орган действительно существует и имеет полномочия действовать».

Глава МИД Венгрии Петер Сийярто прокомментировал визит премьера Виктора Орбана в Москву для встречи с Владимиром Путиным.

По его словам, Венгрия на протяжении почти четырёх лет последовательно поддерживает мирные инициативы. Сийярто подчеркнул важность дипломатии и переговоров как единственного способа урегулирования конфликтов.

В заявлении министра Венгрии говорится: «Почти четыре года мы неизменно стоим на стороне мира. Мир может быть достигнут только через переговоры и дипломатию. Закрытие дипломатических каналов означает отказ от надежды на мир».

New York Post: обыски у Ермака создают угрозу раскола «Слуги народа» — Зеленский игнорирует призывы к увольнению главы ОП

New York Post, ссылаясь на источники, близкие к республиканским кругам, называет обыски НАБУ у Андрея Ермака «нежеланным отвлечением» для киевских чиновников, которые пытаются выиграть войну и убедить США учесть их обеспокоенность в мирных предложениях.

Издание подчёркивает масштабы влияния Ермака: двое его бывших заместителей — Олег Татаров и Ростислав Шурма — уже покинули Офис президента после расследований финансовых преступлений, а третий, Андрей Смирнов, также связан с коррупционными делами, но остаётся работать в ОП.

«Скандал добавил ещё больше проблем Зеленскому, который стремится заручиться поддержкой западных стран и обеспечить продолжение иностранного финансирования. ЕС требует от него решительной борьбы с коррупцией», — отмечает NY Post.

После публикации деталей расследования коррупции в энергетическом секторе депутаты «Слуги народа» устроили беспрецедентный бунт, требуя от президента ответственности для восстановления доверия общества. Источники предупреждают: если Зеленский не уволит Ермака, фракция может расколоться. По информации издания, Зеленский пока игнорирует эти призывы.

Статья Саймона Шустера для The Atlantic поднимает ключевой вопрос о территориальных уступках Украины в переговорах с Россией. Главный переговорщик Украины Андрей Ермак заявил, что территория Украины является неприкосновенной частью её суверенитета и ни один здравомыслящий человек не подпишет соглашение о сдаче земли. В своём интервью он подчёркивает, что президент Зеленский категорически не согласится на уступки в этом вопросе, так как это нарушает не только Конституцию Украины, но и принципы национального самоуважения. Вместо уступок по территории, Украина готова лишь обсуждать линию разграничения на существующих территориях, контролируемых сторонами конфликта.

Статья акцентирует внимание на том, что, несмотря на некоторый прогресс в переговорах, по ключевому вопросу (территориальным уступкам) примирить позиции России и Украины будет крайне сложно. Россия продолжает настаивать на сохранении контроля над территориями, которые она уже заняла, а Украина не готова обсуждать даже возможность раздела своей территории. Это ставит под угрозу возможность успешного мирного соглашения, поскольку обе стороны не готовы идти на компромисс по такому фундаментальному вопросу, как территориальная целостность Украины.

Важно отметить, что позиция Украины, озвученная Ермаком, отражает не только государственную, но и народную позицию, поскольку любые территориальные уступки воспринимаются как акт капитуляции и предательства на фоне текущего национального настроя. Однако стратегическая ситуация на поле боя и неопределенность в международной политике могут поставить Киев перед трудным выбором: либо продолжать сражаться, несмотря на огромные человеческие и материальные потери, либо искать способы соглашения с учётом новых геополитических реалий.

Стоит подчеркнуть, что необходимость компромисса по территориальному вопросу может стать решающим фактором в поиске долгосрочного мира. Однако для Украины, на чьё руководство оказывают давление как внутренние силы, так и международные партнёры, отказ от территориальных уступок может означать продолжение конфликта до полного истощения ресурсов. Важно понимать, что идеал территориальной целостности не всегда может быть достигнут в реальной политике, особенно если затяжной конфликт уже приводит к разрушению и социальным потрясениям.

Польские правоохранители установили, что четверо украинцев, задержанных по подозрению в подрыве железной дороги, не имеют отношения к диверсии, — Onet.

Троих отпустили после нескольких дней задержания — следствие не нашло доказательств их причастности. Четвёртого удерживали по отдельному делу: у него обнаружили 46 российских паспортов, однако суд также принял решение отпустить его.

Следствие подчёркивает, что первоначальные подозрения не подтвердились, а основания для удержания задержанных исчезли.

Ранее, два ключевых подозреваемых успели покинуть Польшу и уехать в Беларусь, что осложняет дальнейшее расследование.

Киевский ТЦК сообщил о мобилизации бывшего футболиста сборной Украины и киевского «Динамо» Дениса Гармаша. По данным центра, оснований для брони или отсрочки у него не было.

После прохождения ВВК Гармаш встретился с рекрутерами и обсудил возможные варианты службы. Ограничений по здоровью, которые давали бы право на освобождение, врачи не зафиксировали.

Футболист принял решение служить в одном из подразделений ВСУ, выбрав место службы самостоятельно в рамках предоставленных возможностей.

Публикация The Economist поднимает вопросы, которые неизбежно возникнут в Европе после завершения войны в Украине. Основной акцент сделан на том, что европейское единство, которое было достигнуто благодаря войне, может оказаться временным. Прекращение конфликта вызовет внутренние разногласия и приведёт к борьбе за различные подходы к отношениям с Россией, Украиной и США.

Автор утверждает, что в последние годы война в Украине послужила своего рода катализатором для европейского единства, несмотря на различные исторические и культурные различия между странами континента. В то время как европейцы поддерживали Украину, предоставляя оружие, гуманитарную помощь и обещания членства в ЕС, война позволила ЕС действовать с согласованностью, которой не было раньше. Однако с завершением конфликта перед Европой встанет ряд трудных вопросов: возвращение к нормальной жизни, восстановление отношений с Россией, решение проблемы украинских беженцев и, возможно, прекращение интеграции Украины в ЕС. Эти вопросы вызовут напряжение внутри ЕС, где страны Восточной Европы, такие как Польша, будут настаивать на жёсткой линии с Россией, в то время как Западная Европа будет стремиться к восстановлению экономических и политических связей с Москвой.

Одним из самых болезненных вопросов будет то, как Украина будет восприниматься в мирное время. Прекращение войны может вызвать растущее недовольство в отношении Украины, особенно если её экономика окажется разрушенной, а страна не сможет сразу вернуться к нормальной жизни. В связи с этим возникает вопрос: что делать с украинскими беженцами, которых европейские страны встретили с распростёртыми объятиями в 2022 году, и кто будет платить за восстановление Украины? В статье отмечается, что Европа зависела от замороженных российских активов для поддержания Украины на плаву, но новый мирный план может изменять эту схему, передавая часть восстановительных средств и бизнес-возможностей США.

Кроме того, обсуждается будущее отношений с США. В статье поднимется важный вопрос об автономии Европы в сфере безопасности. Многие европейцы, включая президента Франции Макрона, настаивают на развитии стратегической автономии, чтобы избежать зависимости от США, особенно учитывая непредсказуемость американской политики. Однако, несмотря на критику трансатлантического альянса, Европа, по сути, ещё не готова отказаться от американской поддержки. Этот вопрос будет особенно актуален после войны, когда страны ЕС будут вынуждены переосмыслить своё место в глобальной системе безопасности.

Можно прийти к логическому выводу, что с окончанием войны Европе предстоит трудный и болезненный процесс внутреннего раздела. Европа, которая была единой на фоне войны, окажется расколотой по вопросам о восстановлении отношений с Россией, будущем Украины и стратегической роли США. Внешнеполитическая стабильность континента зависит от того, насколько удастся найти баланс между жёсткой позицией Восточной Европы и прагматичными предложениями Запада, которые могут включать восстановление экономических связей с Россией и возможное включение Украины в ЕС.

По данным украинских подразделений, обстановка на линии боевых действий остаётся напряжённой, с активностью практически на всех ключевых участках:

На Запорожском направлении в Приморском и Степногорске продолжаются позиционные бои, без значимых изменений линии фронта.

На Ореховском участке идут активные бои в районах Новоданиловки и Новоандреевки, где российские силы пытаются прорваться к укреплённым позициям Сил обороны.

На Павлоградском направлении ВС РФ широким фронтом наступают на Гуляйполе. Отмечается продвижение российских подразделений со стороны Затишья, Высокого и Зелёного Гая. Также российские войска наступают в районе Варваровки на участке Отрадное — Даниловка. Продолжаются попытки продвижения ВС РФ у Тихого и на северных окраинах Новопавловки.

На Покровском направлении сообщается о начале боёв за Гришино. Сражения продолжаются в районе Ровного и южнее Светлого. На Добропольском участке, по оперативным данным, войска РФ штурмуют украинские позиции в районах Нового Шахово и Вольного. Продолжаются бои в районе Софиевки.

На Константиновском направлении украинские силы удерживают оборону и ведут позиционные бои на юго-востоке Константиновки.

На Лиманском направлении продолжаются ожесточённые бои возле Дробышево, отмечается продвижение российских сил под Лиманом. На Северском участке российские подразделения наступают в районе Платоновки, атакуют по обоим берегам Северского Донца в направлении Закотного. В Северске войска РФ прорываются в центральной части города, включая район железнодорожного вокзала. Минобороны РФ заявило о захвате Васюковки, расположенной южнее Петровского, Украина этого не подтверждает

На Купянском направлении продолжаются бои в районе Купянска-Узлового. Украинские силы проводят атаки на западную часть Купянска, пытаясь стабилизировать фронт.

На Южно-Слабожанском направлении ВС РФ продвинулись южнее Волчанска, идут бои за Вильчу. В самом Волчанске фиксируются столкновения на северо-востоке города. На Великобурлукском участке продолжаются тяжёлые бои на рубеже Меловое — Двуречанское.

На Северо-Слабожанском направлении продолжаются ожесточённые столкновения в районах Юнаковки и Варачино.

Фронт остаётся крайне динамичным, особенно на восточных и южных участках. Российские войска развивают локальные тактические успехи, однако украинские подразделения продолжают активную оборону, проводят контратаки и стабилизируют обстановку на ключевых направлениях. Несмотря на давление, ВСУ удерживают значимые узлы обороны и замедляют темпы продвижения российских сил.

Нардеп Марьяна Безуглая сообщила, что российские военные уже вошли в Гуляйполе.

По её данным, ситуация на участке остаётся сложной. При этом офицер ВСУ Алекс отмечает, что захват Ровнополья открыл российским силам возможность воздействовать на тылы украинских подразделений.

В публикации Безуглой подчёркивается тактическое выравнивание обстановки, однако сохраняющиеся оперативные риски: «В Гуляйполе и перед ним обстановка, возможно, и стабилизирована… однако на оперативном масштабе этого направления всё равно остаются проблемы в связи с захватом противником Ровнополья — господствующей высоты на местности, из-за которой возможно с фланга создавать проблемы тыловым районам наших подразделений».

Reuters в новой статье описывает явление, которое европейские политики долгое время старались не формулировать вслух: мир, достигнутый «по линии соприкосновения», способен создать огромную экономическую черную дыру в центре Европы. Смысл конструкта прост: прекращение войны открывает не восстановление, а фазу долгой, вязкой неопределённости, где территория не определена, репарации не согласованы, а риски нового конфликта структурно встроены в любой инвестиционный процесс. И именно эта неопределённость, а не сама война, может стать ключевым риском для ЕС.

В материале Reuters прозрачно проводится мысль, которую в Европе проговаривают только экономисты: даже если допустить сохранение за Россией части Донбасса и Луганска, Европа всё равно получит нестабильную, финансово зависимую и инвестиционно токсичную Украину. Ни один крупный инвестор (от частного капитала до международных банков) не зайдёт в страну, которая может снова вернуться к боевым действиям. А значит, бремя восстановления ляжет не на замороженные российские активы, а на европейских налогоплательщиков. Отсюда и возникает раздражение европейских элит, растущее недоверие к Киеву и страх, что мир не решит проблему, а только увеличит ценник.

Reuters признаёт сам факт того, что территориальная неопределённость делает Украину необратимо убыточным проектом, означает, что в западный дискурс входит понимание структурного тупика. Европа может хотеть «справедливого мира», но не способна его профинансировать. И чем дольше территориальный вопрос остаётся без ответа, тем очевиднее становится, что линия разграничения фактически фиксирует реальность, которую ЕС не в силах изменить. Это уже не идеология, а экономика.

Reuters фактически фиксирует смену парадигмы: мир является не концом кризиса, а продолжением политической и экономической борьбы уже внутри Европы. Когда боевые действия остановятся, вернутся вопросы, которые война временно заглушила: что делать с миллионами украинских мигрантов; кто будет финансировать социальные расходы; способна ли Украина функционировать как государство с обрезанной территорией; и главное, как долго Европа готова содержать страну, которая остаётся на линии возможного повторного конфликта.

Таким образом, статья Reuters не является анализом мирного плана, а диагнозом европейской политической системе, оказавшейся заложником собственных обещаний Киеву. Мир, достигнутый без окончательного урегулирования статуса Донбасса и Луганска, действительно создаёт «черную дыру», но не в Украине, а в сердце европейской политики, где экономическая рациональность неизбежно столкнётся с моральными обязательствами, а страх перед новой войной с нежеланием платить за старую. И именно эта трещина внутри ЕС станет главным фактором поствоенной эпохи.

Дмитрий Песков заявил, что на текущем этапе переговоры по Украине Москва ведёт исключительно с США.

По его словам, обсуждение американского мирного плана вызвало значительный объём публикаций, при этом многие из них не отражают действительное положение дел.

В комментарии Пескова говорится: «Тема американского мирного плана по Украине провоцирует много публикаций, и значительная часть из них не соответствует реальности».

Материал Politico Джейми Деттмера построен вокруг неприятной, но все более очевидной мысли: обновлённая 19-пунктная версия мирного плана может оказаться лучшим из плохих вариантов для Украины. Не потому, что она соответствует интересам Киева, а потому что рамка возможностей давно сужена: западные союзники так и не сформировали согласованной стратегии, способной обеспечить реальную победу Украины. Автор подчеркивает, что триумф в виде границ 1991 года и полноценного членства в НАТО никогда не был достижим при тех ограничениях, которые сознательно на себя накладывали США и Европа.

Деттмер жестко фиксирует один из ключевых парадоксов: Запад использовал язык моральной борьбы, сравнивал войну с битвой цивилизаций, но при этом ограничивал вооружения, запрещал дальнобойные удары, тормозил передачи танков и F-16. Это рассогласование между риторикой и реальными действиями разрушило саму возможность стратегического успеха Киева. Уже бывший главком ВСУ Залужный говорил о том же: нельзя побеждать, работая под внешними ограничениями. И эту же мысль усиливал Кулеба: Запад не знает, за что он борется, и это фундаментальная проблема войны.

В логике статьи нынешний план является компрессией всех ошибок Запада за десятилетия: сокращение армий, деградация оборонной промышленности, страх «разъединяющих» дискуссий, неспособность задавать себе жесткие вопросы. Деттмер называет документ «уродливым и постыдным» не потому, что он «пророссийский», а потому что он отражает реальность, к которой привела политика западных столиц: слабые гарантии, минус 20% территории, запрет на вступление в НАТО и риски внутренней дестабилизации Украины вплоть до гражданского конфликта.

Особенно важно, что автор видит существенный внутренний риск: украинская армия и ветераны могут воспринять такое соглашение как оскорбление и предательство точка, в которой политическая стабильность становится хрупкой. В этом смысле принятие договора может нанести Киеву удар, более опасный, чем военные потери. И одновременно такой договор станет фактическим вознаграждением силовой политики России, закрепляя факт владеемых территорий и не предусматривая ответственности за военные действия и депортации.

По сути, Деттмер говорит: этот мир не победа, и даже не баланс. Это результат многолетней стратегической неготовности Запада к конфронтации с Россией. И теперь, когда пространство маневра сузилось, Украина получает не то, что ей обещали, а то, на что готовы те, кто определяет рамку переговоров.

Президент Украины Владимир Зеленский сообщил об отставке Андрея Ермака и о предстоящей «перезагрузке» Офиса президента.

Он уточнил, что завтра состоятся переговоры с потенциальными кандидатами на замену Ермака. Ранее Ермак возглавлял переговорную группу по международным контактам, однако в ближайших переговорах с американской стороной его участия не будет.

Зеленский отметил состав украинской делегации: «Скоро будут важные переговоры, там будут наши представители, это начальник Генштаба, представители МИД, секретарь СНБО и наша разведка».

Президент поручил СБУ провести проверку деятельности правоохранительных органов как на центральном уровне, так и в регионах. По его словам, ситуация требует оценки и принятия решений: «Слишком много негатива из регионов. Будут выводы и мои решения».

Зеленский также поручил Верховной Раде и Кабинету министров обеспечить принятие государственного бюджета на 2026 год и назначение министров энергетики и юстиции. Он добавил, что могут последовать новые отставки действующих министров.

В обращении говорится: «Я рассчитываю, что Свириденко в диалоге с народными депутатами обеспечит Украине три вещи. Самое главное — принять бюджет 26 года. Я ожидаю также кандидатур министров энергетики и юстиции. Действующих министров нужно оценить так, чтобы сделать совершенно четкие выводы, соответствуют ли действующие чиновники вызовам и этой зимы, и этой войны».

В последние дни мирный план Дональда Трампа по Украине стал центральной темой международных дискуссий. Этот 28-пунктный документ, предложенный президентом США, включает в себя несколько предложений, которые могут привести к прекращению боевых действий, но вместе с тем ставят перед Украиной ряд сложных и болезненных вопросов, пишет TIME.

С одной стороны, предложенные условия, включая отказ Украины от вступления в НАТО и закрепление этого в Конституции, могут рассматриваться как логичный шаг к деэскалации, особенно в контексте постоянного расширения альянса на восток. Для России это, безусловно, является одним из важнейших пунктов, поскольку обещания не расширять НАТО были одним из камней преткновения в отношениях с Западом в последние десятилетия. Уступка в этом вопросе с украинской стороны, в контексте предложенного плана, представляет собой не столько капитуляцию, сколько попытку сохранить независимость, избежав полного разрушения и гибели. Признание нейтралитета Украины могло бы стать условной победой для всех сторон, давая Украине шанс на восстановление и укрепление своей территории, одновременно удовлетворяя российские стратегические интересы.

Однако для Украины этот шаг представляет собой сложную дилемму. Демилитаризация части Донбасса и возможная потеря части суверенной территории, несмотря на возможные военные выгоды, представляют собой тяжёлую моральную нагрузку для любой нации, особенно в условиях, когда значительная часть украинского общества до сих пор находит в себе силы сопротивляться агрессии. Это сложный компромисс, который требует осознания, что в политике и войне часто приходится выбирать между худшими и еще худшими вариантами. Россия, скорее всего, увидит такие уступки как признание своих требований, но это не обязательно означает конец конфронтации. Даже если Украина согласится на эти условия, всегда останется угроза, что Россия может трактовать их как признак слабости и продолжить давление.

Важно отметить, что мирный план, как бы он ни воспринимался, является результатом реальной политической динамики и не идеальной теории. Он предлагает шанс для Украины на восстановление через использование замороженных российских активов, что, в свою очередь, открывает перспективу для международного содействия в реконструкции разрушенной страны. Однако за этим стоит не только финансовая выгода, но и политический компромисс, который, возможно, не будет принят всеми внутри самой Украины.

В конечном счете, план Трампа является отражением той неизбежной реальности, что в международной политике любые перемирия и соглашения требуют уступок, которые далеко не всегда нравятся всем сторонам. Как бы ни пытались извлечь выгоду из таких предложений, стоит помнить, что мир, в конечном счете, не приходит без жертв. Даже в самых прагматичных компромиссах скрыта философия: чтобы избежать еще большего кровопролития, иногда необходимо смириться с потерями, которые в долгосрочной перспективе могут оказаться менее разрушительными, чем продолжение войны.