Коннективизм
Теория, которая вовсе не теория, но всё равно имеет значение
Пост №2 в серии "Важные теории обучения"

Я хорошо помню своё первое знакомство с работами Джорджа Сименса. 2005 год, электронное обучение только стартовало, вокруг него шум и очень много обещаний. У меня второй год работы компании, и я только начала по-настоящему нырять в то, как делать электронное обучение правильно. Собираю всё, что есть. RSS-подписка на все важные блоги (слово это ещё толком никто не знает). Читаю всех, кто что-то пишет и почти всем верю.

В какой-то момент на Сименса начинают ссылаться все. Появляется совсем непонятное слово «коннективизм» и ощущение совершенно нового подхода в обучении. Сименс, в отличие от многих коллег из академической среды, получил известность благодаря блогу. Никаких книг и большой лаборатории. Просто очень наблюдательный канадец. Его статью «Connectivism: A Learning Theory for the Digital Age» перепостили тысячи людей по всему миру.

В расцвет блогосферы Сименс начал наблюдать, как люди реально учатся в сети, и обнаружил, что ни одна из существующих теорий этот процесс не описывает. Бихевиоризм – про стимул и реакцию. Когнитивизм – про то, что происходит в голове. Конструктивизм – про построение смысла. Все три предполагают, что знание находится внутри человека.

Сименс же пришел к выводу, что в современном мире умение найти актуальное знание куда важнее, чем хранить его в голове. Знание существует между людьми, организациями и базами данных. Обучение – создание связей между узлами этой сети. Чем лучше человек умеет находить нужные связи, тем более он компетентен. Отсюда и название – коннективизм, от connect, соединять.

Восемь принципов коннективизма:
– Обучение и знание существуют в многообразии мнений
– Обучение – процесс соединения специализированных узлов или источников информации
– Обучение может находиться в нечеловеческих устройствах
– Способность знать больше, чем то, что известно прямо сейчас
– Поддержание связей необходимо для непрерывного обучения
– Видение связей между идеями – ключевая компетентность
– Актуальность – цель всего обучения
– Принятие решений само по себе есть обучение

Основная критика Сименса всегда была одна: без участия мозга ничего этого не происходит – информация в сети есть, но воспринимать, обрабатывать и связывать ее должен мозг. Сименс с этим не спорил. Он и сам никогда не утверждал, что создаёт теорию обучения, скорее теорию знания.

Что важно в коннективизме?
– Важнее учить человека искать нужную информацию, чем пытаться всю ее уложить в одну голову
– Именно связи между знаниями – между новым и известным, между разными дисциплинами – формируют компетенцию, а не знание само по себе
– Непрерывное обучение – это не постоянные курсы, это поддержка актуальных связей и их развитие

Сименс говорил и говорит до сих пор: сейчас важно не только уметь найти нужное – важно уметь отфильтровать верное и окружить себя экосистемой того, что вас питает.

Завтра – инструменты по Сименсу. На следующей неделе – теория социального обучения Альберта Бандуры.

___
Живое обучение живет еще в Максе и в ВК.

Практика коннективизма
Как использовать наработки Джорджа Сименса в обучении

Прежде, чем поговорить про инструменты, который Сименс считал соответствующими для современного обучения (хотя он, также как Мезиров, методичек по своим наработкам не писал), хочу рассказать одну занятную историю.

Именно Сименс вместе с коллегой Стивеном Даунсом запустил первый в мире МООК (Массовый открытый онлайн курс или MOOC на английском) - «Connectivism and Connective Knowledge». В нем приняли участие около 2200, большинство бесплатно. Курс был построен так, что знание буквально создавалось между участниками. Сименс и коллеги задавали вопросы, а участники отвечали и искали решения. Не было трансляции знаний от эксперта к слушателям.

Потом, когда МООКи распространились по миру, про Сименса не очень вспоминали. Но переживал он не из-за этого - современные МООК сильно отличаются от его первоначальной идеи, точнее ей противоречат. В них все снова свелось к трансляции знаний вместо создания знаний. Те же говорящие головы и лекции, а совсем не совместная работа людей.

Теперь все же перейдем к инструментам.

Инструмент №1 - Личная обучающая сеть (Personal Learning Network (PLN).
И инструмент этот относится лично к слушателю, хотя им точно можно и нужно учить пользоваться. Это сознательное выстраивание сети источников и людей, от которых к нам поступает информация. Блоги, подкасты, личные экспертные сайты, ленты на разных ресурсах. Главная задача - сделать эту сеть максимально разнообразной, при этом сохранить фокус на том, что на самом деле важно.

Сименс предполагает, что вместо того, чтобы передавать людям море контента, стоит помогать им строить собственную обучающую сеть, которая сможет их питать после курса.

Инструмент №2 - Курирование контента.
Сименс много говорил о том, что в эпоху такого информационного изобилия важно не создавать знание, а находить его, оценивать и связывать. И предлагал включать в программы обучения курирование контента: участники собирают информацию, аннотируют ее и делятся между собой. Именно в след за Сименсом многие американские блогеры, которые исследовали обучение взрослых, начали создавать свои подборки курированного контента.

Кстати, это упражнение может быть полезным почти для любого курса. Включает и критическое мышление и вообще размышления на заданную тему. И еще расширяет кругозор.

Инструмент №3 - Аналитика обучения.
Сименс в 2010х активно работал именно над аналитикой. Но предлагал он смотреть не на результаты теста, а на схемы и шаблоны поведения. Тогда это казалось еще заоблачно и очень сложно, сейчас - очень даже реально. Кто с кем общается в процессе обучения, от каких ресурсов к каким переходят, где разрываются цепочки. Такая аналитика помогает улучшать процесс и суть обучения, потому что позволяет увидеть, как на самом деле действует человек в моменте, когда он учится.

Инструмент №4 - Сетевые задания.
Сименс говорил о том, что совместная работа группы людей над общим проектом с помощью современных инструментов позволяет учить наиболее естественным образом - в сотрудничестве, в группе. И хотя этот способ точно не подходит для всех тем и есть те, где нужно работать индивидуально, на него все равно стоит обратить внимание. Вместе написать вики-статью, вместе сделать исследования, коллективные карты знаний - такие задания в обучении не только позволяют соединять намного больше точек, но и дают возможности для интересного взаимодействия.

Весьма очевидно, что инструменты Сименса не будут работать везде и для любой задачи. Сам он говорил, что они куда больше подходят для неформального обучения, нежели чем для корпоративных программ с фиксированными целями. Но как минимум личную обучающую сеть мы можем использовать везде - это инструмент, который сейчас особенно актуален.

___
Живое обучение живет еще в Максе и в ВК.

Пишите письма
Или текст о том, как написанное от руки помогает нашему мозгу

У меня есть примерно миллион блокнотов. Ежедневник, блокнот на каждый день, блокнот про книги, которые читаю, блокнот про книги, которые пишу. Еще про огород, личный дневник и рецепты, которые нужно переписать в правильную книжечку. И еще примерно миллион отдельных бумажек, тут у меня целая система, как, где и что записывается и куда потом переносится.

Так вот. Когда у меня нет стресса и все в целом нормально в работе (и не в работе тоже), я могу даже не вести ежедневник. У меня приличная память и я все важное помню. Максимум - даты выступлений у клиентов, чтобы не напутать ничего и не поставить двоих на одно и тоже время. Будут какие-то отдельные бумажки, которые я пишу в процессе, чтобы не уйти из фокуса на задаче (если будет интересно, пишите, расскажу свой метод удержания фокуса в моменте). Но много записей нет.

Но как только стресс врывается в мою жизнь, как только случается перегрузка, количество записей начинает стремительно расти. Более того, я начинаю специально писать все на бумаге: планы курсов, планы выступлений, тезисы для текстов. Иногда буду переписывать по несколько раз, потому что не могу найти тот самый подход, который мне нужен.

Оказалось, что письмо от руки - это метод заземления. Когда-то я узнала, что у меня дивергентное мышление. Это когда в голове роится сразу множество идей и они все разные и про разное. С таким мышлением нужно себя тормозить и приводить к какой-то одной мысли. Иначе получается, что мыслей много, а толку от них почти нет, потому что они все разлетаются во все стороны.

Когда пишешь от руки появляется вынужденная задача фиксации именно на этой задаче. Оно дает возможность найти структуру и логику, выложить все системно. Через записи иногда становится понятно, что тема жить не будет, потому что в ней на самом деле нет логики.

Еще письмо замедляет. Мы пишем медленнее, чем мы думаем. Кстати, я тут поняла, что печатаю я точно быстрее, чем пишу. И вот тут тоже проблема - если я сразу начинаю печатать, например, структуру курса, то я потом ее хуже чувствую и там будет больше неточностей. Когда пишу, получается медленно, зато есть возможность в процессе проверить собственную логику и вообще наличие смысла.

Естественно, я немного покопалась на эту тему в источниках. Вспомнила, что где-то читала про то, что письмо активирует больше зон мозга, чем печать. Спасибо ИИ, нашла источник (а также 4 книги, в которых я точно про это читала) - это было исследования Пэм Мюллер и Дэниела Оппенгеймера, которые показали, что при письме от руки мозг вынужден перерабатывать информацию, а не копировать ее. А активируются при письме зоны языка и многие зоны памяти.

По сути получается, что когда мы пишем, мы думаем, а не просто записываем. И еще важно - писать очень трудно одновременно с чем-то еще. На компьютере нам достаточно нажать одно сочетание клавиш и мы уже в окне с мессенджером. А там мы уже пропали. Тут же есть только лист и ручка, а любая смена деятельности уже сильнее ощущается, нужно отложить, переместить взгляд. И, как мне кажется из моего опыта, это намного проще контролировать.

Вот так я поняла для чего я на самом деле пишу. И почему меня тянет к блокноту сильнее, когда мне не спокойно или есть какая-то неопределенность. Сейчас пишу книгу “Вас никто не научит”, не поверите - от руки, как бы странно это не звучало.

____
Живое обучение живет еще в Максе и в ВК.

Социально-когнитивная теория
Почему важнее уверенность в себе, чем мотивация изучать конкретную тему
Текст №3 в серии «Важные теории обучения»

В эту теорию я нырнула и закопалась. Прочитала самую ключевую книгу, хотя верстка в 2 колонки и очень плохой скан никак не способствовали легкости восприятия. Тут же сразу доказала, что если очень надо, то будешь использовать любой источник.

Четвертый по цитируемости психолог всех времен, сразу после Скиннера, Пиаже и Фрейда – Альберт Бандура. Он прожил до 95 лет и работал почти до последнего дня своей жизни. В 88 получил Национальную медаль науки США из рук Обамы. В психологии оказался совершенно случайно: вместе с друзьями ехал рано утром в Университет Британской Колумбии, на утро не было никаких дел, записался на курс психологии и так там и остался.

Пожалуй самый известный эксперимент Бандуры – эксперимент с детьми от 3 до 6 лет. Детям показывают взрослого, который бьет надувную куклу Бобо, пинает, кричит на него. Потом детей уводят в игровую, где стоит точно такая же кукла. Что делают дети? Ровно то, что делал взрослый – пинают и кричат теми же словами.

Это был прямой вызов бихевиоризму. Скиннер был убежден, что для обучения нужно подкрепление: вознаграждение или наказание. Бандура доказал, что наблюдения достаточно. Критики говорили, что он учит детей насилию. Бандура же спокойно говорил, что они и так этому учатся, потому что смотрят телевизор и наблюдают вокруг себя.

Такое обучение Бандура назвал обучением через наблюдение и выделил четыре обязательных компонента:
- внимание (заметить и сосредоточиться),
- удержание (запомнить),
- воспроизведение (повторить физически или интеллектуально) и
- мотивация (захотеть это сделать).

Именно мотивация привела Бандуру к главному открытию. Он начал исследовать, что подталкивает человека воспроизвести увиденное и нашел главную переменную. Ею оказалась убежденность человека в том, что он способен выполнить задачу. Не желание, не опыт, не базовый навык, а внутренняя уверенность в своей способности справиться.

Бандура назвал это самоэффективностью (self-efficacy). В 1977 году он публикует статью, которую многие называют поворотной во всей психологии: «Self-efficacy: Toward a unifying theory of behavioral change».

Так появилась социально когнитивная теория: два человека с объективно одинаковыми способностями покажут разные результаты в зависимости от того, верят ли они в свою способность справиться. Человек с высокой самоэффективностью воспринимает трудную задачу как вызов, с низкой – как угрозу.

Что это дает нам на практике?
- Показывать, как выполняется задача – можно и нужно. Обучение через наблюдение отлично работает и иногда способно заменить часть практики.
- И любую программу обучения нужно строить с учетом самоэффективности: каждый модуль не только дает новое знание, но и укрепляет убежденность человека в том, что он справится. Одного события в обучении недостаточно именно поэтому.

Бандура говорил: «Вера в себя не гарантирует успеха, но неверие в себя неизбежно порождает провал».

Получается, что важнее всего не передавать правильные знания и не искать мотивацию к конкретному делу, а в первую очередь помогать формировать уверенность в том, что человек сможет это освоить.

Завтра по плану – инструменты от Бандуры.
А на следующей неделе поговорим про рефлексивную практику Дональда Шона.

Практика социально когнитивной теории
Как использовать теорию Альберта Бандуры в обучении взрослых

Вчерашний текст про Альберта Бандуру до ограничений телеграмма пришлось переписать раза 4. Думаю, что я могла бы про него написать целое полотно. Потому что мне кажется, что его мысли для обучения взрослых - это что-то исключительно важное.

Кстати (и это кусок того, что не влезло в прошлый текст), именно от работ Альберта Бандуры во многом отталкивалась Кэрол Дуэк, автор одной самых известных книг по обучению современности - “Гибкое сознание”. Она называла Бандуру одним из главных интеллектуальных источников своего исследования. Только Дуэк почти всегда работала с детьми, а Бандура - в основном со взрослыми (хоть начинал тоже с детей).

Альберт Бандура редкий случай теоретика и исследователя, у которого инструменты напрямую вытекают из его же собственной теории и ее принципов. В первой же своей работе про самоэффективность, а потом и в ключевой книге, он описал 4 источника самоэффективности, то, откуда она берется. Также выстроены и инструменты.

Источник №1. Опыт освоения. Личный опыт освоения = прямое доказательство для мозга “я могу это сделать”.

Инструменты:
- организовать обучение от простого к сложному, чтобы успех был почти гарантирован на каждом шаге. Тогда каждый шаг будет источником положительного опыта освоения и подтверждением возможности освоить;
- но при это задать правильный уровень сложности, так как простой и легкий материал, который не требует усилий, не даст нужного эффекта. Тут важно “трудно, но я справился”.

Источник №2. Социальное моделирование. Человек видит, как другой успешно справляется с задачей, и это повышает его уверенность в том, что и он тоже справится.

Инструменты:
- демонстрация с рассуждением вслух;
- реальные кейсы с реальными людьми (не актеры и не выдуманные истории);
- наблюдение за более опытными (это про наставничество в том числе);
- моделирование ошибки: тот, кто демонстрирует делает ошибку, замечает ее и исправляет. Это очень снижает тревогу от собственных ошибок.

Следующие 2 источника сам Бандура считал более хрупкими, чем два первых, но тем не менее они часть системы.

Источник №3. Вербальное убеждение. Слова значимого и компетентного в теме человека повышают уверенность. Тут Бандура отдельно отмечал, нужны не просто слова, а “ты нашел отличный подход и у тебя получится” и сработает это при условии, что похвала не случайная и не поверхностная.

Инструменты:
- правильная похвала (здесь как раз очень близко к Дуэк): за процесс, за усилие и за стратегию, но не за личность и способность;
- совместная постановка целей со слушателем - своя цель ближе и в нее больше верят.

Источник №4. Аффективные состояния. Умеренная тревога и ее правильная интерпретация повышает уверенность. То есть состояние заряженности на задачу дает дополнительную уверенность.

Инструменты:
- переосмысление тревоги и сигналов тела: тревога - не всегда плохо, а часто, наоборот, источник энергии;
- снижение тревоги через постепенное усложнение задач (не бросать сразу на сложное).

Бандура настаивал на том, что все инструменты должны работать вместе. Он также был большим противником коротких тренингов, считая, что короткое учебное событие не может построить самоэффективность физически. Для этого нужно время, повторение и нарастающая сложность.

____

Живое обучение живет еще в Максе и в ВК.

Усталость смысла
Когда устает не тело и даже не сам мозг

За прошлые полтора месяца я провела в аудитории больше 60 часов. Очно и онлайн, хотя я уже не особенно разделяю. У меня был большой курс на 6 недель, короткие лекции, полноценные очные тренинги по 1-2 дня, мини-курсы и мастер-классы.

Естественно говорила я только про обучение взрослых. Говорила с разных сторон: и как учить взрослых, и как учиться взрослым и даже про то, как наставникам использовать принципы обучения взрослых в своей работе. Большая часть очных занятий - с сотрудниками компаний, чей и опыт особенно ценен для компаний и кто начинает делиться этим опытом с другими.

Понятное дело, что основную работу тоже никто не отменял. У нас конференция в июне, бизнес, который требует внимания, посты в канал тоже сами себя не пишут. И еще есть книга, она тоже в процессе. Ну и по мелочи еще, разное, как всегда.

Меня тут спросили, как я не устаю. Или устаю? И если устаю, то как иду дальше? Особенно, когда тренинги стоят подряд, без перерывов. Тут я поняла, что я почти не устаю физически. Конечно, к вечеру есть утомление, ноги ноют, потому что целый день стояла. Иногда просто тело требует бани, потому что нужно сбросить все, что накопилось. Но физическая усталость страшна не так сильно.

Страшнее всего усталость смысла. Я еще пару лет назад поняла, что то, что мы часто принимаем просто за интеллектуальную перегрузку и усталость головы, часто совсем не об этом. Смысл, как оказалось, тоже может уставать.

У меня близкие темы, а потому получается, что почти каждый день я в том или ином виде рассказываю одно и тоже. Я могу говорить с разной структурой и логикой, кратко и подробно, но смысл, который я в это вкладываю - один. Или смыслы, пусть и несколько, но эффект тот же.

Мне кажется, что большинство спикеров и тренеров однажды стояли перед аудиторией и пытались вспомнить: я вам это говорил или не говорил? или кому я это вот недавно говорил? Путается не сама информация, путается смысл - потому что кажется, что уже точно это рассказывал.

Так вот я себе придумала инструмент, который меня спасает от усталости смысла. Он очень контринтуитивный, но у меня отлично работает.

Когда много тренингов и курсов подряд появляется естественное желание между ними максимально отдыхать и к тебе близко не подходить. Вроде бы логично, переключиться и подумать о чем-то другом. Иногда работает, но, как оказалось, далеко не всегда. А потому я стала одновременно с тренинговой нагрузкой читать новые материалы по моей теме, куда копать и что-то рыть. Причем чем сложнее, тем лучше. И лучше что-то, я раньше не знала.

С помощью этого мозг переключается на другой вид деятельности, с “отдавать” на “брать”. Это работает куда лучше, чем кино, детектив или игрушка в телефоне (хотя вот это иногда нужно и если интересно, я могу как-то написать, зачем я играю в тетрис). Но появляется и еще кое-что. Новая информация позволяет развивать то, что я сейчас говорю. Она дает мне возможность не рассказывать десять раз одно и то же, а говорить новое, иначе, но в рамках моего же смысла. Новые примеры, новые подходы и теории, новые источники.

Так получается, что смысл вроде бы все тот же, но за счет разнообразия аргументации и подходов, у меня каждое выступление сильно отличается от предшественника. И смысл перестает так сильно уставать. Мне самой интересно и этот интерес передается в аудиторию.

Дай об тебя подумать
Онлайн встреча про людей и сообщества

В понедельник, 27 апреля, в 16-00 по Москве, мы с Марией Болотской проведем онлайн-встречу о том, что происходит в корпоративном обучении и почему люди перестают учиться тогда, когда это нужно больше всего.

Участие бесплатное, нужна регистрация.
Запускаем новый формат диалогов, приходите!

Рефлексивная практика Дональда Шона
Почему так важно думать о том, как и что делаешь
Текст №4 из серии "Важные теории обучения "

Дональд Шон был не совсем обычным академиком. Он был философом по образованию, который большую часть карьеры провёл в MIT, среди инженеров и архитекторов. Его теория родилась из его наблюдений: он наблюдал не за учителями в классах, а за профессионалами в действии - врачами на обходе, архитекторами за чертёжной доской, джазовыми музыкантами на сцене.

В основе профессионального образования ХХ века лежал “технический рационализм”. Тут все просто: сначала изучаешь теорию в университете, потом применяешь её на практике. Профессионал - это тот, кто знает правильные ответы и умеет их применять. Именно эту модель Шон в своей первой публикации назвал ложной.

В своих наблюдениях Шон видел совершенно другое. Лучшие из них не «применяли теорию», они думали в действии, замечали неожиданное, импровизировали, вели внутренний диалог с ситуацией. И это умение не преподавалось нигде. Его никто не считал знанием.

Шон разделил рефлексию на два принципиально разных типа:
- Рефлексия в действии - это мышления прямо в процессе работы, в режиме реального времени. Врач во время осмотра замечает что-то неожиданное и тут же меняет гипотезу. Учитель видит, что класс не понимает, и прямо на ходу меняет объяснение. Джазовый музыкант слышит, что партнёр взял неожиданный аккорд, и мгновенно адаптируется. Это не пауза для анализа, а мышление, встроенное в действие.
- Рефлексия после действия - это медленный, осознанный процесс без давления текущих событий в самом моменте. Врач вечером думает о сложном случае. Учитель после урока анализирует, что сработало.

Шон считал, что второй тип без первого - это просто интеллектуальное упражнение. И был уверен, что настоящий рост происходит, когда рефлексия после действия меняет то, как работает рефлексия в действии, то есть меняется сам способ думать о действии.

Еще у Шона была очень глубокая концепция “знание в действии”. Он замечал, что опытные специалисты часто не могут объяснить, почему они сделали именно так. Это часто называют интуицией или опытом, но Шон показал, что мистики тут нет, это вполне реальное знание, которое просто хранится в другом формате.

Для обучения тут возникает крайне неудобный вывод, так как если значительная часть профессионального мастерства хранится в неосознаваемой форме, то ее практические нельзя передать через лекции и учебники. Вытащить ее можно только через рефлексию, то есть через вопросы, через разбор ситуаций и через супервизию.

В 1978 году вышла совместная книга Шона и Криса Арджириса “Организационное обучение”. В ней они представили совместную концепцию двойной петли обучения.

- Одиночная петля: человек замечает свою ошибку и меняет действие или отмечает, что в следующий раз сделает иначе. Ее назвали тактической коррекцией в внутри уже существующей системы убеждения.
- Двойная петля: человек задается более глубоким вопросом о том, что правильно ли он понимает свою роль и свои цели. И это пересмотр базовых допущений и убеждений (как раз то, что Мезиров называл трансформацией смысла).

Что важно в рефлексивной теории?
- Самое интересное и важное в знаниях эксперта, это не то, что он написал на слайдах, а то, что у него глубоко в подкорке. Достать это можно, но только через рефлексию и разбор практических ситуаций;
- Улучшение в деятельности происходит не тогда, когда мы выучили очередной курс, а тогда, когда мы начали задумывать о том, что мы делаем не так и почему так происходит.

В своей книге “Reflective practitioner” Шон сказал:

“Рефлексивная практика — это диалог между мышлением и действием, через который я становлюсь более умелым”.

Инструменты к рефлексивной теории вы найдете в полной версии статьи на Дзене (решила не делить на 2 отдельных поста и собрать все в одном месте.

На следующей неделе завершим цикл текстом №5 и поговорим про модель 10-20-70

___
Живое обучение живет еще в Максе и в ВК.

Неправильный текст про конференцию Learning Elements

Каждый год я пишу десятки правильных текстов про конференцию. А тут села и написала неправильный. Про то, как это всё начиналось и почему я до сих пор это делаю.

Текст на Дзене.
А конференция - на сайте. (кстати, сайт сильно обновили и там много нового)

____

Живое обучение живет еще в Максе и в ВК.

Неформальное обучение и 10:20:70
Текст о том, что обучение во время обучения по сути не происходит
Заключительный пост в серии про теории и модели обучения

Модель 10:20:70 - это Майкл Ломбардо и Роберт Айхингер, которые наблюдая руководителей в работе, сформулировали основные источники настоящего обучения. 1980х годах они провели серию интервью с несколькими сотнями успешных менеджеров и руководителей. Вопрос был такой: «Вспомните ключевые моменты вашего профессионального роста. Откуда вы научились тому, что умеете?».

Все ответы очень ровно выстроились в 3 категории: около 70% называли рабочий опыт, реальные задачи, проекты, новые роли, ошибки, около 20% - других людей: наставников, руководителей, коллег, и около 10% формальное обучение: курсы, тренинги, книги. На основе этого исследования вышла книга *The Career Architect Development Planner,* после которой модель начала сама распространяться среди консультантов и HR-директоров, которые узнавали в этих цифрах то, что давно чувствовали интуитивно.

Ломбардо и Айхингер не были представителями академической среды и не веди формальных научных исследований. Они были консультантами и все данные собирались из их собственных опросов и наблюдений.

Но, как оказалось, еще до Ломбардо и Айхингера Аллен Тафф обнаружил, что около 70% всех учебных проектов взрослые планируют самостоятельно, без внешней поддержки. Тафф был канадским исследователем, который занимался образование взрослых. 1965 году он защитил диссертацию о поведении взрослых в самостоятельном обучении. По сути его цифра 70 - это предшественник цифре 70 в 10:20:70.

Книга Таффа “The Adult's Learning Projects: A Fresh Approach to Theory and Practice in Adult Learning” никакого шума не произвела, ее заметили только те, кто серьезно был погружен в обучение взрослых.

Тафф, Ломбардо и Айхингер пришли к одному и тому же выводу - основная часть реального обучения происходит вне класса, вне курса и вне формальных учебных траекторий. В 2006 году на сцене появляется Джей Кросс, один из главных популяризаторов e-learning на Западе и специалист по обучению взрослых. Он построил первую онлайн программу МВА для Университета Феникса - первого полностью онлайн университета. Джея Кросса я знала лично, мы долго вели переписку о том, как на самом деле учатся взрослые.

Так вот, Джей Кросс поставил в 2006 году “диагноз” системе корпоративного обучения. Он назвал формальное обучение автобусом, который едет по расписанию и фиксированному маршруту, и который привозит всех в одно место. Неформальное же обучение Кросс назвал мотоциклом, на котором можно ехать туда, куда нужно тебе и тогда, когда нужно.

В отличии от своих коллег Кросс не говорил, что нужно добавлять неформальное обучение в программу. Он был убежден, что индустрия корпоративного обучения выстроена вокруг неверного запроса и должна сама себя переосмыслить. Он был уверен, что создание правильной инфраструктуры для неформального обучения (базы знаний, форумы, сообщества, поиск, блоги и прочее) дает все необходимые возможности для естественного обучения взрослого человека.

Примерно в это же время на сцене модели 10:20:70 появляется Чарльз Дженнингс, британский практик, бывший директор по обучению в Reuters и Novartis. Дженнингс превратил модель в операционный инструмент. Если Ломбардо и Айхингер описали, *откуда* берётся развитие, то Дженнингс задал другой вопрос: как L&D-функция должна работать, если принять эти данные всерьёз?

Дженнингс был убежден, что корпоративное обучение должно перестать быть поставщиком учебных мероприятий и курсов. Оно должно быть архитектором обучающей среды. Эту задачу Дженнингс разложил на 3 уровня.

Продолжение - в полной версии текста на Дзене.

Зачем вам сцена?
Текст о том, что высота сцены и количество вопросов зачастую сильно связаны

Недавно я проводила 2х часовой мастер-класс для одного клиента. Я пришла утром в зал, красивый такой, светлый и современный. И вдруг обнаружила там сцену, которая мне примерно по пояс. Зашла на нее, постояла и поняла, что работать я там не смогу. В итоге провела встречу рядом со сценой и только временами запрыгивала к флипчарту.

В театре есть такое понятие - пятая стена. Это воображаемая стена, которая стоит между зрителем и актерами на сцене. Когда мы приходим в театр, мы сидим в зале и наблюдаем, как актеры проживают жизнь на сцене. Они близко, но при этом не с нами, мы за ними наблюдаем. Тут пятая стена нужна для нашего восприятия, потому что каждый будет ощущать увиденное и услышанное самостоятельно, в своем мире.

В обучении и на учебных мероприятиях, участники - это не зрители в театре. Здесь нужен и контакт с ведущим и доверие к нему. В обучении взрослых при этом важно равенство. Не “я вас научу”, а “мы с вами разберемся”. Потому что взрослых нельзя учить, нужно создать условия для обучения.

Так вот сцена для учебного события - это не самая лучшая штука. Сразу получается, что ведущий выше участников. Сразу какое-то разделение возникает и даже та самая пятая стена, которая отдаляет того, кто на сцене от того, кто в зале. “Мы” тут возникает сложно.

Последние пару лет я проводила личный эксперимент. Я фиксировала количество вопросов, которые возникает в разных залах: со сценой и без нее, с высокой сценой и с маленьким, чисто формальным, возвышением. Так вот - чем ниже сцена, тем больше вопросов. Когда сцены нет, вопросов больше всего. На высокой сцене в Сколково я с трудом добилась, чтобы зал отвечал на мои короткие вопросы. Стоя на полу рядом со слушателями в другом зале, вопросов было так много, что пришлось на них отвечать потом, в коридоре.

В прошлом году я выступала в Нижнем Новгороде. Там была высокая сцена, красивая, с большим экраном. Но уйти с нее было нельзя, потому что шла съемка. Когда я закончила основную часть, вопросы уже не снимали и я спустилась вниз. И вдруг случилась магия - зал, который почти все время молчал, начал задавать мне вопросы. Много, разные, интересные.

На Learning Elements моя борьба со сценой идет уже долгие годы. Коллеги говорят, что меня не видно и потому, нужна сцена. И все пытаются меня поставить по-выше. Не только меня, всех остальных спикеров тоже. А я каждый год не даюсь и соглашаюсь только на небольшое подобие сцены. Потому что мне важно, чтобы в зале было “мы” и много вопросов.

В этом году нашли решение. Сцена будет только формальная, зато будут дополнительные экраны, на которые будут транслировать видео со сцены. Посмотрим, как это сработает, надеюсь, что так, как хочется. Приходите, вместе протестируем идею и зададим друг другу много вопросов.

P.S. На сайте уже лежит полная программа и еще есть траектории, которые помогают погрузиться в определенную тему.

Попадаю к своим
Или текст, который я не хотела писать

Если у меня есть какая сложность в жизни, так это публикация отзывов. Я уже работала с этим со всеми возможными специалистами. Но итог всегда один: в моменте готова пару раз опубликовать, а потом все снова на свои места встает. Так что я сегодня с утра этот текст во что только не пыталась превратить.

Но вот в чём дело. Я могу сколько угодно рассказывать про Learning Elements своими словами. А эти люди приходят на конференцию каждый год уже много лет. И говорят про неё лучше, чем я.

”Для меня конференция Elements всегда была своеобразным камертоном. Это то мероприятие, на которое ты приходишь, чтобы узнать, что сейчас действительно важно. По честному. Без рассказов об "успешном успехе". Каждый год эта встреча помогает мне в общем информационном шуме найти инсайты, встретиться с единомышленниками, с которыми на одной волне. Знаю, что иду в свою стаю.”

Мария Болотская

“Вы спросите меня, почему нужно прийти на Learning Elements? Причины всего 3 и они просты до безумия:
1. Концентрированный juice всего, что произошло за год в мире цифрового обучения и будет в следующем.
2. Вы не сможете быть просто слушателем, вам придется быть активным участником, вам понравится.
3. За годы конференции сформировалось

сообщество небезразличных.

И да, они все открыты к общению в перерывах.
Вы все еще читаете этот текст? До встречи, друзья!”

Виталий Фуфаев

”На конференцию Elements стоит пойти, так как это отличная возможность не только увидеть, как работают коллеги из других компаний, но и взглянуть на свою работу с новой перспективы. Организаторам удается уже много лет создавать атмосферу доверия, в которой участники делятся не стандартными отчетами о своих успехах, а обсуждают реальные проблемы на примерах конкретных кейсов. В кулуарах у вас есть шанс не просто пообщаться с коллегами, но и завести настоящих друзей.

Для меня Elements — это профессиональный трамплин

; уже больше десяти лет я ухожу с конференции с готовым планом изменений в своей работе.”

Иван Булавкин

“Почему я не пропущу Элеменс в этом году? Мир меняется с какими-то дикими скоростями. Чтобы оставаться на месте уже не достаточно бежать или даже бежать быстро, нужно нестись сломя голову, мониторить десятки ресурсов, новостных лент и каналов. И среди всего этого безумия есть буквально несколько островков спокойствия, где новая информация, знакомства и инсайты сами находят меня и место в моей голове. Ежегодный Элементс - как раз то

место, где я получу все и сразу, так ещё и в хорошей компании потрясающих людей.”

Владимир Казаков

“Иду на Элементс снова. Уже не помню, в какой -дцатый раз — была там как участник, как спикер, как тренер. Ощущение каждый раз одно и то же: попадаю к своим. Ухожу с конференции с пачкой кейсов, стопкой идей в заметках о том, что хочу попробовать по-новому, новыми знакомствами и несколькими вопросами, которые ещё долго не дают покоя. Для меня это лучший признак того, что конфа — маст визит.”

Юлия Максина

8 и 9 июня, Москва. Регистрация на сайте.

И еще - 14 мая провожу демо конференции, расскажу, как все устроено в деталях.

Информационная гигиена на доверии
Текст о том, что лучше, когда мы идем к знаниям, а не они к нам

Однажды, несколько лет назад, я выключила на телефоне почти все уведомления. Остались только звонки, некоторые мессенджеры (а в них только нужные люди и группы) и еще буквально парочка важных для меня и неназойливых приложений. Я делала это в порыве страшного раздражения, когда поняла, что эта штука постоянно пиликает, вибрирует и моргает и я не могу ничего делать из-за нее.

Мне было страшно. Мне казалось, что я упущу что-то важное, что-то такое, что… Вот тут я, правда, так и не смогла найти правильное слово, потому что так и не поняла, что я там такое упустить могу. Но было очень страшно это упустить.

Потом я удалила все каналы с новостями. Не почти все, а все. Убрала все каналы, которые я на самом деле не читаю, но может когда-то хотела бы прочитать. Остались только те, что имеют отношение работе и к тому, что мне действительно интересно. И ровно 6 уютных канала, про женское и около этого, в которые я ныряю, если мне хочется немного передохнуть.

Дальше я делила соцсети и источники так, чтобы у каждой было свое назначение. У меня соцсетей не много: ТГ (если можно его соцсетью назвать) и другая, с картинками. Вот в картинках у меня только еда, сад, собаки и природа. И я туда хожу отдыхать, пару раз в неделю.

Для важных рассылок у меня Substrack, там они все вместе и там все, чтобы мне было удобно читать и сохранять. А больше у меня ничего нет, никаких других источников.

И недавно я поняла, что в итоге произошло после всей этой генеральной уборки. Я ничего не потеряла, не пропустила ничего важного, не отстала от жизни и вообще ничего со мной не случилось. Зато у меня появился воздух и желание что-то найти и что-то узнать.

Мой интерес прекрасно ведет меня туда, куда нужно. И любопытство тоже. Я сама хочу решать, что мне читать, когда читать, где и в каком формате. Я вдруг поняла, что я не хочу, чтобы пуш-уведомления решали о том, куда мне направить свое внимание. Это не их задача, это моя задача. Что, где и когда я буду изучать, нужно это мне сейчас или нет, стоит ли на это тратить время - я сама хочу решать.

Лучшие знания приходят к нам не формате пуш (push), а в формате пул (pull). То есть когда мы к ним идем сами за тем, что именно нам интересно. Когда мы соединяем точки и переходим от одного к другому, ищем то, что именно нам важно. И совсем не тогда, когда очередное уведомление решило за нас, что именно важно.

Нужно доверять себе и своему внутреннему вопросу. Своему интересу и любопытству. А самое главное - тишине. Именно тогда, когда вокруг тихо, мы начинаем слышать себя, свои увлечения и идем за ними со свежей головой. А не пытаемся бежать за чужими заголовками, которые для нас лично ничего не значат.