На смерть Горбачева

Умер Горбачев; естественно мы все — жители того, что стало результатом тех процессов, что связываются с его именем — мы все задумываемся, что же это были за процессы, и что же это за результаты.

Возьмем пару демократия // православие. СССР был атеистической диктатурой. Перестройку можно понять как попытку сохранения СССР с изъятием атеистической диктатуры: СССР со свободной Церковью и свободным народом/обществом.

Было ли это вообще возможным? В каком-то смысле очевидно, что — да, ибо были ли же несколько лет советской демократии и советского свободного православия. Альтернатива была явлена, но сразу же оборвалась катастрофой: распад 91 — расстрел парламента в 93 — чудовищная президентская кампания 96.

Новая аналитическая статья Владимира Шалларя по следам политической деятельности Михаила Горбачева.

«Милостыня очищает от многих грехов. Речь идет не только о вещественной милостыне; гораздо дороже милостыня духовная. Она состоит в том, что человек вместо осуждения ближних, жалеет их, прощает им грехи и недостатки, и просит Бога простить их».

Игумен Никон (Воробьев)

Господь не спросит, ходил ли ты на огласительные беседы

Я видел множество вариантов «оглашения» и «катехизации». Длительные, иногда в год длиной, и короткие, занимавшие минуты. Среди них были основанные на Евангелии, на Символе веры, на авторской методике или на даже на Книге Бытия. Для взрослых и для детей. Перегруженные информацией, включающие даже экзамены, и максимально облегченные, практически формальные, в виде краткой проповеди.

Даже с сурдопереводом однажды видел.

Короче, вариантов примерно миллион, и синодальные требования насчет количества и продолжительности огласительных бесед мало что тут изменили. Разве что нецерковные знакомые теперь ищут для крещения детей «хорошие храмы», в которых можно за денежку избежать «всей этой тягомотины».

Мне же представляется, что все эти подготовки в принципе не о том.

«Меня и так хвалили»

Когда я крестился в 10 лет, в 91-м году, я уже неплохо знал и Ветхий, и Новый Завет по части изложенных в них фактов. Потому что в перестроечные годы у нас дома откуда-то завелись целые завалы протестантских пересказов Библии, включая комиксы. До сих пор помню, что в них почему-то Христа изображали в бело-синих одеждах. Я учился, кажется, лучше всех в воскресной школе. У меня вообще хорошая память на истории.

Дало ли это мне хоть какое-то понимание веры? Да никакого. Я годами жил, обладая в голове немалым массивом информации, которую ровным счетом никак не применял. Примерно как ненужные за пределами школы формула дискриминанта и правила сложения валентностей. Я знал, какая часть Литургии за какой следует, и что она символизирует. Это помогало мне отстаивать службу с меньшими нервными затратами, но какое отношение ко мне имеет Крест, мне как-то не приходило в голову задуматься.

Меня же и так хвалили.

«Чтобы быть со Христом, знания не нужны»

Почему-то в большинстве случаев, когда речь идет о том, чтобы научить человека вере (подготовить к крещению, ввести в Церковь – как хотите называйте), рассуждают о том, что крещаемому необходимо нечто знать. Выучить какую-то сумму знаний и уверенно в ней ориентироваться. И, на мой личный взгляд, это абсолютно бесполезно.

Это как искать потерянный ключ не там, где обронил, а под фонарем, потому что там светло.

Учить людей знаниям – это очень просто. Знания легко проверить, четко обозначить, посчитать и заключить на этом, чисто формальном основании, что вот человек готов – он твердо знает то-то и то-то.

Однако для того, чтобы быть со Христом, знания не особенно нужны. Не то чтобы излишни, но далеко не первостепенны. Мытарь Закхей не знал Символа веры, а благоразумный разбойник вообще крайне смутно представлял, с Кем имеет дело. Мария Египетская не читала Писания до ухода в пустыню.

Зато у воинствующего атеиста Евграфа Дулумана – кандидатская степень по богословию. Но сомневаюсь, что даже самый невзыскательный священник счел бы его готовым к крещению.

Считать, что если человек выучил некоторое количество фактов и их интерпретаций, то он уже готов к Царству – наивно. Если бы речь шла об университете или академии, то подобный подход был бы оправдан. Но мы-то собрались не для того, чтобы книги изучать, а для того, чтобы быть Телом Христовым.

«Церковь похожа на группу анонимных алкоголиков»

Церковь гораздо больше похожа на собрание, например, группы «анонимных алкоголиков». Люди собрались вместе для того, чтобы измениться внутренне. И прогресс отслеживается не по интеллектуальным успехам, а по тому, насколько меняется человек. Что он делает, что он чувствует, к чему стремится, как в целом построена его жизнь.

Подготовка к крещению должна состоять именно в этом. В обучении – практическом – молитве и милосердию, покаянию, участию в богослужении, расставлению приоритетов в жизни, навыку обращения к Богу и доверия Ему, навыку построения жертвенных и честных отношений с ближними. И это – очень трудно.

Потому что непонятно, как отследить изменчивую душу, как составить более или менее общую программу, а главное – кто будет всем этим заниматься, у кого хватит дерзновения и опыта оценивать уровень духовного развития людей. Подобный подход налагает на пастырей слишком большую ответственность и вместо формального потока обучаемых создает крайне сложные личные отношения.

Это очень трудно. Собственно, для такой работы надо быть святым, а святость не технологизируется, в отличие от обучения.

«Книги и знания – хорошо, но этого мало»

И этот процесс невозможен без искреннего и горячего желания самого человека развиваться именно в эту сторону. Если бы крещение зависело именно от наличия такого желания – наши храмы, боюсь, стояли бы полупустыми. И поэтому работа ведется количественными методами, а готовность прочитать несколько книг или выслушать несколько лекций считается признаком достаточной мотивации для крещения.

Книги и знания – это хорошо, но этого мало.

Вот хотя бы простой пример.

Моя любимая притча из Евангелия – о Страшном суде. Та самая, в которой Господь спрашивает людей – помогали ли они больным и нищим? Посещали ли заключенных? Кормили ли голодных? Он не спрашивает, во что они верили. Не спрашивает, какие молитвы они помнят наизусть и как часто их читают. Господа не интересует в этой притче, рассказывающей, вообще-то, о критериях Последнего Суда, вообще ничего из области знаний или убеждений.

Но почему-то обязательным для крещения в нашей повседневной практике оказывается не навык или хотя бы желание заботиться о ближнем, а знание богословских формул. Разве это не странно?

Владимир Берхин, президент фонда "Предание"

Опубликовано на портале "Православие и мир".

Моя бабушка и королева Елизавета
Евгений Водолазкин

Писатель вспоминает о судьбе своей бабушки и сравнивает ее жизнь с жизнью королевы Елизаветы - как они обе переживали исторические перипетии.

Слушайте на нашем портале

4 фильма о британской монархии

1. «Король говорит!» (2010)
Будущий король Георг VI, отец Елизаветы II, готовится взойти на трон, но у него ужасная проблема с нервным заиканием и неуверенность в своих способностях. В главной роли Колин Ферт.

2. «Ричард III»
Экранизация Шекспира. Фильм переносит действие пьесы в 30-е гг. XX в. Гражданская война заканчивается убийством короля. Кажется, что за судьбу трона можно не беспокоиться, так как есть прямой наследник - старший сын короля. Но у младшего брата Ричарда на этот счет свое мнение. В главной роли Иэн Маккеллен.

3. «Человек на все времена»
События происходят в Англии XVI века, во времена правления короля Генриха VIII. В основе сюжета — конфликт между королем и лордом-канцлером Томасом Мором.

4. «Ланселот Озерный»
Фильм по мотивам легенд о короле Артуре. Всякая сказочность отброшена. Наверное, самый жестокий фильм Брессона. Рыцари, измученные поисками Св. Грааля, возвращаются в Камелот. Любовь Ланселота и Гвиневры вызывает ярость их окружения.

«Есть праздники, когда рука не поднимется на работу, потому что сердце переполнено ликованием и радостью; Пасха — такой праздник, Благовещение — такой праздник. А есть другие праздники, когда руки опускаются, когда кровь холодеет, когда делается так тяжело и так страшно, что мысли нет о чем бы то ни было, кроме как о воспоминаемом событии. И таков день усекновения святого Иоанна Предтечи.

Самый великий человек, рожденный на земле, умер от удара меча, погубленный завистью, ненавистью, — был погублен напрасно, как будто. Перед смертью его охватил какой-то ужас; он послал двух своих учеников ко Христу спросить: Ты ли тот, или ожидать нам другого?.. И в этом вопросе целый мир ужаса и надежды. Если Христос на самом деле Тот, Которым Его проповедовал Иоанн, то стоило жить и стоило умирать; но если Христос не тот, то напрасно Иоанн жил жестокой жизнью, и напрасно стоит он теперь перед смертью...»

Из проповеди митрополита Антония Сурожского, 1972

Читайте тематическую страницу «Усекновение головы Иоанна Предтечи»

Подборка материалов об Александре Невском
фильм, лекции, книга и кантата

1.«XIII век. Монгольский вызов. Святой благоверный князь Александр Невский». В.Н. Тростников. Аудиофрагмент из книги.

2. «Александр Невский». Документальный фильм из серии «Иллюстрированная история Российского государства».

3. «Князь Александр Невский как историческая личность». Лекция Романа Шляхтина.

4. «Александр Невский». Лекция протоиерея Александра Салтыкова.

5. «Александр Невский». Прокофьев С.С. Кантата.

13 сентября мы отмечаем 101 год со дня рождения протопресвитера Александра Шмемана — классика православного богословия XX века. Он, конечно, совершенно удивительный автор: ясный, чистый стиль; здравый смысл, какая-то светлая разумность при глубине богословских созерцаний и теплоте веры; высокий уровень, но притом читать тексты Шмемана можно и без особого богословского и исторического образования.

Отец Александр — как богослов, как пастырь — был в лучшем смысле этого слова консерватором: он был «просто» православным христианином, без «модернизма». Он просто любил и углублялся в церковность, в богослужение — такие, какие они есть; из них самих извлекал их смысл, не привнося ничего постороннего. Он любил и знал Православие, и именно потому не романтизировал его, но и не впадал в критиканство. С Православием как таковым все «хорошо», в нем «все уже есть» — и вот из этого «все уже есть» и надо критиковать современную церковную жизнь.

Читайте краткое описание его основных книг.

Верю — не верю. Путеводитель по мировоззрениям

Мы действуем согласно нашим внутренним правилам и принципам, и нам кажется, что эти правила не противоречат друг другу. На самом деле мы часто смешиваем разные взгляды: о любви и дружбе можем думать как христиане, о смерти как индуисты, а о свободе и государстве как светские гуманисты. Оксана Куропаткина в своей книге «Верю — не верю. Книга-тест по религиям и философиям» доступно излагает главные принципы и истории шести религий и четырех философий.

Мировоззрение — это представления человека о хорошем и плохом, принципах и правилах, на основе которых каждый принимает самостоятельные решения. В любом обществе и группе вне зависимости от их размера есть свои нормы, и согласие или несогласие с ними напрямую зависит от личного мировоззрения. Прожить без мировоззрения никак не получится, ведь даже если ты отрицаешь все мировоззрения, то это тоже особый взгляд на мир.

Кратко о религиях и мировоззрениях в нашем обзоре.

Петр Дмитриевский: психология отношений. Как строить диалог супругам

«Близкие отношения не для всех приемлемы. Одному в партнерстве бывает важно приближаться, а другому нет. Есть люди, для которых то, что они вообще остаются в паре, в отношениях и не убегают, это максимально возможный уровень близости. Если их вызывать на очень личный разговор, можно сделать хуже».

Страх, тоска и желание сбежать из дома охватывает взрослых людей, стоит жене или мужу произнести: «Нам нужно поговорить». Но ведь если мы поймем и услышим друг друга, все изменится, и мы заживем… Разве не так? Семейный психолог Петр Дмитриевский и редактор портала «Предание» Анна Ершова обсуждают, как и для чего строить диалог супругам.

Инопланетяне, роботы и христиане. Религия в научной фантастике

Людям кажется, что научная фантастика бесконечно далека от религии, но в реальности она — суррогат религии.

В ангелов верить нельзя, зато можно в пришельцев — нечеловеческих существ, прилетевших с небес. В Бога — нельзя, но можно в «Силу», как в «Звездных войнах». Мистические опыты невозможны, никто не бывает восхищен до седьмого неба — но возможны межпланетные путешествия — в иные миры.

Мы представим вам несколько научно-фантастических романов на религиозные темы. Но перед этим скажем несколько слов об отношениях этого жанра и религии.