#событие #декабрьские_чтения

Дорогие друзья, уважаемые коллеги, ученики Натальи Михайловны! Приглашаем вас на ежегодные Декабрьские чтения, которые пройдут в смешанном формате завтра, 6 декабря, в 16:00 ч. (МСК).

Тема встречи - "Молчание, умалчивание и сокрытие: коммуникативные пределы":

"Бывают времена, когда хочется поговорить, и времена, когда естественно молчать, набрав «воды в рот». Например, когда нет слов, чтобы выразить чувства в ситуации, которая «не может быть соотнесена с помощью синтеза узнавания с имевшимися ранее в нашем опыте типичными ситуациями, потому что она радикально нова для нас» (Шюц А. Структуры повседневного мира). В ситуации утраты и скорби молчание имеет мощный символический эффект. Молчащие подтверждают свою растерянность в работе горя. Но у молчания есть ограничения. Оно не может затягиваться.

Шюц утверждает, что «подавляющим объемом своего знания субъект обязан социуму. Знания становятся достоянием человека в результате долгого процесса обучения и воспитания, осуществленного родителями, учителями, учителями наших учителей; в результате вовлечения в отношения с партнерами, современниками и предшественниками» (Там же). То есть чтобы переживать неизвестное и необратимое, нам нужен опыт партнеров - прошлых и настоящих. Когда партнеры предпочитают не делиться опытом из самосохранения, ситуации остаются неузнаваемыми, а молчание граничит с малодушием.

С другой стороны, умалчивание является действенной стратегией выживания. Устная культура, пишет Джеймс Скотт, в отличие от письменной, дает возможность коммуникантам сохранять только то, что в данный момент необходимо и одновременно безопасно: «устную культуру отличает непреходящая настоящесть. Устные традиции /.../ допускают определенный «дрейф» в содержании и акцентах с течением времени – стратегически продуманное и целенаправленное переформатирование истории группы: одни события забываются, другие подчеркиваются, третьи «вспоминаются»» (Скотт Д. Искусство быть неподвластным). В таком случае само умалчивание становится стратегией выживания – физического и коммуникативного. Люди продолжают общаться в совместном молчании, сохраняя сужающуюся, но действующую, communicative tube.

Молчание в народной медицине служит приемом деавтоматизации повседневного мира – молчит и не отвечает на приветствия пациент, отправляемый лекарем затемно за нетронутой водой из колодца. Запрет сообщать о беременности и начавшихся родах посторонним известен многим российским женщинам – его объясняют опасением порчи.

Молчание и сообщение, признание и сокрытие, умалчивание и воспоминание, искренность и подозрительность составляют сложную коммуникативную ткань нашего настоящего и прошлого".

Очная встреча пройдет по адресу СПб, Макарова, 16/2, онлайн встреча - в zoom.


Онлайн-слушателей мы приглашаем на прямую трансляцию на нашем видео-канале


Очным участникам необходимо заполнить ФОРМУ

#смотреть #видео #лекция #наталья_герасимова

Доклад литературоведа и фольклориста Натальи Михайловны Герасимовой " -Ой! - Что с тобой?", или О страхе любви" / в рамках международной научно-практической конференции "Языки страха: женские и мужские стратегии поведения", 2003 г. /

>>> https://youtu.be/hx9TMjHYav8

#событие #декабрьские_чтения

Дорогие друзья! У нас несколько сообщений по поводу сегодняшнего события:

✅ У Светланы Адоньевой поменялась тема доклада: "Что скрывают цветы и шары: о странностях современной свадьбы"
✅ Очные места закончились, заявку закрываем!
✅ Всех слушателей ждем в прямом эфире на нашем канале в 16:00 ч.

/ подписывайтесь на канал по ссылке

До встречи!

Дорогие друзья! Начинаем трансляцию Ежегодных декабрьских чтений, присоединяйтесь https://youtu.be/9FFH0H7q7DQ

#читать #чтение #статья #наталья_герасимова

Все знают, что означает слово «сказка», но не понимают, например, таких вещей: почему сказки надо рассказывать детям? Или почему их надо рассказывать детям на ночь? Или почему их вообще надо рассказывать, а не читать?

Нет ничего сложнее, чем объяснять простые вещи: что такое вода, что такое воздух, что такое сказка. Потому что все про это знают. Все знают, что для того, чтобы сказка состоялась, нужен персонаж, который бы ее рассказал. И обязательно нужна аудитория, которой эта сказка рассказывается. Можно представить себе человека, который сидит и причитает сам себе или поет себе. Но невозможно, исключительно сложно представить себе человека, который бы рассказывал сказку сам себе.

Мой доклад посвящен как раз вопросам, которые кажутся такими простыми: что такое сказка? Зачем она рассказывается? Почему сказка есть сказка?

// Ч И Т. далее ст. Н.М. Герасимовой "Сказка как речевая деятельность"

#материнство #кормление_грудью

А возьми вот,это...там...сметанку. Сметанку положь в чашечку. Возьми ножик, вот так вот, и крести. <Крестит острием ножа, наклонившись над чашкой со сметаной.> Если... Давай запишом это. От грудника. «Иду я благословясь, иду я перекрестясь, в чистоё полё. В чистом поле поле бежат реки, озёра, ключевая водица. Не задярживается ни за пеньё, ни за кореньё, ни за синее каменьё. Так бы у раба Марии, там хоть, ну хоть твое имя, у раба Светы не задярживалось бы в пупышках молочко, расходилось, растекалось по родничкам. Во веки веков». Надо прочитать девять раз это жо. Девять раз. <...> Вот когда будёшь на сметанку, девять раз прочи-тай. Я дак, память сразу была худая. Мне тожо ведь научили. Дак я спички откладывала, чтобы не... ровно девять прочитать надо. А потом последние слова: «Не девять, не восемь, не семь, не шесть, не пять, не четыре, не три, не два, не один, во веки веков аминь». Это три раза только. И всё... И сразу хоть коровушке вот сделаешь, у коровы вымя нагрузнёт. Хоть у женщины... А не то, знаешь, кто не знает так, груди-то розрежут, да потом плохо заростает-та, да на опухоль, да рак-то и заводитсы. Дак вот мне самой Беляева <главврач Шольской больницы>, вот сейчас она на пенсию ушла, вот, самой ей делала, мальчика первого родила, сразу все поправилось. И она людей все сюда отправляла ко мне. Дак я вот только позвоню в больницу, что заболела, приехали бы, «скорая», дак, — моментально. Моментально приедут и... меня увезут. Я раза два всего-то лежала, наверно... Я мало хожу в больницу. Да. И вот сичас бы позвони —дак тожо приехали. И там знают оне меня. Я им помогаю, врачам. Хорошо помогаю.

// З А П. от ж., 1910 г.р. в Белозерском районе Вологодской области.

Отрывок из кн. "Материнство в советской деревне..." ( 2 том, с. 605 - 606)

З А К А З А Т Ь книгу

#читать #чтение #статья #инна_веселова


Итак, мы видим, что сказка всегда описывает брачный выбор царских сыновей как жребий. Русской традиционной культуре неизвестны такие приемы сватовства, но сказочный жребий похож на девичьи святочные гадания на жениха, на что указывала К.Е. Корепова. Исследовательница заметила, что «образ стрелы в сказке появился как реализация типичной для славянской свадебной поэзии метафоры: “пустить стрелу, подбить лебедушку — взять девушку в жены”» [Корепова 1980: 104]. Сценарий охоты и метафора жены-добычи — одна из самых активных метафор свадебного обряда и фольклора, та метафора, что создает и описывает характер отношений между мужчиной и женщиной в традиционной культуре. Не углубляясь в семантику образа стрелы и оставив в стороне всех Эротов и Амуров мира, напомню о существовании сугубо женских обрядов похорон стрелы в южно-русских регионах, аналогичных похоронам кукушки. В ходе этих обрядов создается половозрастная «солидарность» группы девушек-молодых женщин, которые выступают хранительницами «стрелы». В некоторых вариантах сказки лягушка, получив стрелу, не отдает ее царевичу до сказочного венчания или превращается в стрелу сама в конце сказки (тогда царевич ломает кончик стрелы и жена окончательно принимает человеческий облик). Мотив «стрелы» встречается во многих жанрах русского фольклора. Например, он «работает» в «Виноградье», которое припевали на Русском Севере женщины бездетной паре. В нем с тесовой кровати запускается каленая стрела в небо за «детьми-лебедятами».


// Ч И Т. далее ст. Инны Веселовой "Конфликт лояльностей, или Путь за собственным «таланом» (на примере анализа сказок сюжетного типа 402 AT «Царевна-лягушка»)"

#событие


19 декабря в 19.00 на Новой сцене МХТ имени А. П. Чехова состоится лекция доктора филологических наук, профессора кафедры истории русской литературы СПбГУ, автора книг и статей, посвящённых русской традиционной культуре Светланы Адоньевой «Плакальщицы: ритуальная процедура и перформативная речь». Лекция проводится к премьере спектакля «Полярная болезнь», где становится существенной связь современности с архаикой и фольклором.

Лекция проводится для всех желающих бесплатно. Стать слушателем можно, прислав запрос на адрес: zritel@mxat.ru. В письме необходимо указать свою фамилию. Количество мест ограничено. Убедительно просим ответственно подходить к заказам мест и отменять их, если в ваших планах что-то меняется: возможно, из-за вашего билета, который окажется невостребованным, мы напрасно откажем в посещении кому-то еще.

П О Д Р О Б Н О по ссылке