Что тут сказать?
Любимый книжный в городе ,вторая лекция в рамках промо школы проходила там. Нас других не будет и время дано такое какое оно есть. Просыпайтесь! Покупайте книжки в порядке слов, приходите к нам в школу, практикуйте свободу)
Любимый книжный в городе ,вторая лекция в рамках промо школы проходила там. Нас других не будет и время дано такое какое оно есть. Просыпайтесь! Покупайте книжки в порядке слов, приходите к нам в школу, практикуйте свободу)
🔥2❤1
Forwarded from Порядок слов
НАС ДРУГИХ НЕ БУДЕТ
Это Константин Шавловский, год назад я писал о том, что «Порядок слов» оказался на грани закрытия — и благодаря сотням и сотням заказов, которые свалились на нас под Новый год, нам удалось достойно прожить 2025-й.
Сейчас у нас грандиозные планы на 2026-й: мы хотим открыть новый магазин на Пушкинской, 10, издать большую книгу текстов нашего любимого покойного друга, кинокритика и куратора Алексея Медведева, еще одну книгу Елены Горфункель о Юрии Бутусове «Послесловие», исследование Галины Лазаревой о неосуществленном замысле Киры Муратовой «Княжна Мэри», а также книжицу Александра Соболева о комаровских котах — фантастической красоты и изящества. Еще хотим провести несколько фестивалей, и как всегда ждем у себя интеллектуальных звезд, маргиналов, панков, старушек из соседних подъездов и студентов Смольного и ЕУ.
Но чтобы все это (и многое другое) произошло, нам прямо сейчас очень нужна ваша поддержка. Потому что в этом декабре перед нами снова два пути: прямо сейчас собрать денег на новые крутые проекты, или завтра — на ликвидацию.
Поэтому. Даже если ваша библиотека переполнена — зайдите к нам на Фонтанку, 15. Даже если вы живете не в России, купите книгу у нас на сайте — мы найдем способ вам ее передать в любую точку мира. С вашей помощью мы сможем все, ну или почти все.
«Порядок слов» — это независимый книжный магазин, который зависит только от своих покупателей. За 16 лет (да, нам в январе будет 16) мы слишком многое откладывали на завтра и слишком часто стеснялись попросить о помощи, когда она действительно была нужна. А сейчас она — нужна.
И еще. Я довольно часто встречаю людей, для которых «Порядок слов» стал важной точкой на карте, однажды изменив их оптику и картину мира. Они так говорят. Хочется, особенно сейчас, чтобы такие люди не переводились. Давайте попробуем сохранить то, что у нас еще есть — потому что, как писал один ленинградский поэт, нас других не будет.
Купить у нас книгу можно здесь.
Очень прошу друзей, партнеров и всех, кому небезразличен «Порядок слов», помочь в распространении этого поста.
Это Константин Шавловский, год назад я писал о том, что «Порядок слов» оказался на грани закрытия — и благодаря сотням и сотням заказов, которые свалились на нас под Новый год, нам удалось достойно прожить 2025-й.
Сейчас у нас грандиозные планы на 2026-й: мы хотим открыть новый магазин на Пушкинской, 10, издать большую книгу текстов нашего любимого покойного друга, кинокритика и куратора Алексея Медведева, еще одну книгу Елены Горфункель о Юрии Бутусове «Послесловие», исследование Галины Лазаревой о неосуществленном замысле Киры Муратовой «Княжна Мэри», а также книжицу Александра Соболева о комаровских котах — фантастической красоты и изящества. Еще хотим провести несколько фестивалей, и как всегда ждем у себя интеллектуальных звезд, маргиналов, панков, старушек из соседних подъездов и студентов Смольного и ЕУ.
Но чтобы все это (и многое другое) произошло, нам прямо сейчас очень нужна ваша поддержка. Потому что в этом декабре перед нами снова два пути: прямо сейчас собрать денег на новые крутые проекты, или завтра — на ликвидацию.
Поэтому. Даже если ваша библиотека переполнена — зайдите к нам на Фонтанку, 15. Даже если вы живете не в России, купите книгу у нас на сайте — мы найдем способ вам ее передать в любую точку мира. С вашей помощью мы сможем все, ну или почти все.
«Порядок слов» — это независимый книжный магазин, который зависит только от своих покупателей. За 16 лет (да, нам в январе будет 16) мы слишком многое откладывали на завтра и слишком часто стеснялись попросить о помощи, когда она действительно была нужна. А сейчас она — нужна.
И еще. Я довольно часто встречаю людей, для которых «Порядок слов» стал важной точкой на карте, однажды изменив их оптику и картину мира. Они так говорят. Хочется, особенно сейчас, чтобы такие люди не переводились. Давайте попробуем сохранить то, что у нас еще есть — потому что, как писал один ленинградский поэт, нас других не будет.
Купить у нас книгу можно здесь.
Очень прошу друзей, партнеров и всех, кому небезразличен «Порядок слов», помочь в распространении этого поста.
❤5
Был на открытии выставки Татьяны Поле «Как мне называть тебя? Когда я разбужу тебя» в галерее «Интроверт». Куратор — Елизавета Иванова.
Это прекрасный пример работы поэтического на территории современного искусства. Поэзия остаётся с нами как язык и как обещание шанса на перемены. Выставка будет идти до 11 января. Спешите посетить!
Случились там и важные знакомства — например, с Анной Артемовой, основательницей проекта «Арт Инсайд» (искусство изнутри мастерских художников). Они предлагают уникальный опыт: вы можете попасть в мастерские известных художников, пообщаться в неформальной обстановке, узнать об их творческом пути и даже приобрести работы. Что особенно приятно: в рамках нашей школы тоже планируются походы в мастерские, и возможна коллаборация с проектом Анны!
Ходите на выставки, посещайте мастерские художников, любите современное искусство и практикуйте свободу! ✨
Это прекрасный пример работы поэтического на территории современного искусства. Поэзия остаётся с нами как язык и как обещание шанса на перемены. Выставка будет идти до 11 января. Спешите посетить!
Случились там и важные знакомства — например, с Анной Артемовой, основательницей проекта «Арт Инсайд» (искусство изнутри мастерских художников). Они предлагают уникальный опыт: вы можете попасть в мастерские известных художников, пообщаться в неформальной обстановке, узнать об их творческом пути и даже приобрести работы. Что особенно приятно: в рамках нашей школы тоже планируются походы в мастерские, и возможна коллаборация с проектом Анны!
Ходите на выставки, посещайте мастерские художников, любите современное искусство и практикуйте свободу! ✨
❤9✍1❤🔥1👍1🔥1
200 лет восстанию декабристов.
Рекомендуем сходить!
Рекомендуем сходить!
❤2
Forwarded from Студия Сдвиг
Это перформанс для 15 тел, которые признают как свои силы, так и свое бессилие, которые готовы обмениваться заботой, поддержкой, энергией в общем желании встать.
12 декабря 20:00 «ВОССТАНИЕ» танц-перформанс
Билеты: https://alexandrinsky.ru/afisha-i-bilety/tants-performans-vosstanie-/
«Я еду в автобусе и там вокруг уставшие тела. Я сам это уставшее тело, запущенное из точки А в точку Б.
Люди устают каждый день. Утром, когда встают, во время работы и дома. Пользуются подпорками: дисциплиной, вознаграждением, таблетками…
Телу не дают быть просто телом. Телу не дают быть просто с телом.
Если бы мы позволили себе быть рядом с другими (незнакомыми) телами, позволили быть с их кривизной, с их весом и тонусом, стали бы для них и для самих себя поддержкой. Эта совместность что-то сделала бы. Мы рождены для этой совместности.
В нашем перформансе. Мы признаем и разделяем усталость. Даем телу путешествовать между землей и небом, отдаваясь гравитации. И становится легче.
Учиться заново жить в телах. Вместе». Антон
Фото: Камиль Мустафаев
12 декабря 20:00 «ВОССТАНИЕ» танц-перформанс
Билеты: https://alexandrinsky.ru/afisha-i-bilety/tants-performans-vosstanie-/
«Я еду в автобусе и там вокруг уставшие тела. Я сам это уставшее тело, запущенное из точки А в точку Б.
Люди устают каждый день. Утром, когда встают, во время работы и дома. Пользуются подпорками: дисциплиной, вознаграждением, таблетками…
Телу не дают быть просто телом. Телу не дают быть просто с телом.
Если бы мы позволили себе быть рядом с другими (незнакомыми) телами, позволили быть с их кривизной, с их весом и тонусом, стали бы для них и для самих себя поддержкой. Эта совместность что-то сделала бы. Мы рождены для этой совместности.
В нашем перформансе. Мы признаем и разделяем усталость. Даем телу путешествовать между землей и небом, отдаваясь гравитации. И становится легче.
Учиться заново жить в телах. Вместе». Антон
Фото: Камиль Мустафаев
❤4👎1
🔥 НОВАЯ РУБРИКА: «НЕОБХОДИМО БЫТЬ!»
Завтра, 14 декабря, в 19:00 на острове Декабристов, рядом с парком Декабристов, важное открытие.
Необходимо быть!
Завтра, 14 декабря, в 19:00 на острове Декабристов, рядом с парком Декабристов, важное открытие.
Необходимо быть!
❤1🔥1
Forwarded from NIZINA
14 декабря в 19-00 состоится открытие персональной выставки Ани Хомутовой «Я живу в раю» в выставочном пространстве «Поляна»
Можно ли сегодня сохранять способность действовать в мире, где происходящее давно превышает возможности частного опыта? Эта способность — вернуть себе телесное право на действие в повседневности — требует другого отношения к тому, как мы в ней живем. Перемены в ценностях становятся заметны именно там, где мы напрямую взаимодействуем с пространством вокруг себя.
В проекте художницы Ани Хомутовой «Я живу в раю» эта возможность приобретает ясную форму. Переезд в коммунальную квартиру с ее общими правилами ставит автора в ситуацию, где любое изменение в личной части пространства ощущается значимым. Ремонт как прямое действие становится телесной попыткой вернуть себе влияние на реальность. Выставка фиксирует ремонт как работу с ограниченным пространством, где любое вмешательство становится способом удержаться в настоящем и заново почувствовать возможность будущего.
— из текста Ани Хомутовой
Куратор: Кристина Сергеева
Саунд: Sasha Galianov
Вход свободный.
Адрес: Санкт-Петербург, переулок Каховского, 5Б, метро «Приморская»
Можно ли сегодня сохранять способность действовать в мире, где происходящее давно превышает возможности частного опыта? Эта способность — вернуть себе телесное право на действие в повседневности — требует другого отношения к тому, как мы в ней живем. Перемены в ценностях становятся заметны именно там, где мы напрямую взаимодействуем с пространством вокруг себя.
В проекте художницы Ани Хомутовой «Я живу в раю» эта возможность приобретает ясную форму. Переезд в коммунальную квартиру с ее общими правилами ставит автора в ситуацию, где любое изменение в личной части пространства ощущается значимым. Ремонт как прямое действие становится телесной попыткой вернуть себе влияние на реальность. Выставка фиксирует ремонт как работу с ограниченным пространством, где любое вмешательство становится способом удержаться в настоящем и заново почувствовать возможность будущего.
«Всё это действо — не столько про ремонт, сколько про попытку вывести себя и пространство из забвения, перестать жить ожиданием лучших времен, они никогда не приходят сами, а рождаются из нашего импульса, решимости, сопричастности к процессу перемен. В этом есть странный драйв: преодолевать ограничения, наблюдать, как через каждый жест проявляется свобода твоего выбора. Если игнорировать эти вызовы, остаётся лишь медленное угасание, пыль и забвение.»
— из текста Ани Хомутовой
Куратор: Кристина Сергеева
Саунд: Sasha Galianov
Вход свободный.
Адрес: Санкт-Петербург, переулок Каховского, 5Б, метро «Приморская»
❤5🔥5💯2
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
«Эдуард Мане: трагическая комедия модернизма».
Чтобы получить ссылку на бесплатную лекцию, пишите в личные сообщения сообщества.
Чтобы получить ссылку на бесплатную лекцию, пишите в личные сообщения сообщества.
❤🔥8🔥3💯3
Forwarded from люди в люде
Плач
Скорбно приспущенный флаг близок траурной пластике тела, положению членов причетчицы, чьи склоненные плечи и голова скрыты под платом, платком, покрывалом. Из согбенной фигуры разливается плач. Новая инсталляция Петра Белого следует этой поминальной конституции (читай: иконографии), хорошо знакомой по надгробным памятникам, изображающим плакальщиц, и мифу о праматери их, окаменевшей в слезах горделивой Ниобе.
Сооруженный в галерее «Мося» на эти два дня отпевальный фонтан, плакуша-шутиха, садово-парковая голгофа со стягами — безусловно, тоже скульптура ритуального свойства, Stabat mater от стройматериалов. Художник привычно говорит о высоких материях, обращаясь к небрежным лексемам цементного сгустка, бруска, силиконового шланга и тряпки. Однако как устоявшееся изображение (и акустическое звучание) плачеи включает разночтения — от поникшей осанкой и журчащей едва различимо до заламывающей руки, вскосмаченной, посыпающей голову пеплом и прахом, вопиющей от горя, — так и «Плач» Белого раздается, учитывая оба регистра. Плащаница в заплачке сочится не столько слезами, коим впору быть уже выплаканными, сколько грязью — замусоленными секретами, сукровицей, потом, слякотью с пористой резины подошв.
Причитание как жанр фольклорной импровизации служит социально приемлемой формой для выражения того, что невозможно вербализировать, не получается проговорить привычным, «человеческим» образом, не сказать прямо, начистоту. «Плач» художника также непрозрачен, интерпретации его неконтролируемы, подобно процессу слезотечения, lacrimatio.
Сам Белый предлагает в качестве одной из трактовок тризну по современному российскому искусству: рыдающие полотнища-ветоши — печальный итог жизни художников-ниобидов, первого поколения возгордившихся авторов, пожелавших стать частью Олимпа. Не о смерти искусства как такового изливается речь — об оцепенении, застывании в вещности пелены погребальной, безутешном оплакивании тех и иных, себя и того, что было со мной.
Галина Поликарпова
Скорбно приспущенный флаг близок траурной пластике тела, положению членов причетчицы, чьи склоненные плечи и голова скрыты под платом, платком, покрывалом. Из согбенной фигуры разливается плач. Новая инсталляция Петра Белого следует этой поминальной конституции (читай: иконографии), хорошо знакомой по надгробным памятникам, изображающим плакальщиц, и мифу о праматери их, окаменевшей в слезах горделивой Ниобе.
Сооруженный в галерее «Мося» на эти два дня отпевальный фонтан, плакуша-шутиха, садово-парковая голгофа со стягами — безусловно, тоже скульптура ритуального свойства, Stabat mater от стройматериалов. Художник привычно говорит о высоких материях, обращаясь к небрежным лексемам цементного сгустка, бруска, силиконового шланга и тряпки. Однако как устоявшееся изображение (и акустическое звучание) плачеи включает разночтения — от поникшей осанкой и журчащей едва различимо до заламывающей руки, вскосмаченной, посыпающей голову пеплом и прахом, вопиющей от горя, — так и «Плач» Белого раздается, учитывая оба регистра. Плащаница в заплачке сочится не столько слезами, коим впору быть уже выплаканными, сколько грязью — замусоленными секретами, сукровицей, потом, слякотью с пористой резины подошв.
Причитание как жанр фольклорной импровизации служит социально приемлемой формой для выражения того, что невозможно вербализировать, не получается проговорить привычным, «человеческим» образом, не сказать прямо, начистоту. «Плач» художника также непрозрачен, интерпретации его неконтролируемы, подобно процессу слезотечения, lacrimatio.
Сам Белый предлагает в качестве одной из трактовок тризну по современному российскому искусству: рыдающие полотнища-ветоши — печальный итог жизни художников-ниобидов, первого поколения возгордившихся авторов, пожелавших стать частью Олимпа. Не о смерти искусства как такового изливается речь — об оцепенении, застывании в вещности пелены погребальной, безутешном оплакивании тех и иных, себя и того, что было со мной.
Галина Поликарпова
🔥3