proISLAM
Photo
Чат понял. А ты - нет.
"Они услышали «высрачка» и отреагировали именно на грубость самого слова, а не на заложенную тобой конструкцию.
А у тебя там ведь намеренно гиперболизированная цепочка:
выскочка → высрачка — человек, который не просто «лезет вперёд», а считает, что даже отправление естественных потребностей не требует никакой приватности. Поэтому слово и звучит нарочито грубо: оно должно соответствовать степени абсурда образа. 😂"
Лезут вперед Откровения и выставляют себя напоказ без всяких ограничений, а называться соответствующе не хотят. И это я потом уродливо объясняю.
"Они услышали «высрачка» и отреагировали именно на грубость самого слова, а не на заложенную тобой конструкцию.
А у тебя там ведь намеренно гиперболизированная цепочка:
выскочка → высрачка — человек, который не просто «лезет вперёд», а считает, что даже отправление естественных потребностей не требует никакой приватности. Поэтому слово и звучит нарочито грубо: оно должно соответствовать степени абсурда образа. 😂"
Лезут вперед Откровения и выставляют себя напоказ без всяких ограничений, а называться соответствующе не хотят. И это я потом уродливо объясняю.
ОСОЗНАННОСТЬ: А ЧТО ДАЛЬШЕ?
Допустим, ты «приобрёл навык проактивности»: стал «осознанным», научился останавливаться перед реакцией на раздражитель, безоценочно наблюдать происходящее и якобы самостоятельно выбирать свою реакцию.
И что дальше?
Что если ситуация, в которой ты решил отреагировать спокойно, на самом деле требовала резкости?
Представим простую ситуацию. Ребёнок гуляет на улице и внезапно выбегает на дорогу. Ты решаешь не кричать на него, потому что «крик — это неосознанная реакция». Вместо этого ты спокойно объясняешь ему, почему так делать опасно.
Ребёнок тебя выслушал и пошёл дальше. Ничего страшного не произошло. Последствия его поступка оказались вполне сносными. И что он может вынести из этой ситуации? Что, в общем-то, ничего ужасного не случилось.
И в следующий раз он снова выбегает на дорогу. Только теперь рядом может оказаться машина, которая не успеет затормозить. А ведь резкий окрик мог остановить его мгновенно.
Естественный гнев в такой ситуации не обязательно является проблемой, которую нужно подавить. Он может стать средством защиты от гораздо большего зла.
НЕ ВСЯКАЯ «ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ» ЭМОЦИЯ — ЗЛО
Всевышний Аллах по Своей мудрости вложил в человека различные эмоции. Не всякая эмоция, которую принято называть отрицательной, является злом, от которого необходимо избавиться.
Гнев может быть порицаемым, а может быть благим и уместным. Страх может заставить человека убежать от опасности. Боль заставляет отдёрнуть руку от огня. Гнев может заставить немедленно остановить того, кто совершает опасное или порицаемое действие.
Да, ребёнку может быть неприятно, когда на него кричат. Но разве всякая неприятность является злом? Иногда небольшой болезненный урок защищает человека от гораздо большей боли.
И речь не только о крике в момент опасности. Допустим, ребёнка уже отвели с дороги, опасность миновала. Теперь возникает вопрос воспитания: нужно ли серьёзно поругать его за то, что он сделал, чтобы он не повторил этого в следующий раз?
Если каждый раз вместо серьёзного порицания ему спокойно объяснять: «Ты сделал плохой поступок, но сам ты не плохой», — почему мы решили, что это обязательно даст нужный результат?
«ПЛОХОЙ ПОСТУПОК, НО НЕ ПЛОХОЙ РЕБЁНОК»
Я понимаю, чего хотят добиться таким подходом. Ребёнку хотят сказать: «Ты можешь стать лучше. Не отчаивайся из-за своей ошибки. Плохим был поступок, а не ты сам». На первый взгляд это звучит хорошо. Но с чего мы взяли, что такой метод обязательно сработает именно так?
Если ребёнок совершает недопустимое и при этом ему постоянно внушают, что он сам от этого не становится плохим, то где граница, которая заставит его воспринимать свой поступок всерьёз?
Если он остаётся «хорошим» независимо от того, что делает, то почему само ощущение «я хороший» должно побуждать его прекратить делать то, что запрещено?
В Шариате нет такой искусственной схемы, в которой человек полностью отделяется от собственных поступков. Человека оценивают в соответствии с его деяниями. Он может быть хорош с одной стороны и плох с другой. Один поступок не обязательно делает его полностью плохим, но некоторые деяния действительно могут повлиять на оценку человека и сделать его плохим в соответствующем отношении.
И именно поэтому метод исправления не может быть одинаковым во всех случаях.
Где-то нужна мягкость.
Где-то — предупреждение.
Где-то — порицание.
А где-то — резкость и строгость.
Метод зависит от характера поступка, состояния человека и того, какого результата необходимо достичь.
«МОЖНО ЖЕ ОСТАНОВИТЬСЯ И ВЫБРАТЬ ГНЕВ»
Здесь могут возразить: «Так ведь можно сначала остановиться, подавить первый порыв, всё обдумать, а потом осознанно выбрать гнев, если он действительно нужен».
Но это уже не то же самое. Если гнев возник непосредственно вслед за раздражителем, а ты специально подавил его, чтобы сделать паузу, понаблюдать за собой и выбрать реакцию, то первоначальный эмоциональный импульс уже мог ослабнуть или исчезнуть. Ты не можешь просто нажать кнопку и вернуть его в прежней силе.
Представим ребёнка, выбежавшего на дорогу. Ты увидел опасность — возник гнев — и этот гнев побудил тебя резко окрикнуть его.
А тебе предлагают:
«Остановись. Не реагируй автоматически. Понаблюдай за своей эмоцией. Подумай. Теперь выбери реакцию».
В момент непосредственной опасности на это может просто не быть времени.
Но даже если опасность уже прошла, проблема остаётся. Если после возвращения ребёнка к матери ты сначала подавил естественный гнев, а потом решил: «Хорошо, теперь я выбираю гнев», — это уже не тот же самый гнев.
Ты можешь решить говорить жёстко. Можешь сделать замечание. Можешь наказать. Но ты не можешь произвольно восстановить первоначальную эмоциональную реакцию в той же силе и в тот же момент.
И получается странная конструкция: сначала человеку предлагают подавить естественную реакцию, а потом — сознательно воспроизвести её, если вдруг выяснилось, что она была нужна.
Но зачем тогда вообще было её подавлять?
А МОЖНО ЛИ ВООБЩЕ «ВЫБРАТЬ СВОЮ РЕАКЦИЮ»?
И здесь возникает ещё более фундаментальная проблема.
Человек не является самостоятельным создателем своих мыслей, эмоций и действий. Ты не выбираешь, какая мысль первой придёт тебе в голову. Не выбираешь сам факт возникновения эмоции. Не выбираешь саму способность остановиться и обдумать ситуацию. Не выбираешь, какая мысль победит в твоём внутреннем рассуждении и к какому решению ты в итоге придёшь.
Можно сказать:
«Я остановился. Я подумал. Я выбрал».
Но это описание последовательности событий ещё не означает, что ты являешься независимым хозяином самого процесса. Ты всего лишь поступил в соответствии со своими наклонностями, вложенными в тебя при создании тебя Всевышним. Ты не выбирал цвет своих глаз, не выбирал свой пол, так и свои наклонности ты тоже не выбирал. А после твоя появления на свет ты уже выбираешь, но строго то, что соответствует твоей природе, и ты не можешь выбрать то, что ей не свойственно!
Кто дал тебе способность остановиться?
Кто создал в тебе мысль?
Кто позволил тебе прийти именно к этому решению, а не к другому?
Аллах — Единственный Управляющий.
Поэтому если рабу кажется, что он сам остановился, сам подавил реакцию и сам выбрал нужный ответ, это ещё не означает, что он приобрёл независимую способность управлять собой.
Допустим, ты «приобрёл навык проактивности»: стал «осознанным», научился останавливаться перед реакцией на раздражитель, безоценочно наблюдать происходящее и якобы самостоятельно выбирать свою реакцию.
И что дальше?
Что если ситуация, в которой ты решил отреагировать спокойно, на самом деле требовала резкости?
Представим простую ситуацию. Ребёнок гуляет на улице и внезапно выбегает на дорогу. Ты решаешь не кричать на него, потому что «крик — это неосознанная реакция». Вместо этого ты спокойно объясняешь ему, почему так делать опасно.
Ребёнок тебя выслушал и пошёл дальше. Ничего страшного не произошло. Последствия его поступка оказались вполне сносными. И что он может вынести из этой ситуации? Что, в общем-то, ничего ужасного не случилось.
И в следующий раз он снова выбегает на дорогу. Только теперь рядом может оказаться машина, которая не успеет затормозить. А ведь резкий окрик мог остановить его мгновенно.
Естественный гнев в такой ситуации не обязательно является проблемой, которую нужно подавить. Он может стать средством защиты от гораздо большего зла.
НЕ ВСЯКАЯ «ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ» ЭМОЦИЯ — ЗЛО
Всевышний Аллах по Своей мудрости вложил в человека различные эмоции. Не всякая эмоция, которую принято называть отрицательной, является злом, от которого необходимо избавиться.
Гнев может быть порицаемым, а может быть благим и уместным. Страх может заставить человека убежать от опасности. Боль заставляет отдёрнуть руку от огня. Гнев может заставить немедленно остановить того, кто совершает опасное или порицаемое действие.
Да, ребёнку может быть неприятно, когда на него кричат. Но разве всякая неприятность является злом? Иногда небольшой болезненный урок защищает человека от гораздо большей боли.
И речь не только о крике в момент опасности. Допустим, ребёнка уже отвели с дороги, опасность миновала. Теперь возникает вопрос воспитания: нужно ли серьёзно поругать его за то, что он сделал, чтобы он не повторил этого в следующий раз?
Если каждый раз вместо серьёзного порицания ему спокойно объяснять: «Ты сделал плохой поступок, но сам ты не плохой», — почему мы решили, что это обязательно даст нужный результат?
«ПЛОХОЙ ПОСТУПОК, НО НЕ ПЛОХОЙ РЕБЁНОК»
Я понимаю, чего хотят добиться таким подходом. Ребёнку хотят сказать: «Ты можешь стать лучше. Не отчаивайся из-за своей ошибки. Плохим был поступок, а не ты сам». На первый взгляд это звучит хорошо. Но с чего мы взяли, что такой метод обязательно сработает именно так?
Если ребёнок совершает недопустимое и при этом ему постоянно внушают, что он сам от этого не становится плохим, то где граница, которая заставит его воспринимать свой поступок всерьёз?
Если он остаётся «хорошим» независимо от того, что делает, то почему само ощущение «я хороший» должно побуждать его прекратить делать то, что запрещено?
В Шариате нет такой искусственной схемы, в которой человек полностью отделяется от собственных поступков. Человека оценивают в соответствии с его деяниями. Он может быть хорош с одной стороны и плох с другой. Один поступок не обязательно делает его полностью плохим, но некоторые деяния действительно могут повлиять на оценку человека и сделать его плохим в соответствующем отношении.
И именно поэтому метод исправления не может быть одинаковым во всех случаях.
Где-то нужна мягкость.
Где-то — предупреждение.
Где-то — порицание.
А где-то — резкость и строгость.
Метод зависит от характера поступка, состояния человека и того, какого результата необходимо достичь.
«МОЖНО ЖЕ ОСТАНОВИТЬСЯ И ВЫБРАТЬ ГНЕВ»
Здесь могут возразить: «Так ведь можно сначала остановиться, подавить первый порыв, всё обдумать, а потом осознанно выбрать гнев, если он действительно нужен».
Но это уже не то же самое. Если гнев возник непосредственно вслед за раздражителем, а ты специально подавил его, чтобы сделать паузу, понаблюдать за собой и выбрать реакцию, то первоначальный эмоциональный импульс уже мог ослабнуть или исчезнуть. Ты не можешь просто нажать кнопку и вернуть его в прежней силе.
Представим ребёнка, выбежавшего на дорогу. Ты увидел опасность — возник гнев — и этот гнев побудил тебя резко окрикнуть его.
А тебе предлагают:
«Остановись. Не реагируй автоматически. Понаблюдай за своей эмоцией. Подумай. Теперь выбери реакцию».
В момент непосредственной опасности на это может просто не быть времени.
Но даже если опасность уже прошла, проблема остаётся. Если после возвращения ребёнка к матери ты сначала подавил естественный гнев, а потом решил: «Хорошо, теперь я выбираю гнев», — это уже не тот же самый гнев.
Ты можешь решить говорить жёстко. Можешь сделать замечание. Можешь наказать. Но ты не можешь произвольно восстановить первоначальную эмоциональную реакцию в той же силе и в тот же момент.
И получается странная конструкция: сначала человеку предлагают подавить естественную реакцию, а потом — сознательно воспроизвести её, если вдруг выяснилось, что она была нужна.
Но зачем тогда вообще было её подавлять?
А МОЖНО ЛИ ВООБЩЕ «ВЫБРАТЬ СВОЮ РЕАКЦИЮ»?
И здесь возникает ещё более фундаментальная проблема.
Человек не является самостоятельным создателем своих мыслей, эмоций и действий. Ты не выбираешь, какая мысль первой придёт тебе в голову. Не выбираешь сам факт возникновения эмоции. Не выбираешь саму способность остановиться и обдумать ситуацию. Не выбираешь, какая мысль победит в твоём внутреннем рассуждении и к какому решению ты в итоге придёшь.
Можно сказать:
«Я остановился. Я подумал. Я выбрал».
Но это описание последовательности событий ещё не означает, что ты являешься независимым хозяином самого процесса. Ты всего лишь поступил в соответствии со своими наклонностями, вложенными в тебя при создании тебя Всевышним. Ты не выбирал цвет своих глаз, не выбирал свой пол, так и свои наклонности ты тоже не выбирал. А после твоя появления на свет ты уже выбираешь, но строго то, что соответствует твоей природе, и ты не можешь выбрать то, что ей не свойственно!
Кто дал тебе способность остановиться?
Кто создал в тебе мысль?
Кто позволил тебе прийти именно к этому решению, а не к другому?
Аллах — Единственный Управляющий.
Поэтому если рабу кажется, что он сам остановился, сам подавил реакцию и сам выбрал нужный ответ, это ещё не означает, что он приобрёл независимую способность управлять собой.
АЛЬ-ВАЛА’ ВА-ЛЬ-БАРА’ И «ПОЗИТИВНАЯ РЕАКЦИЯ»
Отсюда становится понятной и связь с вопросом аль-вала’ ва-ль-бара — дружбы и непричастности.
Верующему не велено превращаться в безразличного наблюдателя, который при любом нарушении границ Аллаха сначала успокаивает себя, подавляет гнев и ищет ту реакцию, которая субъективно кажется ему «положительной». Если нарушаются границы Аллаха, благой гнев ради Аллаха не является патологией, от которой необходимо избавиться.
Напротив, отсутствие всякого гнева там, где он должен быть, может означать уже не самообладание, а безразличие.
Если объявить сам гнев чем-то нездоровым, что необходимо подавлять, мы постепенно лишаем человека способности различать: где нужна мягкость, а где — гнев; где нужно терпеть, а где — действовать; где следует промолчать, а где — порицать;где можно наблюдать, а где необходимо вмешаться.
НАБЛЮДАТЬ — ЕЩЁ НЕ ЗНАЧИТ ПОНИМАТЬ
В этом отношении подобный подход действительно начинает напоминать буддийскую практику: наблюдать за происходящим, наблюдать за собственным состоянием, тренировать сознание, не отождествляться с эмоцией, не реагировать автоматически.
Но наблюдение само по себе ещё не является истиной. И отсутствие реакции само по себе ещё не является добродетелью.
Можно очень спокойно наблюдать за происходящим — и при этом наблюдать за ложью, не делая из этого никакого требуемого шариатом вывода и тем более ничего не предпринимая.
Можно думать, что ты научился прекрасно контролировать собственные эмоции, а на деле это наказание Аллаха за твое отворачивание от Его религии и предпочтение ей лжи — и при этом совершенно неправильно определять, что именно следует делать.
Мнимый самоконтроль без правильного критерия не спасает человека.
ЧТО СТОИТ ЗА «ПРОАКТИВНОСТЬЮ»?
Именно поэтому сегодня отовсюду звучат призывы:
«Развивайте осознанность».
«Станьте проактивными».
«Остановитесь перед реакцией».
«Наблюдайте без оценки».
«Выбирайте свою реакцию».
На первый взгляд всё это звучит разумно. Но возникает простой вопрос:
По какому критерию ты выбираешь?
За этой внешне нейтральной техникой может скрываться гораздо более серьёзная проблема: отмена самого принципа борьбы с ложью. Когда человеку предлагают отказаться от непосредственной оценки происходящего, подавить естественный гнев и вместо этого занять позицию спокойного наблюдателя, граница между истиной и ложью постепенно стирается. Борьба с ложью подменяется управлением собственным внутренним состоянием.
Если человеку предлагают сначала отказаться от непосредственной оценки происходящего, подавить естественную реакцию, а затем самому определить, какую реакцию считать правильной, то где в этой системе место Откровению?
Вместо вопроса: «Что здесь истина и что от меня требует Аллах?»
человек начинает задавать другой: «Как мне отреагировать так, чтобы сохранить внутреннее спокойствие и ощущение контроля над собой?»
И тогда борьба с ложью постепенно превращается в иллюзию управления собственным внутренним состоянием.
Граница между истиной и ложью стирается, потому что главным становится уже не то, что является истиной, а то, насколько комфортно ты себя чувствуешь во время происходящего.
ИЛЛЮЗИЯ САМОУПРАВЛЕНИЯ
Но есть ещё более глубокая проблема.
Человеку внушают: «Ты можешь научиться прекрасно управлять собой. Ты можешь контролировать свои мысли, эмоции и реакции. Ты сам способен остановиться и выбрать, каким человеком быть».
Но это иллюзия.
Раб не является самостоятельным управителем ни своих мыслей, ни эмоций, ни действий. Он не создаёт их сам и не обладает независимой властью над ними.
Если человеку кажется, что он приобрёл способность прекрасно контролировать себя, это не доказывает его самостоятельности. Если он отвернулся от Откровения и решил, что способен сам разобраться в себе, сам установить правильные реакции и сам научиться управлять собой, то сама эта кажущаяся способность может стать частью его заблуждения.
Он решил, что может управлять собой без руководства Аллаха — и ему может быть оставлено то, что он выбрал вместо Откровения.
Он будет думать:
«Я стал осознанным. Я научился контролировать себя. Я больше не реагирую автоматически».
А на самом деле он лишь всё глубже погружается в систему, которую предпочёл Откровению.
И потому это не достижение, которым человеку следует гордиться, а возможное наказание за его отворачивание: ему оставлено идти выбранным им путём, и он принимает своё заблуждение за контроль над собой.
ТАК ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ?
Поэтому вопрос не в том, чтобы научиться вообще не реагировать. И не в том, чтобы научиться любой ценой выбирать свою реакцию.
Вопрос в другом:
На что реагировать?
Как реагировать?
Когда проявить мягкость, а когда — строгость?
Когда промолчать, а когда — порицать?
И главное — ради кого действовать?
Не всякий гнев нужно подавлять.
Не всякое спокойствие является благом.
Не всякая эмоциональная реакция патологична.
Не всякая пауза мудра.
И не всякая способность принять решение означает, что человек самостоятельно управляет собой.
Истинный критерий — не человеческая техника управления собой, а Откровение Аллаха.
Отсюда становится понятной и связь с вопросом аль-вала’ ва-ль-бара — дружбы и непричастности.
Верующему не велено превращаться в безразличного наблюдателя, который при любом нарушении границ Аллаха сначала успокаивает себя, подавляет гнев и ищет ту реакцию, которая субъективно кажется ему «положительной». Если нарушаются границы Аллаха, благой гнев ради Аллаха не является патологией, от которой необходимо избавиться.
Напротив, отсутствие всякого гнева там, где он должен быть, может означать уже не самообладание, а безразличие.
Если объявить сам гнев чем-то нездоровым, что необходимо подавлять, мы постепенно лишаем человека способности различать: где нужна мягкость, а где — гнев; где нужно терпеть, а где — действовать; где следует промолчать, а где — порицать;где можно наблюдать, а где необходимо вмешаться.
НАБЛЮДАТЬ — ЕЩЁ НЕ ЗНАЧИТ ПОНИМАТЬ
В этом отношении подобный подход действительно начинает напоминать буддийскую практику: наблюдать за происходящим, наблюдать за собственным состоянием, тренировать сознание, не отождествляться с эмоцией, не реагировать автоматически.
Но наблюдение само по себе ещё не является истиной. И отсутствие реакции само по себе ещё не является добродетелью.
Можно очень спокойно наблюдать за происходящим — и при этом наблюдать за ложью, не делая из этого никакого требуемого шариатом вывода и тем более ничего не предпринимая.
Можно думать, что ты научился прекрасно контролировать собственные эмоции, а на деле это наказание Аллаха за твое отворачивание от Его религии и предпочтение ей лжи — и при этом совершенно неправильно определять, что именно следует делать.
Мнимый самоконтроль без правильного критерия не спасает человека.
ЧТО СТОИТ ЗА «ПРОАКТИВНОСТЬЮ»?
Именно поэтому сегодня отовсюду звучат призывы:
«Развивайте осознанность».
«Станьте проактивными».
«Остановитесь перед реакцией».
«Наблюдайте без оценки».
«Выбирайте свою реакцию».
На первый взгляд всё это звучит разумно. Но возникает простой вопрос:
По какому критерию ты выбираешь?
За этой внешне нейтральной техникой может скрываться гораздо более серьёзная проблема: отмена самого принципа борьбы с ложью. Когда человеку предлагают отказаться от непосредственной оценки происходящего, подавить естественный гнев и вместо этого занять позицию спокойного наблюдателя, граница между истиной и ложью постепенно стирается. Борьба с ложью подменяется управлением собственным внутренним состоянием.
Если человеку предлагают сначала отказаться от непосредственной оценки происходящего, подавить естественную реакцию, а затем самому определить, какую реакцию считать правильной, то где в этой системе место Откровению?
Вместо вопроса: «Что здесь истина и что от меня требует Аллах?»
человек начинает задавать другой: «Как мне отреагировать так, чтобы сохранить внутреннее спокойствие и ощущение контроля над собой?»
И тогда борьба с ложью постепенно превращается в иллюзию управления собственным внутренним состоянием.
Граница между истиной и ложью стирается, потому что главным становится уже не то, что является истиной, а то, насколько комфортно ты себя чувствуешь во время происходящего.
ИЛЛЮЗИЯ САМОУПРАВЛЕНИЯ
Но есть ещё более глубокая проблема.
Человеку внушают: «Ты можешь научиться прекрасно управлять собой. Ты можешь контролировать свои мысли, эмоции и реакции. Ты сам способен остановиться и выбрать, каким человеком быть».
Но это иллюзия.
Раб не является самостоятельным управителем ни своих мыслей, ни эмоций, ни действий. Он не создаёт их сам и не обладает независимой властью над ними.
Если человеку кажется, что он приобрёл способность прекрасно контролировать себя, это не доказывает его самостоятельности. Если он отвернулся от Откровения и решил, что способен сам разобраться в себе, сам установить правильные реакции и сам научиться управлять собой, то сама эта кажущаяся способность может стать частью его заблуждения.
Он решил, что может управлять собой без руководства Аллаха — и ему может быть оставлено то, что он выбрал вместо Откровения.
Он будет думать:
«Я стал осознанным. Я научился контролировать себя. Я больше не реагирую автоматически».
А на самом деле он лишь всё глубже погружается в систему, которую предпочёл Откровению.
И потому это не достижение, которым человеку следует гордиться, а возможное наказание за его отворачивание: ему оставлено идти выбранным им путём, и он принимает своё заблуждение за контроль над собой.
ТАК ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ?
Поэтому вопрос не в том, чтобы научиться вообще не реагировать. И не в том, чтобы научиться любой ценой выбирать свою реакцию.
Вопрос в другом:
На что реагировать?
Как реагировать?
Когда проявить мягкость, а когда — строгость?
Когда промолчать, а когда — порицать?
И главное — ради кого действовать?
Не всякий гнев нужно подавлять.
Не всякое спокойствие является благом.
Не всякая эмоциональная реакция патологична.
Не всякая пауза мудра.
И не всякая способность принять решение означает, что человек самостоятельно управляет собой.
Истинный критерий — не человеческая техника управления собой, а Откровение Аллаха.
ОСОЗНАННОСТЬ: ИЛЛЮЗИЯ САМОУПРАВЛЕНИЯ
Тебе говорят:
«Остановись. Подави свой первый импульс. Не реагируй автоматически. Не будь резок. Спокойно наблюдай за своей эмоцией. А потом выбери реакцию».
Но что если реакция, которую ты подавил, была необходима?
Ребёнок выбежал на дорогу. Естественный гнев заставил тебя резко окрикнуть его и остановить. Потом, когда опасность прошла, ты мог бы серьёзно его отругать, чтобы он не повторил это снова.
Но тебе предлагают сначала подавить гнев, потому что «гнев — отрицательная эмоция», а затем спокойно выбрать «правильную» реакцию - просто поговорить, не повышая тон.
А если гнев был действително уместен тебе скажут, что ты можешь вернуться к нему после тщательного обдумывания и принятия решения все-таки прогневаться.
А можно ли вообще выбрать гнев после того, как ты его подавил?
Первоначальный гнев возник непосредственно вслед за раздражителем. Ты его подавил — и он уже мог ослабнуть или исчезнуть. Нельзя просто нажать кнопку и вернуть его в прежней силе.
И главное: ты вообще не являешься самостоятельным хозяином своих реакций.
Ты не выбираешь, какая мысль придёт тебе в голову, какая эмоция возникнет и к какому решению ты придёшь. Если тебе кажется, что ты «сам остановился и сам выбрал», это не означает, что ты приобрёл независимую власть над собой.
Аллах — Единственный Управляющий, раб - управляемый.
Поэтому способность «контролировать себя» не является самостоятельным достижением. Если человек отвернулся от Откровения и решил, что сам научится управлять собой, ему может быть оставлено то, что он предпочёл Откровению.
Он будет думать:
«Я стал осознанным. Я научился управлять собой».
А на самом деле может лишь глубже погружаться в собственное заблуждение.
Не всякий гнев нужно подавлять.
Не всякое спокойствие — благо.
Не всякая реакция — патология.
Критерий — не техника самоуправления, а Откровение Аллаха.
ПОСТУПОК И ЛИЧНОСТЬ
Сегодня ребёнку часто говорят:
«Плохой не ты — плохой твой поступок».
Звучит гуманно: мол, ребёнок не должен отчаиваться и должен понимать, что способен стать лучше.
Но почему решили, что отделение человека от его поступка всегда пойдёт ему на пользу?
Если он совершает недопустимое и при этом постоянно слышит, что сам он от этого не становится плохим, то почему у него вообще должно появиться внутреннее побуждение прекратить это?
В Шариате человек не рассматривается полностью отдельно от своих деяний. Он может быть хорош в одном отношении и плох в другом. Один поступок не обязательно делает человека целиком плохим, но его деяния влияют на его оценку. Поэтому и исправление бывает разным: где-то нужна мягкость, где-то предупреждение, а где-то — порицание и строгость.
Нельзя превратить «ты хороший, плохой только поступок» в универсальный принцип и отменить нравственную оценку самого человека.
АЛЬ-ВАЛА’ ВА-ЛЬ-БАРА’
То же самое происходит, когда нам предлагают избавиться от гнева как от «негативной эмоции».
Верующий не должен быть безразличным наблюдателем, который при нарушении границ Аллаха просто успокаивает себя: «Не реагируй. Наблюдай. Выбери позитивную реакцию».
Если нарушается то, что Аллах запретил, благой гнев ради Аллаха не является патологией.
Аль-вала’ ва-ль-бара’ требуют различать: к чему проявлять любовь и причастность, а от чего отстраняться и что порицать.
Если же всякий гнев объявить нездоровым, а всякое сильное неприятие — эмоцией, которую нужно «проработать», человек постепенно теряет саму способность враждовать с ложью.
Он научится спокойно наблюдать за происходящим — но перестанет делать выводы и действовать.
А ислам не учит просто наблюдать. Он учит различать истину и ложь, любить истину, быть непричастным к лжи и действовать в соответствии с Откровением.
Поэтому проблема не в том, что человек недостаточно хорошо контролирует свои эмоции.
Проблема в том, что именно он считает правильным контролировать — и по какому критерию и на что он при этом опирается: на свой "потенциал" или на силу и мощь Господа.
Критерий мусульманина — не «позитивная реакция» и не комфортное внутреннее состояние.
Критерий — Откровение Аллаха.
Тебе говорят:
«Остановись. Подави свой первый импульс. Не реагируй автоматически. Не будь резок. Спокойно наблюдай за своей эмоцией. А потом выбери реакцию».
Но что если реакция, которую ты подавил, была необходима?
Ребёнок выбежал на дорогу. Естественный гнев заставил тебя резко окрикнуть его и остановить. Потом, когда опасность прошла, ты мог бы серьёзно его отругать, чтобы он не повторил это снова.
Но тебе предлагают сначала подавить гнев, потому что «гнев — отрицательная эмоция», а затем спокойно выбрать «правильную» реакцию - просто поговорить, не повышая тон.
А если гнев был действително уместен тебе скажут, что ты можешь вернуться к нему после тщательного обдумывания и принятия решения все-таки прогневаться.
А можно ли вообще выбрать гнев после того, как ты его подавил?
Первоначальный гнев возник непосредственно вслед за раздражителем. Ты его подавил — и он уже мог ослабнуть или исчезнуть. Нельзя просто нажать кнопку и вернуть его в прежней силе.
И главное: ты вообще не являешься самостоятельным хозяином своих реакций.
Ты не выбираешь, какая мысль придёт тебе в голову, какая эмоция возникнет и к какому решению ты придёшь. Если тебе кажется, что ты «сам остановился и сам выбрал», это не означает, что ты приобрёл независимую власть над собой.
Аллах — Единственный Управляющий, раб - управляемый.
Поэтому способность «контролировать себя» не является самостоятельным достижением. Если человек отвернулся от Откровения и решил, что сам научится управлять собой, ему может быть оставлено то, что он предпочёл Откровению.
Он будет думать:
«Я стал осознанным. Я научился управлять собой».
А на самом деле может лишь глубже погружаться в собственное заблуждение.
Не всякий гнев нужно подавлять.
Не всякое спокойствие — благо.
Не всякая реакция — патология.
Критерий — не техника самоуправления, а Откровение Аллаха.
ПОСТУПОК И ЛИЧНОСТЬ
Сегодня ребёнку часто говорят:
«Плохой не ты — плохой твой поступок».
Звучит гуманно: мол, ребёнок не должен отчаиваться и должен понимать, что способен стать лучше.
Но почему решили, что отделение человека от его поступка всегда пойдёт ему на пользу?
Если он совершает недопустимое и при этом постоянно слышит, что сам он от этого не становится плохим, то почему у него вообще должно появиться внутреннее побуждение прекратить это?
В Шариате человек не рассматривается полностью отдельно от своих деяний. Он может быть хорош в одном отношении и плох в другом. Один поступок не обязательно делает человека целиком плохим, но его деяния влияют на его оценку. Поэтому и исправление бывает разным: где-то нужна мягкость, где-то предупреждение, а где-то — порицание и строгость.
Нельзя превратить «ты хороший, плохой только поступок» в универсальный принцип и отменить нравственную оценку самого человека.
АЛЬ-ВАЛА’ ВА-ЛЬ-БАРА’
То же самое происходит, когда нам предлагают избавиться от гнева как от «негативной эмоции».
Верующий не должен быть безразличным наблюдателем, который при нарушении границ Аллаха просто успокаивает себя: «Не реагируй. Наблюдай. Выбери позитивную реакцию».
Если нарушается то, что Аллах запретил, благой гнев ради Аллаха не является патологией.
Аль-вала’ ва-ль-бара’ требуют различать: к чему проявлять любовь и причастность, а от чего отстраняться и что порицать.
Если же всякий гнев объявить нездоровым, а всякое сильное неприятие — эмоцией, которую нужно «проработать», человек постепенно теряет саму способность враждовать с ложью.
Он научится спокойно наблюдать за происходящим — но перестанет делать выводы и действовать.
А ислам не учит просто наблюдать. Он учит различать истину и ложь, любить истину, быть непричастным к лжи и действовать в соответствии с Откровением.
Поэтому проблема не в том, что человек недостаточно хорошо контролирует свои эмоции.
Проблема в том, что именно он считает правильным контролировать — и по какому критерию и на что он при этом опирается: на свой "потенциал" или на силу и мощь Господа.
Критерий мусульманина — не «позитивная реакция» и не комфортное внутреннее состояние.
Критерий — Откровение Аллаха.
Подчинять нужно себя истине, а не истину подчинять себе.
Если под «осознанностью» понимается идея, что человек должен сам определить свою внутреннюю реальность, управлять ею и выстраивать жизнь исходя из собственного восприятия, то возникает опасная подмена: субъективное состояние человека становится мерилом истины.
Получается:
«Я так чувствую → значит, это моя истина → значит, я должен управлять реальностью в соответствии с собой».
А принцип истины противоположный:
«Есть истина → я должен узнать её → соотнести с ней себя → исправить себя в соответствии с ней».
Поэтому иллюзия самоуправления может заключаться не просто в желании управлять своими эмоциями или поведением, а в предположении, что человек является конечным распорядителем самого себя и способен сам определить, что истинно, правильно и каким ему следует быть.
Подчинять нужно себя истине, а не истину подчинять себе.
То есть вопрос не в том: «Как мне сделать так, чтобы реальность соответствовала мне?», а в том: «Как мне привести себя в соответствие с реальностью и истиной?».
Если под «осознанностью» понимается идея, что человек должен сам определить свою внутреннюю реальность, управлять ею и выстраивать жизнь исходя из собственного восприятия, то возникает опасная подмена: субъективное состояние человека становится мерилом истины.
Получается:
«Я так чувствую → значит, это моя истина → значит, я должен управлять реальностью в соответствии с собой».
А принцип истины противоположный:
«Есть истина → я должен узнать её → соотнести с ней себя → исправить себя в соответствии с ней».
Поэтому иллюзия самоуправления может заключаться не просто в желании управлять своими эмоциями или поведением, а в предположении, что человек является конечным распорядителем самого себя и способен сам определить, что истинно, правильно и каким ему следует быть.
Подчинять нужно себя истине, а не истину подчинять себе.
То есть вопрос не в том: «Как мне сделать так, чтобы реальность соответствовала мне?», а в том: «Как мне привести себя в соответствие с реальностью и истиной?».
«Выбор» как лакмусовая бумага
Человеку говорят: «Остановись. Не реагируй автоматически. Понаблюдай за своей эмоцией. Подави первый импульс и сам выбери правильную реакцию».
Но за этой идеей скрывается представление о человеке как об автономном управляющем самим собой: будто он способен занять позицию над собственной природой, самостоятельно управлять своими желаниями и в любой момент выбрать любой из двух противоположных вариантов.
Но человек не создавал самого себя.
Он не создавал свою природу, свои склонности, способности и то внутреннее устроение, в соответствии с которым он желает и предпочитает. Аллах создал его таким, каким он является, и человек действует в соответствии со своей природой.
Поэтому человек действительно сам желает, сам предпочитает и сам выбирает, но не потому, что обладает независимой способностью захотеть что угодно из имеющихся вариантов. Он выбирает то, что соответствует его нутру.
Представим, что перед человеком два пути: мечеть и клуб. Нельзя представить его абсолютно нейтральным существом, которое сначала совершенно независимо выбирает любой из двух вариантов, а затем своим выбором создаёт себя, предварительно создав свой выбор. Он уже является кем-то — и его выбор это просто проявляет.
Выбор — это лакмусовая бумажка.
Он не создаёт содержимое человека, а показывает его.
Человек не сначала выбирает, чтобы стать кем-то. Он уже кто-то — и его выбор показывает, кто он. Именно поэтому испытание человека имеет такой смысл.
Аллах создал людей, чтобы испытать их и выявить, чьи деяния окажутся лучше.
Разумеется, это не означает, что Аллах получает новое знание: Он знает Свои творения прежде их деяний. Испытание необходимо для того, чтобы то, что известно Аллаху, проявилось в действительности через наши деяния.
Мы сами показываем, что находится внутри нас своими деяниями. Деяния проецируют содержимое сердец. Перед человеком не стоит задача стать автономным управляющим собой. Это попросту невозможно. Он не является независимым источником собственной природы. Аллах — Господь, а человек — раб.
Отсюда и принципиальная ошибка идеи, согласно которой человек должен научиться «управлять собой» независимо от Откровения. Вопрос не в том, как человеку стать хозяином самого себя. Вопрос в том, чему он покорится и что проявит его выбор, чему он сам является свидетелем.
Поэтому он не наблюдает, чтобы самостоятельно выбрать, а наблюдает то, что выбирает сам.
Подчинять нужно себя истине, а не истину подчинять себе. Но современному человеку часто предлагают обратное: сначала определить собственные ощущения, желания и внутреннее состояние, а затем подогнать под них своё понимание правильного. Истина превращается в материал, который человек должен согласовать с собой.
Вместо: «Я должен привести себя в соответствие с истиной»
получается: «Я должен привести истину в соответствие с собой».
И тогда даже Коран человек может начать воспринимать как инструмент для собственного «самоуправления»: как набор знаний, техник и смыслов, которые он будет использовать для достижения желаемого состояния.
Но происходит обратное.
Ты думаешь, что читаешь Коран, но это Коран читает тебя. Ты открываешь Откровение — и перед ним проявляешься ты сам. Проявляется твоё отношение к истине, твоя покорность или сопротивление, твоя любовь к тому, что любит Аллах, и твоё неприятие того, что Он порицает.
Твой выбор не создаёт тебя. Ты не создаёшь свой выбор. Ты уже создан вместе со своим выбором, а твой выбор показывает, кем ты создан. И ты являешься свидетелем этого.
Поэтому выбор подобен лакмусовой бумаге: он не создаёт вещество, которое окрашивает бумагу, а выявляет его свойства.
Ты уже кто-то — и твой выбор показывает, кто ты.
Это очень точно переворачивает саму конструкцию «осознанности».
Не: «Я наблюдаю за собой, чтобы потом самостоятельно выбрать, как мне поступить».
А:«Я наблюдаю за собой и вижу, что именно я выбираю».
То есть наблюдение не создаёт выбора и не даёт человеку автономной власти над ним. Оно лишь позволяет увидеть проявление собственного нутра через желание, предпочтение и поступок.
Он не наблюдает за собой, чтобы самостоятельно выбрать. Он наблюдает то, что выбирает сам. Его наблюдение не создаёт его выбор, а выявляет его. Он уже создан вместе со своей природой, склонностями и выбором — и его выбор показывает, кем он создан.
Человеку говорят: «Остановись. Не реагируй автоматически. Понаблюдай за своей эмоцией. Подави первый импульс и сам выбери правильную реакцию».
Но за этой идеей скрывается представление о человеке как об автономном управляющем самим собой: будто он способен занять позицию над собственной природой, самостоятельно управлять своими желаниями и в любой момент выбрать любой из двух противоположных вариантов.
Но человек не создавал самого себя.
Он не создавал свою природу, свои склонности, способности и то внутреннее устроение, в соответствии с которым он желает и предпочитает. Аллах создал его таким, каким он является, и человек действует в соответствии со своей природой.
Поэтому человек действительно сам желает, сам предпочитает и сам выбирает, но не потому, что обладает независимой способностью захотеть что угодно из имеющихся вариантов. Он выбирает то, что соответствует его нутру.
Представим, что перед человеком два пути: мечеть и клуб. Нельзя представить его абсолютно нейтральным существом, которое сначала совершенно независимо выбирает любой из двух вариантов, а затем своим выбором создаёт себя, предварительно создав свой выбор. Он уже является кем-то — и его выбор это просто проявляет.
Выбор — это лакмусовая бумажка.
Он не создаёт содержимое человека, а показывает его.
Человек не сначала выбирает, чтобы стать кем-то. Он уже кто-то — и его выбор показывает, кто он. Именно поэтому испытание человека имеет такой смысл.
Аллах создал людей, чтобы испытать их и выявить, чьи деяния окажутся лучше.
Разумеется, это не означает, что Аллах получает новое знание: Он знает Свои творения прежде их деяний. Испытание необходимо для того, чтобы то, что известно Аллаху, проявилось в действительности через наши деяния.
Мы сами показываем, что находится внутри нас своими деяниями. Деяния проецируют содержимое сердец. Перед человеком не стоит задача стать автономным управляющим собой. Это попросту невозможно. Он не является независимым источником собственной природы. Аллах — Господь, а человек — раб.
Отсюда и принципиальная ошибка идеи, согласно которой человек должен научиться «управлять собой» независимо от Откровения. Вопрос не в том, как человеку стать хозяином самого себя. Вопрос в том, чему он покорится и что проявит его выбор, чему он сам является свидетелем.
Поэтому он не наблюдает, чтобы самостоятельно выбрать, а наблюдает то, что выбирает сам.
Подчинять нужно себя истине, а не истину подчинять себе. Но современному человеку часто предлагают обратное: сначала определить собственные ощущения, желания и внутреннее состояние, а затем подогнать под них своё понимание правильного. Истина превращается в материал, который человек должен согласовать с собой.
Вместо: «Я должен привести себя в соответствие с истиной»
получается: «Я должен привести истину в соответствие с собой».
И тогда даже Коран человек может начать воспринимать как инструмент для собственного «самоуправления»: как набор знаний, техник и смыслов, которые он будет использовать для достижения желаемого состояния.
Но происходит обратное.
Ты думаешь, что читаешь Коран, но это Коран читает тебя. Ты открываешь Откровение — и перед ним проявляешься ты сам. Проявляется твоё отношение к истине, твоя покорность или сопротивление, твоя любовь к тому, что любит Аллах, и твоё неприятие того, что Он порицает.
Твой выбор не создаёт тебя. Ты не создаёшь свой выбор. Ты уже создан вместе со своим выбором, а твой выбор показывает, кем ты создан. И ты являешься свидетелем этого.
Поэтому выбор подобен лакмусовой бумаге: он не создаёт вещество, которое окрашивает бумагу, а выявляет его свойства.
Ты уже кто-то — и твой выбор показывает, кто ты.
Это очень точно переворачивает саму конструкцию «осознанности».
Не: «Я наблюдаю за собой, чтобы потом самостоятельно выбрать, как мне поступить».
А:«Я наблюдаю за собой и вижу, что именно я выбираю».
То есть наблюдение не создаёт выбора и не даёт человеку автономной власти над ним. Оно лишь позволяет увидеть проявление собственного нутра через желание, предпочтение и поступок.
Он не наблюдает за собой, чтобы самостоятельно выбрать. Он наблюдает то, что выбирает сам. Его наблюдение не создаёт его выбор, а выявляет его. Он уже создан вместе со своей природой, склонностями и выбором — и его выбор показывает, кем он создан.
Человек не обладает способностью выйти за пределы того, что заложено в нём.
И смысл приказов и запретов не в том, чтобы показать, будто человек автономно способен в любой момент поступить вопреки своей природе, если только достаточно сильно захочет.
Напротив, через них проявляется то, кто он есть и что в нём заложено.
Смысл приказов и запретов не в том, чтобы человек доказал свою способность поступить вопреки собственной природе. Он не способен выбрать то, что не соответствует тому, кем он создан.
Смысл испытания в том, чтобы через приказы и запреты различить тех, кто признаёт себя рабом Аллаха и свою немощность, и тех, кто приписывает себе господство, воображая, что способен сам распоряжаться собой независимо от того, как его создал Аллах.
То есть приказ не создаёт у человека автономную альтернативу. Он становится тем, через что проявляется его нутро и его отношение к своему Господу.
И смысл приказов и запретов не в том, чтобы показать, будто человек автономно способен в любой момент поступить вопреки своей природе, если только достаточно сильно захочет.
Напротив, через них проявляется то, кто он есть и что в нём заложено.
Смысл приказов и запретов не в том, чтобы человек доказал свою способность поступить вопреки собственной природе. Он не способен выбрать то, что не соответствует тому, кем он создан.
Смысл испытания в том, чтобы через приказы и запреты различить тех, кто признаёт себя рабом Аллаха и свою немощность, и тех, кто приписывает себе господство, воображая, что способен сам распоряжаться собой независимо от того, как его создал Аллах.
То есть приказ не создаёт у человека автономную альтернативу. Он становится тем, через что проявляется его нутро и его отношение к своему Господу.
Здесь действительно возникает противоречие: если утверждается абсолютно автономная способность человека выбрать любой из двух противоположных вариантов независимо от того, каким он создан, то это уже не просто признание человеческого выбора, а приписывание человеку самостоятельной власти над собственным выбором.
Нельзя одновременно утверждать: «Аллах — единственный Управляющий» и «я сам являюсь независимым источником выбора и могу выбрать любой из противоположных вариантов независимо от того, что заложено во мне».
Если человек действительно может произвольно выбрать любой вариант вопреки собственной природе, то получается, что в нём есть независимый источник выбора, не обусловленный тем, как его создал Аллах.
А если Аллах — Господь и Создатель человека, его природы, способностей и воли, то человек не обладает такой автономией.
Он выбирает сам, но его выбор соответствует тому, кем он создан.
И это как раз связывается с критикой «осознанности»: под видом признания человеческой свободы человеку фактически предлагают роль автономного распорядителя собой.
Тогда уже нельзя сказать: «Аллах управляет, но я всё равно могу выбрать что угодно».
Нужно объяснить, что именно означает это «могу». Если речь о реальной способности выбрать любой противоположный вариант независимо от собственного устроения, то это уже совсем другая концепция человека, не имеющая ничего общего с шариатом.
Нельзя одновременно утверждать: «Аллах — единственный Управляющий» и «я сам являюсь независимым источником выбора и могу выбрать любой из противоположных вариантов независимо от того, что заложено во мне».
Если человек действительно может произвольно выбрать любой вариант вопреки собственной природе, то получается, что в нём есть независимый источник выбора, не обусловленный тем, как его создал Аллах.
А если Аллах — Господь и Создатель человека, его природы, способностей и воли, то человек не обладает такой автономией.
Он выбирает сам, но его выбор соответствует тому, кем он создан.
И это как раз связывается с критикой «осознанности»: под видом признания человеческой свободы человеку фактически предлагают роль автономного распорядителя собой.
Тогда уже нельзя сказать: «Аллах управляет, но я всё равно могу выбрать что угодно».
Нужно объяснить, что именно означает это «могу». Если речь о реальной способности выбрать любой противоположный вариант независимо от собственного устроения, то это уже совсем другая концепция человека, не имеющая ничего общего с шариатом.
Поэтому все те, кто нам сегодня рассказывает об осознанности, проактивности, выборе любого варианта, независимо от твоей природы, и это не является единичным случайным высказыванием, т.е. ошибкой, а является центральной мыслью их призыва - это кадариты, даже если и говорят, что не считают, что обладают независимым от желания Аллаха выбором.
Эти слова невозможно совместить с первым утверждением, а посему аннулируются ими, ибо заявление о возможности одним и тем же человеком в конкретной ситуации выбрать любой из двух противоположных вариантов является заявлением об обладании независимым от Его желания выбором. Это вытекает из первых слов, как непременное следствие. И если ты пошёл вниз, то как ты утверждаешь затем о том, что их идёшь вверх?!
Это люди, притязающие на господство наряду или даже выше господства Аллаха, и они являются неверующими, либо по невежеству, либо по упрямости, после того, как до них дошло разъяснение, и они все равно отвернулись и остались на своём куфре. Сначала им говорят об их неверии, призывают к покаянию, к принятию истины, исправлению того, что они натворили, а потом, если они услышали, тогда уже они входят в ислам. А не так, что они в исламе, просто не знают, что в куфре. Такого не может быть. А разве довод не дошёл до них? Это люди, читающие Коран, более того, отучившиеся в исламских университетах, речь не о простых людях, а о тех, кто называет себя требующими знания, и при этом умудряются распространять вот этот вот буддизм.
Они - лицемеры, либо которые не знают об этом, либо знают, разницы нет.
Их незнание о собственном лицемерии, противоречии этой религии, помощи кяфирам в борьбе против нее не делает их верующими.
Когда им пытаешься что-то объяснить, они отворачивают свои шеи надменно, не вникая даже в доводы из Откровений, которые им приводятся. А разве кто-то может быть ещё более несправедлив, чем тот, кому напомнили о знамениях Всевышнего, а он отвернулся от них с презрением?!
Эти слова невозможно совместить с первым утверждением, а посему аннулируются ими, ибо заявление о возможности одним и тем же человеком в конкретной ситуации выбрать любой из двух противоположных вариантов является заявлением об обладании независимым от Его желания выбором. Это вытекает из первых слов, как непременное следствие. И если ты пошёл вниз, то как ты утверждаешь затем о том, что их идёшь вверх?!
Это люди, притязающие на господство наряду или даже выше господства Аллаха, и они являются неверующими, либо по невежеству, либо по упрямости, после того, как до них дошло разъяснение, и они все равно отвернулись и остались на своём куфре. Сначала им говорят об их неверии, призывают к покаянию, к принятию истины, исправлению того, что они натворили, а потом, если они услышали, тогда уже они входят в ислам. А не так, что они в исламе, просто не знают, что в куфре. Такого не может быть. А разве довод не дошёл до них? Это люди, читающие Коран, более того, отучившиеся в исламских университетах, речь не о простых людях, а о тех, кто называет себя требующими знания, и при этом умудряются распространять вот этот вот буддизм.
Они - лицемеры, либо которые не знают об этом, либо знают, разницы нет.
Их незнание о собственном лицемерии, противоречии этой религии, помощи кяфирам в борьбе против нее не делает их верующими.
Когда им пытаешься что-то объяснить, они отворачивают свои шеи надменно, не вникая даже в доводы из Откровений, которые им приводятся. А разве кто-то может быть ещё более несправедлив, чем тот, кому напомнили о знамениях Всевышнего, а он отвернулся от них с презрением?!
Скажи (о, Посланник) (людям): «Всякий поступает по своему подобию [так как подобает именно ему, согласно своим наклонностям], и Господь ваш лучше знает тех, кто прямее путем (к Истине)». (17:84)
Или (неужели) они [эти многобожники] сотворены от ничего [без Творца], или они сами творцы (самих себя)? (52:35)
Или же это они сотворили небеса и землю? О нет! Просто они лишены убежденности. (52:36)
Или (неужели) они [эти многобожники] сотворены от ничего [без Творца], или они сами творцы (самих себя)? (52:35)
Или же это они сотворили небеса и землю? О нет! Просто они лишены убежденности. (52:36)
НЕ «Я ВЫБРАЛ ЛУЧШУЮ РЕАКЦИЮ ВМЕСТО ХУДШЕЙ».
А:
«ПРИЗНАЮ ТВОИ МИЛОСТИ —
И ПРИЗНАЮ СВОЙ ГРЕХ».
То есть при правильном действии — признаю милость Аллаха, а при неправильном — признаю свой грех, а не отделяю себя от поступка и не представляю себя автономным управляющим.
Получается, что у этих людей проблема в двойном непризнании:
Не признают грех → поэтому человек видит себя как того, кто сам по себе способен просто не совершить плохое: «я заметил импульс, остановился и выбрал правильное».
Не признают милость и тауфик Аллаха → поэтому правильное действие приписывается исключительно собственной способности: «это я остановился, это я выбрал, это я управляю собой».
А исламская мухасаба (самоотчет) устроена иначе: человек признаёт свой грех и свою нужду в Аллахе, а не конструирует образ автономного управляющего собой субъекта.
То есть не: «Я достаточно осознан, поэтому я не совершу грех», а: «Я знаю свою слабость, признаю свой грех, каюсь, испытывая сожаление и страх, признаю милость Аллаха, благодарю Его за возможность удержаться и прошу Его о тауфике».
И здесь рушится сама идея осознанности как самоуправления: мушахид наблюдает не для того, чтобы поставить себя над собственной природой и стать её независимым управляющим, а чтобы увидеть своё состояние перед Аллахом — Его милость и свой грех.
А:
«ПРИЗНАЮ ТВОИ МИЛОСТИ —
И ПРИЗНАЮ СВОЙ ГРЕХ».
То есть при правильном действии — признаю милость Аллаха, а при неправильном — признаю свой грех, а не отделяю себя от поступка и не представляю себя автономным управляющим.
Получается, что у этих людей проблема в двойном непризнании:
Не признают грех → поэтому человек видит себя как того, кто сам по себе способен просто не совершить плохое: «я заметил импульс, остановился и выбрал правильное».
Не признают милость и тауфик Аллаха → поэтому правильное действие приписывается исключительно собственной способности: «это я остановился, это я выбрал, это я управляю собой».
А исламская мухасаба (самоотчет) устроена иначе: человек признаёт свой грех и свою нужду в Аллахе, а не конструирует образ автономного управляющего собой субъекта.
То есть не: «Я достаточно осознан, поэтому я не совершу грех», а: «Я знаю свою слабость, признаю свой грех, каюсь, испытывая сожаление и страх, признаю милость Аллаха, благодарю Его за возможность удержаться и прошу Его о тауфике».
И здесь рушится сама идея осознанности как самоуправления: мушахид наблюдает не для того, чтобы поставить себя над собственной природой и стать её независимым управляющим, а чтобы увидеть своё состояние перед Аллахом — Его милость и свой грех.
Эти вещи обязательно нужно знать. И проявить неверие в такие идеи, как осознанность, проактивность, остановка и выбор реакции - и все, что с этим связано.
Сказал Всевышний Аллах:
"Мы знаем, что тебя печалит то, что они говорят. Они не считают лжецом тебя — беззаконники отвергают знамения Аллаха!" (6:33)
"Но тот, кто явился с правдой, и тот, кто признал ее истинность, действительно являются богобоязненными." (39:33)
Пишет имам Ас-Саади в своем тафсире: Как часто истина открывается людям, но они отвергают ее из-за надменного и пренебрежительного отношения к проповедникам истины. Это означает, что человек заслуживает похвалы только тогда, когда он знает истину и признает ее. Знание истины свидетельствует о его способности здраво мыслить и справедливо рассуждать, а признание истины свидетельствует о его скромности и отсутствии в его душе высокомерия."
"И Господь твой создает, что пожелает, и избирает (Себе сторонниками) (кого пожелает из творений); нет у них выбора (против Его воли)! Преславен Аллах, и превыше того, что они [многобожники] придают (Ему) в соучастники (поклоняясь им)!»" (28:68)
А содействие - тóлько от Аллаха.
"Мы знаем, что тебя печалит то, что они говорят. Они не считают лжецом тебя — беззаконники отвергают знамения Аллаха!" (6:33)
"Но тот, кто явился с правдой, и тот, кто признал ее истинность, действительно являются богобоязненными." (39:33)
Пишет имам Ас-Саади в своем тафсире: Как часто истина открывается людям, но они отвергают ее из-за надменного и пренебрежительного отношения к проповедникам истины. Это означает, что человек заслуживает похвалы только тогда, когда он знает истину и признает ее. Знание истины свидетельствует о его способности здраво мыслить и справедливо рассуждать, а признание истины свидетельствует о его скромности и отсутствии в его душе высокомерия."
"И Господь твой создает, что пожелает, и избирает (Себе сторонниками) (кого пожелает из творений); нет у них выбора (против Его воли)! Преславен Аллах, и превыше того, что они [многобожники] придают (Ему) в соучастники (поклоняясь им)!»" (28:68)
А содействие - тóлько от Аллаха.
Forwarded from Умар Асхаб Убекинский
Иногда в жизни человека наступают моменты, когда у него нет ни физических, ни материальных возможностей изменить ситуацию — ни за себя, ни за своих братьев и сестёр на пути Аллаха.
В такие моменты особенно важно сохранить то, что уже есть: веру, достоинство, терпение и дух непоколебимости, чтобы испытания не сломали человека морально.
Хаббаб ибн аль-Арат, измученный пытками, пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал:
«О Посланник Аллаха, не попросишь ли ты помощи для нас? Не обратишься ли к Аллаху с мольбой за нас?»
Пророк ﷺ ответил:
«Среди живших до вас бывало так, что человека хватали, вырывали для него яму, помещали туда, а потом приносили пилу, клали ему на голову и распиливали его надвое. Раздирали его мясо железными гребнями, проникавшими до костей. И всё это не заставляло его отречься от своей религии… Клянусь Аллахом, Аллах обязательно доведёт это дело до конца… Но вы слишком торопитесь».
Когда Посланник Аллаха ﷺ увидел, как пытали семью Ясира, он не мог физически избавить их от мучений. Он сказал им лишь:
«Терпение, о семья Ясира! Поистине, место вашей встречи — Рай».
Иногда человеку нечем помочь физически. Но это не значит, что ему нечего дать.
Можно поддержать словом.
Можно укрепить сердце.
Можно напомнить о награде Аллаха.
Можно помочь человеку не сломаться.
Когда на голову Пророка ﷺ, совершавшего намаз возле Каабы, бросили внутренности верблюда, находившийся рядом Ибн Мас‘уд не смог физически защитить его. Позже пришла Фатима رضي الله عنها и убрала их.
Разве Ибн Мас‘уд был слабее нас духом? Разве он меньше любил Посланника Аллаха ﷺ? Нет.
Просто иногда обстоятельства сильнее наших физических возможностей.
И даже в такие моменты наша обязанность — сохранить веру и достоинство, не дать испытаниям разрушить наши сердца.
На протяжении тринадцати лет мекканские мусульмане подвергались пыткам, унижениям и лишениям. И незадолго до переселения Аллах напомнил им в суре «Паук» (Паук одна из последних мекканских сур):
«Мы послали Нуха к его народу, и он пробыл среди них тысячу лет без пятидесяти годов…». (Паук, 14).
Нух عليه السلام призывал свой народ 950 лет. И несмотря на это, последовала за ним лишь небольшая часть.
Как будто Аллах напоминал верующим: ваше испытание длится тринадцать лет, но посмотрите, сколько терпел Нух. Не торопитесь. Не думайте, что трудности означают, что вы забыты.
Иногда наша задача — не изменить ситуацию прямо сейчас.
Иногда наша задача — выстоять.
Сохранить иман.
Сохранить достоинство.
Сохранить надежду.
Сохранить сердца от отчаяния.
ИншаАллах, какой бы тёмной ни была ночь — утро всё равно наступит.
Зло может распространяться, но оно не вечно. Аллах уничтожит его, и, поистине, зло обречено на гибель.
Терпение. Аллах доведёт Своё дело до конца.
В такие моменты особенно важно сохранить то, что уже есть: веру, достоинство, терпение и дух непоколебимости, чтобы испытания не сломали человека морально.
Хаббаб ибн аль-Арат, измученный пытками, пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал:
«О Посланник Аллаха, не попросишь ли ты помощи для нас? Не обратишься ли к Аллаху с мольбой за нас?»
Пророк ﷺ ответил:
«Среди живших до вас бывало так, что человека хватали, вырывали для него яму, помещали туда, а потом приносили пилу, клали ему на голову и распиливали его надвое. Раздирали его мясо железными гребнями, проникавшими до костей. И всё это не заставляло его отречься от своей религии… Клянусь Аллахом, Аллах обязательно доведёт это дело до конца… Но вы слишком торопитесь».
Когда Посланник Аллаха ﷺ увидел, как пытали семью Ясира, он не мог физически избавить их от мучений. Он сказал им лишь:
«Терпение, о семья Ясира! Поистине, место вашей встречи — Рай».
Иногда человеку нечем помочь физически. Но это не значит, что ему нечего дать.
Можно поддержать словом.
Можно укрепить сердце.
Можно напомнить о награде Аллаха.
Можно помочь человеку не сломаться.
Когда на голову Пророка ﷺ, совершавшего намаз возле Каабы, бросили внутренности верблюда, находившийся рядом Ибн Мас‘уд не смог физически защитить его. Позже пришла Фатима رضي الله عنها и убрала их.
Разве Ибн Мас‘уд был слабее нас духом? Разве он меньше любил Посланника Аллаха ﷺ? Нет.
Просто иногда обстоятельства сильнее наших физических возможностей.
И даже в такие моменты наша обязанность — сохранить веру и достоинство, не дать испытаниям разрушить наши сердца.
На протяжении тринадцати лет мекканские мусульмане подвергались пыткам, унижениям и лишениям. И незадолго до переселения Аллах напомнил им в суре «Паук» (Паук одна из последних мекканских сур):
«Мы послали Нуха к его народу, и он пробыл среди них тысячу лет без пятидесяти годов…». (Паук, 14).
Нух عليه السلام призывал свой народ 950 лет. И несмотря на это, последовала за ним лишь небольшая часть.
Как будто Аллах напоминал верующим: ваше испытание длится тринадцать лет, но посмотрите, сколько терпел Нух. Не торопитесь. Не думайте, что трудности означают, что вы забыты.
Иногда наша задача — не изменить ситуацию прямо сейчас.
Иногда наша задача — выстоять.
Сохранить иман.
Сохранить достоинство.
Сохранить надежду.
Сохранить сердца от отчаяния.
ИншаАллах, какой бы тёмной ни была ночь — утро всё равно наступит.
Зло может распространяться, но оно не вечно. Аллах уничтожит его, и, поистине, зло обречено на гибель.
Терпение. Аллах доведёт Своё дело до конца.
Здесь хорошо показано различие между избавлением человека от испытания и поддержкой человека внутри испытания.
Пророк ﷺ не сказал им: «Я сейчас освобожу вас».
Он сказал:
«Терпение, о семья Ясира! Поистине, место вашей встречи — Рай».
Это очень сильный пример того, что помощь не обязательно означает устранение боли.
Иногда помощь — это дать человеку смысл, ради которого он сможет перенести боль.
И это, пожалуй, одна из лучших идей текста.
Что больше всего мне понравилось:
Победа — это не немедленное изменение обстоятельств. Победа в том, что обстоятельства не смогли изменить твою веру.
Пророк ﷺ не сказал им: «Я сейчас освобожу вас».
Он сказал:
«Терпение, о семья Ясира! Поистине, место вашей встречи — Рай».
Это очень сильный пример того, что помощь не обязательно означает устранение боли.
Иногда помощь — это дать человеку смысл, ради которого он сможет перенести боль.
И это, пожалуй, одна из лучших идей текста.
Что больше всего мне понравилось:
Победа — это не немедленное изменение обстоятельств. Победа в том, что обстоятельства не смогли изменить твою веру.
Удивительно, как я натыкаюсь на ответы на свои мысленные вопросы сразу после их возникновения. Значит, продолжаем, ин шаа Аллах. Пусть Аллах укрепит нас на Его пути.