Из интересного.
В Авито начали зачищать все объявления о продаже книги "Лемнер" Проханова. Вроде как готовят цензурированную версию (обещают в ноябре, но не понимаю, там вырезать надо все, как бы господин Проханов не оправдывался). А может скоро признают экстремистом, как знать.
В книжных в это время.
Кэтрин Хейлз в "Как мы стали постлюдьми" рассуждает, где кончается тело и начинается код. Издание отличное, надо брать.
Мария Елифёрова в "Тайне синего вина" объясняет, почему у древних поэтов небо бывает зеленым, а вино - синим. Немного скучно написано, брать не стал, но интересно.
Иэн Бурума в "Коллаборационистах" от Corpus показывает, что предательство не всегда выглядит как зло. Еврей-голландец, манчжурьская принцесса и массажист Гиммлера. Три истории о предательстве и выживании во‑времена войны.
Уже в продаже Лоуренс Даррелл "Темный лабиринт", где автор отправляет туристов на Крит - искать Минотавра и самих себя.
Эрнст Юнгер в "Штурме" пишет о войне как о рождении новой механической жизни. Денис клево написал, что я даже решил тоже почитать (вообще автор не мой ни разу).
А Роман Сенчин в "Прозе Русского Севера" показывает страну, где бетонная дорога - последняя связь с живыми. Интересно, как Сенчин выпустил два сборника рассказов, один для глянца, второй для публики, которая берет такие обложки.
Давно на нее смотрю "Большой перевод" Наталии Азаровой. Книга посвящена тому, как мыслители, поэты и художники - от Есенина и Мандельштама до Малевича и Бадью - участвуют в процессах перевода смыслов между культурами и системами.
Не люблю Захер-Мазоха, но не смог не купить сборник "Гайдамак" (вы, кстати, знаете, что это за слово?). Сборник произведений австрийского-немецкого писателя Леопольд фон Захер‑Мазоха, где собраны новые полные переводы его рассказов и повестей.
В Авито начали зачищать все объявления о продаже книги "Лемнер" Проханова. Вроде как готовят цензурированную версию (обещают в ноябре, но не понимаю, там вырезать надо все, как бы господин Проханов не оправдывался). А может скоро признают экстремистом, как знать.
В книжных в это время.
Кэтрин Хейлз в "Как мы стали постлюдьми" рассуждает, где кончается тело и начинается код. Издание отличное, надо брать.
Мария Елифёрова в "Тайне синего вина" объясняет, почему у древних поэтов небо бывает зеленым, а вино - синим. Немного скучно написано, брать не стал, но интересно.
Иэн Бурума в "Коллаборационистах" от Corpus показывает, что предательство не всегда выглядит как зло. Еврей-голландец, манчжурьская принцесса и массажист Гиммлера. Три истории о предательстве и выживании во‑времена войны.
Уже в продаже Лоуренс Даррелл "Темный лабиринт", где автор отправляет туристов на Крит - искать Минотавра и самих себя.
Эрнст Юнгер в "Штурме" пишет о войне как о рождении новой механической жизни. Денис клево написал, что я даже решил тоже почитать (вообще автор не мой ни разу).
А Роман Сенчин в "Прозе Русского Севера" показывает страну, где бетонная дорога - последняя связь с живыми. Интересно, как Сенчин выпустил два сборника рассказов, один для глянца, второй для публики, которая берет такие обложки.
Давно на нее смотрю "Большой перевод" Наталии Азаровой. Книга посвящена тому, как мыслители, поэты и художники - от Есенина и Мандельштама до Малевича и Бадью - участвуют в процессах перевода смыслов между культурами и системами.
Не люблю Захер-Мазоха, но не смог не купить сборник "Гайдамак" (вы, кстати, знаете, что это за слово?). Сборник произведений австрийского-немецкого писателя Леопольд фон Захер‑Мазоха, где собраны новые полные переводы его рассказов и повестей.
В общем да. Вчера написал Максиму, потому что удивился, как он приехал в Москву на это мероприятие, но оказалось, что его тоже отменили (переписку с ним без спроса опубликовал, но удалил, потому что нехорошо и он попросил). Как сегодня, по сообщениям подписчиков, отменили и Жигалина.
Странно все это. И печально. Независимая книжная ярмарка приняла условия игры и в итоге опростоволосилась.
В общем, ехать я не стану, поддержать издательства могу и в Озоне.
И, кстати, про Озон.
Цены стали ниже, чем в Фаланстере (местами значительно), что говорит еще раз о том, что офлайн жестко проседает по продажам. Я вроде как и готов поддержать рублем магазин, но когда вижу, что эту же книгу мне домой привезут на 300 и больше рублей дешевле - понимаю, что выбора у меня нет.
Минутка нерекламы. Максим думает, что я сложно отношусь к нему и его изданию, но нет. Его продукт Билли и ежемесячный дайджест - это одно из лучшего, что случилось в индустрии за последнее время. И, да, я сказал, что недоволен, что августовский дайджест выходит в октябре. На что мне сказали, что команда обязательно исправится.
Странно все это. И печально. Независимая книжная ярмарка приняла условия игры и в итоге опростоволосилась.
В общем, ехать я не стану, поддержать издательства могу и в Озоне.
И, кстати, про Озон.
Цены стали ниже, чем в Фаланстере (местами значительно), что говорит еще раз о том, что офлайн жестко проседает по продажам. Я вроде как и готов поддержать рублем магазин, но когда вижу, что эту же книгу мне домой привезут на 300 и больше рублей дешевле - понимаю, что выбора у меня нет.
Минутка нерекламы. Максим думает, что я сложно отношусь к нему и его изданию, но нет. Его продукт Билли и ежемесячный дайджест - это одно из лучшего, что случилось в индустрии за последнее время. И, да, я сказал, что недоволен, что августовский дайджест выходит в октябре. На что мне сказали, что команда обязательно исправится.
Зато согласен с Юлей, что, славабогу, в регионах зацвели и расцвели ярмарки книжные.
Telegram
Заквашен на книгах
Пока все мое информационное книжное пространство было забито афишами столичного книжного фестиваля ГЭС-2, заметила, что другие города на сей раз не пакуют чемоданы в Москву, а напротив – раскидывают шатры у себя в то же самое время (2-3 ноября), создавая…
Книга, которую мне уже не первый год рекомендуют прочитать, но руки никак не доходят.
"Утц", Брюс Чатвин
Небольшой роман от человека, который был искусствоведом и ослеп от искусства - сначала метафорически, потом почти буквально. Начал как сотрудник аукционного дома Sotheby's - отдел античности и импрессионистского искусства. Знал цену каждой вещи и однажды понял, что вещи знают цену ему. Бросил все, ушел в путешествия, чтобы доказать: человек создан не для накопления, а для движения.
В "Утце" он возвращается к миру коллекций - только как анатом страсти. Каспар Утц, главный герой, коллекционер мейсенского фарфора, живет в Праге времен социализма и может уехать из страны победившего социализма, но не делает этого: его держат не стены, а фарфоровые фигурки. Свобода пугает сильнее несвободы, потому что она требует отпустить.
Если кратко, то книга о тюрьме, которую мы строим из собственных сокровищ. Или, если точнее, из того, что боимся потерять. Как итог, одни бегут от вещей, другие прячутся за ними.
"Утц", Брюс Чатвин
Небольшой роман от человека, который был искусствоведом и ослеп от искусства - сначала метафорически, потом почти буквально. Начал как сотрудник аукционного дома Sotheby's - отдел античности и импрессионистского искусства. Знал цену каждой вещи и однажды понял, что вещи знают цену ему. Бросил все, ушел в путешествия, чтобы доказать: человек создан не для накопления, а для движения.
В "Утце" он возвращается к миру коллекций - только как анатом страсти. Каспар Утц, главный герой, коллекционер мейсенского фарфора, живет в Праге времен социализма и может уехать из страны победившего социализма, но не делает этого: его держат не стены, а фарфоровые фигурки. Свобода пугает сильнее несвободы, потому что она требует отпустить.
Если кратко, то книга о тюрьме, которую мы строим из собственных сокровищ. Или, если точнее, из того, что боимся потерять. Как итог, одни бегут от вещей, другие прячутся за ними.
#тайна_29
Сперва выберите из участников, с кем вы поделитесь баллами. Ваш друг получит ваши баллы + половину от них.
ВАЖНО: Ваших друзей пишите с отметкой в комментариях. Кто не отметил друга, получит минус, а не плюс.
Комната страшная. И грустная. Тут вроде пусто. Но вы понимаете, что все чувства разложены на зависимость, пустоту. Тут кто-то смеется, но вам не смешно.
Вам здесь безумно грустно. И очень одиноко. А еще этот кто-то говорит про ваше упрямство.
Голос в рупоре: Отец оставил пленку, от которой не возвращаются, и север катится вниз на колясках без лошадей. Два дома по соседству: один - для удара, другой - для падения. Мир держится на лозунге про один день.
Нет никого, кто вас поддержит. Нет ничего, что вас поддержит. А в книге смех выключает волю.
Вопрос: Название книги
Количество баллов: 2500
Попыток: 2
🟠 ЕСЛИ ВЫ ХОТИТЕ ПРОПУСТИТЬ ВОПРОС: просто отправьте боту команду /skip
Ответ пишите в бота @posttsop_library_bot. Если вопрос не пришел, но вы уже прошли предыдущие, то отвечать тоже можно.
p.s. О квесте "Тайная библиотека" (по ссылке подробности игры).
p.s. Да, это последний вопрос. Выход мы не найдем, но закончим с этим путешествием!
Сперва выберите из участников, с кем вы поделитесь баллами. Ваш друг получит ваши баллы + половину от них.
ВАЖНО: Ваших друзей пишите с отметкой в комментариях. Кто не отметил друга, получит минус, а не плюс.
Комната страшная. И грустная. Тут вроде пусто. Но вы понимаете, что все чувства разложены на зависимость, пустоту. Тут кто-то смеется, но вам не смешно.
Вам здесь безумно грустно. И очень одиноко. А еще этот кто-то говорит про ваше упрямство.
Голос в рупоре: Отец оставил пленку, от которой не возвращаются, и север катится вниз на колясках без лошадей. Два дома по соседству: один - для удара, другой - для падения. Мир держится на лозунге про один день.
Нет никого, кто вас поддержит. Нет ничего, что вас поддержит. А в книге смех выключает волю.
Вопрос: Название книги
Количество баллов: 2500
Попыток: 2
Ответ пишите в бота @posttsop_library_bot. Если вопрос не пришел, но вы уже прошли предыдущие, то отвечать тоже можно.
p.s. О квесте "Тайная библиотека" (по ссылке подробности игры).
p.s. Да, это последний вопрос. Выход мы не найдем, но закончим с этим путешествием!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM